ГОЛЕМ

Александр Подольский «Зов страны невидимок»

На берегу росло огромное скрюченное дерево, которое все называли просто корягой. Оно нависало над водой и тянуло уродливые лапы к центру пруда, расчерчивая его поверхность длинными тенями. К самой толстой ветке кто-то очень давно привязал верёвку.

Никита прыгнул с тарзанки с залихватским криком. Полетели брызги, поплыли круги. Раскололось отражение солнца, и на волнах будто заплясали яичные желтки. В прозрачной воде под бултыхающимся мальчишкой шевельнулось тёмное пятно. Отплыло в сторону и опустилось на дно.

— Давай сюда, ну! — кричал Никита, стирая с лица блестящие на солнце капли. — Вода теплючая такая!

Вовка только качал головой и улыбался. Он видел, как от этой теплючей воды стучат зубы друга. Лето ушло, листву обволакивало желтизной. Небо становилось серым и скучным, а солнце, как бы сильно ни слепило глаза, больше не грело.

— Вылезай, балбес! С тобой даже Усач не хочет в этой холодрыге играть.

— Да он ленивый стал, прям как ты! — голосил Никита, высовываясь из воды веснушчатой рыжей кляксой. — Я вот щас как занырну к нему, как растормошу! А лучше давай вместе! Так он точно растормошится!

— Да ну, холодно. Заболеем.

— Слабак! Чтоб тебя невидимки холодными ладошками похватали!

Вовка поёжился, невольно повернув голову к мосту, где без устали звенели колокольчики. Ветер в последнее время только усиливался. А вместе с ним и предчувствие чего-то нехорошего. Того, что неминуемо приближалось.

Никита всегда по-доброму подначивал Вовку и подбивал его на всякие сумасшедшие штуки и приключения. Однажды даже предложил влезть в клетку к невидимке. Слава богу, остальные ребята его отговорили. Но расстраивался он недолго, тут же перевернув вверх дном чулан и построив из хлама космический корабль во дворе. Тощий и вытянутый, как гороховый стручок, Никита без устали мельтешил по территории Школы с новыми идеями, не давая никому скучать. Он был настоящим заводилой и душой их детской компании.

Но теперь всё изменилось. Некому стало носиться по здешним садам и лабиринтам из постриженных кустов. Не гремел больше многоголосый смех, не дребезжали окна от шума и гама. В Школе остались только Вовка с Никитой.

Когда Вовка подошёл к мосту, колокольчики встретили его ленивым побрякиванием. Похоже, ветру надоело с ними играться и он переключился на опавшие листья у кладбища. Отсюда открывался замечательный вид на Школу и её окрестности. Пятиэтажное здание возвышалось над растительным морем невероятным глазастым чудовищем. Изумрудными волнами разливались вокруг кусты можжевельника, сияли золотистыми кронами берёзы, а в косматой голове дуба-великана можно было разглядеть доски секретного домика. Когда тут кипела жизнь, казалось, места очень мало — всех не уместить. Но теперь осень приходила в пустынные края, где можно было заблудиться.

Вовка изучал землю, пытаясь найти следы. Грязные отпечатки на мосту, вмятины в земле, затоптанная трава — что угодно. Он знал, что невидимки сюда не ходят. Боятся. Зовут детей с той стороны, не решаясь ступить на мост. После того, как один невидимка попался, другие стали осторожнее. Так рассказывали. Кто и когда — Вовка уже не помнил, но это было не так важно. Главное, что он помнил истории про зов. А ещё видел, как от моста стайками улетают птицы, будто их спугнули. Как громче начинают петь колокольчики на привязи, словно кто-то задел их. И как с наступлением темноты оживают тени.

Территория Школы располагалась посреди густого леса, который раскинулся до самого горизонта во все четыре стороны. Её опоясывала бездонная пропасть, как защитный ров, не давая чаще проглотить последнее обиталище горстки детей. Единственным связующим звеном был мост. Скрипучий, страшный и очень древний. По ту его сторону деревья казались живыми: их ветки сплетались в причудливые фигуры и лица, манили к себе, шелестели листвой и что-то шептали.

Никита как-то раз добежал до самой границы и почти дотронулся до одной из веток. Вовка даже до середины моста не доходил, это было уже чересчур. Там, где тёмная шкура леса вздувалась волнами от дыхания ветра, начиналась страна невидимок. Жуткий мир безликих и одинаковых.

Не найдя никаких следов, Вовка немного успокоился. Главное ведь что? Не поддаваться зову. А здесь их никто не тронет. Таковы правила. И не нужно выдумывать всякую жуть.

Он побросал камешки с края обрыва, разбудив нескольких светляков, которые раньше времени стали подниматься из темноты внизу. Почему-то это занятие его успокаивало. Когда рядом в воздухе плавали живые лампы, дурные мысли отступали.

Набегавшись в облаке бабочек в саду сирени, Вовка завалился на газон и смотрел за тучами. Одни были похожи на кувшинки, другие — на странных зверушек, а большая часть размазалась по небу великанскими кукурузными початками. Захотелось есть.

Вовка пробрался через живую изгородь боярышника и вышел к пруду. Никиты не было. В воде мелькнуло тёмно-зелёное тело Усача, и сом исчез на глубине. На берегу, громко переквакиваясь, за мошкарой следили лягушки.

Когда он забрался в домик на дереве, небо уже потемнело. Маша, Коля, Илья, Юля, Игорь — все доски были исписаны детскими именами. Десятки, сотни, если не тысячи имен. Многих Вовка даже не знал. Хотя Олесю он не только знал, но и вспоминал часто, поэтому обвёл её имя кружочком. Это была первая девочка, которая ему понравилась.

Достав из сундука подзорную трубу, он решил найти Никиту. Высунулся в окно и принялся изучать окрестности. В траве около моста ковырялся ёжик, на кладбище сразу три галки взгромоздились на одно надгробие, о чём-то споря на своём птичьем языке. Слепые окна Школы отражали уходящий свет, а из трубы валил дым. Значит, ужин не за горами.

Вернувшись взглядом к мосту, ёжика Вовка уже не нашел. По ту сторону пропасти колыхалась тьма. Из провала летели новые светляки. Вовка направил трубу над чащей, но увидел только черноту. Тогда он достал ещё одну линзу, приделал её к первой, собрался с духом и заглянул в страну невидимок.

Одинаковые нагромождения домов и этажей росли ввысь до бесконечности, а между ними куда-то спешили машины, которые Вовка видел в кино. Ни деревьев, ни цветов, ни водоёмов — ничего. Только серый туман перебирался от одного здания к другому, рвался на части и присоединял к себе новые сгустки. Это и были невидимки. В сундуке лежала ещё одна линза, самая мощная. Говорили, что с её помощью можно разглядеть даже невидимку, как бы далеко тот ни находился. Но Вовке не хватало смелости это проверить. Вдруг тогда и с той стороны кто-то его увидит?..

На крышу опустилось что-то тяжёлое. Раз и два. Шаги.

Лестничные перекладины были прибиты прямо к стволу дуба, а вход в домик располагался сверху, где в потолке проделали небольшой люк. Чтобы попасть в этот секретный наблюдательный пункт, надо было подняться по дереву, перелезть на здоровенную ветку, потом на окутанную листвой крышу и уже оттуда спрыгнуть на пол домика через люк. Ну, или потихоньку спуститься по приколоченным на внутренней стене дощечкам, если прыгать боишься.

Шаги измерили крышу от края до края. Медленно-премедленно, точно человек (человек?) сверху размышлял, лезть ему внутрь или нет. У Вовки пересохло во рту. Хотелось позвать Никиту, сказать, чтобы заканчивал дурачиться, но топот сверху становился громче, и все остальные звуки тонули в нём. Вовка радовался лишь тому, что по привычке прикрыл люк от дождя.

Так тихо, насколько это вообще возможно, он отложил трубу, взобрался на пару ступенек и схватился за ручку люка. Шаги замерли где-то над головой. С той стороны дёрнули. Люк не сдвинулся — в секунду вспотевшая ладонь Вовки тянула вниз. Вновь шаги, на этот раз быстрые, нервные. В люк пришёлся сильный удар, и Вовка вздрогнул. Кто-то сверху рванул на себя, скрипнули доски. Ещё удар, на голову посыпалась древесная пыль. Когда крышка люка стала ходить ходуном, а в возникающих щелях так никто и не появился, Вовка расслышал шёпот. И тогда он закричал.

 

***

 

Никита ухахатывался, рассказывал, какая рожа была у Вовки, показывал эту самую рожу и снова ухахатывался. А Вовка молчал, скрипел зубами и злился. Розыгрыш удался, ничего не скажешь.

— Ну ты даёшь, совсем же помешался на этих своих невидимках!

Они сидели в обеденном зале. В лампах, не давая темноте затопить комнату, жужжали светляки. Никита уплетал ужин, давясь смехом и жареной картошкой. Стоило ему взглянуть на Вовку, как случался новый приступ хохота.

— Дурак ты, вот и всё, — сказал Вовка.

В зеркале возникло усталое лицо. Вовка помахал призраку, тот кивнул и уступил место ещё одному. Здесь жили шесть стариков — незаметные, безголосые, являющиеся лишь в отражениях. Почти невидимки, только очень добрые. Вовка видел, как они грустят по ушедшим детям, как им всё ещё хочется накрывать столы на сотню человек, шить для них одежду, заботиться, оберегать. Школа всегда отличалась порядком. Газоны пострижены, цветы посажены, еда приготовлена, постели разобраны — стоило только отвернуться. Призраки взяли на себя всё, живи да радуйся. Только вот от зова они защитить не могли.

— Ну не придут они, у нас ведь этот в клетке сидит, а они его чуют; чуют, что ему плохо, вот и не идут, — тараторил Никита. — Вот ты б к ним пошёл?

— Я что, дурак?

— Вот и они не пойдут!

Вовка кивнул. Подумал немного и спросил:

— А ты это… если услышишь, скажешь мне?

Никита закашлялся, выпил воды.

— Тьфу на тебя! Я закрою уши и не буду ничего слушать. Чего и тебе советую.

Они всегда договаривались, клялись рассказывать о любом шёпоте, но ни один из ушедших обещание не сдержал. Невидимки звали, умели найти слова, и дети уходили.

 

***

 

Время летело очень быстро. Через месяц листва стала больной и сморщенной, ветер ледяным, а ночь начала приходить намного раньше. Теперь даже Никита не рисковал купаться. Усач, казалось, впал в спячку где-то на дне пруда.

Вовка нашёл друга на их крохотном кладбище: всего два ряда безымянных могил, по три штуки в каждом.

— Там что-то жужжит, точно тебе говорю.

Никита прислонил ухо к земле у одного из надгробий, слушал.

— Как будто скребётся кто. Прикинь?

— Надоели уже твои шуточки.

— Да я серьёзно, — сказал Никита, поднимаясь и отряхивая колени. — Мож раскопаем?

Вовка выпучил глаза.

— Совсем сдурел, что ли?

Никита пожал плечами и задумчиво уставился на надгробие. В последнее время он был очень странным. Почти не предлагал поиграть и побеситься, зато целыми днями торчал на верхних этажах Школы. В библиотеке, в учебных классах. Мог даже в кинотеатре вместо боевика или комедии попросить поставить какой-нибудь дурацкий фильм о садоводстве или типа того.

Вовка учиться не любил. Призраки были готовы вести уроки каждый день, но никогда никого не заставляли их посещать. Всё только по желанию. Иногда дети забредали на занятия от скуки, иногда из любопытства, кому-то учёба даже нравилась. Но вскоре это стало плохой приметой. Чем чаще посещаешь классы, тем быстрее уйдёшь на зов. Как будто невидимки специально заманивали учеников. Все об этом говорили, но никто не воспринимал примету всерьёз, когда дело касалось его. И теперь Вовка чертовски переживал за друга.

— Кажется, на мосту сегодня кто-то был, — сказал он, чтобы сменить тему, пока Никита не вздумал бежать за лопатой. Тем более что была и другая причина для тревоги. — Листья прям комками валялись. И в грязи какая-то ерунда.

— Да сколько ж можно…

— Погоди ты. Они к нам не ходят, пускай так. А что, если это наш ходит?..

В глазах друга сверкнул знакомый огонёк. На секунду даже показалось, что Никита обрадовался. Не испугался, а просиял в предвкушении. Ведь это было приключение в его духе.

Они решили сходить к клетке. Просто проверить что к чему, а не лезть внутрь — они ведь не самоубийцы. Никита отломал у лиственницы большущую ветку, и мальчишки, миновав теплицы, отправились в самую заросшую часть сада. Говорили, к клетке с невидимкой ни в коем случае нельзя подходить, потому что тот может до тебя дотянуться. Сейчас Вовке очень хотелось послушаться, но надо было всё проверить ради собственного спокойствия. А вот Никите не терпелось нарушить старые запреты.

Клетка напоминала птичью, только была под два метра в высоту. Располагалась она в центре виноградников. Поблёкшие лозы опутывали закругляющиеся кверху решётки, а дно скрывалось в высокой траве. Сюда никто не ходил, потому что иногда невидимка очень громко выл. И это было действительно страшно.

— Готов? — шепнул Никита.

Вовка покачал головой. Друг улыбнулся и перехватил палку удобнее.

— Давай!

Вовка схватил виноградные щупальца, рванул в сторону. Растительное покрывало сползло и обнажило часть клетки. Подскочил Никита и палкой стал махать во внутренностях невидимкиной тюрьмы. Вовка вполглаза смотрел за другом, чувствуя, как шевелятся волосы на макушке. Вот сейчас, сейчас его схватят за руки и дёрнут на себя, прижмут, протащат сквозь прутья то, что останется…

— Пусто, ну! Никого!

Палка свободно гуляла по клетке и обстукивала прутья, ни в кого не утыкаясь. Никита, совсем осмелев, даже просунул туда обе руки.

Невидимка сбежал.

Мальчишки набрали ила в пруду и вывалили целую гору у моста. Теперь, если кто-то захотел бы по нему пройти, обязательно оставил бы следы.

На кухне дышала жаром большая печь. Пахло берёзовыми поленьями и тушёным мясом.

— Ничего, — говорил Никита, нарезая огурцы с помидорами. — Завтра что-нибудь придумаем. Поймаем его, если ещё не умотал к своим!

В вечернем небе, разгоняя темноту, кружили сотни светляков. Из своих потусторонних окон смотрели призраки. Их тревожные лица сменяли друг друга в развешанных по стенам зеркалах и напоминали большие чёрно-белые портреты. Самые старые обитатели Школы чуяли беду.

— Ты чего делаешь? — спросил Вовка.

— А?

— Ты что… готовишь?

— Да какой там. Просто салата захотелось. Ну, или ножом помахать немного.

Они посмеялись, поужинали и разошлись по комнатам в хорошем настроении. Но перед этим впервые за много-много дней закрыли все двери. Укладываясь спать и прислушиваясь к крикам сычей из темноты, Вовка на какое-то время поверил, что завтра они и вправду поймают невидимку.

Но всё получилось не так. Никита ушёл на зов. Всё вокруг можно было не обыскивать, хватило отпечатков детских ног в иле у моста.

Вовка остался один.

 

 

***

 

Там действительно что-то скреблось. Прямо перед уходом Никита втихаря успел выкопать под могильной плитой небольшую яму, но бросил дело на полпути. Вовка подобрал лопату и ковырнул землю. Он копал и копал — скорее в память о друге, чем для чего бы то ни было ещё. Вовка просто знал, что это правильно.

Когда лопата уткнулась в дерево, звук усилился. Теперь снизу не просто скреблось, но и жужжало. Вовка раскидал грязь и увидел, как из трещины в гробу вылезает светляк. Жирный, чёрный, неправильный светляк. Он был больше любого другого раз в пять и, казалось, сам рано или поздно проломил бы крышку и выкопался.

— Ты-то как туда попал? — спросил Вовка, присаживаясь на корточки.

Жук задребезжал крыльями и поднял тяжёлое тельце в небо. Он так и не вспыхнул, просто завис в воздухе на мгновение, а потом полетел в сторону садов. Вовка смотрел ему вслед, пока чёрная точка не исчезла в умирающих зарослях. А потом повернулся и зашагал домой.

Школа хранила молчание, потому что жизнь из неё ушла вместе с детьми.

Вовка ни в чём не нуждался, призраки делали всё, чтобы мальчишка забыл о невидимках. Он перестал выходить на улицу, целыми днями не вылезая из кровати. Ел, спал, разговаривал с зеркалами, подолгу смотрел в сумерки с балкона. А ночью заворачивался в одеяла и всхлипывал под завывания ветра.

Так прошла осень.

Он не сразу узнал собственное отражение. Сквозь рябь на поверхности пруда смотрел чужой человек, водомерки бегали по чужому лицу.

— Всё поменялось, да?

Сом не отвечал. Вечно удивлённые глаза поднимались из тёмной воды, наблюдая за сидящим у берега мальчишкой. Усач слушал.

Вовка поймал двух светляков, запихнул их в стеклянный фонарь к остальным и тряхнул как следует. Стало ярче. По ночному небу плыли крохотные жужжащие солнца, заслоняя даже звёзды.

Сегодня днём Вовка вставил третью линзу в подзорную трубу и разглядел. Увидел лица невидимок. Почти все злые, серые, с усталыми глазами. Но среди них были и знакомые. Даже Никита. Вовка с трудом его узнал, потому что тот был взрослый. А с ним была и взрослая Олеся.

— Ну и пусть, да?

Усач развернулся, и его трёхметровая туша начала погружаться. Хвост вскинулся над водой и исчез в пузырящихся кольцах. Сверху посыпались первые снежинки.

…На стене в библиотеке висел ключ. Его никогда не трогали, потому что никому и в голову не могло прийти выпустить невидимку. Но если тот сбежал, какая теперь разница?

Содрав с клетки ошмётки винограда, Вовка отыскал замок. Ковырнул скважину и обнаружил, что тот не защёлкнут. Клетка всегда была открыта.

Шагнув внутрь, он увидел люк в полу. Там тоже был замок — на этот раз защёлкнутый — но ключ из библиотеки подошёл. Под потолком пряталась труба, из которой тяжёлым дыханием выходил ветер — тот самый вой невидимки.

Все истории оказались неправдой.

В подземелье светляки сложили крылья, спрятались под панцирем, но Вовка их растряс. Жёлтые пятна поползли по рядам колыбелек, по спящим в них младенцам. Десятки кроваток терялись в темноте. Из каждого свёртка с малышом раздавалось едва слышное жужжание. Слева выросла высокая фигура, и Вовка вскрикнул. В стенки фонаря забились светляки. Один из стариков-призраков приложил палец к губам и вышел за край зеркала.

Вовка тихонько отступил и выбрался наружу.

Он не слышал зова, но шагал вперёд. Ноги не слушались, фонарь в руке дрожал. У моста Вовка обернулся к Школе. Красивые места, отличный дом, жизнь без хлопот… А впереди была неизвестность. Страна невидимок, где так просто потеряться.

Он ступил на мост. В животе кольнуло, заскребло. Ещё шаг. Вовка уронил фонарь, из треснутого стекла выбрались на свободу светляки. Вовка упал на колени, закашлялся — что-то царапало горло. Вместе со слюной изо рта вывалился чёрный жук. Он прополз пару метров, замер, а потом расправил крылья и вспыхнул, точно пламя свечи. Уже через минуту блуждающий огонёк исчез в тени виноградников.

Дышалось легче, страх ушёл. Вовка поднялся и в последний раз оглянулся туда, где по садам, цветникам, особняку и пруду плыли причудливые тени, а в воздухе ворочались жуки-осветители.

— Я буду скучать, — сказал он и двинулся к шепчущим деревьям на той стороне моста.

Страна невидимок встречала нового жителя.

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх