ГОЛЕМ

Альфред Кубин: В поисках безумия

Разговор о связи между безумием и искусством сейчас может показаться банальностью. Все мы знаем о проблемах Ван Гога или Мунка, кто-то слышал о Ричарде Дадде и Августе Наттерере, и, конечно, образ «сумасшедшего гения» популяризировал Сальвадор Дали. Впрочем, ничто не появляется на пустом месте, и те же сюрреалисты искали (и находили) для себя самые разные источники вдохновения. Среди них можно назвать и коллекцию немецкого психиатра Ханса Принцхорна - удивительное собрание графических, живописных и пластических работ, выполненных его пациентами. Большинству из авторов этих работ был поставлен диагноз шизофрения. Сегодня художественное собрание Принцхорна экспонируется в галерее Хайдельбергского университета и насчитывает около пяти тысяч картин, коллажей и скульптур, созданных пациентами психиатрических клиник Германии в конце ХIХ — начале ХХ веков, дополненное после смерти Принцхорна произведениями из других стран.

Август Натеррер, Голова ведьмы, ок.1915

Ричард Дадд, Мастерский замах сказочного дровосека, 1855 — 1864

Генрих Мебес, Задумчивая куропатка или господствующий грех, 1900-е

В первые десятилетия прошлого века многих художников привлекало примитивное искусство: особую значимость приобретают фигуры ребенка, дикаря и безумца. Безумие видится как одна из форм «отключения» рационального, как уход от контроля со стороны разума, способный высвободить прежде невозможную и принципиально иную творческую энергию. Отсюда возникает и интерес к собранию Принцхорна. Известно, что с книгой немецкого психиатра «Художественное творчество душевнобольных» и его коллекцией были знакомы такие художники как Пауль Клее и Макс Эрнст. Впоследствии, опираясь на это собрание и книгу, французский художник Жан Дюбюффе введет ныне широко используемый термин «ар брют», чтобы описать уже свою коллекцию маргинального искусства.

Август Клетт, Червоточины, 1919

Франц Карл Бюйлер, Волшебные звери, 1909 — 1916

Примерно в 1920-м году психиатрическую клинику при Хайдельбергском университете посетил и еще один интересный персонаж - писатель и художник, Альфред Кубин. Под впечатлением от этой поездки он написал небольшую заметку, озаглавленную «Искусство безумных», где так высказался об увиденном: «... работы благодаря своей таинственной закономерности затронули меня так же сильно, как и моего друга, ярого поклонника искусства: мы стояли перед чудом, созданным духом художника, которое дошло до сознания из глубины по ту сторону всякого рационального мышления и которое должно приносить счастье при созидании и созерцании. В этом и заключалась общая ценность, поэтому возникло чувство возвышенной радости, с которой я впитывал впечатления».

Альфред Кубин один из тех, чье творчество оказалось связано с мотивами безумия. В возрасте десяти лет Альфред совершил попытку самоубийства, когда умерла его мать. Суицидальные наклонности, судя по всему, не оставляли его еще какое-то время, и Кубин, вполне возможно, мог бы и сам пополнить коллекцию Принцхорна. Свободу от психиатрической больницы ему помогли получить знакомые художники, а также писатель Герман Гессе, поручившийся за Кубина. В итоге художник благополучно дожил до 82 лет (в этом году исполняется 140 лет со дня его рождения), оставив после себя богатое наследство и снискав определенную славу. На протяжении всего своего творческого пути, он продолжал обращаться к темам страха, смерти и безумия. Характерен его выбор книг для иллюстрирования: Гофман, Эдгар По, Достоевский, Андерсен, Майринк. А среди художников, влияние которых он непосредственно испытал - Гойя, Энсор, Редон, Мунк, Клингер. Да и в своем единственном крупном прозаическом произведении, романе «Другая сторона» (с собственноручными иллюстрациями) Кубин создает что-то вроде сюрреалистически-сомнамбулической антиутопии, которую тоже не «обзовешь нормальной».      

Кубин родился в 1877 году в Австро-Венгрии, в ныне чешском городе Литомержице, где и прошло его непростое детство. В 1898 году, оставив затеи стать военным, государственным служащим или фотографом, он переезжает в Мюнхен. Там он поступает в Академию художеств на курс живописи, однако вскоре бросает учебу. В Мюнхене Кубин успел поработать в одном из местных журналов и познакомиться с художниками, оказавшими на него сильное влияние - Редоном, Энсором и Мунком. После нескольких поездок по Европе (Вена, Прага, Париж, Италия, Балканы), Кубин женится на сестре писателя Оскара Шмица, и вместе с женой переезжает в старинную усадьбу Цвикледт, расположенную в Верхней Австрии, где он проведет большую часть своей жизни, укрывшись от суетного мира.

В 1909 году Кубин возвращается в Мюнхен, где принимает участие в учреждении «Нового мюнхенского объединения художников» вместе с Василием Кандинским, Алексеем Явленским, Габриэлой Мюнтер, Карлом Хофером и другими. Это общество стало своего рода предшественником ни много ни мало знаменитого объединения «Синий всадник», к которому Кубин также присоединился в 1911 году. Ранние работы Кубина, акварели, выполненные под влиянием Редона, можно было бы скорее отнести к символизму. Однако он довольно быстро переходит к рисованию пером и сосредотачивается на графике, его манера становится более эмоционально напряженной, а темы теперь зачастую не лишены социального подтекста, сарказма и апокалиптически-военных мотивов. Он принимает участие в выставках в разных городах Европы, что подчеркивает связь его творчества с экспрессионистами (хотя сам термин «экспрессионизм» тогда еще не применялся).

Дух моря

Идол

Изгнание морского змея

Ворота в Ад

Ад

Эпидемия

Страх

В 1909 году выходит в свет роман Кубина «Другая сторона». Забавно, что это произведение принесло ему, пожалуй, большую известность, нежели его графика, при том, что сам Кубин не придавал своему писательству особого значения. Его книгу можно рассматривать как очень сложное многожанровое и многоуровневое произведение: это и роман-путешествие, и антиутопия, и фантастический роман, и абсурдистский, и философский. Также непрост и сам стиль повествования, варьирующийся на протяжении книги от скупого и описательного до экспрессивного и крайне эмоционального. На прозу Кубина оказали влияние философия Шопенгауэра и Ницше, идеи Фрейда и Юнга, а также увлечение буддизмом. Считается, что в романе «Другая сторона» он впервые разработал те приемы, которые впоследствии станут активно использоваться Кафкой, а также в сюрреализме, дадаизме, магическом реализме и экспрессионизме. «Жизнь людей, увиденная художником, напоминает пространство сна. В нем присутствует либо демоническая активность, либо чисто растительная жизнь, окукленность и безучастность. Одни фигуры пугают призрачным видом, другие заняты своими темными делами и не догадываются о том, что за ними пристально наблюдают. В душе оживает какое-то сказочное, подавленное было любопытство, и ты ощущаешь себя ребенком, стоящим перед запретной комнатой. Словно сквозь щелочку, замочную скважину или старую подзорную трубу мы наблюдаем странную деятельность, смысл которой едва ли понятен даже самим участникам», - так писал о романе Кубина его друг, писатель Эрнест Юнгер. В 1973 году немецкий режиссер Иоханнес Шааф снял по роману «Другая сторона» фильм «Город мечты», поспособствовавший возрождению интереса к творчеству Кубина.

 

Конец войны

Безумие

Поклонение

Каждую ночь нас посещают сны

Кубин умер в 1959 году в своем имении в Цвикледте, оставив после себя большое количество графических листов и иллюстраций к нескольким десяткам произведений. Художественный стиль Кубина сложился из пересечения экспрессионизма, символизма, сюрреализма и гротеска. Эпоха, в которую он жил и творил, наложила свой отпечаток на его творчество: в своей книге «О духовном в искусстве» Кандинский называл Кубина «очевидцем упадка». Юнегр писал о нем: «Если все эти разнообразные процессы и события, в которых разворачивался и продолжает разворачиваться закат девятнадцатого столетия – мира, активными участниками и пассивными свидетелями которого мы были, – будут однажды забыты, а на их месте появится нечто новое, то в творчестве Альфреда Кубина можно будет всегда найти ключ, способный разомкнуть такие потаенные комнаты, какие недоступны для исторического исследования. Оно представляет собой некую хронику, сотканную из треска перекрытий, расщелин в стенах и нитей паутины».

Склонный к уединению, он тем не менее был близким знакомым многих видных творцов того времени: Мунк, Клее, Кандинский, Марк, Майринк, Кафка, Гессе, Рёссинг и многие другие… Банально, но творчество и вправду спасало художника от безумия, меланхолии, темных воспоминаний. Главный герой его романа «Другая сторона» - художник-график, как и он сам, произносит такие слова (которые, кажется, можно вполне считать прямой речью автора): «Меня охватила лихорадка работы: за следующие полгода я под действием скорби создал свои лучшие вещи. Я усыплял себя творчеством. Мои рисунки, выдержанные в мрачной и блеклой цветовой гамме страны грез, скрытым образом выражали мое горе. (…) Я пошел еще дальше. Отказавшись от всей знакомой техники, кроме штриха, я за эти месяцы разработал своеобразную линейную систему. Фрагментарный стиль — скорее знак, чем рисунок — выражал малейшие колебания моего настроения, словно чувствительный метеорологический прибор. Я назвал этот метод «психографикой», позже я собираюсь опубликовать необходимые пояснения. Вообще, в творчестве я нашел облегчение, в котором так нуждался. Но, будучи далеким от того, чтобы примириться с судьбой, я, в сущности, жил лишь наполовину».

Час смерти

Сатурн

Дорога в Ад

Ведьма

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх