ССК 2018

 

Начало статьи читайте в февральском номере.

 

Вдохновлённый фильмом Марио Бавы «Три лица страха» (а точнее — эпизодом «Вурдалак»), другой итальянский режиссёр Джорджио Феррони, дебютировавший ещё при Муссолини и работавший в самых разных жанрах — от пеплума до вестерна, — в 1972 году выпустил свою версию «Семьи вурдалака» Толстого: совместный итало-испанский фильм «Ночь дьяволов» (La Notte dei Diavoli). Известный критик Луис Поль в своей солидной книге об итальянском кинохорроре «Italian Horror Film Directors» назвал ленту «весьма впечатляющей», но признал, что, несмотря на большее количество крови и обнажёнки, фильм не дотягивает до классической версии Бавы. На самом деле эротические сцены здесь относительно скромны, а кровавые — немного наивны, но опытному режиссёру — нужно отдать ему должное — удалось создать достаточно самобытный фильм со своеобразной «тёмной» эстетикой. Одно из главных украшений «Ночи дьяволов» — красивая лирическая музыкальная тема Джорджио Гаслини, оригинально подчёркивающая мрачную, гнетущую атмосферу обречённости, окутывающую отрезанный от цивилизации, живущий по законам древнего колдовства мир. Сюжет немного изменён — действие перенесено в начало 70-х годов XX века, но место событий осталось прежним — «где-то в Югославии». Фильм начинается с того, что главный герой, измождённый и невменяемый попадает в сумасшедший дом. Здесь к нему возвращается память. Воспоминания о кошмарных событиях и составляют основу картины, которая, кстати, отличается от рассказа-первоисточника наличием дополнительной сюжетной линии, рассказывающей, как стал вурдалаком глава семейства. Изменён и финал истории. В главной роли снялся итальянский актёр хорватского происхождения Джанни Гарко (Гаркович), звезда спагетти-вестернов 1960—70-х. Сейчас фильм, к сожалению, подзабыт, но любителям классических итальянских ужастиков он, без сомнения, будет интересен.

Произведения Толстого адаптировали и для телеэкрана: так, 20 октября 1975 года состоялась телепремьера одного из эпизодов испанского телесериала «El quinto jinete» под названием «La familia Vourdalak». Да-да, это всё та же история о несчастном семействе вурдалака. Создатели телефильма справедливо рассудили, что «от добра добра не ищут» и не стали далеко отклоняться от толстовского рассказа, но сделали слишком уж большой акцент на романтических отношениях главного героя и девушки Зденки, очень сильно сократив «вампирскую» линию сюжета. То ли пресловутая страстность испанцев сыграла здесь свою роль, то ли (что вероятнее) невозможность применить спецэффекты, которые не выглядели бы нелепо.

А восемью годами раньше, в 1967-м, на противоположном конце Европы, в Польше на телеэкранах появилась 27-минутная короткометражка «Упырь» (Upiór) Станислава Ленартовича с молодым Яном Махульским. Очень милая, со своеобразным чёрным юмором, экранизация другого «страшного» шедевра Алексея Толстого, собственно, повести «Упырь». «Упырь» является эпизодом телецикла «Мир ужасов» (Świat Grozy), в котором зрителей знакомили с телеадаптациями «страшных» произведений мировых классиков — Эдгара По, Оскара Уайлда, Теофиля Готье, Уилки Коллинза, Вилье де Лиль-Адана… Кстати, в том же году в «Мире ужасов» вышла серия, снятая Анджеем Жулавским по мистическому рассказу Ивана Тургенева «Песнь торжествующей любви» — «Pieśń Triumfującej Miłości». Для Жулавского, который сейчас признан классиком европейского кино, этот фильм стал одной из первых самостоятельных работ в кинематографе. В «Песне…» нет лёгкой иронии, присущей польской экранизации «Упыря»: она подчёркнуто романтична.

Тем временем пришли 80-е, а с ними — перестройка в СССР, и много из того, что было нельзя, стало можно. «Страшные» рассказы Толстого вызывали большой интерес у деятелей «перестроечного кинематографа», но прежде, чем поговорить о них, нужно вспомнить о фильме, который послужил образцом для большей части последующих экранизаций русской мистической классики и создал определённые эстетические каноны, — «Господин оформитель». Вскоре после выхода на экраны его, как и в случае с «Вием», назвали «первым советским фильмом ужасов». В основу сценария Юрия Арабова, тогда молодого сценариста, а ныне — признанного писателя, лёг рассказ Александра Грина «Серый автомобиль». Грина у нас экранизировали, конечно, и раньше, но его готическая проза оставалась для советского кинозрителя неизвестной.

Впрочем, зритель зарубежный о гриновской мистике уже знал: в 1976 году в Югославии на загребской студии «Ядран филм» (на то время одной из самых влиятельных студий Центральной Европы) завершилась работа над фильмом «Избавитель» (Izbavitelj) по рассказу «Крысолов», одному из самых атмосферных произведений в русской литературе первой половины прошлого века. Фильм даже выдвигался от Югославии на «Оскар», но в список номинантов 49-й церемонии награждения (1977 год) не попал, зато в 1982-м победил на фестивале Fantasporto. В 1999 году хорватские критики включили «Избавителя» в двадцатку лучших хорватских фильмов века (19-е место). Он действительно заслуживает внимания, хотя передать атмосферу и очарование литературного первоисточника полностью ему не удалось, основная причина — перенос места действия в необозначенный югославский город времён Великой депрессии при том, что «Крысолов» — плоть от плоти петербургская повесть. «Крысолов замыкает цепь величайших поэтических произведений о старом Петербурге-Петрограде, колдовском городе Пушкина, Гоголя, Достоевского, Блока…», — так писала литератор Вера Панова. Без атмосферы великого сумрачного города, полупустого постреволюционного Петрограда, которая и была главным героем повести, сюжет тускнеет, хотя облик центральноевропейского города в фильме тоже весьма фактурен и общее настроение частично сохранено. Сюжетно он во многом продолжает и развивает идеи повести, что, впрочем, не делает его более глубоким, наоборот — он становится похожим на стандартные фильмы о тайном правительстве и «похитителях тел», хотя социальная сатира прослеживается в ленте весьма чётко, и принявшие человеческое обличье жестокие крысы, ненавидящие человеческие чувства, пробравшиеся в верхние эшелоны власти, жирующие за чужой счёт, не могут не вызывать отвращение.

«Господин оформитель» стал для советского зрителя конца 80-х откровением. Удивляла откровенная богемность, декаданс, мистика, прежде чуждые советскому кинематографу. Потрясала музыка андеграундного Сергея Курёхина, но, пожалуй, самое яркое впечатление оставил кинодебют исполнителя главной роли брутального Виктора Авилова. Дебютной картина стала и для режиссёра Олега Тепцова — первый вариант картины он выполнил в качестве дипломной работы, которая оказалась столь интересной, что комиссия Госкино выделила средства для создания полнометражной версии. Музыку к первому варианту также написал (и записал при участии музыкантов группы «Кино»!) Курёхин. В фильме снимались в основном молодые или не слишком известные актёры, исключение — звезда советского кино Михаил Козаков в роли Грильо, но это только помогало зрителю сконцентрироваться на мистической атмосфере картины. А Виктор Авилов получил после выхода фильма на экраны всесоюзную известность. Роль дерзкого художника-декадента «не от мира сего», возомнившего себя Творцом и оживившего силой искусства созданную им куклу, чтобы в конце концов погибнуть от рук собственного произведения, подошла Авилову идеально. Фильм приобрёл культовый статус и многие последующие отечественные экранизации русской готики вольно или невольно снимались с оглядкой на «Господина оформителя».

В 1991 году вышла отечественная экранизация толстовского «Упыря» — «Пьющие кровь». Желая повторить успех фильма Тепцова, создатели картины заказали музыку у Курёхина, пригласили звёздный актёрский состав — в главной роли Андрей Соколов, на тот момент один из самых популярных молодых отечественных актёров, и признанные звёзды европейского уровня — Марина Влади и Донатас Банионис; в главной женской роли — экс-мисс Тирасполь Марина Майко, а в роли «оруженосца», спутника героя — Андрей Ургант, интересен в роли Рыбаренко молодой актёр Константин Афонский. Добавим сюда известного режиссёра Евгения Татарского, снимавшего любимые зрителем фильмы «Приключения принца Флоризеля», «Золотая мина», «Джек Восьмёркин — “американец”», и опытного оператора Константина Рыжова, и становится понятно, что налицо попытка создать первый отечественный хоррор-блокбастер. Увы, несмотря на столь солидный десант киноспециалистов выдающейся картина не стала, но в целом — это добротная работа, хоть и без «изюминки». Слишком академичная, неторопливая, порой — просто затянутая.

О «Семье вурдалаков» (1990) Геннадия Климова и Игоря Шавлака с самим Шавлаком в главной роли можно найти самые противоречивые отзывы в Интернете: от «великолепный фильм, классика русского хоррора» до «худший фильм в истории советского кино». Не будем судить слишком строго, но он правда скучноват, попытка добавить киноэстетики, создав соответствующую атмосферу шорохами-скрипами, тенями, мрачноватыми пейзажами и депрессивной музыкой не удалась, а денег на спецэффекты у «кооперативного кино», даже несмотря на спонсорскую помощь коммерческого банка, видимо, не нашлось. Да, вы, конечно, поняли, что это очередная адаптация бессмертного (в прямом и переносном смысле) рассказа Толстого, только действие перенесено в современность — столичный фотожурналист приехал в русскую глухомань и… тут-то всё и завертелось.

Как и «Господин оформитель», выполнен в стилистике декаданса фильм «Жажда страсти» (1991) по рассказам Валерия Брюсова (в первую очередь — по рассказу «В зеркале»), неудачная попытка создать яркое советское кино в мистическом жанре. Режиссёр и сценарист Андрей Харитонов существенно расширил тему рассказа, превратив историю о злом зеркальном двойнике в настоящее вторжение демонов из зеркального мира. Фильм интересен тем, что здесь чуть ли не впервые в советском кино используется целый ряд приёмов и штампов, характерных для западных ужастиков, к сожалению, эти приёмы выглядят чаще всего нелепо, а финальная сцена с изгнанием демона при помощи крестика так и вовсе смешна. Сумбурный и наивный сюжет не спасают ни звёзды отечественного кинематографа Анастасия Вертинская и Игорь Косталевский (в роли почти нуарового детектива), ни музыка модного композитора Игоря Крутого, ни песня в исполнении Ирины Отиевой, ни первая в советском кино лесбийская сцена. Есть лишь отдельные интересные фрагменты, которые никак не складываются в единую картину. Добрых слов заслуживает игра Костолевского, а вот Вертинская порой переигрывает. Для Андрея Харитонова, известного актёра, этот фильм стал единственной режиссёрской работой, конечно, чувствуется отсутствие опыта, как не хватило опыта создания интеллектуального хоррора и всей съёмочной группе.

Сюжетно близок рассказу Брюсова рассказ писателя 20-х годов Александра Чаянова «Венецианское зеркало», экранизированный Геннадием Городним в 1994 году в виде короткометражки. Главные роли в фильме исполнили повзрослевшие «электроники» братья Торсуевы.

Картина Евгения Юфита и Владимира Маслова «Папа, умер Дед Мороз» 1991 года формально является ещё одной экранизацией «Семьи вурдалака», но на деле этот чёрно-белый, авангардный, почти бессюжетный фильм, удостоенный Гран-при кинофестиваля Римини-92 и снятый в жанре так называемого «некрореализма», имеет не так уж много общего с произведением Толстого. В главных ролях Анатолий Егоров и Иван Ганжа (Жаровкин из «Собачьего сердца»). Действие опять-таки перенесено в наши дни. Писатель-натуралист приезжает к родственникам в глухую деревню, чтобы в тишине и покое закончить рассказ «про мышь-бурозубку» (хотя бурозубка, честно говоря, и не мышь вовсе). Но ожидаемого покоя писатель не дождётся — в деревне происходят странные события...

Не обошли вниманием русскую готику и мультипликаторы: в 1986 году на киностудии «Беларусьфильм» режиссёром Еленой Петкевич в оригинальной технике движения песка по мотивам одноимённой повести Антония Погорельского снят мультфильм «Лафертовская маковница». В 2010 году молодой московский режиссёр-аниматор Валерий Кожин создал 6-минутный рисованный фильм «Квадратурин» с использованием цитат из советской графики 1920—1930-х годов. «Квадратурин» стал одной из лучших отечественных анимационных работ за последнее время. Приятно, что для своей дебютной работы режиссёр выбрал рассказ забытого и вновь возвращающегося к читателю классика русской литературы Сигизмунда Кржижановского.

В 2006 году снят российский фильм «Ведьма», «американизированная» киноверсия гоголевского «Вия», снятая Олегом Фесенко. В главных ролях — Валерий Николаев и Евгения Крюкова, в ролях второго плана заняты прибалтийские актёры, в том числе такие известные как Лембит Ульфсак, Арнис Лицитис, Ита Эвер, пионер эстонской (и советской) рок-музыки Пеэтер Волконский.

Интерес к экранизациям русской готической классики не ослабевает. В 2014 году вышел на экраны совместный российско-украинско-немецко-чешско-британский блокбастер с бюджетом в 26 миллионов долларов «Вий», снимавшийся Олегом Степченко несколько лет. В главной роли снялся известный британский актёр Джейсон Флеминг, картина также стала последней для выдающегося русского актёра Валерия Золотухина. Фильм оказался коммерчески успешным — собрал почти 40 миллионов долларов. Поэтому сейчас в процессе съёмок находится продолжение киноленты — «Путешествие в Китай», которое, вероятно, будет иметь совсем мало общего с литературным первоисточником.

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх