Зона ужаса

Иллюстрации Игоря Авильченко знакомы всем поклонникам русского хоррора. Его сотрудничество с «темным» жанром началось с антологии «Самая страшная книга 2015» и продолжается до сих пор. DARKER не упустил возможность пообщаться с художником — о грядущих проектах, о фобиях и даже о том, как попасть на обложку.

 

Игорь, привет! Сам о себе ты пишешь: «Не был, не состоял, не обучался, что видно, глядя на рисунки даже невооруженным глазом». Тем не менее твои работы многим нравятся. Расскажи, каким ветром тебя занесло в мир книжно-журнальной иллюстрации?

Если честно, мне с детства нравились книги с иллюстрациями. Но так как такими были далеко не все (а я говорю о фантастике), то хотелось их оформлять самому. В перестроечные годы была одна попытка этим заняться, но издательство решило переключиться на издание исторических альбомов. Увы. Вторая попытка произошла после знакомства с замечательным писателем Юлией Зонис. Ей нравились мои рисунки, и она договорилась в издательстве, что ее «Хозяин зеркал» выйдет с моими иллюстрациями. Правда, сам роман я тогда еще не прочитал, поэтому половина иллюстраций — это просто эскизы на тему книги. И отражают скорее дух, чем букву. А то, что мои иллюстрации многим нравятся, у меня до сих пор вызывает удивление и некоторое смущение.

Юлия Зонис и Игорь Авильченко

 

Ты долгое время рисовал для журнала «Фантастика и детективы», а потом угодил в наше хоррор-сообщество вместе с иллюстрациями к «Самой страшной книге 2015» и «Хеллоуину». Имеет ли значение для художника жанр произведения? С чем интереснее работать?

Думаю, что имеет. Другое дело, что профессиональным художникам труднее заниматься только тем, что им нравится — ведь нужно кормить семью. Мне на этот счет проще. Поэтому и работаю с тем, что мне интересней. С фантастикой и, конечно, с хоррором (слышится радостный потусторонний хохот).

То есть, как и большинство нынешних писателей, творишь из любви к искусству? В качестве хобби?

Да, ношу почетное звание художественного графомана. Ну, если такое существует. Но если издатель может заплатить и хочет, я не отказываюсь.

У тебя есть гораздо более почетное звание: лучший художник-иллюстратор по версии Интерпресскона 2014 года. Что значит для тебя эта награда?

Я очень рад, что мне ее присудили. Хотя объективно — были кандидаты и посильнее. Будем считать это призом моей бронебойной харизме.

Иллюстрация к рассказу Андрея Тарана «Пиявки»

 

Раз уж речь зашла о других художниках, назови своих любимчиков — в том числе и зарубежных. Чьи работы нравятся, на кого хотелось бы равняться?

С детства фанател от рисунков Юрия Макарова, перечитал все книги с его иллюстрациями, которые смог найти. Также поклонник обложек Антона Ломаева. Нравятся рисунки Сергея Шикина и Володи Ненова. Из забугорных — Джим Бернс, Луис Ройо, Джеральд Бром... В общем, талантов, на которых стоит равняться — хватает.

Один из плюсов работы книжным иллюстратором — это возможность читать книги задолго до их появления в магазинах. В начале следующего года выйдут антологии «Темные» и «Самая страшная книга 2016». Ты с ними уже познакомился. Поделишься читательским мнением? 

Это и один из минусов. Ведь мне приходится читать еще не редактированные версии. Хорошо, что упомянутые книги изначально написаны на приличном уровне. Это меня порадовало. Рассказы разнообразны и не скучны. Первая — это сборник «темных» историй, а вторая — хоррора. И обе по-своему интересны. Я рад, что нас продолжают радовать такими сборниками. Тем более что могу для них немного порисовать.

Как выбираешь рассказы для иллюстраций?

Если в рассказе есть яркая сцена с каким-нибудь монстром, его шансы на рисунок возрастают.

Да, заметно, что тебе гораздо интереснее рисовать разнообразных чудовищ (речь не только об иллюстрациях), нежели людей. Интересно, почему?

Все очень просто. Чтобы хорошо рисовать людей, нужно этому учиться. Чтобы рисовать монстров, нужно иметь воображение. Так как я никогда не учился рисовать, сознательно или подсознательно пытаюсь избегать того, что получается хуже. Всё честно.

Давай прямо сейчас устроим премьерный показ одной иллюстрации из любого грядущего сборника (и будем надеяться, что издатель не покарает нас за эту самодеятельность).

Памятка юного бродяжки.

Прочитал этот рассказ еще до того, как услышал о сборнике. И сразу подумал — вот на него бы нарисовал иллюстрацию. И тут такая удача — его взяли в антологию! В моём топе «Темных» — он на первом месте.

А на картинке нарисован один из тех персонажей, которых я считаю безусловной удачей. На рисунке одна из сценок рассказа, и, надеюсь, она вышла достаточно жуткой. Сам рассказ я рекомендую к прочтению тем, кто уже прочитал Кожинскую «Охоту на удачу». Вишенка на вершине вкусного торта, однозначно.

Мы тут говорим о (самых) страшных книгах, но как ты считаешь, можно ли вообще напугать текстом? С фильмами все понятно, там задействованы другие механики, а что насчет литературы? Что напугало лично тебя?

В этих антологиях? Практически ничего. Хотя местами бывало жутковато. В тех рассказах, где страхи авторов совпали с моими фобиями. А так — если не применительно к антологиям — частенько раньше попадались рассказы или сценки в романах, которые очень пугали. Хотя, конечно, не так как в фильмах — где можешь подпрыгнуть от неожиданности. И первые два таких рассказа я помню до сих пор — «Голуби ада» Говарда и «Мэнглер» Кинга.

Какие же у тебя фобии?

Может быть, боязнь замкнутого пространства? Ну, очень замкнутого. А может, это боязнь ограничения движений? Не пытался в этом разобраться. Так что вряд ли я смогу быть поклонником игр со связыванием.

Веришь ли в сверхъестественное?

Это во всякие приметы и гробы на колёсиках?

В том числе, да. Когда ночью в пустой квартире кто-то гремит посудой на кухне, и это точно не кот…

Ну как сказать... Я православный, но плюю через плечо, когда мне дорогу переходит черная кошка, если именно это имеется в виду. Хуже-то не будет? Иногда происходят всякие события, которые хочется назвать мистикой. Иногда они даже нехило пугают. Впоследствии же оказывается, что любое из этих событий можно было объяснить вполне рационально. В целом, темной ветреной ночью на деревенском кладбище я сильнее верю в потустороннее, чем субботним вечером в пабе. Всё зависит, наверное, от обстоятельств.

Иллюстрация к рассказу Бориса Богданова

«Вместо кожи — червивая шкура»

 

Расскажи о своем творческом процессе. Когда рисуешь, в какой обстановке, сколько времени уходит на одну работу? Нужны ли тебе какие-то особые условия? Или достаточно карандаша и листа бумаги?

Иногда долго «раскачиваюсь», прежде чем взяться за чистый лист и карандаш, иногда быстро делаю набросок, но потом он долго валяется и иногда даже не дорисовывается. Большинство рисунков для последних двух антологий «рождалось» очень быстро — за день-другой. Рисую на кухне, на обычном столе, обложившись линерами, карандашами и маркерами. Обычно после 23-х часов, чтобы никто не отвлекал, и часов до трех ночи. При этом краем глаза поглядывая какой-нибудь фильмец по кабельным каналам или наши новости с Первого канала, которые пугают и веселят иногда почище любого фильма.

Компьютерно-планшетной помощью не пользуешься принципиально, только олдскул?

Пару лет назад купил планшет и поставил на комп какой-то редактор, но… так и не удосужился освоить. Так что олдскул, но чисто из-за лени.

Пока ты занимаешься только внутренними иллюстрациями. Стоит ли ждать обложек? 

На этот счет есть сомнения, но с чем судьба не шутит?

Рисунки Игоря Авильченко еще не попадали на обложки, зато туда попал сам Авильченко. Поведай эту историю.

История получится длинная. Но если вкратце, Сергею Шикину понравилась одна фотография, где я позировал с мечом. И он, к моей радости, использовал её для обложки антологии «Путь волшебника», составленной Д. Д. Адамсом. А на следующий год ту же иллюстрацию напечатал на обложке в июльском номере журнал «Мир фантастики». Правда, для журнала я попросил Сергея бороду мне укоротить. И вот теперь я дважды «звезда с обложки».

Как смотришь на появление этих самых «звезд» на обложках отечественных изданий? Например, из книг с братьями Винчестерами на обложке можно собрать целую библиотеку.

Во всем хороша мера. С Винчестерами уже перебор, а со мной явный недобор (зловещий смех).

Помимо всего прочего ты еще и публикующийся писатель. Какое жанровое направление тебе ближе всего?

Поскольку публикуюсь я только как соавтор Юлии Зонис, то и направление соответствует пересечению наших вкусов. Фантастика на стыке с постапокалиптикой, мистика с налётом хоррора. Попытались вот в ССК-2016 рассказ написать, наваяли за часок, но, увы — он недобрал пары баллов до проходного уровня. Основная претензия была — слишком короткий, не успевают испугаться по-настоящему за героев.

Под занавес интервью — несколько традиционных вопросов. Что можешь посоветовать начинающим писателям и художникам?

Традиционный ответ — побольше рисовать, в том числе то, что не получается. Учиться хотя бы основам анатомии, композиции и прочим премудрым вещам. Изучать картины и альбомы классиков и современных художников. Пить больше водки. Ой, это я, кажется, для другого интервью...

Поделись творческими планами. Работаешь над чем-нибудь прямо сейчас?

Сейчас у нас с Юлей Зонис есть один крупный проект, но говорить о нем пока рановато. Кроме этого дорисовываю иллюстрации к ССК-2016. Хотелось бы и дальше сотрудничать с М. С. Парфеновым и Ириной Епифановой.

И пожелай что-нибудь читателям DARKER.

А читателям DARKER желаю активней поддерживать рассказами, рецензиями, статьями и деньгами как сам журнал, так и писателей с издателями, пытающихся возродить на российских просторах беспощадный русский хоррор. Ну и перефразируя Кинга: любите ужасы, это поможет вам справиться с реальностью.

Спасибо за интервью, Игорь! Удачи!

 

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх