Однажды ты просыпаешься и понимаешь: что-то вокруг изменилось. Знакомые говорят, будто видели тебя в таких местах, о которых ты не имеешь понятия. Обвиняют в поступках, о которых ты совершенно не помнишь. Время путается, утекает сквозь пальцы, в памяти провалы, в голове шепчутся чужие голоса. Может, ты стал одержимым или сумасшедшим? Одно совершенно ясно: кто-то хозяйничал в твоем теле, пока разум спал. И во сне породил чудовищ...

Внутренние чудовища… Так зачастую мы называем собственные подавляемые желания, устремления и инстинкты. Они скрываются в тени и ждут своего часа, чтобы вырваться на волю. Тогда безобидный тихоня превращается в озлобленного монстра, а люди разводят руками: «Как будто подменили человека! Совсем другим стал…»

Некоторые действительно становятся другими, иногда ощущая, что с ними что-то не так, а иногда и вовсе не осознавая этих перемен.

Сюжет про доппельгангера или «темного двойника» набрал популярность в эпоху романтизма и стал одной из характерных черт готического романа.

Темой двойничества заинтересовался Роберт Льюис Стивенсон. Отбросив мистическую шелуху, он постарался объяснить появление «злого двойника» с точки зрения науки. В романе «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» инфернальный образ доппельгангера воплощается в Хайде — убийце, терроризирующем Лондонские улицы. Он появляется после принятия доктором Джекилом синтетического наркотика и абсолютно свободен от морали, отличаясь от выхолощенного до стерильности Джекила не только внутренне, но и внешне, и вызывает у всех, кто встречает его, физическое отвращение на грани ужаса.

«Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» едва ли не впервые в литературе рассматривает расщепление одной и той же личности на несколько составляющих, что потянуло за собой ряд схожих произведений, где раскрывались темные стороны человека. Именно в 19 веке и была впервые введена в обиход теория диссоциации.

Множественное расстройство идентичности — редкое заболевание. Вокруг диагноза до сих пор не умолкают споры, некоторые специалисты склонны полагать, что симптомы носят надуманный характер, и долгое время множественное расстройство было неотделимо от прочих психических расстройств. Пациентов, страдающих подобным заболеванием, причисляли или к шизофреникам, или к преступникам, соответственно содержали или в лечебницах, или в тюрьмах. Лечение проводилось при помощи медикаментозной и шоковой терапии, что не только не облегчало состояние больного, но порой и усугубляло его.

Отчасти это было обусловлено тем, что множественная личность еще называется «патологией утаивания», при которой пациент нередко не осознает существования других личностей. Но даже части собственного «Я», знающие о диссоциации, очень неохотно разглашают свой секрет.

Примером такого внутриличностного заговора может послужить диалог психолога Дороти Тернер с Дэвидом, одной из двадцати трех личностей главного героя документального романа Дэниела Киза «Множественные умы Билли Миллигана».

« — Но, Дэвид, ты должен рассказать мне об этом, чтобы я могла помочь тебе.

— Я не могу, — упорствовал он. — Они ужасно рассердятся и не позволят мне больше вставать на пятно.

— Но ты должен кому-нибудь рассказать. <…> Позволь мне узнать, что происходит, чтобы я могла помочь.

Он долго и напряженно думал и наконец пожал плечами.

— Ладно, я расскажу вам, но при одном условии. Вы должны обещать мне, что никому на свете не расскажете этой тайны. Никому. Никогда. Никогда. Никогда».

Билли Миллиган — один из самых известных людей с диагнозом «множественная личность» в истории психиатрии. Он обвинялся в нескольких ограблениях и трех изнасилованиях, однако адвокаты заявили о невменяемости своего подзащитного, утверждая, что преступления были совершены двумя его альтернативными личностями и без ведома самого Миллигана. В результате Билли оправдали и направили его на принудительное психиатрическое лечение. Некоторые личности Билли Миллигана были одаренными художниками и музыкантами, при этом каждый специализировался на отдельном направлении в живописи или музыке, у всех личностей был разный коэффициент интеллекта.

Первые симптомы диссоциации возникли у Билли в возрасте восьми лет, когда отчим связал его в сарае и изнасиловал.

Терапевты, работающие с диссоциативными клиентами, рассматривают множественные личности как синдром хронического посттравматического стресса, происходящего из детства. В травме человек захвачен чувствами и беспомощен перед ними, не способен освоить, понять и переварить ужас, агрессию, ярость, возбуждение, стыд или вину.

Так происходит и с героиней романа Флоры Риты Шрайбер «Сивилла», имеющей шестнадцать разных личностей. Расщепление ее сознания, ее «ядра» тоже случается в результате длительной травматизации: шизофреничная мать, отстраненный и безразличный ко всему отец, дефицит внимания, родительской любви и заботы. В таких семьях приняты правила: «Забудь, что тебе было больно. Веди себя, будто ничего не случилось». Типичным эмоциональным ответом на травму было наказание еще большим насилием: «А вот теперь тебе действительно будет, от чего плакать». Подогревая и поддерживая такое отношение к травмирующей ситуации, близкие и не очень люди способствуют развитию болезни.

Диссоциация — это невидимая защита, бегство в свой придуманный, скрытый от глаз большинства мир.

Несмотря на то, что части диссоциирующего клиента принято называть «личностями», они скорее являются фрагментами одного и того же «Я». Эти личности берут на себя те или иные функции. В типичных случаях к ним относятся: личность-хозяин, инфантильные и детские компоненты, внутренние преследователи, жертвы, защитники и помощники.

Так, у Миллигана существовали следующие личности-функции: Артур — доминирующий в безопасных ситуациях, Рейджен — хранитель ненависти, Дэвид — хранитель боли, Аллен — манипулятор, Томми — мастер по побегам, Денни — тот, кто испуган, Кристин — «ребенок для угла», Эйприл — стерва, Джейсон — тот, кто «спускает пар», Марк — рабочая лошадка и другие.

Кроме глубокой детской травмы диссоциирующих людей объединяет развитое воображение, богатый внутренний мир, а также способность к самогипнозу. Основная личность не может содержать травмирующие воспоминания, поэтому зачастую подавлена. Она «спит» и, просыпаясь, не помнит ничего из того, что делали другие личности. Забывается момент переключения, появляется ощущение потери времени и различные временные искажения, голоса и шумы в голове роднят множественное расстройство с шизофренией, а речь от третьего лица так напоминает одержимость бесом, что даже появляется сомнение: действительно ли дело в психическом расстройстве или это проделки нечистого?

«Иисус сказал: выйди, дух нечистый, из сего человека. И спросил его: как тебе имя? И он сказал в ответ: легион имя мне, потому что нас много» (Мк. 5:8-9)

Но все-таки по примеру Роберта Стивенсона давайте отойдем от мистицизма и вернемся к нашему легиону.

Говоря о детской травме, о любви и ненависти к родителям невозможно не вспомнить об одном из самых ярких представителей расщепленной личности в кинематографе — Нормане Бейтсе.

Маньяк-убийца из романа «Психоз» (в русском переводе привычно название «Психо») Роберта Блоха и одноименной экранизации Альфреда Хичкока стал воплощением фанатичной и болезненной привязанности к матери, вызванной чрезмерной опекой и доминирующей позицией Нормы Бейтс.

Считая, что все женщины, кроме нее самой, являются грязными шлюхами, Норма насаждала эту точку зрения и своему сыну, пропагандируя греховность любых плотских отношений. Даже после смерти матери ее доминирующая роль была столь сильна, что в Нормане развилась еще одна личность — агрессивной и властной Нормы. Именно она совершала убийства девушек и, в конце концов, полностью подчинила волю Нормана.

Лучший друг мальчика — это его мама, не правда ли?

При этом в Хичкоковской интерпретации образ Бейтса обладает особым очарованием. Специалисты отмечают, что большинство диссоциативных людей довольно привлекательны, они могут вызывать чувства участия и нежности. Отзывчивость на простое внимание столь трогательна, а страдания столь глубоки и незаслужены, что детскую часть такого пациента хочется посадить на колени или даже забрать домой. Перерабатывая образ убийцы, сам мэтр саспенса признавался в своем желании вызвать чувство сопереживания у зрителя. Оценивая историю Нормана, зритель как бы сам перенимает симптомы расщепленной личности: Норма воплощает злодеяние и ненависть, Норман — потребность в любви, из-за чего сам становится жертвой своего же расстройства.

Диссоциация может быть заразительной.

Есть мнение, что множественная личность теперь наблюдается чаще, чем несколько поколений назад. Возможно, это связано с социологическими факторами, такими как военные действия, в ходе которых травмируются целые цивилизации и очень многие люди впоследствии проигрывают опыт с собственными детьми. Это и такие причины, как дестабилизация семей, увеличение образов насилия в средствах массовой информации, что наиболее часто стимулирует у предрасположенных людей именно диссоциативную защиту, а так же анонимность и индивидуализация современной жизни.

Неудивительно, что в современном мире тема двойника получает новую интерпретацию. Человек противопоставляется обществу, первобытные инстинкты и агрессивные импульсы — цивилизации. Выход из стрессовой ситуации видится в независимости от любых проявлений запретов и рамок, высвобождения того слоя сознания, которое известно в психоанализе как «Оно».

Тема бунтарства, влечения и внутренней борьбы с «теневым двойником» находит воплощение в романе Чака Паланика «Бойцовский клуб».

Безымянный рассказчик мучается бессонницей и по совету лечащего врача начинает посещать группы поддержки для больных различными заболеваниями. Впоследствии Рассказчик знакомится с харизматичным Тайлером Дерденом, чьи дикие выходки и акты вандализма рассматриваются как «борьба с системой». Вместе они организуют подпольный «Бойцовский клуб», выступающий радикальной формой психотерапии. Со временем Тайлер убеждает героя, что нужны более веские методы воздействия на окружающий мир, и постепенно идея «Бойцовского клуба» перерастает в террористический проект «Разгром».

«Ты хотел изменить свою жизнь, но не мог это сделать. Твои желания воплощены во мне. Я выгляжу так, как ты хотел выглядеть, я трахаюсь так, как ты хотел трахаться. Я умен, талантлив, и, самое главное, свободен от всего, что сковывает тебя», — обращается Тайлер к Рассказчику.

Это позволяет осознать, что Тайлер Дерден — альтер-эго героя, его проекция, сгусток вытесненных тайных желаний, воплощение темной стороны.

Очарование двойником, а затем борьба с ним является одной из основных линий романа и продолжается до самого финала.

Мотив сосуществования нескольких личностей в одном теле популярен и сейчас. Так, в 2016 году на экраны вышел психологический триллер режиссера М. Найта Шьямалана «Сплит», что буквально означает «Расщепленный».

Главный герой Кевин, похитивший трех девушек, как и его прототип Миллиган обладает двадцати тремя личностями, из которых зрителю показывают основные: нервного и педантичного Денниса, спокойную Патрицию и личность-ребенка Хедвига. Собственное «Я» Кевина подавлено и ему не разрешено занимать доминирующую позицию и принимать решения. Если трижды произнести его имя вслух, то проснется двадцать четвертая личность — Зверь, в котором находит воплощение ницшеанская идея сверхчеловека, обладающего невиданной силой и свободного от социальных рамок, что отчасти роднит его с вышеупомянутым Тайлером Дерденом.

Соединение функциональных личностей и доминирование одного «Я» — основная задача терапии. Быть может, в попытке соединить такие разные элементы нашего сознания кроется стремление к свободной, счастливой и внутренне гармоничной личности. А может, победа над внутренними демонами и в самом деле является одной из главных побед в жизни человека? В любом случае, диссоциирующие люди, одновременно такие интеллектуальные и пугающие, креативные и уязвимые продолжают вдохновлять писателей и сценаристов.

Загляни в себя и посмотри: кто прячется в твоей тени?

 

Примеры в культуре:

— Доктор Джекил и мистер Хайд. Роман «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда», Роберт Льюис Стивенсон.

— Сивилла и ее личности. Роман «Сивилла», Флора Рита Шрайбер.

— Билли Миллиган и его личности. Роман «Множественные умы Билли Миллигана», Дэниел Киз.

— Рассказчик и Тайлер Дерден. Роман «Бойцовский клуб», Чак Паланик. Одноименная экранизация Дэвида Финчера.

— Норман Бэйтс и его мать, «Психо», Роберт Блох. Одноименная экранизация Альфреда Хичкока.

— Эндрю Леддис и Эдвард Дэниелс. «Остров проклятых», Деннис Лихэйн. Одноименная экранизация Мартина Скорсезе.

— Одетта Холмс, Детта Уокер и Сюзанна Дин. Цикл «Темная башня», Стивен Кинг.

— Морт Рейни и Кокни Шутер, «Тайное окно», Стивен Кинг. Одноименная экранизация Дэвида Кеппа.

— Уилл Эйтентон и Питер Уорд. Фильм «Дом грез», режиссер Джим Шеридан.

— Роуз и Ричи. Фильм «Цвет ночи», режиссер Ричард Раш.

— Мари и Убийца. Фильм «Кровавая жатва», режиссер Александр Ажа.

— Мистер Брукс и Маршалл. Фильм «Кто вы, мистер Брукс?», режиссер Брюс Эванс.

— Кевин и его личности. Фильм «Сплит», режиссер М. Найт Шьямалан.

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх