ФОБИЯ

Канал имени Москвы (роман)

Автор: Аноним

Жанр: фэнтези, мистика с элементами постапокалиптики

Издательство: АСТ

Серия: Новые легенды

Год издания: 2015 (по факту вышла в конце ноября 2014)

Похожие произведения:

  • Джеймс Блэйлок «Эльфийский корабль» (роман)

  • Джон Р. Р. Толкин «Властелин колец», «Хоббит» (эпизодами)

  • произведения Нила Геймана

Ну хорошо, пускай будет Аноним. Вообще говоря, секрет уже раскрыт, и даже не нами, но об этой книге мы узнали из первых уст много номеров DARKER назад, когда журнал еще барахтался в пеленках и зловеще агукал. Правда, недавно мы все-таки проговорились, но сделаем вид, будто этого не было, и подождем официального разоблачения. Пока наивные читатели на стороне косятся на Акунина и Глуховского (корова дает молоко, собачка говорит «гав-гав», Акунин выдает иногда неожиданные мистификации, Глуховский у нас специалист по постапокалиптике и всему такому — и вообще, а разве есть еще какие-то другие писатели?), изобразим хитрые лица, не будем ставить авторский тег и просто потолкуем о книге.

Ну что ж, миру, каким мы его знаем, пришел конец. Когда именно, никому — или почти никому — из живущих не известно (и так уж сложилось, что в самом тексте четких ориентиров тоже не будет, да и не надо), но счет идет на десятки лет. Так или иначе, но на многогрешной земле лежит туман. Не ядовитый, не радиоактивный, но все же очень, очень нехороший. Возьмите кинговскую мглу, сайлент-хилловский кисель, туманы из «Властелина колец», «Волкодава», да хоть к Карпентеру загляните, смешайте в шейкере и в итоге получите желаемое. В этом нехорошем тумане скрываются жуткие существа, происходят неподвластные разуму явления, распадается сама реальность — короче говоря, вам и нам там делать нечего.

Однако существует по крайней мере один уголок, где по-прежнему обитают люди — канал имени Москвы, протянувшийся на сто с лишним километров от мирной маленькой Дубны до неведомой ныне столицы, и где широкая, где поуже полоска суши вдоль одного из берегов, пригодная для жизни. Некогда тянулась ниточка и к городам на Волге, но к началу повествования из Ярославля и Нижнего давно уже не слышно ни хороших, ни плохих вестей. Есть ли еще такие клочки цивилизации на планете, можно лишь гадать… если не лень 

Ну и шут с ним: живется местным не то чтобы плохо. Да что уж там, очень хорошо живется, несмотря на близость тумана со всей его таинственной жутью. Назвать обрисованный в романе мир постапокалиптическим не повернется язык (разве что могучим усилием воли): на память скорее приходят слова «пастораль» и «золотой век». Цветут сады, в проводах искрит электричество по каналу снуют купеческие суда со всевозможными товарами, трактиры не знают проходу от клиентов и потчуют всех желающих вкуснейшим сидром, а про преступность с нищетой никто как будто и не слышал (ну, веселыми веществами балуются всякие обалдуи, но тоже в меру, скромненько... да еще кое-где профессиональные побирушки с их заправилами, куда без них). У Яхромы сохранился даже самый настоящий отель для богатых, он же курорт, он же торговый центр — между прочим, под малопонятной теперь вывеской «Лас-Вегас» (от былой эпохи каких только странных словечек не осталось). В сравнении с идиллией, царящей на канале, толкиновский Шир — почти что Южный Централ или Южное же Бутово. Ей-ктулху, если засилье тумана сумело сотворить такое с нашей злой, больной цивилизацией, то пусть себе ползет хоть сейчас, открываем окна и дружно рвем на канал 

Единственные, кто отваживается выбираться за пределы обжитых мест, по общественной надобности и из любопытства, — гиды: мистический орден, исследовательская группа и профессиональные решатели проблем в одной упаковке. Кое-кто из них в шутку называет себя и собратьев джедаями, однако шутка близка к истине. Световые мечи, Сила — до такого, разумеется, не доходит, но в каждой избушке свои погремушки, и эта не исключение. Гиды водят то ли дружбу, то ли еще какие-то смутные отношения со скремлинами — существами родом из тумана, о которых ходят разнообразные и пугающие слухи. Побаиваются, соответственно, и самих гидов. Но без них никак.

Вообще, слухов и мифов на канале больше, чем людей. И волей автора мы окунемся в этот легендариум с головой, хотя раскроет господин Аноним далеко не все карты. А постигать тайны Канала нам предстоит в довольно приятном обществе.

Итак, история начинается с того, что самый обыкновенный — как кажется ему и большинству окружающих — юноша по имени Федор, сын простого гребца из Дубны, пускается в неожиданное и опасное путешествие по Каналу в компании загадочного гида Хардова, бывалого капитана Матвея Кальяна и некой юной же девушки. Цель предприятия не вполне ясна (доставить вверх по каналу некий груз, вроде бы даже контрабандный), опасностей впереди явно не перечесть, а затее в целом кое-кто пытается помешать. Но если уж тебя позвала дорога приключений, изволь собирать вещички.

Почти все дальнейшее — по-дзэнски неторопливое перетекание тел и душ героев сразу из нескольких точек A в соответствующие точки B: географическое, моральное, мировоззренческое паломничество, замаскированное под густые как патока, тягучие приключения. К центральным персонажам прибавляются новые и новые, и каждый получает свои долгие минуты славы. Обделенных не будет. Почти всем предстоит либо обрести свою истинную сущность, либо примириться с прошлым, либо окончательно сбиться с пути... а в особо нелегких случаях пройти через все перечисленное сразу. Подстегивать перемены и чинить препятствия будут непостижимые силы тумана, воплощенные в том числе в обличье исполинской статуи Сталина, некогда возвышавшейся у первого шлюза на пару с Лениным, но взорванной в 1961-м (реальный факт, как и вся география и прочие особенности канала). Как связана эта злокозненная мистическая сущность со своим прототипом — и связана ли, — нам поведают лишь намеками. Всяческой темной невидали вдоль канала хватит и помимо нее.

Поначалу происходящее живо отзывает «Властелином колец». Параллели сыплются одна за другой: вот хранители некой ценной вещи плывут по Андуину (как вам вон те статуи у прибрежных утесов?), вот тянутся из тумана призрачные лапы с когтями, вот блаженный уголок покоя и вечной красоты с его прекрасной и непостижимой повелительницей, творящей светлые чудеса (простите, не узнаю вас в гриме — Кейт Бланшетт?), вот одинокие путники блуждают по мертвым болотам, а под мутной водой бледнеют лица покойников... Но это лишь поначалу: постепенно происходящее перестает быть происходящим и становится происплетущимся. Чем дальше, тем больше сюжет увязает в собственных ногах, тем длиннее каждый эпизод, пространнее мысль в голове каждого героя.

Чтобы стало ясней, придется уйти в математику и изобразить сферическую главу романа в вакууме. (Именно такой в книге нет, но модели строить всегда весело.) Итак: отряд героев должен преодолеть некий трудный участок канала, где в засаде поджидают враги. Мы узнаём, что думает о предстоящем центральный персонаж A, причем эти размышления вызовут в памяти несколько флешбэков, а то и полноценных эпизодов из прошлого. То же повторится с B и C. Далее мы окажемся в шкуре противостоящего героям персонажа D и, возможно, повторим программу с его подручным E. Не исключено, что издали за всеми ними наблюдает F (флешбэки между тем бьют ключом). И скорее всего, за много километров от места событий ситуацию пытается осмыслить G. Кроме того, нам дадут взглянуть со стороны на A, B и C глазами их соратников H и I. Еще может случиться так, что рядом окажется безымянный персонаж J (допустим, оператор шлюза или так, мимо проходил), и ему тоже достанется пара-тройка абзацев.

Думаете, сцена закончилась? Да она еще не начиналась. Все это будет повторяться цикл за циклом, от решения до действия (даже если речь о чем-то очень простом — например, сделать выстрел или перебежать площадь) могут пройти целые страницы, наполненные воспоминаниями, сомнениями и рефлексией.

Положение осложняется тем, что почти все персонажи, несмотря на разницу в поле, возрасте, опыте и сюжетной роли очень похожи друг на друга и безнадежно... симпатичны. За исключением пары карикатурных мерзавчиков (тоже мелкого пошиба, примерно как мафиози в фильмах вроде «Любовь-морковь»), каждому действующему лицу так и хочется пожать руку, поклясться в вечной приязни и вручить в вечное пользование ключи от родимой квартиры.  Среди них есть потрепанные судьбой, ошибавшиеся, страдавшие, но сейчас всякий их выбор благороден и в конечном счете верен. И чаще всего им везет — хотя кустов вдоль канала маловато и роялей там не водится, боги из машины так и шмыгают туда-сюда. Практически все замыслы удаются, расчеты оправдываются, обманки срабатывают, ну а те самые мерзавчики неизменно садятся в лужу (а то и куда похуже) из-за собственной глупости.

Исключение составляет лишь некто Шатун, своеобразный Анакин Скайуокер среди флегматичных Люков, славных Лей и осоловевших от бездействия Ханов Соло. С ним связано почти все самое интересное в романе, его вольными и невольными стараниями что-то в мире меняется; он беседует в колдовской насосной станции с духами (назовем их так, за неимением лучшего определения) Бориса Гребенщикова и Джими Хендрикса, сокровенная безуминка приводит его и только его напрямую к самому Стражу Канала — догадайтесь, о ком речь. Но по мере приближения к финалу мы все больше видим его со стороны, как внешнюю силу, и теряем контакт. Впрочем, моральным терзаниям Шатуна далеко до тех, что мучили, допустим, Роланда Дискейна или даже Боромира (и снова этот английский профессор, спасу от него нет).

Удивительное дело, но при всем сказанном канал остается каналом и не превращается в раскисшую грунтовку, по которой не пробиться даже на «уазике»: повествование хоть и медленно, но упорно движется вперед, как и положено проточной воде. В итоге лодка господина Анонима все же доплывает до финала, пускай у иного автора под те же задачи и потребовалось бы не пятьсот сорок страниц увеличенного формата, а двести-триста обычного. У Нила Геймана или даже Джорджа Мартина вся эта история вполне могла бы составить первую часть романа того же объема (при всем своем гигантизме «Песнь льда и огня» замечательно лаконична, если присмотреться к отдельным линиям, особенно в первых томах — к слову, речные странствия Тириона в «Танце с драконами» демонстрируют, как блестяще могла бы сыграть задумка «Канала» под пером более умелого мастера). И тем не менее развязка преподносит читателям несколько добротных сюрпризов (хотя кое о чем можно и догадаться). И... оставляет с носом и недвусмысленным «продолжение следует»: собственно, нам никто и не обещал что-то объяснить, а волнующая вылазка в неведомое, которой мы ждали весь роман, отложена до следующего раза. A, B и C (и еще парочка букв) прошли свой путь и сделали выводы, а разгадки и новые откровения — это уж, извините, потом. Вояж закончен, при высадке не забывайте свои вещи 

Пока что судьба «Канала имени Москвы» складывается на редкость удачно: десятитысячный тираж разошелся в считанные недели, в бой пошел еще один такой же. Этот успех не назовешь незаслуженным: похоже, аудитория изголодалась по размеренным, неспешным историям, написанным хорошим живым языком. Лучшие сцены романа напитаны сладким ощущением чуда, из тумана доносится ветерок иных вселенных, горят мертвым светом нечеловеческие глаза, несет свою службу на древнем челне смешной и страшный старик…

Но как же досадно, что эти сокровища скрыты под таким толстым слоем жира. И пройдет ли тот же фокус повторно — вопрос открытый. Голоса канала шепчут и шепчут, но ответа не разобрать…

Оставьте комментарий!

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

(обязательно)

⇧ Наверх