ПОЛУНОЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК

Катерина Вагнер: «Мне нравится исследовать тёмную сторону Луны»

Век технологий меняет всё вокруг. Первое изображение, закреплённое на бумаге и названное фотографией,  было сделано ещё в 1822 году, а с нынешними достижениями перед людьми искусства открывается целый новый мир графических возможностей. Наша соотечественница, фотохудожник Катерина Грекова, известная в творческой среде как Катерина Вагнер, рассказала  DARKER о том, какое место занимает тьма и готические мотивы в её жизни и картинах.

Здравствуй, Катерина! С чего начался твой творческий путь?

Я из семьи военных лётчиков в третьем поколении, но так как девочкой родилась — пришлось искать что-то другое. По маминой линии и прабабушка, и дедушка очень любили фотографироваться и фотографировать, а меня пугали эти механизмы и камеры. Столько страшных слов: выдержка, диафрагма, расстояние до объекта. Дедушка говорил, что когда изобретут автоматические камеры — тогда и начну снимать. Собственно, так и получилось. В 27 лет, благодаря своей влюблённости, желанию запечатлеть объект любви и создать новые образы, я освоила фотошоп. Ещё думала заняться 3D-моделированием, но по окончанию учёбы поняла, что мне нужно для этого 28 часов в сутках, и скоро меня ждут огромные линзы в роговой оправе. Были ещё курсы по веб-дизайну. Фотографию осваивала сама. И считаю, что при нынешних возможностях самообучение  стало доступным и лёгким. Поэтому лет двадцать назад, когда  я думала о втором высшем, то поняла, что сама могу изучить то, что мне интересно — и историю искусств, и психоанализ. А по первому образованию я лингвист. Вот так.

Сложный набор умений. А кем мечтала стать в детстве?

В детстве мечтала иметь такую профессию, чтобы просыпаться в полдень. Работа во фрилансе, конечно, в полной мере не даёт стабильности и уверенности, но ни один человек, однажды ступивший ногой на эту территорию, не вернётся назад. Поэтому, да, правда, - встаю в полдень, только никто не знает, что ложусь при этом в пять утра, потому что разбираю и редактирую отснятый материал: рабочие репортажи и свои творческие эксперименты, которые абсолютно бесплатны: модель получает картину и психотерапию, я — удовольствие от процесса. Мне очень нравится работать с людьми с нестандартной внешностью.

Что именно привлекает в работе с такими нестандартными людьми – внешность или эмоции? И о какой психотерапии идёт речь?

В своё время я увлеклась психоанализом, и поняла, что негатив, всё это болезненное, кошмарное состояние, которое одолевает тебя в трудные моменты, можно снимать с помощью арт-терапии. Всё тёмное и мрачное, что беспокоит, нужно вывести за пределы своего сердца и черепной коробки, а результат можно сжечь, смять, разорвать. Переступить. Таким образом, в один из самых сложных и тяжёлых периодов в своей жизни у меня родилась картина «Мадонна самоубийц». Ни одна религия в мире, ни одно духовное течение не оправдывает сведение счётов с жизнью, но ведь каждому человеку нужен кто-то, кто встанет на его защиту и утешение. И на самом деле, эта работа нашла очень большой отклик. В возрасте 30 лет я узнала о существовании готической субкультуры и поняла: темы, что привлекают меня в аналитической психологии, книгах, фильмах, музыке зовутся «готикой». Влившись в сообщество, я увидела множество людей, кому нужна была моя Мадонна.

«Мадонна самоубийц», автопортрет

Моё творчество лечит не только меня, но и моих моделей. Тех, кто осмелится поработать со мной после того, как посмотрят моё портфолио. (Смеётся)

Люди массовой культуры почему-то думают, что я какая-то мрачная сатанистка. Тех, кто доходит на мою съёмку, сначала нужно очистить: будто шелуху, снимаешь их неуверенность и недовольство собой. Показать, какое у них необычное, гармоничное, самобытное и колоритное лицо, и им нужно гордиться. Провожу психотерапевтический сеанс, прежде чем фотографировать. Кстати, одна косметическая клиника предлагала мне открыть кабинет фотопсихотерапии, серьёзно! Я ведь не только снимаю, но ещё и делаю макияж, причёску, создаю образ из подручных материалов. Чем не терапия?

Мой идеал — внешность без штампов «моды». Сколько загадочного, неканоничного, неодобряемого, неформатного, но в той же мере по-своему притягательного можно найти! И когда объединяешь светлое с тёмным, то, что с наружи с тем, что таится внутри – обретаешь целостность. Многие авторы исследуют тёмные стороны. Тим Бёртон, Эдгар По, сказки Гоффмана, братья Гримм, мифы и легенды…

Думала когда-нибудь о традиционной живописи?

Всегда мечтала! Способности есть, и желание есть. Но поскольку я из семьи военных и сменила семь гарнизонов — от Казахской пустыни до восточной Германии, — не было возможности посещать занятия. Меня, наоборот, всегда записывали в какие-то спортивные секции. Но с появлением цифровой фотографии всё встало на свои места. Теперь я могу «подпиливать» сырой кадр до того идеального состояния, которое у меня в воображении. Холст и масло – это прекрасно, и я преклоняюсь перед классической школой. Мои фавориты и вдохновители — прерафаэлиты, Врубель, Ренуар, Климт, Обри Бёрдслей. Их влияние, безусловно, можно найти в моих работах. Мне нравится интерпретировать привычные образы, преломлять их сквозь призму своего восприятия и через призму важных для меня проблем в обществе. К примеру, серия «Радиоактивные иконы». Это моё видение того, как человечество XX—XXI веков воздействует на природную среду и социум. К примеру, «Мадонна XX века» держит вместо младенца мертвый зародыш в колбе с химическим раствором и на груди у неё боди-арт в виде знака радиоактивной опасности. Так прогнивает общество, отравляя всё вокруг. Меняются даже вековечные образы. И законы морали: рекламщики предлагают нам с экранов телевизоров облегчить жизнь и стать счастливым. Каким образом? Купить туалетную бумагу с водорастворимой втулкой! Со стиральным порошком продают мечту о любви и идеальной семье, жажду свободы выбора с сигаретами!

 «Мадонна XX века», серия«Радиоактивные Иконы»

Тема оказалась актуальной? 

Было много разговоров вокруг этих картин — потому как они совпали по времени с эффектом Pussy Riot. Это не скоренько состряпанный актуальный проект с концептом на три листа. Десять картин рождались в течение восьми лет и не задумывались ради эпатажа и пафоса. В монахине с дилдо не подразумевается пошлость — это наслоение ужаса и отвращения от того, как были исковерканы прекрасные идеи, это протест против патриархальных устоев.

«Иллюзии»

«Доброе сердце»

Помимо серии икон, у тебя есть и другие?

Есть серия работ, связанная с мифологией. Тут и славянские мотивы, и древнегреческие, древнеримские, скандинавские, кельтские сказки и легенды. Баба Яга, Кощей, Персефона, Андромеда, Суккуб, Валькирия.  Безусловно, все они прошли через призму моего восприятия: Персефона у меня совсем не гречанка. Это я её такой себе представляю. Главное оправдание творческого человека: «Я художник я так вижу». Стараюсь так не говорить, но... 

«Баба Яга»

«Суккуб»

Сколько работ в серии?

Для себя даже не определяю их как «серию», просто время от времени дополняю очередным образом, который захотелось воплотить. Обычно стараюсь делать их парами, чтобы не скучали. Например, Персефона и Аид.

Как ты создаёшь образ? Скрупулёзно выстраиваешь его в голове и знаешь конечный результат?

На самом деле нет – образ вспыхивает. И он нечёткий. Чтобы перевести его в материальную плоскость, приходится собирать по кусочкам. В результате создания антуража, съёмки, обработки, технических ухищрений получаются нужные изображения, в которые, чем больше всматриваешься, тем больше видишь. И тут пригождается весь накопленный груз впечатлений и переживаний от моих любимых произведений искусства, природы, снов.

 

«Призрак» и бэкстейдж работы

Чего в твоих работах больше – постановки и операторской работы, или дальнейшей обработки?

В первых работах почти всё вживую. «Герду подо льдом» мы снимали около 15 лет назад через стеклянную полку от книжного шкафа, намыленную гелем для душа и присыпанную сверху солью для ванн, добиваясь необходимого эффекта. И обработки там совсем немного. Я и сейчас люблю создавать антураж из подручных средств. Например, платье на Алисе в Стране чудес и других героинях — это один и тот же огромный кусок ткани, схваченный булавками. Но сейчас, конечно, такого гораздо меньше, так как большинства эффектов можно достичь при обработке. И широта этих возможностей приводит меня в восторг.

«Герда подо льдом»

Доводилось ли работать со знаменитостями?

Тех известных, кого я снимала – нет в моей галерее, потому что я не хочу, чтобы их имена перекрывали моё видение образа. Я работала с проектами для Евровидения, для обложек и буклетов музыкальных альбомов. Мне больше нравится работать с податливой моделью, «пластилином», который я леплю в своих руках. Во время работы я маленький фюрер, и если у меня есть свой формат, в котором я решила работать с этим образом, то будет по-моему или никак. А известные люди боятся быть не похожими на себя. Плюс, чтобы работать с ними, нужно где-то зацепиться, тусоваться, брататься, а я по сути своей интроверт и не люблю сборищ.  Мне предлагали сделать проект «депутаты Госдумы в образе готов». На полном серьёзе. Но это же не цирк — это моё сокровенное творчество! Зачем мне  дешёвый способ заработать популярность? У меня есть ремесло, я снимаю конференции, корпоративы, другие мероприятия. Там я делаю всё по запросу заказчика. Но в студии — только моё. Когда ко мне обращаются российские и иностранные  журналы, чтобы проиллюстрировать статьи, неформатные музыкальные группы за обложкой к альбому, я только рада. Мне дорога моя сумрачная оранжерея с хищными цветочками, которую я вокруг себя выстроила, мне в ней уютно и хорошо. И я тщательно её оберегаю.

«Кокон»

Ты выставляешься?

Выставлялась. Но в XXI веке бумажные выставки совершенно бессмысленны. Это огромные вложения в рекламу, затраты на оформления работ, на аренду зала для того, чтобы пришли друзья, родственники и пара любопытных. Все мои фотокартины висят в сети и мои зрители — весь мир. Там меня нашёл и португальский журнал, писали статью обо мне, и американское издание «DarkArt». А выставки — это чуждая мне медиа-жизнь. Меня долго уговаривали сделать персоналку. Была галерея с государственными дотациями для художников. И только это меня соблазнило. Выставка прошла, а потом я эти работы раздала моделям.

Были ли какие-то особенно необычные съёмки?

«Мой король» мы снимали на Новодевичьем кладбище. Попасть туда для съёмки в неурочное время стоило определённых усилий, хитрости и находчивости, было ощущение, будто банк грабим, ну и, само собой, работать среди могильных плит и крестов…  Ещё работа «Муза Бодлера», череп, который держит модель, настоящий. Не знаю, кем был тот обладатель черепа при жизни, но энергетика и ощущения от той фотосессии весьма специфические. Мурашки до сих пор...

«Мой король»

«Муза Бодлера»

Где черпаешь вдохновение?

В искусстве, во всех его проявлениях. Страшные сказки и мифы, японские стихи, меланхоличная музыка, аналитическая психология… Вслед за Стивеном Кингом исповедую принцип: сесть и каждый день работать, а вдохновение приходит в процессе. Последние два-три года я вообще его не жду, а принимаюсь за дело, поскольку идей всегда хватает и мой скетчбук трещит, расписанный на десяток проектов вперёд. Обожаю находиться в состоянии маниакальной эйфории: не спишь, не ешь сутками, и тебя прёт от того, что ты делаешь.

Ближайшие планы на будущее?

Выйти замуж, нарожать детей, варить борщи. (Смеётся)

Нет, ни в коем случае! Творческие планы: больше, лучше, быстрее. И чтобы без творческого ступора. Чтобы все задумки реализовались. Продолжаю серию «Колонисты на Марсе». Есть план на серию работ «Времена года». Первая уже сделана, «Чёрный ворон ноября».

«Чёрный ворон ноября»

Ноябрь в стиле Эдгара По?

Любимый Эдгар По. Да. Мне  даже прислали урну землицы с его могилы. Не уверена, что вся серия будет выдержана в формате дарка. На июнь у меня запланированы языческие мотивы и ночь Ивана Купала. Но не думаю, что и там всё выйдет радужно, потому что я остаюсь в своих, актуально было бы сказать «пятидесяти оттенках чёрного», но у чёрного намного больше оттенков. Кто-то рождается сапожником, кто-то пекарем, кто-то депутатом... (Смеётся)

А у меня есть способность находить красоту в необычном, тёмном, меланхоличном. Исследовать обратную, тёмную сторону луны. В каждом человеке есть что-то демоническое — то, что сидит внутри, и, возможно, не выйдет наружу. Но если отворачиваться от того, что в скрыто в тени, картина мира никогда будет не полной.

 


Познакомиться с творчеством Катерины Вагнер можно на Deviantart и в Instagram

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх