DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

ДО-РЕ-МИ...

Киномахия, или Борьба Света и Тьмы

Киномания / Flicker (роман)

Автор: Теодор Рошак

Жанр: триллер

Издательство: Эксмо, Домино

Серия: Интеллектуальный бестселлер

Перевод: Г. Крылов

Год издания: 2006 (в оригинале — 1991)

Похожие произведения:

 

Если главный герой киновед, который думает, что исследует творчество немецкого режиссера-экспрессиониста Макса Касла, (а на самом деле подбирается все ближе к могущественному тайному обществу, бууу!), читатель вправе заподозрить, что, прикрываясь именем Фуко в аннотации, ему навязывают очередного Дэна Брауна.

Отчасти эти подозрения оправдаются, но таким образом, что читатель ощутит вину за свои подозрения.

Если под Эко понимать «интеллектуальность», а под Брауном «увлекательность», то Рошаку нет равных в сочетании этих двух качеств в такой небольшой книге.

Да, «Киномания» — очень небольшая книга, если оценивать ее не по весу, а по объему вложенных знаний. Жоржу Садулю на его «Всеобщую историю кино» понадобилось шесть томов, причем он дотянул только до сорок пятого года, а Рошак ведет свою линию от тысяча восемьсот тридцать второго и вплоть до девяностых годов. А уж если учесть непринужденные отступления в четырнадцатый век...

Энциклопедичность «Киномании» легко поддается проверке: вспомните все, что вы знаете о кино, и вы найдете упоминание об этом в книге. Знаменитое укороченное каре Луизы Брукс, оттопыренные уши Кларка Гейбла, кабинет доктора Калигари, сериалы по кабельному, декольте Белоснежки, уродцы Браунинга, походка Чарли Чаплина, платиновые кудри и губки бантиком Джин Харлоу, зомби Вэла Льютона, антинаркотические пропагандистские фильмы тридцатых, которые в шестидесятых стали комедиями, «порношик» семидесятых...

Но легкостью, с которой автор подает информацию, упаковав ее в конспирологический сюжет, достоинства «Киномании» отнюдь не исчерпываются.

История кинематографа у Рошака становится полем битвы Света и Тьмы.

Творчество Макса Касла, которое главный герой Джонатан Гейтс неутомимо исследует, выстроив на этом материале вполне приличную карьеру, безусловно, принадлежит Тьме в высоком смысле, хоррор-жанру — в более бытовом.

 

Здесь были глаза, которые, как говорил мне Зип, любил собирать Касл, — невидимый монтаж преувеличенно вытаращенных глаз, исполненных злобы и извращенного желания, корчащиеся тела, страстные совокупления, акты садизма. Здесь скрывались вся кровь, вся непристойность, невидимые на поверхности фильма, и в таких количествах, что контора Хейза ни за что не выпустила бы это в прокат. Не было никаких сомнений — Касл поставил самую вампирскую из картин. Никто до него и никто после не передал с такой силой или так подробно эту болезненную эротику, эту отвратительную чувственность неумерших.

 

Насколько серьезно можно относиться к тьме, заключенной в безопасный прямоугольник киноэкрана? И действительно ли экран гарантирует, что кипящее на нем насилие не выйдет наружу, как монстр в старых фильмах?

 

Кадры эти были сняты небрежно и не дотягивали до профессиональных стандартов, но эстетические качества материала не имели никакого значения — в счет шла только мощь шокового воздействия. Когда все это умело вкраплено под ткань происходящего действия, туман, который насыщает картину, начинает жить собственной жизнью, словно некий злобный, лишенный тела разум бредит преступлениями, не дающими покоя больной совести Потрошителя. Туман, облака, дым, блеклые зеркала, рябь на воде — все это использовалось Каслом для неожиданного воздействия на зрителя при помощи запретных образов.

Кинорежиссёр Фриц Ланг.

Где-то к середине книги, когда Джонатан начинает раскрывать секреты Касла (его прототип, безусловно, Фриц Ланг), становится ясно, что он исследует не столько творчество одного интересного, по-готически жуткого режиссера, сколько вопрос взгляда на жизнь.

Ведь любой фильм, от мелодрамы до зомби-хоррора, можно считать детализированным высказыванием автора «жизнь — вот такая». Фильм — набор доказательств в пользу личного взгляда, пресловутого «авторского видения».

Гейтс собирает свои улики, подбираясь все ближе к источнику вдохновения Касла. Ответы порождают новые вопросы, и, чем ближе он к окончательной истине, тем больше в опасности.

Наконец, последняя глава, становится известна судьба этого добродушного, умного, немного наивного, по-человечески очень симпатичного Джонатана (автор сумел удивить!), и от волнений за главного героя можно перейти к размышлениям.

Ведь каждый читатель тоже обладает авторским взглядом на свою жизнь. Он сортирует факты, делит их по категориям важности, и, опираясь на свои выводы, выстраивает картину мира. С этой субъективностью ничего не поделаешь, потому что, как бы ни обманывала нас наша предвзятость, предрассудков можно лишиться только вместе с разумом. Сильней всего обманываются те, кто думает, что esse in re, действительность в реальности, поскольку не признают существования своего фильтра восприятия. (Похожего на саллиранд, изобретение загадочных «сироток»).

 

Он сказал, что это его усиливающий фильтр для изображения низкой насыщенности. Сердце у меня екнуло. Боже мой! Это же был саллиранд. Или его аналог. С той разницей, что Сен-Сир не подносил его к глазу, а закреплял на проекторе.

Когда фильтр был установлен, тело Елены мгновенно дематериализовалось, потерялось в волнообразном рисунке тонких линий. Приобрело очертания второе наложенное изображение. Я ничего не мог разобрать, но испытал отвращение — такое же чувство испытываешь, когда в нос тебе ударяет дурной запах.

Кадр из фильма «Кабинет доктора Калигари» (1920).

Вспомнив Освенцим и Дахау, можно принять точку зрения, вдохновившую Касла. А можно вспомнить опыт Виктора Франкла, бывшего узника концлагеря. Он выжил, потому что представлял, как стоит за кафедрой в большом, светлом и теплом лекционном зале и читает лекцию на тему «Групповые психотерапевтические отзывы в концентрационном лагере». Он смотрел свой воображаемый фильм.

Вопрос в том, что за фильм предпочитаете смотреть вы. Видите переполненную болью, жестокостью и насилием реальность или стараетесь отыскать добро в этом безумном мире? Какой неудобный предмет для раздумий, однако... А Рошак коварен: соблазнит неторопливым началом, прекрасным стилем, интереснейшей темой, пообещает вам увлекательное, комфортное, полезно-познавательное чтение, а в финале неизбежно вынудит читателя задать себе этот неуютный вопрос.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)