ГОЛЕМ

Русскоязычные поклонники киноужасов, которым хочется не просто смотреть фильмы, но и знать о них и об их создателях как можно больше… бедные вы люди.

Что поделать, ну нет у наших киноведов привычки изучать страшное кино. А существующие в изобилии западные исследования на русский переводятся неохотно и редко. Сегодня без знания иностранных языков можно прочесть где-то около десятка книг, где так или иначе освещается история хоррора. Для жанра, существующего в кино с начала XX века, это, конечно, несерьёзно.

А вот с документальным кино и ТВ-шоу проще. Конечно, здесь мы тоже не можем позволить себе многого. Но всё ж таки хватит на месяц-другой интенсивного сидения перед экраном и наполнения одной небольшой статьи.

Как создавался «Франкенштейн»? Какие фильмы показывали в грайндхаусах? Что говорит о своём отце младший Лугоши? Что происходило за кадром «Молчания ягнят»? Рассуждения Джо Данте, воспоминания Джона Карпентера, байки Роджера Кормана… Что, уже потекли слюнки?

Нет?! Ну, раз так, тогда к делу.

 

Жанр за пару часов

Наверное, каждый, кто решил расширить свой хоррор-кругозор при помощи документального кино, первым делом пытается найти фильм, в котором рассказывалось бы обо всём понемногу: весь жанр от Мельеса до «Американской истории ужасов» за пару часов.

Конечно, таких глобальных киноисследований немного, а те, что есть, не раскрывают историю жанра во всей полноте, отдавая предпочтение субъективному изложению событий. Так, Марк Гэтисс, который снял для BBC трёхсерийную «Историю ужасов с Марком Гэтиссом» (2010) и не скрывает, что в первую очередь исходил из собственных предпочтений. Надо сказать, что вкусы известного сценариста и киноактёра — Гэтисс известен ролью Майкрофта в сериале «Шерлок» — довольно разнообразны: первую серию он посвятил американским фильмам 20-х — 40-х, вторую европейским ужасам 50-х и 60-х а третью — слэшерам и зомби-хоррорам 70-х и 80-х.

 

Марк Гэтисс «в образе» Лона Чейни.

Несмотря на малую научность (утверждение, что жанра не существовало до выхода в 1925 году фильма «Призрак оперы», как минимум, спорно) и избирательность (чем же вам, Марк, не по душе старые немецкие и новые азиатские картины?), фильм оставляет приятное впечатление. Во многом это связано с обаянием ведущего — очень уж Гэтисс хорош. И кокетничая с трогательными хоррор-старушками Карлой Леммле и Глорией Стюарт, и при помощи гримас перевоплощаясь в их покойных коллег. Сделал нос пятачком — вот тебе и Лон Чейни в роли Призрака Эрика.

Да и география его перемещений замечательна: вместе с ведущим вы побродите по декорациям к хоррорам студии «Universal», пощупаете летучую мышь, которая летала на ниточках в «Дракуле» Тода Браунинга, постоите на набережной английского Уитстейбла, вспоминая Питера Кушинга, который провёл здесь значительную часть жизни, а затем в компании Джона Карпентера заглянете в городок из фильма «Хэллоуин».

 

Мордочка летучей мышки из «Дракулы». Мимими?

А вот Кристофер Ли, который в 1996 году стал ведущим передачи «100 лет ужаса», никогда не выходил за пределы студии. Зато, в отличие от Гэтисса, представал перед зрителем истинным англичанином: не бегал, не корчил рожи, а сидел в кресле и вещал с солидным достоинством. Но периодически всё же баловал байками и забавными высказываниями типа: «Как вы думаете, кто из актёров чаще других играл роль Дракулы? Как ни странно, ответ — я!». У этой программы есть недостатки, но их искупает тот факт, что с вами с глазу на глаз беседует легенда классического хоррора. По уровню соответствия ведущего и темы «100 лет ужаса» почти не имеет аналогов.

Помимо сэра Кристофера в кадре перманентно возникают другие знаменитости — Рэй Брэдбери, Джо Данте, Роджер Корман, актёры и продюсеры американских фильмов ужасов середины века и почему-то редактор журнала «Плейбой» Хью Хеффнер. Кроме того, воспоминаниями о прославленных родителях делятся Сара Карлофф и Бела Лугоши-младший. Сынок, кстати, вылитый «Дракула» и о своём несколько безалаберном папе рассказывает с теплотой.

 

Говорит и показывает Кристофер Ли.

В отличие от Гэтисса, Кристофер Ли не беседовал с участниками программы лично. Видимо из-за этого их рассказы получились сухими: почти никаких эмоций, только голые и не всегда структурно упорядоченные факты. Что ж, зато в информативности программе не откажешь. Каждый выпуск был посвящён или отдельному направлению — фильмы о вампирах, привидениях, оборотнях и т. д.; или популярным героям — Дракуле, Джекиллу и Хайду, монстру Франкенштейна и пр.; или актёрам — серия «Аристократы зла»; или жанровому амплуа — серия «Королевы крика».

Но несмотря на это многообразие, своему названию передача всё же не соответствует. Основное внимание в ней уделено продукции 1930-х — 1950-х годов, а всё прочее из снятого за сто лет упоминается вскользь и явно без особого интереса, что вновь оставляет ощущение субъектива. Вот только чьего? Если самого Кристофера Ли — тогда ладно. А если нерадивых телесценаристов?

Поджанры и направления

Итак, как следует из вышесказанного, познакомиться с жанром за пару часов — и даже за те 350 минут, что длятся все выпуски «100 лет ужаса» — это утопия. Раз так, то не обратиться ли к фильмам, которые не пытаются объять необъятное, а останавливают своё внимание на отдельных направлениях жанра? Во-первых, таких больше, а во-вторых плотность знаний, которые они могут предоставить о предмете исследования, должна быть выше.

Да, но здесь другая проблема: в данном ответвлении хоррор-документалистики освещаются в основном те поджанры, которые обладают высокой популярностью у аудитории. Сразу три известных документальных картины из этого раздела посвящены эксплуатационным фильмам — «Не совсем Голливуд: Потрясающая нераскрытая история австралийского эксплуатационного кино» (2008), «Девки с мачете на свободе» (2010) и «Американский грайндхаус» (2010).

 

 Джентльменский набор: длинные женские ноги и билетик в кино.

Пожалуй, «Американский грайндхаус будет поинтереснее двух других, так как в нём предпринята попытка исследовать предпосылки возникновения эксплотейшена и проследить его развитие от зарождения — вам покажут несколько голых сцен времён Томаса Эдисона — до наших дней. В этом смысле «Не совсем Голливуд» и «Девки с мачете» больше похожи на сборники тематических анекдотов, где история жанра и, собственно, исследование отходят на второй план.

Но если смотреть эти фильмы друг за другом, то воспринимаются они как одно длинное целое и не только из-за общности темы. В глаза бросается некоторая экзальтация, которая присутствует в отношении авторов к изучаемому ими материалу. Удивляет серьёзность, с которой некоторые из интервьюируемых относятся к забавным и нелепым эксплуатационным поделкам. Доходит до того, что «Кровавый пир» Гершела Гордона Льюиса объявляется едва ли не более интересным и значимым, чем «Психо» Альфреда Хичкока.

«Люди, которые снимали ранние порнофильмы, думали, что делают что-то значимое, что они освобождают культуру от старомодной пуританской этики. Но такое убеждение существовало недолго», разумно замечает киновед Эдди Мюллер. К сожалению, большинство любителей эксплотейшена, кажется, до сих пор считает, что голые девицы — это бунт против общества и морали, а не дешёвый способ привлечь внимание публики.

 

Джон Лэндис: самый эмоциональный спикер «Американского грайндхауса».

Серьёзное отношение к материалу присуще авторам ещё одной документалки, рассказывающей о фильмах, которым, как и эксплотейшену, свойственны кровавость и сексуальные подтексты: «На куски: расцвет и закат слэшеров» (2006). Но здесь такой подход оправдан, так как фильм не просто поёт картинам о маньяках оду, но и рассказывает о взаимосвязи жанровой конструкции слэшера и человеческой психологии, а также о влиянии на развитие слэшеров политических и социальных тенденций. Причём не только на примерах культовых франшиз вроде «Хэллоуина» или «Кошмара на улице Вязов», но и менее растиражированных как то «Последний дом слева», «Смерть на выпускном», «Мой кровавый Валентин»…

В «На куски…» всё буквально дышит хоррором, так как он снят с использованием приёмов из фильмов ужасов. И мрачная музыка, и соответствующие локации — Джон Карпентер даёт интервью, прогуливаясь по кладбищу — и даже парочка скримеров. Единственное, что портит впечатление при просмотре — это традиционная американская эгоцентричность: ну вот всё они придумали сами! А итальянское джалло будто бы и рядом не стояло. В фильме всего раз упоминаются Дарио Ардженто и Марио Бава, да и то походя: вот, мол, украли как-то раз мы у них парочку приёмов. А ведь жаль: попытка по-настоящему оценить влияние итальянских ужасов на американские могла бы сделать фильм более насыщенным. Ох уж эта национальная гордость.

 

Нож на афише: любимое орудие маньяков от «Психо» до «Крика».

Хорошо, но а как же, всё-таки, быть апологетам менее растиражированных разделов хоррора? Как вариант, можно обратиться к документалистике, которая не об ужасах, а вообще об истории кино — а значит и об ужасах тоже. К примеру, в третьей части фильма «Кино Европы: неизвестный Голливуд» (1995) рассказывается о немецком мистическом кино 1920-х годов. А во второй части «Истории американского кино от Мартина Скорсезе» (1995) упоминаются специфическая хоррор-вселенная Жака Турнёра.

Или продолжайте читать эту статью до конца. Может быть, удастся найти что-нибудь по вкусу?

Персоны

Итак, вам всё мало. Может, потому что ваши симпатии в жанре сводятся к конкретной персоне и именно о ней вы хотите смотреть и узнавать? Это тоже можно устроить.

Начните с телепрограммы «Властелины киноужаса» (2007). Сфера её изысканий приятно широка: расскажет и об американском классике Тоде Браунинге, и о британском мастере Теренсе Фишере, и об элитарном Романе Полански, и о позабытом авторе немого кино Роуланде Уэсте. А ещё Джек Арнольд, Джон Карпентер, Уильям Касл, Стюарт Гордон, Жак Турнёр и даже (!) Дарио Ардженто. Особые двухсерийные выпуски посвящены автору «Техасской резни бензопилой» Тоубу Хуперу и королю «плохого» кино Роджеру Корману.

Несмотря на то, что стилистику программы отличает некая допотопность — больше напоминает не вышедший годом ранее «На куски», а «100 лет ужаса» десятилетней давности — это прекрасный и увлекательный вклад в наше с вами хоррор-образование. Вплоть до того, что берёт грусть, когда на экране возникает сытенкьая физиономия автора и ведущего шоу, киноведа Джона Маккарти — в конце серии он подводит итоги. Но нам-то хотелось бы образовываться ещё!

 

Джон Маккарти прощается со зрителями, пока камера слева снимает его лысину.

О некоторых героях «Властелинов киноужаса» сняты отдельные документальные фильмы. Так, в 1985-м выходит «Мир ужасов Дарио Ардженто» автором которого стал Микель Соави — ещё один итальянский хоррормейкер. Фильм состоит из нескольких интервью с Ардженто, снятых в разное время — как можно заметить по непостоянной длине волос мастера — а также эпизодов со съёмок.

Из более поздних — «Большой Джон» (2006), французская документалка о, конечно же, Джоне Карпентере. Это кино примечательно тем, что основным рассказчиком здесь становится не бестелесный голос за кадром, а сам автор «Хэллоуина». Сидя рулём или работая в студии, Карпентер вспоминает о снятых фильмах, делится мыслями о карьере — её стремительном взлёте и последующем спаде.

Только имейте в виду, что, в отличие от большинства документальных лент о живых классиках «Большой Джон» предпочитает не жизнеутверждающую, а минорную тональность: все понимают, что время Карпентера прошло и ничего тут не попишешь. Кому-то такой пессимизм может быть не по душе — но зато это честно, не так ли? И как сказал в финале сам Карпентер: «Если кому-то не нравится, да пошёл он к чёрту».

 

Грустный крупный план Большого Джона, глядящего на закат.

Так что, если хотите отлипнуть от экрана с хорошим настроением, посмотрите лучше «Миры Кормана» (2011), где улыбка главного героя широка, а глаза смеются, несмотря на то, что скоро ему стукнет девяносто. Фильм состоит из двух смонтированных параллельно друг другу историй. Первая — это творческий путь короля в воспоминаниях его свиты, «корманоидов» Богдановича, Скорсезе, Николсона и т.д, Вторая — день из жизни сегодняшнего Кормана, увлечённо снимающего новый фильм про аллигатора-убийцу с табуном полуголых девок и литрами искусственной крови.

И хотя эту документалку отчасти портит попытка представить Кормана как этакого непризнанного гения — и в этом смысле она похожа на фильмы об эксплотейшене — в ней также много забавного и трогательного. Особенно постарался Джек Николсон: то в приступе ностальгии он еле сдерживает слёзы, отчего у зрителя тоже глаза на мокром месте, а то с ухмылочкой выдаёт что-нибудь вроде: «Иногда по ошибке Корман снимал и хорошие фильмы. Правда, я в них не снимался».

 

«Некоторые мечтают захватить мир. Роджер Корман создал собственный».

Гораздо сложнее делать кино об уже умерших: у урны с прахом не взять интервью, и фильм наверняка получится грустным. Но всё же прецеденты имеются. В 1994-м на фоне интереса к фигуре Эда Вуда-младшего, вызванного выходом фильма Тима Бёртона «Эд Вуд», Тед Ньюсам, будущий автор «100 лет ужаса», снял документалку «Эд Вуд: оглядываясь на аногру».

Фильм получился по-хорошему странным, местами сумбурным — в лучших традициях самого Эда Вуда. Видео, снятые специально для фильма, неожиданно прерываются коллажами из хроники, прямо как в «Невесте монстра» или «Глене или Гленде». Кроме того, Ньюсам записал, очевидно, первые и последние интервью с людьми из вселенной Эда Вуда: его актрисой и музой Долорес Фулер, второй женой Кэти Вуд и Конрадом Бруксом, юным полицейским из «Плана 9». Покойные на тот момент соратники также присутствуют: вплетаются в рассказ архивные монологи Лугоши, а Удивительный Крисвелл даже становится ведущим этого причудливого кинопосвящения.

 

Редкий и, естественно, некачественный кадр: Эд Вуд пляшущий за камерой.

Фильмы о фильмах

Сегодня каждое уважающее себя издание кино на DVD содержит бонус в виде фильма о фильме: таким способом создатели пытаются вынудить нас покупать их продукцию, а не скачивать её из Интернета. Однако вскоре после выхода DVD многие из этих фильмов тоже оказываются в сети.

Начнём с классики. В 1999 году «Universal» выпустила серию короткометражных документалок о своей классической хоррор-продукции 1930-х годов. Две — «Дорога к Дракуле» и «Она жива! Как создавалась невеста Франкенштейна» — снял известный американский ужасовед Дэвид Скалл.

Эти фильмы не назовёшь выдающимися, но зато они представляют собой официальный взгляд бывшей первой кузницы кинострахов на свои знаменитые детища. И, надо отдать должное, не просто рассказывают о том, как снималось кино, но также освещают предпосылки и последующее влияния. Так, «Дорогая мумия» начинается с истории проклятья Тутанхамона, которое послужило источником вдохновения для «Мумии» с Борисом Карлоффом, а заканчивается рассказом о муми-фильмах 1940-х годов.

Ну и, конечно, куда без интервью с потомками звёздных артистов?

 

Бела Лугоши-младший.

Но, разумеется, фильмы о фильмах — слишком интересная штука, чтобы снимать их только как бонусы для дисков. Имеют место и более масштабные — и по хронометражу, и по общему размаху — проекты. Самые известные из них посвящены популярным хоррор-франшизам — «Пятнице, 13-е» и «Кошмару на улице Вязов».

Фильм «Его звали Джейсон: 30 лет “Пятницы, 13-е”» (2009), собрав в одной студии практически всех причастных к созданию каждой из серий, предлагает скрупулёзный анализ похождений маньяка в хоккейной маске: не только о том, как делались фильмы, но и что это за персонаж такой — Джейсон, в чём его фишка, и чего ради его, молчаливого и кровожадного, так любит публика?

Вашим спутником в путешествии по киновселенной станет Том Савини, автор спецэффектов ко многим хоррорам, в том числе и к «Пятнице, 13-е», а также известный ролью секс-машины в «От заката до рассвета». Живописные вставки с этим харизматичным усачом, где он то увещевает незнакомую с Джейсоном потенциальную визжащую жертву, а то получает от культового маньяка мачете в грудь, добавляют фильму приятно-зловещей художественности.

 

Том Савини и малютка-Джейсон.

Имеется подобная художественность и в фильме «Больше никогда не спи: Наследие улицы Вязов» (2010). Рассказ периодически перебивается анимацией, восстанавливающей самые известные сцены из жизни и творчества господина Крюгера. А перед каждой из глав этого четырёхчасового (!) фильма трогательный кукольный Фредди царапает на кукольной же стенке своими кукольными лезвиями название фильма. В общем, сплошное умиление.

Несмотря на то, что снято «Наследие» было не фанатского пиршества ради, а в рамках рекламной компании ремейка 2010 года, сделана документалка на совесть: четыре часа жизни не пройдут даром, даже если вы не фреддиман. Вернее, особенно, если не фреддиман: тогда все интересные факты и откровения создателей окажутся внове.

 

Кукольная кроватка фонтанирует кукольной кровью.

К сожалению, не всегда качество фильма о фильме идентично качеству исследуемой картины. «За кадром: «Молчание ягнят» (2011), снятый к двадцатилетию одного из лучших маньячных фильмов всех времён — это что-то очень крикливое, по уровню экспрессии напоминающее заголовки жёлтой прессы или мистические программы канала «Рен-ТВ». Мало того, что смотреть тяжеловато, так подобная стилистика ещё и ни в коей мере не напоминает степенного очарования киноистории Ганнибала Лектера. Не то что бы это было обязательным условием, нет, конечно. Но это было бы прекрасно!

А бывает и наоборот, когда фильм о фильме получается даже интереснее, чем исходное кино. В 1987 году новозеландец Питер Джексон снял свой дебют, «В плохом вкусе» — очень затейливую по форме, но в смысле сюжета немного скучноватую картину о пришельцах из космоса. А через год о съёмках и самом Джексоне сняли кино под названием: «Как с хорошим вкусом сделать вкус плохой». И пожалуй, это самая смешная и занимательная документалка — по крайней мере, из тех, где раскрываются технологии изготовления пришельцев из теста и их крови из клюквенного сока.

Но самое интересное — это то, что все её герои невероятно счастливы. И родители режиссёра, и его друзья-соратники, и, конечно, он сам: ещё безбородый и не помышляющий о Толкине, но уже с соответствующим гонором рассуждающий о себе и своей роли в киноискусстве, развалившись в каком-то шезлонге и сложив ручки на нарисованном на майке Микки Маусе. Всё это невероятно заряжает и вдохновляет, как бы говоря: ты можешь всё! Почему? Потому что сегодня-то мы знаем, что придёт время, и этот расслабленный фантазёр снимет «Властелина колец» и получит за него кучу «Оскаров». А раз так, то другие чем хуже?!

 

Питер Джексон: ещё не оскароносный, но уже великий.

На этой оптимистичной ноте разговор о хоррор-документалистике подходит к концу. Но это вовсе не значит, что подходит к концу сама хоррор-документалистика.

Возможно, некоторые из фильмов, неупомянутых здесь по причине языкового барьера — например, «Halloween: 25 Years of Terror» или «Nightmares in Red, White in Blue», — однажды окажутся переведенными на русский язык. Возможно даже, именно вы — счастливец, способный смотреть кино в оригинале без субтитров — сделаете для нас эти вожделенные переводы.

Кроме того, совсем не исключён тот факт, что многие интересные документалки укрылись от внимания автора в глубинах Интернета. Так что, если вы знаете, чем следовало бы дополнить этот текст, напишите об этом в комментариях. Давайте бороться с хоррор-необразованностью вместе!

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх