Краткая история русской литературы ужасов: древнерусский хоррор

Теперь, когда мы выяснили роль фольклора в становлении хоррора, самое время обратиться к самой что ни на есть литературе. Однако не будем спешить: прежде, чем окунуться в мир готики, замков и привидений, нам совершенно необходимо заострить внимание на древнерусских литературных памятниках. Звучит удивительно, но многие архетипы современной хоррор-культуры можно напрямую связать с древнерусскими рукописями, причем именно с теми, которые не являются ни подделками, ни спорными текстами, а напротив – общепризнаны у историков.

Это отмечает писатель-фантаст Виктор Точинов в статье «Хоррор Древней Руси». Так, по его мнению, зомби, «самые известные в наше время представители мистических и иррациональных сил» – это навьи, духи умерших, которые могут на короткий срок становиться осязаемыми и приносить вред живым людям. В качестве подтверждения автор приводит отрывок из «Повести временных лет»:  «Предивное чудо явилось в Полоцке в наваждении: ночью стоял топот, что-то стонало на улице, рыскали бесы, как люди. Если кто выходил из дома, чтобы посмотреть, тотчас невидимо уязвляем бывал бесами язвою и оттого умирал… Потому люди и говорили, что это мертвецы бьют полочан».

Другой архетип – маги и чернокнижники, сотрудничающие с бесами и прочей нечистой силой. В Древней Руси их называли волхвами, жрецами дохристианской веры. Из той же «Повести временных лет» мы узнаем, что во времена голодного года двое волхвов, приходя в какое-либо селение, резали богатых женщин, утверждая, что они прячут еду. Одурманенные, измученные люди верили кудесникам и поедали человечину, выдаваемую за хлеб, мясо или рыбу. «Волхвы же, мороча людей, прорезали за плечами и вынимали оттуда либо жито, либо рыбу и убивали многих жен, а имущество их забирали себе. И пришли на Белоозеро, и было с ними людей 300».

Нашлось в древнерусской литературе и место для оборотней. В. Точинов полагает, что полоцкий князь из династии Рюриковичей Всеслав Бречиславович страдал ликантропией, о чем свидетельствуют постоянные сравнения его с «лютым зверем» в «Слове о полку Игореве», а также необычайно долгое княжение – 57 лет, проведенные в боях и сражениях. Плюс ко всему «Повесть временных лет» сообщает, что «мать же родила его от волxвования».

Также автор приводит примеры архетипа животного-пришельца, покинувшего привычное место обитания и столкнувшегося с человеком. В наше время этот архетип выражается в акуле-убийце, крокодиле-убийце, динозавре и др. Свидетельство из «Повести временных лет»: «В тот же год, когда Всеволод охотился на зверей за Вышгородом и были уже закинуты тенета и кличане кликнули, упал превеликий змей с неба, и ужаснулись все люди». А вот отрывок из Псковской летописи за 1852 год: «Того же лета изыдоша коркодили лютии зверии из реки и путь затвориша; людей много поядоша. И ужасошася людие и молиша бога по всей земли. И паки спряташася, а иних избиша».

Также Виктор Точинов показывает архетипы маньяка и демона-иммигранта, но мы не будем останавливаться на них подробно. Интересно, однако, заметить, что автор не считает архетип вампира исконно русским, а потому приводит цитату из книги Рыбакова Б. А. «Язычество древних славян»: «Вампиры вообще не сопоставлялись точно с чем-либо реальным и никогда не изображались в искусстве. Волкодлаки-вypдалаки существуют параллельно yпыpям-вампиpам, иногда заменяя их, но в славянском фольклоре они не отождествляются прямо с вампирами».

Таким образом, мы видим, что прообразы современных злодеев и монстров, активно использующихся в жанре хоррор, лежат гораздо глубже, чем кажется на самом деле. Конечно, все вышеописанные свидетельства не претендуют на исключительную достоверность. По большей части, они приукрашены и преувеличены, но нельзя отрицать того, что они послужили истоками для современной хоррор-культуры, а эта древность в очередной раз подтверждает значимость и необходимость ее для искусства.

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх