DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

БЛИЗНЕЦЫ

Кристофер Триана: «В Сети в людях вскрывается всё самое худшее»

Кристофер Триана — писатель, уже известный постоянным читателям DARKER. Его рассказ «Поедание» появлялся в одном из прошлых номеров вместе с интервью. Не изменяя традициям, DARKER снова связался с автором. Вместе с новым рассказом «И скоро там распустятся листья» читайте беседу с Кристофером Трианой о его творческой жизни и ужасах Интернета.

Привет, Крис! Как дела? Что нового со времени нашего прошлого интервью?

Привет. Спасибо, что снова со мной связались. Думаю, самая большая новость — это выход моего сборника рассказов, «Тьма сгущается» («Growing Dark»), в Blue Juice Press этим летом, а еще в 2016 у меня выйдут два романа, «Искусство тела» («Body Art») и «Сезон разрушения» («The Ruin Season»).

Рад слышать, что сборник наконец вышел. И каково это — впервые взять его в руки? И что мы должны знать о «Тьма сгущается»?

Взять в руки законченный продукт собственного труда всегда приятно. И Blue Juice отлично поработали. «Тьма сгущается» — это сборник рассказов ужасов в классической традиции. Там есть рассказы о призраках, принимающих облик звезд фильмов класса «Б», о жутких тварях с неба, о монстрах под кроватью и больных на голову женщинах, и это далеко не все. Каждый найдет что-нибудь для себя.

Да, Blue Juice действительно постарались на все сто, что можно утверждать, всего лишь взглянув на обложку. Принимал ли ты участие в процессе публикации?

О да. Я близко сотрудничал с редакторами и даже советовался с художником, Майклом Крокеттом, когда он работал над обложкой. Мне очень хотелось, чтобы от нее веяло осенней жутью, и он великолепно с этим справился.

Интернет стал очень удобным инструментом самораскрутки для молодых писателей. Что бы ты мог рассказать о собственном опыте с раскруткой «Тьмы»?

Стоит сказать, что сегодня Интернет — это лучшее средство для рекламы. В том же «Фейсбуке» очень много групп о писателях и для писателей, и всего такого. Все строится на том, что информация расползается из уст в уста, все рассчитывают друг на друга. Еще один способ заявить о себе — это публикация в антологии. Одна из таких как раз вышла — называется «Селфи с края света» («Selfies from the End of the World»), в ней опубликован мой новый рассказ, «Собачья жизнь» («Dog Years»). Когда читателю в антологии попадается интересный рассказ, он обычно начинает охоту на другие вещи автора. Также очень помогает поддержка крупных хоррор-сообществ, таких как DARKER.

Антологии — это и правда круто. К сожалению, у нас сейчас их не так много издается, но мы все равно стараемся держать руку на пульсе. Не мог бы ты рассказать нам о своих последних открытиях в хорроре?

В последнее время я прочел множество ранних вещей Грэма Мастертона, он просто потрясающий. Еще читал Чарлза Гранта, он — прекрасный прозаик. Меня очень впечатлил фильм «Глаза звезды» («Starry Eyes»). Напоминает «Суспирию», разбавленную брутальностью французского фильма «Месть нерожденному».

В прошлом году мы все читали «Поедание», и эта болезненная и извращенная история уже заслужила определенную (весьма дурную) славу у хоррор-фэнов в России. «И скоро там распустятся листья» — твой второй переведенный рассказ. Он очень отличается от «Поедания» и показывает твой талант с другой стороны. Не мог бы ты нам его представить?

Конечно. «И скоро там распустятся листья» — рассказ более тонкий. А еще — человечный, потому что его главный герой — эмоционально неустойчивый человек, вернувшийся в свой родной город, чтобы встретиться с умирающей матерью. В то же время он связывается с женщиной, когда-то учившейся с ним в школе, и они решают переспать. Потом все переворачивается с ног на голову, когда он узнает о темной стороне ее личности.

Думаю, очень скоро ты устанешь от этого вопроса, но... Откуда ты взял эту идею? Как писался рассказ?

Вообще, в этом рассказе многое взято прямо из моей собственной жизни. Как и протагонист, я вырос о Флориде, и моя мать умерла от рака. Так что в рассказе немало правды. И я несколько раз занимался сексом на одну ночь. Женщины часто попадают в опасные ситуации с едва знакомыми мужчинами. Я просто подумал: а что если они поменяются ролями, и в роли жертвы окажется мужчина?

Не будешь ли ты против, если я спрошу о твоем личном опыте с сексом на одну ночь?

Нет, я, конечно же, несколько раз водил женщин в мотели. Когда обе стороны отдаются этому полностью, секс на одну ночь может быть прекрасной штукой. Когда все правильно, то тут нет ни лжи, ни иллюзий, не сожалений. И я, конечно, цеплял девчонок, когда был помладше. Но, к счастью, мне никогда не попадались настоящие маньячки, только извращенки, ха-ха. Но теперь я женат, и Кора — любовь всей моей жизни, и это лучшее, что можно себе представить. Хороший брак — это ничто иное, как волшебство.

О, тогда у меня есть вопрос. Он скорее к Коре, чем к тебе, но все же. Каково это — быть замужем за настоящим хоррор-маньяком?

Ха. Ну, она относится к этому вполне благосклонно. У меня огромная коллекция тематических сувениров. Постеры, фигурки, даже Джейсон Вурхиз в полную величину! Мы договорились, что одну комнату в доме мы выделим под «комнату ужасов». Теперь все там. Она просто не хотела, чтобы убийцы с бензопилами и монстры болтались по всему дому, и я могу это понять. Она знает, что я — хоррор-фанатик и литератор, и поддерживает мои писательские амбиции. Как и любой автор, больше всех я хочу впечатлить именно свою жену.

Главный герой «Листьев» — закоренелый технофоб. Много ли у вас с ним общего? Я знаю, что у тебя есть страничка на «Фейсбуке» и все такое, но все же...

Да, я недолюбливаю технику. Я понимаю необходимость в мобильных телефонах в наш век, но когда вижу людей, которые проводят все свое время, уткнувшись в мобилку, это меня огорчает. Немного пользуюсь соцсетями, но сегодня писателю по-другому нельзя.

У меня даже не было мобильного до 2007!

Вижу, твоя технофобия не достигает баркеровских масштабов, но нет ли у тебя какого-либо предубеждения против компьютеров? Может, ты пользуешься печатной машинкой или чем-то еще?

Нет. Компьютер идеален для писательства, и большинство издательств предпочитает электронную почту обычной. Так проще. Мне в технике не нравится то, что она сделала нашу жизнь лучше и хуже одновременно. Да, это удобно, но мы к ней полностью привязались. Мы во всем полагаемся на технику, и все рассчитано на людей, страдающих недостатком объема внимания. Видео в соцсетях может быть длиной в несколько секунд, а сообщение — в пару предложений. И нет ничего хуже, чем когда твой собеседник переписывается вместо того, чтобы говорить с тобой. Это грустно.

Наш номер посвящен ужасам Интернета, так что спрошу: находишь ли ты Интернет страшным местом?

Да, конечно. Там в людях вскрывается все самое худшее. Спрятавшись за монитором, они говорят то, чего ни за что не сказали бы в жизни. Посмотрите на сетевую травлю, например. И я уже не говорю о порно. Я не пуританин, но то, что подросткам доступно столько порно, и не просто порно, а больного и извращенного — это же настоящее безумие. Когда я был ребенком, даже «Плейбой» отыскать было трудно. Это как наткнуться на сундук с драгоценностями! Журналом делились со всеми пацанами с улицы. А сейчас любой тринадцатилетний парень может посмотреть в Сети анальную групповуху. Это капец. Никому нельзя знакомиться с сексом так. Это отнимает всю загадку и магию.

Общаясь с людьми с темной стороны, мы часто забываем, что они не всегда зарываются в ужасы с головой, но любят и что-нибудь помягче. Что из твоих вкусов в музыке, кино и литературе может удивить типичного хоррор-фэна?

Скажу сразу — я не из тех, кто любит хэппи-энды. Но мне нравятся драмы. Кормак Маккарти, Дэниэл Вудрелл, Гарри Крюс. Стюарт О’Нэн пишет прекрасные книги о семье и о любви. Люблю морализм вестернов, таких как «Железная хватка» и «Одинокий голубь». И для меня нет ничего лучше комиксов «Кельвин и Хоббс». Я много слушаю Ника Дрейка. Он сильно привязан к природе, и это отзывается во мне. И Скотта Уолкера тоже, он восхитителен в своей меланхолии.

У нас есть несколько классических вопросов, и об одном из них давненько не вспоминали. Представь себе комнату без окон и дверей. В комнате — четыре человека, три стула, два мотка веревки и нож. Дверь заперта, ключа ни у кого нет, как и сил, чтобы сломать ее. Что из этого выйдет?

Ну, это довольно мутный сценарий. Мне хотелось бы думать, что они продолбят себе выход этим ножом. Но если они и вправду застрянут, то все может закончиться каннибализмом. Глубоко внутри нас всегда таится тьма. Стоит только взглянуть на любую тюрьму в мире, чтобы знать, что делают люди в заключении.

И в конце нашего разговора мне хотелось бы узнать о твоих планах. Ты говорил, что к изданию готовятся два романа. Чего нам ждать дальше?

«Сезон разрушения» будет опубликован издательством Perpetual Motion Machine. Это роман в стиле южной готики о современном ковбое, страдающем биполярным расстройством. Его девушка садится на героин, и он выступает войной против наркоторговцев, чтобы спасти ее от самой себя. Так же он пытается наладить отношения с бывшей женой, но душевная болезнь оказывается сильней. Второй роман, «Искусство тела», будет опубликован Blood Bound Books. Они — короли в издании экстремального хоррора, а «Искусство тела» — это и есть экстремальный хоррор. Это брутальный, извращенный, гротескный роман о психически больном гробовщике, который делает из человеческих тел произведения искусства, и о съемочной группе, намеревающейся снять самый больной порнофильм в истории. Он обязательно придется по нраву тем, кто оценил «Поедание», которое тоже публиковали Blood Bound Books. 2016 будет шикарным годом. Кроме того, у меня есть еще парочка романов, и я жду ответа от издателей, а также — пишу новый. Нас ждет множество кошмаров!

Спасибо, Крис! Было очень приятно побеседовать.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)