XX век – эпоха контрастов. Прошедшее столетие можно было бы назвать золотой эпохой человечества, когда оно достигло небывалых до этого высот своего развития. Можно было, если бы не тот факт, что XX век стал также эпохой войн, ненависти и геноцида. Каждое второе открытие и достижение человечества так или иначе перестраивалось им же под нужды уничтожения себе подобных. Следствием единства и равенства абсурдным образом явились концлагеря и эскадроны смерти. Свобода слова стала матерью цензуры. Удобная правда тождественна лжи. Гуманизм для одних людей отлично сочетался с геноцидом для других. Фашизм стал искаженным отражением демократии. При коммунизме возникли классовое общество, монархические династии и новые религиозные течения. Наконец, символично, что именно в XX веке утопии мыслителей прошлого породили антиутопию.

Литературные произведения на тему общества, в котором что-то пошло не так, зачастую воспринимаются исключительно как художественный вымысел, ограниченный восприятием читателя и фантазией автора. Однако на самом ли деле мы живем в просвещенном 2016 году, а не в дремучем 1984-м? Так ли несбыточны мрачные прогнозы фантастов? Попробуем разобраться.

Прогрессоры и тропинки далеких планет

Вы гражданин Единой Земли. Сын или дочь человечества. Того человечества, в котором победили разум и прогресс. На Земле больше нет войн, злобы и ненависти. Люди живут в мире, любви и согласии. Уже долгие годы представители вашего вида умирают только от старости. На мощнейших межзвездных кораблях вы исследуете дальние уголки Вселенной, несете далеким цивилизациям свет человеческой мысли. Аборигены неизвестных планет живут, погруженные во тьму ненависти, невежества и мракобесия. В ваших силах изменить, перестроить их мир к лучшему…

В послевоенной советской фантастической литературе безоговорочно правили социальные и философские темы. Темы покорения космоса и первого контакта с внеземной цивилизацией. Иван Ефремов в своем знаменитом романе «Туманность Андромеды» описывал идеальное коммунистическое общество будущего, интеллектуальное и высокотехнологичное, живущее единым государством на процветающей Земле. В романе несколько сюжетных линий, цель которых – как можно более широко и доступно показать читателю многообразие и глубину будущих свершений человечества. Новые люди занимаются тем, что покоряют космос и совершают открытия в науке. Мир романа, представляет собой самую настоящую утопию, в которой, пожалуй, хотели бы жить большинство из нас.

В следующем своем крупном произведении «Час быка» автор предлагает читателю окунуться в мир отдаленной планеты Торманс, колонизированной когда-то землянами. Спустя много лет после колонизации на планету совершает путешествие отряд землян, представителей просвещенного общества, уже описанного в «Туманности Андромеды». Земляне обнаруживают на Тормансе тоталитарный строй, основанный на классовом делении, культе личности и жестоком подавлении инакомыслия. Каждый гражданин в раннем детстве проходит государственный экзамен, по результатам которого определяется его причастность к одному из социальных классов. Это могут быть либо пролетарии кжи – рабочие, проводящие жизнь в тяжелом физическом труде, заранее приговоренные к смерти в возрасте 25 лет, либо интеллектуалы джи – ученые, инженеры и люди искусства. Оба класса ненавидят и презирают друг друга. Над всем этим стоит всемогущий Совет Четырех, в руках которого сосредоточена абсолютная власть. Совет правит планетой при помощи своих карательных представителей – Змееловов. Периодически проводятся особо крупные репрессивные акции, жертвами которых могут стать, как представители кжи и джи, так и сами змееловы.

В романе Ефремов использовал явные отсылки и аллюзии на маоистский Китай периода «Великой культурной революции». На его страницах можно найти и инопланетных хунвэйбинов, и «огонь по штабам», а Совет Четырех – это явный намек на так называемую впоследствии «Банду Четырех» – верхушку Китайской компартии того периода. Однако, как это ни печально, в «Часе быка» есть отражение и нашей с вами окружающей действительности. Многочисленные тесты и экзамены во многом определяют нашу дальнейшую жизнь. Большинство из нас стараются общаться с людьми из своего круга, а некоторые с нескрываемым презрением и даже враждебностью относятся к тем, кто находится на другой ступеньке социальной лестницы. Жизненный статус и социальное положение зачастую ставятся выше человечного отношения друг другу. Мы не видим того, кто перед нами, мы смотрим на то, что он из себя представляет. Не кто он, а какой. На вопрос может быть только один ответ: «Перед нами человек, а потом уже все остальное». И этого «всего остального» может быть бесконечное множество. От отупленных изнуряющим трудом кжи и заносчивых высокомерных джи до безжалостных и беспрекословных карателей-змееловов. Конечно, наша Земля похожа на тоталитарный Торманс лишь мельчайшими деталями, что радует. Но и до «Туманности Андромеды» нам еще очень далеко.

Можно также провести определенные параллели между нашей действительностью и Страной неизвестных отцов из романа Аркадия и Бориса Стругацких «Обитаемый остров». Стругацкие, в некоторой степени продолжатели идей Ефремова, в своем «Мире Полудня» описывали человеческое общество XXII века, высокотехнологичное и просвещенное, отказавшееся от ненависти и вражды. Его представители – прогрессоры, свободные путешественники и исследователи, изучают населенные гуманоидами планеты, общественный строй которых зачастую оставляет желать лучшего.

Неизвестные отцы – группа анонимных правителей безымянного государства на планете Массаракш. Хотя назвать их правителями было бы немного неправильно. Конечно же, это просто чиновники на службе народа, честные, благородные и неподкупные, всегда заботящиеся о благе своих подданных. Во всяком случае, именно это они внушают гражданам, в буквальном смысле слова промывая им мозги с помощью системы излучателей, установленных по всей территории страны, вкладывая им в головы нужные и удобные для правительства мысли. На самом деле Отцы – это глубоко коррумпированная, погрязшая в бюрократии и взаимных подозрениях хунта. Тех граждан, на которых не действует сила излучателей, кто способен самостоятельно мыслить и принимать решения, заочно клеймят выродками и врагами народа. Все выродки подлежат аресту и уничтожению. Страна Отцов – осколок некогда мощного государства, находится в состоянии постоянной «холодной», а зачастую и «горячей» войны со своими соседями. Лидеры постоянно кормят подданных историями о жестокости и вероломстве врага, о его моральных и военных преступлениях.

В правительствах наших стран находятся, по сути, такие же «Неизвестные Отцы», как и в романе Стругацких. Причем в прямом и переносном смыслах. Кто они, эти люди? Мы видим их широкие улыбки и деловые костюмы. Но кто они на самом деле? Неизвестно. В наших квартирах стоят излучатели, через которые нам вещают о преступлениях и вероломстве врага, о честности и самоотверженности наших лидеров. О коварстве и предательстве тех, с кем мы еще совсем недавно были единым народом. Похожая ситуация и с нашими личными «выродками» – непримиримыми и вечно презираемыми врагами. Навязывают ли нам их, либо мы сами назначаем себе противников, смысл от этого не особо меняется. Критерии отбора могут поражать своим разнообразием: язык, цвет кожи, религиозные убеждения, социальное положение, сексуальная ориентация, мировоззрение, подробности личной жизни. «Выродка» невозможно понять или принять. Его можно только уничтожить, не физически, так хоть морально. А потом любоваться его позором и унижением, греясь в лучах своего превосходства.

Особняком в творчестве Стругацких можно выделить один из поздних романов «Град обреченный». Действие книги разворачивается в некоем закрытом городе, который расположен то ли в какой-то виртуальной реальности, то ли на другой планете, то ли в параллельной вселенной. Хозяева этого мира, некие таинственные «экспериментаторы» населили город выходцами из различных государств, режимов, сословий и культур. Каждый гражданин города должен выполнять возложенные на него функции и обязанности. Одним из главных героев романа является советский студент Андрей Воронин, прибывший в город из Ленинграда 50-х годов. В городе он проходит путь от мусорщика до высокого городского чиновника. В начале повествования он молодой горячий романтик, горящий желанием разобраться в происходящем. Он пытается помочь ближним, заводит верных друзей и даже находит любовь. С повышением социального положения Андрей становится обыкновенным скучным бюрократом, человеком власти и статуса.

Такие же метаморфозы происходят и с другими героями романа. Они приспосабливаются под условия города. Рано или поздно принимают его правила. Фридрих Гейгер, в земной жизни унтер-офицер Вермахта, становится лидером городской революции, сражается на баррикадах в первых рядах, произносит гениальную пламенную речь. В конце концов, он превращается в президента города, жесткого авторитарного правителя, который организовывает бессмысленные «стройки века» и званые балы.

«Град обреченный» куда более тонкий и объемный роман. Многослойный и дающий пищу для размышлений. Но эта его часть, непосредственно жизнь героев в городе, является не самой приятной карикатурой на нашу действительность. Зачастую мы не живем своими жизнями, мы проживаем и приспосабливаемся, идем по головам. Обрастая бытом, статусом и положением, мы предаем и забываем самих себя. Несмотря на внешние отличия, становимся серой биомассой, каждый кусочек которой пугающе похож на соседний.

Нет тюрьмы страшнее той, которую мы строим своими руками. Человеческие возможности почти не ограничены. И это самое «почти» зачастую обусловлено самим человеком.

 

Добро пожаловать в дивный новый мир

Вы не личность. Вы частица огромного всемогущего общества. Микроскопический винтик в великом механизме под названием Государство. Вы не представитель безликого пролетариата. Скорее всего, вы мелкий государственный служащий, возможно даже чиновник низшего ранга. Вся ваша жизнь проходит в бесконечной неустанной службе идеалам режима и Тому, кто их придумал и разработал. Его авторитет непоколебим, Он бесконечно мудр и всепоглощающе добр. Он любит и ценит вас и миллионы ваших сограждан. Об этом говорят плакаты и государственная пропаганда. Его лицо смотрит на вас с каждого угла. Не пытайтесь усомниться в Его деяниях. Бракованные детали в механизме заменяют новыми, больные клетки организма лечат, а при невозможности ампутируют. Будьте осторожны с мыслями и поступками. Везде могут быть Его агенты. Ваши друзья и знакомые, даже члены семьи. Они могут быть везде. Они следят за вами. Он следит…

Основной идеей классических великих антиутопий ХХ века стал показ человеческого общества (чаще всего будущего), в котором практически стерлись различия между людьми. Коллективное и общественное полностью уничтожило личностное. Человеческий индивид практически стерся, растворился в толпе себе подобных. Таких же, одинаковых, идентичных. В мире будущего больше нельзя – а по большей части и бессмысленно – говорить «Я». Остались только «Мы».

В этом знаменитом романе Евгений Замятин описывает тоталитарное Единое Государство, все граждане которого живут в стеклянных зданиях и носят одинаковую робу-юнифу. Мало того, все сферы человеческой жизни, вплоть до интимной, контролируются Государством. Человека определяют на службу в соответствии с его способностями, ему указывают, сколько часов спать, когда и что есть, даже сколько раз пережевывать каждый кусок пищи. Понятия семьи и романтических отношений устарели. Личная жизнь больше не является таковой. Каждому гражданину назначают полового партнера, время и продолжительность встреч с которым также определяется сверху. Дети выращиваются в специализированных интернатах под присмотром разумных роботов. Люди в этом мире перестали быть людьми, теперь это безликие номера. У номеров нет даже имен, только буквы и цифры, для каждого свой уникальный код. Правительство представляет собой всемогущего Благодетеля, который управляет государством с помощью своих тайных агентов из Бюро Хранителей.

Главный герой, одаренный математик Д-503, счастливо живет в этом прекрасном обществе. Он самоотверженно трудится над постройкой космического корабля, его жизнь спланирована в соответствии со скрижалью, он ежедневно читает Государственную Газету и честно голосует за Благодетеля на очередных «выборах» (где в списках всего один кандидат). Но его жизнь резко меняется в связи с целой чередой событий. Он встречает таинственную незнакомку I-330, влюбляется, оказывается втянутым в заговор и, в конце концов, у него образуется душа. Благо в Бюро Хранителей проводят успешные процедуры по ее ампутации. Заканчивается роман эпично и пугающе до дрожи.

Со вселенной романа Замятина нас связывает несколько неоспоримых фактов. В современном мире все сложнее становится жить так, как хотелось бы тебе самому. В той или иной сфере деятельности нам приходится постоянно сталкиваться с социумом. Это не хорошо, и не плохо, но это так. Основная работа и зарабатывание денег поглощает большую часть нашего времени, тогда как, то, чем хотелось бы заниматься на самом деле, постепенно отходит на второй план, переходя в разряд увлечений и хобби. Жизнь имеет под собой четкий распорядок, отклонения от которого рассматриваются человеком, как преступления против себя самого. Общественное благо постепенно набирает вес и начинает превалировать над благом личным. Тех, кто старается поменьше контактировать с внешним миром либо не принимает его правил, большинство считает отшельниками, маргиналами и людьми, как говорится, «не от мира сего».

Все сложнее скрывать от посторонних глаз свою личную жизнь. Наши стены, конечно, не стеклянные, но у них, как известно, тоже есть уши. Сколько раз в своей жизни вы слышали выражения вроде «так надо», «ты должен», «тебе уже пора сделать то-то и то-то». Вы слышите это от самых разных людей, коллег, друзей, родственников. Их пожелания, советы, наставления и напутствия. Зачастую это подкрепляется железобетонным «это ради твоего же блага». Наши личные благодетели могут скрываться за каждым углом.

В плане соответствия теперешним реалиям немного сложно воспринимать другую великую антиутопию, по сути, произведение, которые многие читатели и ассоциируют с этим жанром, гениальный роман Джорджа Оруэлла «1984».

Автор закончил книгу в 1948 году, когда на Земле еще вовсю гремело эхо Второй Мировой. Еще десятилетие назад человечество разрывали на части тоталитарные идеологии. Половина Европы маршировала под красными знаменами, половина – под коричневыми. Потом мир снова разделился на два лагеря, каждый из которых грозил сопернику ядерным кулаком. Началась новая волна шпионажа, пропаганды и переписывания истории. В этой атмосфере Оруэлл и создавал свой знаменитый шедевр. Современного человека достаточно сложно убедить в чем-то настолько, чтобы он безоговорочно поверил в какую-либо идею. Для этого нужны либо стопроцентные неопровержимые факты, либо гениальная мистификация и подделка этих самых фактов. Вот если бы сталинизм и нацизм дожили до наших дней в качестве государственных идеологий, возможно сейчас и были бы новые Океания и Евразия, которые всегда воевали бы друг с другом. Или не воевали?

Тем не менее, в романе «1984» Оруэлл предугадал несколько вещей, которые вполне можно отнести к нашему с вами миру. В тоталитарной Океании главным органом государственной пропаганды было Министерство Правды. Именно так. Как же иначе? Ведь правда, несмотря ни на что, понятие относительное. Если сталкиваются несколько абсолютно противоположных точек зрения, правда, чаще всего, бывает где-то посередине. Но самим сторонам на эту самую правду будет глубоко наплевать. Она не такая, какая им нужна, неправильная и неудобная. Гораздо проще создать, сочинить свою собственную правду. Приукрашивание фактов и переписывание истории идет полным ходом даже сейчас, в наш просвещенный век. Непоколебимые герои прошлого становятся тиранами и злодеями, в то время как преступников и мерзавцев возводят в статус чуть ли не пророков. В наше технологичное время каждый человек волен сам выбирать свой источник информации. Он будет считать его настоящим и единственно верным.

Из этого прямо вытекает другое понятие романа – двоемыслие. Способность воспринимать два взаимоисключающих понятия, но менять свою точку зрения в зависимости от ситуации. Другими словами двоемыслие – это способность воспринимать окружающий мир так, как нам это удобно в конкретном положении. Весьма удобное свойство во все времена. Если я обижу человека, я оправдаю себя всеми возможными способами. Скажу, что не мог поступить по-другому. Если то же самое кто-то применит относительно меня, я объявлю себя жертвой, невинным мучеником. Главы государств готовы жизнь отдать ради кого-то там, посылать солдат за тысячи километров ради мира и демократии где-то там, но не могут решить насущных проблем в пределах своей страны. Одним из главных лозунгов в оруэлловской антиутопии был «Война – это мир». Опять же, все правильно. Бомбардировки, артобстрелы, теракты и массовые убийства случаются только из-за мира. Государство облагает своих граждан налогами и непосильными кредитами из-за того, что желает им богатства и процветания. Детская смертность растет для увеличения рождаемости. Рабочие места сокращаются ради борьбы с безработицей. Взяточники борются с коррупцией. Пьяный муж до полусмерти избивает жену, потому что очень любит ее. Двоемыслие – это идеология современного мира.

В Океании главной и единственной политической системой был ангсоц – английский социализм. Ядром партии являлась ее внутренняя часть – избранная верхушка, имеющая абсолютную власть и недоступные другим слоям общества материальные блага. С ангсоцем можно сравнить любую современную политическую силу, которая, прикрываясь идеями равенства, братства и справедливости, озабочена только получением привилегий для своей элиты.

Что касается современной фигуры Старшего Брата, богоподобного мудрого лидера и недосягаемого примера для подражания, то в наше время каждый волен сам выбирать себе кумиров и наставников. Поэтому сейчас вариантов Старших Братьев может быть бесконечное множество и на любой вкус. Все они глядят на нас с плакатов, билбордов, киноэкранов и мониторов.

Замятин и Оруэлл были людьми своего времени. И, несмотря на относительную фантастичность своих основных произведений, они все-таки знали, о чем писали. Замятин стал очевидцем революционного террора и классовой ненависти, его творчество подвергалось нападкам, цензуре и запретам. Оруэлл, в свою очередь, как сын сотрудника Британской колониальной администрации в Индии, в довольно юном возрасте столкнулся с эксплуатацией человека человеком. Кроме того, писатель в рядах боевых отрядов коммунистической партии ПОУМ сражался с франкистами во время Испанской гражданской войны, на которой стал свидетелем внутрипартийной борьбы между, казалось бы, союзническими группировками. Долгое время Оруэлл был также корреспондентом информационной компании BBC. Некоторые исследователи его творчества считают, что именно ее он взял за основу Океанского Министерства Правды.

И «Мы», и «1984» произведения реалистичные и продуманные, они исследуют правила описанных в них миров и пытаются сопоставить их с нашим возможным будущим. В плане реалистичности практически никакой критики не выдерживают современные подростковые антиутопии. Если в классических произведениях основной темой выступали мир и общество, то в романах последних лет на первый план выходят герои. Брутальные, гордые, независимые подростки и молодые люди. Как раз такие, чтобы читающему об их приключениях молодому поколению было проще сопоставлять себя с ними. В таких романах диктаторы выглядят стереотипно, даже карикатурно плохими. Их режимы держатся на тирании, не подкрепленной практически ничем больше. В классических антиутопиях система чаще всего была непобедимой, она перемалывала даже самых стойких бойцов и героев. В современных – режим, который по идее держался долгие годы, рушится от одного сурового взгляда пубертатного революционера.

В мировой истории главной опорой режима почти всегда была именно молодежь, как наиболее активная, внушаемая и податливая часть общества, более других склонная к агрессии и реакционным действиям. Достаточно вспомнить германский Гитлерюгенд эпохи нацизма, упоминавшихся уже китайских Хунвейбинов, камбоджийских Красных Кхмеров, многочисленные африканские повстанческие или правительственные подразделения, сформированные из детей, или хотя бы советский Комсомол. В нашей реальности гордая, активная, целеустремленная, свободолюбивая и «не такая, как все» Китнисс Эвердин, скорее всего, не боролась бы против системы, а вступила в «Союз немецких девушек».

Наиболее близко к нашей реальности, как нам кажется, подобралась еще одна великая антиутопия ХХ века, роман другого выдающегося британца Олдоса Хаксли «О дивный новый мир». В книге описывается будущее, основой которого стало гипертрофированное, доведенное до абсурда общество потребления. Общество, в котором люди даже не рождаются, их клонируют на заводах-инкубаториях. Общество, разделенное на несколько каст, от просвещенных сверхлюдей Альф, до убогих, недоразвитых Эпсилонов. Каждая каста свысока и презрительно смотрит на низших по рангу и заискивает и лебезит перед высшими.

В этом мире даже сами люди рассматриваются, как объект потребления. Все принадлежат всем. Отсутствуют любые половые нормы и сексуальные предрассудки. Семей в нашем понимании этого слова больше не существует. Слова «отец» и «мать» считаются оскорбительными, а беременность является величайшим позором. Все свободное время люди проводят в развлечениях и утехах. Дети в школах заучивают наизусть рекламные слоганы, а любая депрессия на раз лечится синтетическим наркотиком сомой. Как говорится, сомы грамм и нету драм.

В наше время моральные нормы постоянно изменяются и переписываются под воздействием тех или иных факторов. Человек быстро забывает все былое, по его мнению, устаревшее и ненужное, и пытается подстроиться под стремительно меняющийся внешний мир. Набившая оскомину толерантность уже давно превратилась в неудачную шутку современного мира, карикатуру на саму себя. Люди принимают даже самые радикальные и безумные нормы и правила, перенимают их друг у друга, впоследствии возводя в абсолют и делая смыслом жизни. Современный человек может продать самому себе что угодно и под каким угодно предлогом. Даже образ непримиримого революционера может стать коммерческим брендом. Даже символы отваги и воинской доблести могут превратиться в дешевый атрибут мало кому понятного уже праздника.

Сексуальный аспект «Дивного нового мира» давно уже стал нормой мира современного. Люди меняют друг друга как перчатки. Выстраивают мысленные трофеи из «бывших», плюют на «настоящих», и мечтают о все новых и новых «будущих». Семья и супружеская верность зачастую малопонятны, а их постулаты смешны либо катастрофически устарели. Многие люди заводят семьи только «по залету», потому что «так надо» или «все рожают, так чем я хуже». Родительская любовь заменяется горами игрушек и подарков. Сами родители способны переложить ответственность за воспитание детей на кого или что угодно. Романтические отношения сводятся к показухе и лайкам в социальных сетях. В своих любимых люди ищут личную выгоду. Относятся к ним, как к красивым живым куклам, атрибутам своего личного статуса.

Ужасно ли все вышеперечисленное настолько, что в пору было бы ужаснуться и почувствовать себя героем настоящей, ожившей антиутопии? Пожалуй, что нет. В конце концов, каждый волен жить так, как считает нужным. Свои нормы и ценности все люди выбирают под себя, и в этом нет ничего плохого. Что действительно пугает, так это абсолютно бездушное, потребительское отношение человека к ближнему. Когда даже самые близкие люди, друзья и родственники могут видеть в тебе средство для достижения личной выгоды.

 

Цифровые грезы

Вы живете в огромном, многомиллионном городе. Светящийся огнями и рекламой муравейник никогда не спит. Вы не видели его границ и никогда не бывали вне его. Возможно, этот город и есть ваш мир. Бесконечная компьютерная программа, частью которой являетесь вы. Пучок бездушных микроскопических мегабайт в непрерывном потоке информации. Все чаще вас посещают мысли, что все вокруг – это чья-то злая шутка, виртуозная иллюзия, созданная, чтобы поработить вас, забрать разум и волю. По улицам города ходят тени. Простые люди вроде вас, особи с модифицированными телами, клоны, киборги и разумные полуроботы. В провонявших темных трущобах можно найти все, что угодно. От цифровых наркотиков и киберпроституток до контрабандных органов и пиратских модификаций для тела. Мир вокруг – это обман, но вы ничего не можете с этим поделать. Вы его часть…

Трудно предугадать, что ждет человечество в будущем, но одно можно сказать почти со стопроцентной уверенностью – люди останутся зависимыми от технологий. Кто в здравом уме сможет отказаться от уютной реальности с гаджетами и Интернетом и вернуться в средневековье. Только совсем уж радикальные консерваторы. Технологии все больше проникают в нашу жизнь. На волне технологического прогресса в литературной фантастике возник такой жанр, как киберпанк.

Уильям Гибсон в своем рассказе «Джонни-мнемоник» предложил довольно интересный способ хранения информации. Согласитесь, даже самый современный и удобный смартфон является всего лишь аксессуаром, отдельной от человека вещью. Его можно потерять или сломать. Его могут украсть, в конце концов. В рассказе Гибсона технологические приспособления вживляются прямо в человеческое тело. Электронный чип для хранения секретной информации встраивается прямо в мозг. Отличная и надежная альтернатива всем современным USB-девайсам и переносным жестким дискам. Что характерно, рассказ был написан в довольно далеком уже 1981 году, то есть еще до появления вышеупомянутых приспособлений.

«Джонни-мнемоник» стал предтечей культовой трилогии Гибсона «Киберпространство», куда вошли романы «Нейромант», «Граф Ноль» и «Мона Лиза Овердрайв». Мир «Киберпростанства» управляется могущественными мегакорпорациями и разработчиками софта. Серыми кардиналами являются безликие преступные кланы и конгломераты. Человеческие тела напичканы модификациями, портами и разъемами. По сути, люди здесь представляют собой живые оболочки, контейнеры для хранения информации, ограниченные сроком годности куски мяса, которые по какой-то нелепой случайности все еще способны мыслить. В этом мире гораздо проще потерять свою идентичность, чем в тоталитарных антиутопиях прошлого. Слишком ли сильно отличаются друг от друга флэшки или аккумуляторы на витринах магазинов? Пожалуй, только цветом, формой и маркой производителя.

Потеря собственного «Я» стала одной из тем другого знаменитого романа, произведения Филиппа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?». Не зря именно этот гипотетический вопрос вынесен в заголовок книги. Сюжет его повествует об охотнике за головами Рике Декарде, обязанностью которого является выявление и уничтожение нелегальных андроидов, абсолютно неотличимых от людей роботов. После разрушительной войны на Земле вымерло большинство животных, а признаком зажиточности и социального положения стало именно содержание в доме братьев наших меньших. Рик выявляет андроидов весьма оригинальным способом – подвергает подозреваемых тестированию, подавляющее большинство вопросов которого основано именно на отношении тестируемого к животным. Как правило, роботы не способны проявлять к ним гуманных чувств. Зачастую тестируемый сам не знает, кем он является на самом деле, живым человеком или искусственным механизмом. Поэтому результат теста может быть очень неожиданным и для самого подозреваемого, и для Рика, и для неподготовленного читателя.

Филипп Дик часто поднимал вопрос иллюзорности окружающего мира в своем творчестве. Об этом повествует его роман «Убик», в котором технологии будущего способны сохранить мозг умершего человека, а его сознание при этом помещается в искусственно созданный мир.

К теме искусственной реальности обращался еще древнегреческий мыслитель Платон. В «Диалоге о Государстве» он использовал «Миф о пещере», как пример того, как некие высшие силы могут навязывать человеку свое видение настоящего.

Из наиболее выдающихся современных примеров можно назвать роман «Футурологический конгресс» великого польского фантаста Станислава Лема. В мире «Конгресса» правительство будущего, чтобы отвлечь своих граждан от окружающих проблем, погружает их в искусственный сон, в котором люди пребывают в прекрасном искусственном мире. В мире, где царит потребительское изобилие, справедливость и свободная любовь. Население этой фантазии бессмертно и счастливо.

Еще одно видение иллюзорного технологического будущего дает нам Анна Старобинец в романе «Живущий». Тот самый Живущий – это глобальная социальная сеть, объединяющая все население Земли в этой реальности – ровно три миллиарда человек. В Живущем побеждена смерть. Сознание людей обитает в бесконечном информационном пространстве и время от времени просто меняет свой биологический облик. Обитатели Живущего подвергаются принудительной эвтаназии по достижении определенного возраста, а их цифровые души получают новые тела. Ничего страшного, смерти нет. Ведь отмирание физического тела ничто по сравнению с бессмертием бесплотного сознания. Во всяком случае, именно так заявляет официальная пропаганда.

Еще одной темой в фантастике будущего стала идея постчеловека. Кто будет жить на Земле после нас. Пришельцы, роботы? Зачастую писатели предлагают идею человека, эволюционировавшего под действием технологий и достижений медицины. В сборниках рассказов «Рибофанк» и «Вавилонские сестры» Пола Ди Филиппо представляется будущее, в котором люди способны менять свои тела с помощью трансплантатов, наркотиков и бесконечных операций. На этом фоне возникают не то, что новые народы и расы, а новые виды человека. Можно вживить себе когти, хвост, дополнительные пары органов или, к примеру, панцирь и конечности насекомого. Такая абсурдистская карикатура на современную пластическую хирургию и озабоченность людей своей внешностью. Кроме того, в мире «Рибофанка» люди клонируют себе личных помощников и слуг, внешность и вид которых обусловлены возложенными на них функциями.

Канадский фантаст Питер Уоттс в романах «Ложная слепота» и «Эхопраксия» рисует другой мир не такого уж и далекого будущего. Где почти не осталось места для современного представителя человеческого вида. Действительно, на планете, где существуют генетически воскрешенные вампиры, суперсолдаты-зомби, ученые с искусственным расщеплением личности, разумные космические корабли и живые компьютеры, «нормальный» человек начала XXI века выглядит, как ископаемый артефакт, музейный экспонат. Его зачастую даже называют всего лишь «тараканом». Но не унизительно, а даже с некоторым уважением. Ведь, как известно, тараканы очень живучие и приспосабливающиеся существа, способные выжить даже после ядерной войны. Серьезные темы и научный подход, которые использует Уоттс в своих произведениях, настраивают на определенные размышления. Пожалуй, такой вариант развития технологий будущего выглядит, как один из наиболее вероятных.

Обязательно ли будущее человечества должно быть мрачной технологической антиутопией? Конечно, нет. Во все времена от человека для веры в светлое будущее всегда требовалось, пожалуй, только одно. Собственно, быть человеком. Это существо интеллектуальное, мыслящее и гуманное. Разумное, в конце концов. Ведь, как говорил Д-503, разум должен победить.

Человеческие дух и возможности неограниченны. Их не уничтожить и не сломать. Не загнать в рамки и критерии. И даже один в поле может быть воином.

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх