DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Новая плоть (Часть 3)

Начало статьи было опубликовано в предыдущих номерах: Часть 1, Часть 2

Безжалостные звезды

Чужепланетные формы жизни никогда не ограничивались малым. Пока жив кинематограф, космос будет напоминать зрителям о своей беспощадности.

В 1988 году под чутким руководством Чака Расселла на планету Земля приземлилась «Капля» (The Blob) — ремейк одноименного фильма 1958 года со Стивом МакКуином в главной роли. В картине рассказывается о прожорливой субстанции из космоса, которая прилетает к нам в виде большой жвачки: покрытая твердой глазурью метеоритных кристаллов. Она мягкая и розовая внутри, а вот вкусная ли… Об этом никто рассказать не может, ведь при контакте с живой плотью гиперактивная слизь тут же принимается кушать — наверное, на других планетах плохо кормят.

Зловещий «лизун» (помните такие шарики, расползавшиеся при ударе в пятно, а потом медленно принимавшие изначальную форму? Это родственник капли) ползет и сжирает все на своем пути. Удивительно, какой интересный фильм можно сделать со столь невыразительным чудовищем! Чак Расселл прекрасно проявляет себя в фильмах со сложными спецэффектами — достаточно вспомнить его дебютную работу, «Кошмар на улице Вязов 3», — и «Капля» не исключение. Картина изобилует эффектными сценами нападения кошмарной субстанции из далекого космоса, и многие из них уже стоят того, чтобы уделить этой ленте каких-нибудь полтора часа. Эпизоды, в которых розовая слизь поедает незадачливых землян, поглощая их плоть и увеличивая свою массу, по-настоящему кошмарны и поражают своей выдумкой. В отличие от довольно беззубого оригинала, «Капля» — это бескомпромиссный хоррор.

Соавтором сценария выступил Фрэнк Дарабонт, и, будучи большим поклонником Стивена Кинга, он напихал в фильм отсылок к «Противостоянию». В частности, он намекает на то, что «капля», как и грипп Кинга, — это дело рук сбрендивших ученых. Откуда бы он ни взялся, смотреть на «лизуна» по-прежнему уже не получится.

Годом позже глубоководные бурильщики в «Левиафане» (Leviathan, 1989) пробудили мерзкую тварь, брата-близнеца инопланетянина из «Нечто». Несмотря на то, что и в целом фильм Косматоса смотрится, как попытка использовать наработки Ридли Скотта (антураж подводной станции до боли похож на декорации «Чужого») и Джона Карпентера (само чудовище), в фильме достаточно гротескных моментов с отрубленными конечностями, действующие автономно, актерская игра Питера Веллера, как обычно, выше всяких похвал, да и финальная сцена, в которой голова одного из героев, вросшая в тело чудовища, говорит сама по себе, намертво врезается в память. Неудивительно, что «Левиафан», как и «Экстро», стал видеосалонным хитом.

Нельзя обойти стороной «Вспомнить все» (Total Recall, 1990) Пола Верховена. Нидерландский режиссер неровно дышит к человеческому телу во всех его проявлениях и модификациях — это видно и по уже упоминавшемуся «Робокопу», и по «Основному инстинкту», и по «Невидимке». Изначально фильм должен был снимать Дэвид Кроненберг, но его дух витает и в картине Верховена: мастерский грим Роба Боттина мало кого оставит равнодушным, а марсианка с тремя сиськами — это настоящая секс-икона! Номинально фантастический боевик, «Вспомнить все» поражает обилием странных существ, способных потягаться с «уродцами» Тода Браунинга и тварями из трилогии «Существо в корзине» (Basket Case) Фрэнка Хененлоттера.

В американском токусацу «Гайвере» (Guyver, 1991) Земля становится ареной битвы причудливых чужепланетных тварей, зоаноидов и Гайвера — девайса, превращающего носителя в непобедимого воина. По духу лента близка к «Черепашкам-ниндзя» и напугать взрослого человека у нее вряд ли получится, но Скримин Мэд Джордж, создавший множество разнообразных чудищ для Брайана Юзны, и Стив Ванг начинили свою картину столькими инопланетянами-оборотнями и неприятными сценами превращения, что она автоматически попадает в список необходимых для просмотра любого поклонника монстр-муви! А уж сцена трансформации героя Марка Хэмилла, того самого Люка Скайуокера, подарит детишкам не один качественный смачный кошмарик.

Одной из самых необычный инопланетных зараз выглядит «живая молния» из «Вируса» (Virus, 1999) с Джейми Ли Кертис. И пускай сам фильм является наглядным примером, почему мастер по спецэффектам не всегда будет идеальным кандидатом на роль режиссера (Кертис считает «Вирус» едва ли не худшим фильмом в своей карьере), в картине предостаточно любопытных мутантов — сплава механики и человека. Благодаря этим вычурным киборгам, любопытному гриму и необычной идее фильм представляет собой вполне смотрибельное зрелище.

Сон разума порождает чудовищ

Человеческий разум способен на многое: телекинез, пирокинез, телепатия... Одни считают эти возможности вымыслом, другие в это время левитируют чашки с кофе, а третьи снимают фильмы и пишут книги. Фантазия или реальность — неважно! В голове человека или в реальной жизни, но возможно все.

«Связанные насмерть» (Dead Ringers, 1988) Дэвида Кроненберга наглядно демонстрируют, до чего могут довести умного человека ущербные любовные отношения, чрезмерная зависимость от брата-близнеца, наркотики и фанатичное увлечение своей работой: в кадре появляются фантастические инструменты для операции над беременными женщиными-мутантами — настоящие произведения искусства, уже сами по себе довольно жуткие; отношения братьев заканчиваются настолько трагично, что «осадок» будет тревожить зрителя еще очень долго. И пускай сам телесный ужас остается больше в фантазии зрителя — картина лишь намекает на кошмарные человеческие деформации, — эта лента, основанная на реальных событиях, является одной из самых депрессивных в фильмографии канадца.

Брайан Юзна никогда не чурался гротескных спецэффектов. В паре с Скримин Мэд Джорджем он творит общество из одноименного фильма — «Общество» (Society, 1989) — высшую касту богачей, которая не просто паразитирует на бедных, а буквально пожирает их, собираясь на чудовищные пиры каннибалов. Финальная сцена вакханалии — главный козырь фильма, и именно благодаря ей «Общество» прочно закрепилось на Олимпе боди-хоррора: злодеи ведь не просто народ при деньгах, поставивший себя выше остальных, это не люди, а отдельный биологический вид, способный склеиваться в один большой мыслящий комок плоти.

Оригинальная идея в руках Брайана Юзны превратилась в комедийный ужастик, а «Безумный» Джордж, как всегда, сработал посредственно (грим кажется слишком уж резиновым и неестественным), однако обилие гротескных образов и смелость идеи перекрывают недостатки фильма. Любопытно, что в США фильм выпустили только в 1992 году, продержав его на полке около четырех лет, тогда как в Европе он прошел довольно успешно. Возможно, страну и правда захватили инопланетяне, и билборды гласят «Подчиняйтесь», «Совокупляйтесь» и «Спите»?

В 1995 году Синья Цукамото, маэстро японского киберпанка, снял «Токийский кулак» (Tokyo Fist). Фильм повествует о типичном саларимене Цуда, на чью девушку посягает его старый школьный друг Такудзи, профессиональный боксер. Одержимый желанием отомстить нахалу и отбить даму сердца, Цуда начинает тренироваться, пытаясь угнаться за Такудзи, постепенно превращая свое тело в машину для убийства. Визуальный ряд фильма — это переплетение тренажеров для бодибилдинга, урбанистических ландшафтов и галлюцинаций саларимена, он прекрасно иллюстрирует жизнь человека в современном обществе и перекликается с «Автокатастрофой» Кроненберга.

Поклонники боди-хоррора часто описывают беременность, как поражение организма самым опасным паразитом — человеческим ребенком. Тема материнства с неприглядных сторон проиллюстрирована в «Экстро» и «Оно живо» (It's Alive, 1974), а чешский кудесник-кукольник Ян Шванкмайер идет еще дальше — в «Полене» (Otesánek, 2000) он живописует судьбу бездетной семьи, которая силой своего желания заполучить ребенка оживляет бесчувственную корягу. Полено просыпается и, естественно, требует еды. А уж аппетит у него поистине зверский — оно поглощает все, до чего может дотянуться своими обрубками. Подобно «капле» деревяшка разрастается до чудовищных размеров и превращается в одного из самых необычных киномонстров.

Сюрреалистический ужастик «Сайлент Хилл» (Silent Hill, 2006) следует по дорожке, проторенной «Лестницей Иакова» (Jacob's Ladder, 1990), вдохновившей создателей оригинальной компьютерной игры, и демонстрирует, что способна породить фантазия психически больного человека: если в первой части игры, по которой снят фильм, присутствуют чудовища, обретшие плоть благодаря фобиям маленькой девочки, в экранизации эти монстры — синтез кошмаров главной героини и Алессы, жертвы неудачного магического эксперимента. Безликие медсестры-манекены, Пирамидоголовый, тараканы-мутанты, человек-пенис, брызжущий нефтью, и чудовищные дети — все они выглядят, словно комки мятежной плоти, способные в следующий миг принять иную форму, достачто всего лишь напрячь фантазию.

Еще один вариант того, какие фортели может выкидывать наш разум, куда более реалистичный, прекрасно продемонстрирован в шизофренических «Глюках» (Bug, 2006) небезызвестного Уильяма Фридкина. Питер, ветеран войны в Заливе, страдает от паранойи. Со временем болезнь обретает угрожающие очертания, и его мания преследования и боязнь перед шпионскими устройствами вырождается в маниакальный страх сначала перед «жучками», а потом и перед жуками, которые, как думает Питер, поселились в его теле. Легко догадаться, что ни к чему хорошему такая навязчивая идея не приводит. Но не стоит раньше времени ухмыляться — достаточно представить, как ночью в вашу ноздрю или ухо вползает какое-то насекомое.

Одним из самых любопытных ужастиков, продолжающих тему «Восставшего из ада» попыток заглянуть через плоть и невыносимую боль в загробную жизнь, является фильм «Мученицы» (Martyrs, 2008) француза Паскаля Ложье. Он повествует о двух подругах, пытающихся отыскать извергов, лишивших их счастливого детства, но попадают в лапы к членам эзотерического общества, цель которого — узнать, есть ли жизнь после смерти. Картина настолько жестока, что сам просмотр может превратиться в пытку — порой складывается впечатление, будто смотришь самый настоящий снафф, и высидеть фильм до конца способны только прирожденные садисты.

Ложье, как и Юзна, показывает общество богатых культистов, как сборище аморальных личностей, людей, которых можно причислить к роду человеческому с большой натяжкой. Прекрасная операторская работа, красивые кадры и прекрасная игра актеров не дают фильму скатиться в банальность, и несмотря на чрезмерное насилие (или благодаря ему), картина запомнится надолго. Ведь в отличие от той же «Подопытной свинки» издевательства в «Мученицах» вполне оправданы, и финал действительно впечатляет.

Безумные, безумные ученые!..

Доктора, исследователи, экспериментаторы... Люди, власть которых лежит в царстве науки — там, куда обычным смертным дороги нет. Пускаясь в странствия по лабиринтам запретных знаний, что они принесут в этот мир? Как быть, если находка, самая революционная и новаторская, окажется в руках одержимого? А как быть, если гений, сам того не желая, служит злу? Если в порыве научного авантюризма переступает грань разумного?

Одной из первых и самых удачных экранизаций классического романа Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей» стал «Франкенштейн» (Frankenstein, 1931) Джеймса Уэйла. Ученый по имени Виктор Франкенштейн, знаковая фигура для жанра ужасов, пал жертвой не столько собственного ума, сколько неосторожности: научившись воскрешать мертвую плоть, он дает ожившему покойнику сбежать. Уэйл существенно переработал первоисточник, лишив монстра способности связно излагать свои мысли и значительно упростив сюжет, однако в руках гениального режиссера история заиграла по-новому. Но о чем невозможно забыть, так это о самой сути эксперимента Виктора Франкенштейна — ученый собирает части тел недавно усопших, перекраивает их и создает новый организм. Это уже не простая пересадка рук! Хотя если бы части монстра зажили своей жизнью, как в «Политике тела», такой лоскутный человек вполне мог бы разбежаться по всей округе.

В следующем же году выходит еще одна значительная адаптация мировой классики — «Остров потерянных душ» (Island of Lost Souls, 1932), первая полнометражная экранизация научно-фантастического романа Герберта Уэллса «Остров доктора Моро». Речь идет о докторе, который пытается путем вивисекции вывести смесь человека и животного, идеальное существо с физической и моральной сторон — могучее, но не способное на насилие. Очень скоро остров, где он проводит свои опыты, наполняется странными гибридами, которые, естественно, далеки от идеала. Доктора сыграл известный кинодеятель Чарльз Лотон, а Чтеца Закона, предводителя недочеловеков/недозверей — сам Бела Лугоши! Однако, как и Уэйл, режиссер фильма, Эрл С. Кентон, сильно упростил философскую составляющую и «расплющил персонажей» — доктор Моро кажется воплощением Сатаны.

Самому Уэллсу экранизация не понравилась — он считал, что экранные ужасы мешают зрителю добраться до смысла картины. Сами сцены вивисекции не позволили картине получить прокатное удостоверение в Великобритании, и только в 1958 году, после сильных сокращений, его «продавили» с рейтингом Х (лицам до 16 просмотр запрещен). Современный зритель, искусившись скандальной славой картины, будет разочарован.

Вскоре на экраны выходит «Муха» (Тhe Fly, 1958), американский научно-фантастический фильм ужасов. Картина снята по одноименному рассказу Джорджа Лангелаана и четко придерживается буквы первоисточника. Грамотная режиссура Курта Нойманна, великолепный актерский состав, умный сценарий и прекрасные для того времени спецэффекты гарантировали фильму успех: при бюджете в 495 000 долларов «Муха» собрала 3 000 000, немалые на то время деньги.

Фильм повествут о гениальном ученом, который изобрел телепорт. После неудачного эксперимента над домашним котом, ученый обещает жене больше не использовать животных, и, будучи уверенным в успехе, проводит опыт на себе. К сожалению, случается непоправимое — в телепорт попадает муха, и ее ДНК смешивается с генетическим кодом ученого, порождая два увечных гибрида. Каково это, когда в твой мозг вторгаются примитивные инстинкты насекомого, а твоя внешность обезображена до неузнаваемости? Нойманн превосходно обыгрывает личную драму ученого, сохраняя интригу до самого финала.

«Муха» обзавелась еще двумя продолжениями. «Возвращение мухи» (Return of the Fly, 1959) снимали при значительно урезанном бюджете (225 000 долларов), однако грим твари здесь еще более гротескный, а главную роль исполняет Винсент Прайс, сыгравший небольшую роль в первой части. К сожалению, первоначальный сценарий, понравившийся Прайсу, значительно переработали в целях экономии. Естественно, на пользу картине это не пошло, и «Возвращение» — это едва ли что-то большее, чем попытка срубить денег на популярности оригинала.

Третий фильм, «Проклятие мухи» (Curse of the Fly, 1965), снимали уже в Англии. От оригинального актерского состава не осталось даже Прайса, и эта картина уже не продолжение, а отдельный фильм, скроенный из сюжетных элементов своих предшественников.

«Другие ипостаси» (Altered States, 1980) — фрукт совсем иного порядка. Да, это тоже экранизация, но: сам роман основан на реальных экспериментах с сознанием Джона Лилли — ученый проводил опыты с употреблением психоактивных наркотиков (ЛСД, кетамин) и изоляционными камерами; режиссер картины — Кен Рассел, известный своей неуемной фантазией. Главный герой фильма, Эдди Джессап, срисованный с Лилли, пускается в авантюрные исследования собственного разума, которые, естественно, идут не по плану, и ученый получает такой опыт, о каком и мечтать не мог! Его плоть становится глиной в руках его сознания, и Джессап буквально превращается в первобытного человека, но продолжает путешествие вниз по древу развития. Но сможет ли его тело вернуться в норму? Сможет ли сама личность психонавта выдержать это испытание?

Любой фильм Кена Рассела наполнен бурлескным, барочным безумием. Однако здесь эти иньекции строго отрегулированы, и режиссер сохраняет серьезный тон повествования, используя свое мастерство визионера в стратегически нужные моменты. Кроме ужасов и научной фантастики «Другие ипостаси» исследует границы и прочность человеческих чувств — это фильм о любви, и в этом плане они сильно схожи с «Мухой» Кроненберга.

Естественно, не обошел стороной ученых и Г. Ф. Лавкрафт. Одной из самых известных (хотя далеко не самых точных) экранизаций провиденца является «Реаниматор» (Re-Animator, 1985) Стюарта Гордона. Картина рассказывает об одаренном студенте медицинского университета, Герберте Уэсте, эдаком молодом Франкенштейне, который пытается оживить мертвую плоть. Естественно, ему это удается! И начинается длинная вереница похождений талантливого, но бестолкового Уэста… Фильм Гордона — это не философская притча Уэйла и даже не бескомпромиссный хоррор, ведь больше всего к «Реаниматору» подходит определение «черная комедия» — чего стоит одна сцена, в которой безголовый труп пытается изнасиловать девушку на столе в морге! И не чем-нибудь, а именно отвалившейся головой!

Одним из самых неоднозначных фильмов в этой категории является «Химера» (Splice, 2009) Винченцо Натали. Молодые ученые, Клайв Николи и Эльза Каст, пара в обычной жизни и коллеги по работе, занимаются тем, что выводят странных существ. После неудачного эксперимента Эльза решает создать «химеру» — гибрид человека и нескольких животных. Все получается как нельзя лучше, но этот опыт не санкционирован начальством, поэтому исследователям приходится переселить свое создание в амбар. Дальше сюрприз следует за сюрпризом: существо развивается непредсказуемо быстро и «химерно», у него завязываются очень и очень непростые отношения с обоими родителями, а животные и человеческие гены дают о себе знать. Последствия оказываются самыми непредсказуемыми.

В один год с «Химерой» на экраны мира выползла еще одна странная тварь — «Человеческая многоножка» (The Human Centipede (First Sequence), 2009). Интригующее название, забавный постер, и… пустоватый, но шокирующий сюжет: совершенно слетевший с катушек немецкий ученый по имени Хайтер решает срастить людей, сшив их анусы и рты — питается только первый человек, а следующие «звенья» становятся невольными копрофагами. Хайтер всячески мучит своего нового «зверька», пытается его дрессировать — вот, собственно, и весь фильм. Однако картина пользовалась популярностью и обзавелась еще двумя продолжениями.

Педро Альмодовар представил на суд общественности собственного безумного экспериментатора в «Коже, в которой я живу» (La piel que habito, 2011), и играет его не кто-нибудь, а любимчик режиссера — Антонио Бандерас. Картина рассказывает о докторе Ледгарде, который изобретает искусственную человеческую кожу, позволяющую творить настоящие чудеса пластической хирургии. Сюжет вращается вокруг его главного подопытного кролика — загадочной женщины, которую связывает с доктором страшная тайна. Фактически «Кожа» не является фильмом ужасов, однако финал потрясает своей, в принципе, ожидаемой от Альмодовара трансгендерной концовкой.

Самой свежей и одной из самых необычных картин «телесного ужаса» является «Антивирусный» (Antiviral, 2012) Брэндона Кроненберга. Фильм построен на идее торговли вирусами болезней, полученными у знаменитостей, — таким образом, покупатель получает возможность сблизиться со своим кумиром. Зритель следит за злоключениями молодого сотрудника компании «Лукас Клиник» Сида Марча, который и сам является подверженным массовой одержимости «звездными болезнями», являясь ходячим банком этих хворей. Сюрреалистический, неторопливый, минималистский и до боли красивый «Антивирусный» развивает идеи ранних фильмов Кроненберга-старшего — глоток свежего воздуха для поклонников этого специфического направления в жанре ужасов.

Отец телесного ужаса

Говаривают, термин «сплаттерпанк» придумали для того, чтобы хоть как-то охарактеризовать раннюю прозу Клайва Баркера, так и с Дэвидом Кроненбергом: по одной из версий определение «боди-хоррор» создали специально для его фильмов. Действительно, Кроненберг был и остается главным исследователем этой довольно специфической темы. Генетические мутации, ваяние своего тела посредством сил разума, ужасы косметической хирургии, реинкарнация в теле другого пола, телесные модификации для продвинутых геймеров, сплав человека и машины, превращение мяса, крови и костей в видеоплоть — у этого режиссера есть все.

Любой его фильм до «Экзистенции» включительно достоин отдельного анализа и статьи, однако ограничимся лишь перечислением самых знаковых его работ.

«Выводок» (The Brood, 1979) наглядно демонстрирует, на что способен человеческий разум и какую физическую форму может принять человеческий гнев.

«Видеодром» (Videodrome, 1983) исследует грань между человеческой сущностью и информацией. Где кончается физическое существование и начинается моток видеопленки?

«Муха» (The Fly, 1986) — абсолютная классика боди-хоррора, вольный ремейк фильма 1958 года. В этой картине Кроненберг стадию за стадией прослеживает мучительно превращение человека в чудовищное насекомое.

«Голый завтрак» (Naked Lunch, 1991) — киноверсия одноименного романа Уильяма С. Берроуза, который считали неподдающимся экранизации.

«Автокатастрофа» (Crash, 1996) — экранизация романа Дж. Гю Балларда, в которой исследуется одержимость автомобилями.

Творчество Кроненберга замечательно расписано в книгах «Кроненберг о Кроненберге» (Cronenberg on Cronenberg, 1997, редактор Крис Родли), «Видеодром» (Videodrome: Studies in the Horror Film, 2008, автор Тим Лукас), «Форма ярости в фильмах Дэвида Кроненберга» (The Shape of Rage in the Films of David Cronenberg, 1983, редактор Пьер Хендлинг), «Философия Дэвида Кроненберга» (The Philosophy of David Cronenberg, 2012, редактор Саймон Риш), «Дэвид Кроненберг: автор или кинодел?» (David Cronenberg: Author or Film-Maker?, 2007, автор Марк Браунинг), « Дэвид Кроненберг: хрупкое равновесие » (David Cronenberg: A Delicate Balance, 1994, автор Питер Моррис), «Кинематограф Дэвида Кроненберга: от Кровавого Барона до культурного героя» (The Cinema of David Cronenberg : From Baron of Blood to Cultural Hero, 2008, авторы Кэроли Бэйнбридж, Эрнест Мэттс, Джеймс Хогг) и др.

Кроненберг оказал колоссальное влияние на жанр ужасов, его творчество сложно переоценить. Его холодную, отстраненную манеру не спутать ни с кем другим. Это режиссер-философ, режиссер-исследователь, режиссер-ученый, который стоит в одном ряду с такими классиками, как Джон Карпентер, Джордж А. Ромеро и Дарио Ардженто.

Ядый Мою Плоть, и пияй Мою Кровь: предупреждение

К сожалению, далеко не все достойные внимания фильмы уместились в эту статью. Она не претендует на энциклопедичность, и, как минимум, были упущены японские фильмы (простите, господин Цукамото!) и аниме (извини, Акира!)... Однако автор надеется, что для неофитов она послужит хорошим ориентиром и поможет разобраться в этом довольно каверзном и спорном направлении. Ну, если не разобраться, так, на худой конец, заиметь несколько любопытных фобий.

Как известно, от мастурбации растут волосы на ладонях. А что же будет, если просмотреть все упомянутые фильмы? Не удивляйтесь, если вдруг сидеть стало не так удобно — это всего лишь пробудилась ваша генетическая память и копчик наконец-то стал тем, чем ему и положено быть.

Что ж, держите хвост пистолетом!

Комментариев: 3 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 Мельник 05-09-2013 17:43

    Помню, фильм "Капля" меня довольно-таки сильно напугал в детстве.

    А "Человеческую многоножку" я долго откладывал, но не так давно посмотрел - неприятная картина, но многие положительные отзывы заслужила не зря.

    В общем, спасибо за этот цикл статей, было интересно и познавательно.

    а марсианка с тремя сиськами — это настоящая секс-икона!

    Обеими руками за ))

    Учитываю...
  • 2 P. 27-08-2013 15:24

    Питера Хэммилла, того самого Люка Скайуокера

    Марка Хэмилла все-таки. А мастермайнд VDGG нам споет об ужасах ментальных скорее.)

    Учитываю...
    • 3 Kiplas 29-08-2013 05:36

      Черт побери! Да, подловили меня, подловили grin Питера очень люблю, вот и пролез, куда не надо smile

      Учитываю...