DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

ДО-РЕ-МИ...

Рассказ ужасов умер, часть вторая

Голова Медузы / The Dark Descent 2: The Medusa in the Shield (антология)

Составитель: Дэвид Г. Хартвелл

Жанр: ужасы, мистика

Издательство: Клуб семейного досуга

Год издания: 2018 (в оригинале — 1987)

Переводчик: В. Михалюк

Похожие произведения:

  • «Century's Best Horror Fiction» (антология, ред. Джон Пилан)
  • «American Fantastic Tales: Terror and the Uncanny» (антология, ред. Питер Страуб)
  • «The Weird: A Compendium of Strange & Dark Stories» (антология, ред. Энн и Джефф Вандермееры)
  • Изучение становления и развития жанра ужасов в литературе продолжается во второй части антологии «Родословная тьмы», которая называется «Голова Медузы». Составитель Дэвид Хартвелл собрал внушительную книгу, первую часть которой — «Цвет зла» — мы уже рассмотрели. Останавливаться еще раз на теме и идее «Родословной тьмы» не будем, упомянем лишь, что вторая часть представляет так называемый психологический хоррор. По замыслу составителя, эту разновидность жанра ужасов отличает главный герой: он безумен, обладает каким-то психологическим расстройством, отклонением. В общем, он видит мир не так, как большинство. И ответ на вопрос, что же он видит: иллюзию или реальность — зачастую отдается на откуп читателю.

    В отличие от «Цвета зла», в «Голове Медузы» заметно меньше классики. Это и неудивительно: психологический хоррор стал активно, деятельно развиваться в XX веке, после многих потрясений этого кровавого столетия. Наверное, не погрешим против истины, сказав, что мир тогда сошел с ума — и литература кошмарного, чутко обозначив для себя эти изменения, нырнула в русло психологических расстройств. Классика же XIX и начала XX вв. имела в арсенале в основном мистический хоррор, порой очень явно и четко отграниченный от реалистичной, обыденной повседневной действительности. В основном — но не всегда...

    Классические, узнаваемые тексты, которые у всех на слуху, безусловно, в «Голове Медузы» есть. «Падение дома Ашеров» По, «Живописец Схалкен» Ле Фаню, «Крысы в стенах» Лавкрафта — давным-давно известные русскоязычному читателю произведения. Безумие, сумасбродство, страшные, губительные тайны человеческого сознания — в этих классических вещах они показаны, можно сказать, эталонно. Есть и другая классика, которую, возможно, знают чуть меньше: «Веселый уголок» Генри Джеймса, «Желтые обои» Шарлотты Перкинс Гилман, «Победитель на деревянной лошадке» Дэвида Герберта Лоуренса, «Роза для Эмили» Уильяма Фолкнера. Все эти тексты тоже обладают каким-то почти неуловимым, свойственным именно классике очарованием. Они довольно многословны, тягучи и не обладают сумасшедшей сюжетной динамикой, зачастую обращаются к стандартным, хорошо проработанным темам хоррора (призраки, доппельгангеры), но право находиться на страницах книги о психологических расстройствах каждое произведение, безусловно, заслужило. За исключением, пожалуй, «Желтых обоев», вышеуказанные тексты — это даже не столько классика именно литературы ужасов, а скорее просто — литературы.

    Примыкают к классике повесть «Как к профессору Гилдеа пришла любовь» Роберта Хиченса и пара рассказов — «Три дня» Танит Ли и «Славные деревенские люди» Фланнери О'Коннор. И если повесть, которая написана в конце XIX века, отходит к разряду классики просто по времени создания, то произведения дам специально стилизованы под классическую прозу. Во всяком случае, это касается «Трех дней» — сама автор говорила, что пыталась писать в классическом стиле. Танит Ли обращается к теме реинкарнации и моральным унижениям в семье, а Фланнери О'Коннор исследует особенности «славных деревенских людей», некоторые из которых, несмотря на обманчивый внешний вид, оказываются, быть может, даже не из сельской местности. Да и славными их назвать язык не повернется. Еще одна женщина-писатель, представленная в «Голове Медузы» — Джоанна Расс. Ее рассказ «Дорогая моя Эмили» населен вампирами и сочувствующими им несмышлеными девушками.

    На этом «классический» список не заканчивается, ибо не только «Рожденный мужчиной и женщиной» Ричарда Матесона, но и «Обезьяна» Стивена Кинга, и «Ужас» Клайва Баркера уже вполне могут быть внесены в зал хоррор-славы. Самый короткий текст всей книги, рассказ Матесона представляет повествование от первого лица весьма странного существа, родителями которого были... простые люди, как правдиво заявляет название. Новелла Кинга раскрывает нам историю умопомешательства, источником которого стала детская игрушка — заводная обезьянка. А Клайв Баркер в своем произведении со свойственными ему шокирующими подробностями исследует природу страха.

    Психологический хоррор, если судить по уже рассмотренным нами произведениям, по умолчанию предполагает всякие странности и отклонения. Но порой среди рассказов антологии встречается кое-то из разряда «что это было вообще?!». «Кинжалы» Роберта Эйкмана, мастера подобного рода текстов, представляют историю о том, как в странный, можно даже сказать, сюрреалистический аттракцион забредает обыватель. Он становится свидетелем донельзя необычного действа, которое покидает, не досидев до конца. Но на следующий день эти «Кинжалы» (так назывался аттракцион) уже сами преследуют его. В итоге о том, что же произошло, читателю остается только строить догадки. «Тараканы» Томаса Диша тоже необычны: в этом произведении главная героиня, ранее ненавидевшая насекомых, каким-то непостижимым образом получает возможность управлять ими силой мысли. А по соседству с ней живет странная семья пьянчужек, доставляющая нашей героине неприятности. Вот она и решает воспользоваться своими новыми силами, насылая на них тьму тараканов... Сюжет рассказа Денниса Этчисона «Теперь можешь уходить» — как мозаика. Несколько осколков, связь между которыми просматривается не всегда четко, — и «ударный» финал, который, однако, не производит должного эффекта. Рассказ оставляет после себя только один вопрос: и что?..

    Как-то попроще выглядят другие рассказы. Например, Рэмси Кэмпбелл в тексте «Уилли Макинтош» раскрывает перед нами историю детей, переходящих в подростковый возраст. Они интересовались и опасались таинственного мужчины, которого называли Уилли Макинтош. Тот обитал под навесом на берегу озера, но однажды исчез. А впрочем, исчез ли? С тех пор ребят часто не покидало ощущение, что под этим навесом что-то есть, хотя глаза говорили: там пусто. Из творчества Теодора Старджона и Майкла Бишопа составитель Дэвид Хартвелл отобрал этакие «медицинские» хорроры. В «Ярком промежутке» первого девушка попадает под колеса автомобиля, а скромный мужчина, оказавшийся свидетелем этого, помогает ей. Но не отвозит несчастную в больницу, где есть квалифицированные врачи. Зачем? Он ведь и сам может все сделать, даже если пострадавшей это не слишком понравится... «В стенах Тира» Майкла Бишопа — еще одна история, касающаяся медицины, конкретно — темы родов. Женщина, когда-то родившая мертвого ребенка, встречает спустя много лет мужчину, очень сильно похожего на отца ее дитяти. Заинтересовавшись им, она приводит его в дом, где мужчина становится свидетелем того, что несостоявшаяся мать, по всей видимости, не вполне здорова психически. Впрочем, ему до этого нет дела: он здесь не для того, чтобы помочь ей. Ему ведь надо деньги зарабатывать, и он уже знает, как это сделать...

    Вряд ли можно сказать, что «Голова Медузы» под завязку забита сумасшедшими. Антология, однако, к этому стремится. Разных проявлений безумия, явных и четких, на страницах книги немало, но есть и такие варианты, когда не знаешь, сошел ли герой с ума на самом деле. Не все эти сюжеты и не каждому читателю придутся по душе.

    Так что вторая часть антологии «Родословная тьмы» проигрывает первой в том, что касается сюжетов отобранных произведений, но, пожалуй, не уступает ей по разнообразию идей и стилей. Ожидаем заключительную часть этой внушительной книги...

    Комментариев: 0 RSS

    Оставьте комментарий!
    • Анон
    • Юзер

    Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

    Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

    (обязательно)