Рюхэй Китамура: «Мне неинтересно рассказывать про обычную жизнь»

Поклонникам хоррора японский режиссер Рюхэй Китамура известен, в первую очередь, по фильму «Полуночный экспресс», практически сразу же ставшему современной классикой ужасов. Из других его работ кто-то вспомнит добротный ужастик «Никто не выжил», а у поклонников Годзиллы наверняка живы в памяти «Финальные войны» 2004 года. Однако послужной список Китамуры этими тремя работами не ограничивается. Об этом и многом другом Рюхэй рассказал в эксклюзивном интервью нашему журналу.

Рюхэй Китамура 

Прежде всего, спасибо большое за то, что предоставили нам возможность сделать это интервью. Оно более чем важно для тех, кто следит за вашим творчеством. Посему не будем ходить вокруг да около и перейдем к делу.

Ваша биография более похожа на кино, чем на реальность. Согласно Википедии, вы обучались ремеслу в Австралии. Но мы слышали, что на самом деле вы бросили школу в Японии и поехали в Австралию без каких-либо предварительных договоренностей с киноакадемией. Звучит как настоящая авантюра! Расскажите поподробнее об этом периоде своей жизни. Почему Австралия? И сказались ли годы, проведенные в киноакадемии, на вашем становлении в качестве режиссера?

Мне было семнадцать лет, и было это в 1987 году. Как-то я понял, что очень устал от школы, и начал думать, кем же я хочу быть на самом деле. Передо мной нарисовались следующие перспективы: космонавт, рок-музыкант, боксер, якудза и кинорежиссер.

Но в реальной жизни есть разница между тем, что ты хочешь, тем, что ты умеешь, и тем, что ты можешь делать наилучшим образом. Все могут мечтать, но вот воплощение мечты в реальность – совсем другая история. Для того, чтобы преуспеть в чем-либо, необходимо обладать прирожденным талантом, бесконечным терпением и, конечно же, удачей.

Поэтому, размышляя над своими мечтами, я понял, что единственной перспективой для меня является кино. Жизнь – это игра, в любом случае, и вот я решил, что стану голливудским режиссером.

Итак, прямо посреди урока я встал, заявил своим одноклассникам и учителю, что собираюсь стать голливудским режиссером, и ушел из класса и из школы, не оглядываясь. И более не возвращался туда никогда.

Я купил билет в одну сторону в Австралию и уехал в Сидней. Я жил там в течение года, когда был мальчишкой. Я обожал Безумного Макса, фильмы Рассела Малкэя и группу INXS, поэтому Австралия показалась мне наилучшим вариантом из всех существующих. И да, австралийская школа помогла мне выработать свой собственный, отличный от голливудского и, если уж на то пошло, японского стиль съемок. Я путешествовал по миру и жил повсюду с тех пор, как мне исполнилось семнадцать, и этот образ жизни лишь отточил мой стиль и взгляды на мир, да и на кинематограф.

Почему вернулись в Японию?

Я поступил в Национальную школу искусств в Сиднее и провел там несколько лет. Моя выпускная работа, короткометражка «Выход», завоевала приз за лучшую режиссуру. Я очень хорошо помню выпускной. На показе «Выхода» зал устроил мне овацию стоя. И я понял, что у меня нет выбора – я должен делать кино и развлекать людей.

Но мне было всего двадцать, и я не обладал достаточным опытом. Я был уверен в своих силах и в своем таланте, но в конечном итоге, кинопромышленность – это вопрос человеческих взаимоотношений и умения работать в коллективе. Поэтому я понял, что мне необходимо больше времени для того, чтобы развить в себе эти дополнительные, но столь необходимые качества.

И отправился путешествовать.

Известно, что вы большой поклонник Джорджа Миллера и франшизы «Безумный Макс». Кто еще вдохновлял Вас?

Джеймс Кэмерон, Рассел Малкэй, Питер Уир, Сэм Рэйми, Джон Карпентер… долго перечислять.

Противостояние 

Вы обучались в Австралии. Потом вернулись в Японию. А потом неожиданно стали звездой. И все благодаря вашему первому фильму «Противостояние» (Versus). Эта картина стала культовой не только в Японии, но и во всем мире. Давайте поговорим об этом фильме немного. Перво-наперво, критики полагают, что «Противостояние» – полноразмерная версия вашей же короткометражки под названием «Прямо в ад». Но мы слышали, что ваш первый фильм, впоследствии преобразившийся в «Противостояние», был снят еще в Австралии с нулевым бюджетом и назывался он «Выход». Расскажите нам, как все было на самом деле!

«Выход» был студенческой короткометражкой, выпускным проектом, поэтому я не могу назвать его своим первым фильмом. Моим первым фильмом по праву считается выпущенный за 3000 долларов зомби-хоррор «Прямо в ад». Я был совершенно уверен в успехе этого фильма и обивал пороги продюсерских компаний в Токио, но, к сожалению, потерпел фиаско.

Потом я познакомился с известным актером, Ацуро Ватабэ, и мы решили заняться инди-нуар-проектом «Ночная схватка» [Оригинальное название – «Heat After Dark» («Жара после темноты») – прим. ред.]. Это и был мой первый фильм, выпущенный на экран. Я сделал все, что мог, и до сих пор горжусь этим фильмом, но опыт вышел не очень удачным. Я все еще был слишком молод, и никто не хотел предоставлять мне поддержку. Мне все говорили, что в Японии уже не производят боевики. В Японии нет таких бюджетов, как в Голливуде. В Японии нет звезд боевиков, как в Гонконге… Все это вывело меня из себя. Когда-то японское кино было в почете. Достаточно вспомнить великие самурайские фильмы «Йохимбо», «Одинокий волк и ребенок», «Затоичи»…

В любом случае, будучи окруженным известными актерами и профессиональной всезнающей съемочной группой, я толком не мог ни контролировать процесс, ни тем более развернуть настоящий экшен на экране. Я так разозлился, что решился на следующий шаг. О, да, я усвоил урок и в этот раз. Я решил сделать все по-своему. И послать всех к черту. К черту известных актеров, опытную съемочную группу, всех к черту!

Вместо того, чтобы толкаться в кулуарах в поисках маститых актеров, я нанял никому не известных любителей и занял денег на производство у друзей. Поначалу я хотел делать продолжение «Прямо в ад», но пока писал сценарий, проект эволюционировал и превратился в «Противостояние». Я полностью отдался идее снять на 100 % мой фильм и использовал в сценарии все, что нравилось мне. Самураев, кунг-фу, перестрелки, зомби, и т. д. Я знал, что это мой последний шанс показать миру, кто я есть на самом деле, и весь отдался процессу. У меня не было ни продюсера, ни поддержки, ни актеров. Я был НИКЕМ.

Но я снимал и снимал, и снимал, и когда заканчивались деньги, мы прерывали процесс, я находил средства и продолжал съемки. Я не собирался сдаваться. Мы потратили более шести месяцев, потому что нам все время приходилось останавливаться. Мы сняли 4800 сцен на 16-миллиметровую пленку. Ни звука, ни даже намека на редактирование.

Это было в 1999 году, то есть до начала цифрового века. Только два редактора в Японии имели доступ к системе Avid. Поэтому мы отправились к одному из них, господину Суичи Какешу, и попросили его поддержки и помощи. Я сказал ему, что у меня недостаточно денег, чтобы оплатить его участие, но этот фильм изменит мою жизнь, и я обязательно расплачусь с ним, достигнув успеха. Он рассмеялся и сказал мне, что не встречал в своей жизни успешных людей. Я посмотрел ему прямо в глаза и сказал: «Тогда я буду первым», и почему-то он поверил в меня и помог нам завершить проект бесплатно. Я тоже сдержал свое обещание и сотрудничал с ним в дальнейшем до проекта «Годзилла: Финальные войны» включительно.

Вот так я сделал «Противостояние». Фильм, который изменил мою жизнь.

В «Противостоянии» зритель впервые познакомился с Таком Сакагучи. В этом фильме он походил на улучшенную версию Мэтта Диллона с примесью молодого Такеши Китано. Впрочем, многие прочили ему славу Сё Косуги! Он же был уличным бойцом, верно? Говорят, он как-то сразился с медведем! Расскажите о нем.

Да, он был уличным бойцом и снимался в короткометражке моего сценариста и соавтора Юдаи Ямагути за сто долларов. Мне понравился его типаж, и я решил рискнуть и предложил ему главную роль в «Противостоянии». И да, он сражался с медведем, когда тренировался в горах. И убил его. Сумасшедший тип!

По слухам, Вигго Мортенсен потерял зуб при съемках «Властелина колец» и просто приклеил его обратно, чтобы не прерывать съемки. А ведь, насколько нам известно, с Таком Сакагучи приключилась та же история задолго до эпизода с Арагорном. Что же произошло на самом деле?

Ага. Это случилось на съемках сцены с атакующими зомби. У Така в руках были два пистолета и еще один – во рту. После того, как он отстрелял боезапас в первых двух, то потянулся к третьему, и металл расколол передний зуб напополам. К счастью, на съемках присутствовал мой хороший приятель, дантист, и мы воспользовались суперклеем и вылечили Така. И, разумеется, продолжили съемки.

Противостояние 

«Противостояние» очень эклектично. Внимательный зритель заметит оммажи в сторону Лучио Фульчи, Квентина Тарантино, Сэма Рэйми и других. Можно даже сказать, что «Противостояние»это «кот с множеством хвостов», и лишь один из них несет развлекательную функцию. Что же вы пытались создать на самом деле, и почему этот фильм стал столь популярным?

Я сам – большой фанат кино и полагаю, что мне доподлинно известно, чего именно хотят фанаты. Фильм «Противостояние» куда более популярен за пределами Японии, чем в ней самой, потому что японская кинопромышленность изолирована, акцентируясь сама на себя. В отличие от Гонконга, Китая или Кореи, большая часть японских фильмов не оправдала себя в прокате за пределами страны. В частности, поэтому ни один их японских продюсеров не поверил в успех «Противостояния», и мне пришлось все делать самому, но в конечном итоге я доказал всему миру, что японский фильм может по-настоящему прогреметь.

Будет ли продолжение?

Мне пятнадцать лет задают один и тот же вопрос, и да, ответ положителен. В настоящее время я работаю над сценарием и предполагаю реализовать проект в течение ближайших лет.

Я очень горжусь «Противостоянием», работой всей съемочной группы, но прошло уже очень много времени. Более того, я не заинтересован в том, чтобы просто сделать вторую часть. Поэтому речь не идет о продолжении. Речь идет о СОВЕРШЕННО НОВОМ противостоянии – с новой съемочной группой и актерским составом а-ля «Безумный Макс: Дорога ярости».

Выфанат «Воина дорог». При этом мы еще не видели автомобильного боевика в вашем исполнении. Более того, согласно IMDB, вы в свое время отвергли предложение встать у руля фильма «Тройной форсаж: Токийский дрифт», части невероятно популярной франшизы. Почему?

Не то, чтобы я отклонил проект. Просто не срослось. Мне показалось, что сценарий «недостаточно японский». Необходимо было изменить огромное количество нюансов. Один из продюсеров согласился с моими заметками, другой не хотел менять ни строчки, и в конечном итоге было принято решение отдать режиссерское кресло Джастину Лину.

Кинопроизводство – прежде всего, тяжкий труд, и я не готов приносить в жертву несколько лет жизни просто потому, что речь идет о популярной франшизе и больших деньгах.

Следующий вопрос риторичен по сути, поскольку все любят Годзиллу. Многим кажется, что нужно быть полным дураком, чтобы отказаться от участия в этой франшизе. Ваш фильм, посвященный великому монстру, а именно «Годзилла: Финальные войны», кому-то может напомнить «Противостояние». Чем-то он похож на суп, в котором кипят экшен-сцены. Монстры, мутанты, инопланетяне, кунг-фу, красавицы и, конечно же, сам Годзилла. Расскажите немного об этом фильме.

Вы уже ответили на свой вопрос. Как можно отказаться от «ГОДЗИЛЛЫ»??? Особенно если ты японский режиссер, и речь идет о картине, выпускаемой на пятидесятилетие (!) франшизы. Было трудновато, но процесс получался более чем увлекательным. У меня было четыре съемочных группы, работавшие по всему миру. Я рад, что вы отметили сходство между «Годзиллой» и «Противостоянием». Вне зависимости от того, о какой франшизе идет речь, о каком литературном или ином источнике, мне кажется необходимым и важным использовать свой стиль при создании фильма. Иначе смысла нет. Поэтому, что бы я ни снимал, будь то «Годзилла», «Полуночный экспресс» или «Люпен III», я, относясь с большим пиететом к исходному материалу, все же стараюсь сделать свой, фирменный фильм.

Годзилла: Финальные войны 

Вам понравился последний японский «Годзилла»?

Нет.

Что думаете по поводу двух американских ремейков и планов схлестнуть Годзиллу с Конгом в Голливуде?

Плевать я хотел.

Международное сообщество фанатов жанра знает вас во многом благодаря «Полуночному экспрессу». Отдавая должное таланту Клайва Баркера, многие искренне сомневались, что кому-нибудь удастся переложить эту новеллу на язык кино. Но результат превзошел все ожидания: вам блестяще удалось воплотить сам дух новеллы. Историю о монстрах за сценой, управляющих нашей жизнью. Невидимых королях города. Это было великолепно! Так что несколько следующих вопросов будут о «Полуночном экспрессе». Как вам удалось заполучить этот проект? Был ли это выбор Клайва Баркера?

Я был в Лос-Анжелесе и встретился с Гари Лучези. Мы поговорили о том о сем, и в ходе беседы Гари сказал, что у него для меня есть идеальный проект, а именно «Полуночный экспресс». И я ответил: «Нет!».

Дело в том, что я стал фанатом Баркера как раз после выхода его новеллы «Полуночный поезд с мясом» в Японии в 1987 году. Я сказал Гари, что мне неинтересен этот проект, поскольку был уверен, что любая попытка переложить оригинальную историю на экран приведет к краху.

Но Гари убедил меня взглянуть на сценарий. Я прочитал его в гостинице. Несмотря на то, что сценарий был сыроват, в нем чувствовался потенциал. Мы снова встретились с Гари, и я согласился. Это была судьба, ведь я поступил в сиднейскую Школу искусств как раз в год выхода «Полуночного поезда с мясом» в Японии. У меня все еще хранится экземпляр этой книги. Я и помыслить не мог, что тридцать лет спустя мне выпадет шанс снять киноадаптацию этого произведения.

Кто отвечал за кастинг? Многих впечатлила игра Брэдли Купера, и все же, пожалуй, настоящей звездой фильма был Винни Джонс. Ему удалось вывести ужас на новый уровень. Он действительно воплотился в мясника. Не страшно было работать с ним на съемочной площадке?

Мы работали в тесной связке с продюсером и директором по кастингу. Я всегда доверяю своему инстинкту, когда речь заходит о кастинге. На тот период времени Брэдли Купер был звездой небольшой величины, но он был прекрасным актером, и я ничуть не сомневался, что из него получится идеальный Леон. Когда же в ходе обсуждения всплыло имя Винни Джонса, я тотчас же согласился. В оригинальном сценарии у его персонажа, мясника Махогани, было куда больше текста, но работая над сценарием, я убрал все реплики, кроме последней. Винни действительно навел страху!

В ранних интервью вы упоминали, что не доверяете компьютерным эффектам, так как они оказывают не столь мощное воздействие на зрителя, как эффекты, сделанные вручную. И все же в «Полуночном экспрессе» все кровавые сцены (или, по крайней мере, большинство) были сделаны именно с помощью компьютера. Почему?

Не то, чтобы я не доверял компьютерным спецэффектам. Мне кажется, их использование слишком облегчает задачу. Я всегда предпочитаю работать с аналоговыми исходниками, однако, к сожалению, их возможности не безграничны. Чтобы реализовать все мои безумные идеи, нам пришлось воспользоваться компьютерной графикой. И мне очень понравился результат.

Полуночный экспресс 

Почему вы изменили концовку и убрали из повествования главного монстра?

Это был не мой выбор. По непонятной причине продюсер не хотел вводить в фильм монстров. Не только главного монстра, а вообще всех монстров без исключения. В этом решении не было смысла, но таков Голливуд. Совершенно очевидно, что ни о каком сценарии без монстров и речи быть не могло, поэтому я старался сохранить хотя бы часть оригинальной задумки и сражался за каждую сцену. В конечном итоге получилось то, что получилось. Все происходит лишь после остановки поезда и в корне отличается от того, что было прописано в оригинальном сценарии. Мне удалось убедить продюсера пойти мне навстречу за день до того, как мы начали снимать финальные сцены. Более того, я пытался вернуть главного монстра в процессе пост-продакшена и даже сделал компьютерную модель, но мне не удалось убедить продюсера в своей правоте. И все же я сделал, что мог, и горжусь тем, что вышло.

Понравился ли фильм Клайву Баркеру? И еще хотели бы вы снова поработать с Клайвом? И если ответ положителен, какую из его работ предпочли перенести на экран?

Да, полагаю, да. После первого показа Клайв обнял меня и расплакался. И да, я с огромным удовольствием снова поработаю с ним. Это было потрясающе на протяжении всего съемочного периода, хотя нам пришлось несладко. И мы все еще обсуждаем возможность перенести на экран одну из его новелл, поэтому следите за анонсами…

Музыка в «Полуночном экспрессе» напомнила мотивы из «Сайлент Хилла». Но композитором был другой человек. Не вдохновлялся ли он макабрическими рефренами «Сайлент Хилла», как думаете?

Никогда не задумывался над этим. Но, честь по чести, музыкальный ряд был единственным вопросом, по которому мы не пришли к согласию с Клайвом Баркером. Изначально я хотел использовать музыку, напоминающую творчество «Tangerine Dream», написанную на синтезаторе композитором «Противостояния» Нобухико Морино. Он расстарался, и его музыкальное сопровождение понравилось всем, кроме Клайва. Мне очень нравится фильм «Восставший из ада», но я никогда не был фанатом его музыкального ряда. Полагаю, наши с Клайвом музыкальные вкусы разнятся.

В конечном итоге нам пришлось поменять композитора и найти компромисс. Повторюсь, я очень горжусь фильмом, в противном случае я бы не говорил о нем. Но, если речь идет о большом проекте, следует учитывать огромное количество мнений, порой противоречащих точке зрения режиссера. Следует изыскивать возможности, чтобы конечный продукт все еще был «твоим» фильмом…

Брать у вас интервью и не воспользоваться шансом задать этот вопрос, по меньшей мере, неразумно. Итак, расскажите нам о том, как вы выбивали глаз из башки Теда Рэйми!

Это было невероятно весело! Тед – классный чувак, и мы просмеялись весь день, пока снимали эту кровавейшую сцену.

Забавно, но внимательно присмотревшись, можно найти параллели между «Полуночным экспрессом» и «Противостоянием». Например, камера, снимающая сквозь дыру в голове (бессмертная классика жанра). Бесспорно, «Полуночный экспресс»одна из лучших киноадаптаций новелл Клайва Баркера. Вы пытались следовать пути новеллы, или у вас была собственная история, которую хотели рассказать? Например, ваш мясник совсем не похож на персонажа новеллы.

Снимая «Полуночный экспресс», я пытался создать новую икону кинохоррора, и Клайв поддержал меня в этом. Поэтому я с предельным вниманием отнесся к таким нюансам, как костюмы, прически, движения персонажей, и т. д. Молчание мясника тоже показалось мне куда более пугающим, чем любые реплики, и мне кажется, что нам очень повезло с Винни Джонсом, проделавшим потрясающую работу над образом.

Речь идет не только о стилистике, но и о смысловых параллелях. Сражение с фатумом, встреча с судьбой – вот то, что всегда интересовало меня. Почти во всех моих фильмах затрагиваются эти темы.

Полуночный экспресс 

Об этом фильме можно говорить долго, но вас эти вопросы наверняка порядком утомили. Посему движемся дальше.

Прошло несколько лет, и вы подарили фанатам еще один кровавый триллер«Никто не выжил» с Люком Эвансом в роли не самого милого парня. К сожалению, этот фильм восприняли не так однозначно, как «Полуночный экспресс», и все же многим картина понравилась. Несколько эпизодов кому-то наверняка покажутся нереалистичными, например сцена, в которой убийца вылезает из трупа огромного парня. Есть все основания полагать, что такое в принципе невозможно. Сверхчеловеческие способности маньяка тоже кажутся не слишком уместными. Однако, в частности, благодаря Люку Эвансу и его прекрасной игре, фильм вышел на редкость увлекательным. Вам-то понравился результат?

Да, разумеется. Я бы не позволил выпустить фильм за своим авторством, если бы не был доволен результатом съемок.

Что же касается нереалистичности, если вы думаете о реальности, не стоит смотреть мои фильмы в принципе. Более того, я решил взяться за этот проект именно после того, как увидел в сценарии сцену, в которой маньяк выбирается из мертвеца. Я решил снять всю эту сцену одни планом, и это было весьма сложно, но у меня получилось.

Как я уже говорил, кинопроизводство – это тяжелый и изнуряющий процесс, а этот проект был тяжелым особенно, но благодаря совместным усилиям двух гениев, а именно Люка Эванса и оператора Дэниэла Перла, нам удалось преуспеть.

Как-то вы обмолвились, что снимаете кровавые фильмы лишь потому, что не можете прикончить кучу человек в реальности. Это было до появления «Никто не выжил». Уж там вы оторвались на славу. И все же, кое-кто выжил, верно? Мы имеем в виду «последнюю девушку». Как думаете, к концу фильма, она изменилась и превратилась в того человека, которого воспитывал в ней убийца?

Это была просто шутка!

Так я и рассказал, в кого она превратилась в конце. Поясни я слишком много, весь интерес бы пропал.

В большинстве ваших фильмов начисто отсутствуют «хорошие парни». Главный герой в «Противостоянии» совсем не тот, за кого мы его принимаем… Фотограф в «Полуночном экспрессе» – скорее, потенциальный злодей, чем положительный персонаж. Даже Годзилла выступает в роли меньшего из зол. Почему вы постоянно стравливаете зло со злом? Разочаровались в добре?

Я верю в добро и полагаю себя хорошим человеком.

Но в кино я предпочитаю рассказывать историю, связанную с чем-то злым, извращенным, проблемным. Мне неинтересно рассказывать про обычную жизнь. Я предпочитаю жить обычной жизнью. Мои персонажи зачастую оказываются перед лицом собственной судьбы и сражаются с ней, показывая, что они из себя представляют на самом деле. Впрочем, многое, разумеется, зависит от сценария. Например, сейчас я работаю над фильмом, в котором добро сражается со злом.

В чем заключается разница между Голливудом и японским кинопромом? Вы предпочитаете снимать дома? В последнее время о вас практически ничего не слышно в Голливуде. Есть ли у вас планы, связанные с «фабрикой грез»?

Голливудская махина куда больше японской, и это очевидно. Проекты стоят дороже, следует учитывать куда больше нюансов, но я никогда не жаловался. В конечном итоге подобная дороговизна выглядит разумной, когда речь заходит о рисках. Но для меня все упирается в вопрос взаимоотношений между мной, съемочной группой и продюсером. Поэтому я не вижу фундаментальной разницы.

И да, я работаю над несколькими голливудскими проектами прямо сейчас. Только в этом году планируются к выпуску два моих новых фильма.

Змея встречается с драконом 

Насколько нам известно, вы написали книгу о кино, изданную только в Японии. Расскажете?

В Японии вышли четыре моих книги. Первая называлась «Человек в огне». Она представляет собой подборку статей, которые я писал для японских журналов. Вторая, «Змея встречается с драконом», посвящена общению с моим другом Хидео Кодзимой, создателем популярной франшизы «Metal Gear Solid». Третья книга называется «Огненный шторм». В ней рассказывается история создания всех моих фильмов до «Годзиллы». К книге прилагается DVD с моими ранними инди-короткометражками.

Ну и четвертая, последняя из написанных на данный момент, называется «Быть режиссером». Это книга про мою жизнь.

Несколько типичных, традиционных, но неизбежных вопросов.

Ваши творческие планы? IMDB указывает проект «Downrange», не разглашая детали.

Да, мой новый проект так и называется. Я, к сожалению, не могу ничего о нем поведать, но премьера должна состояться уже в 2017-м или в 2018 году. Параллельно я работаю над еще несколькими проектами. Я не так молод, поэтому предпочитаю работать нон-стоп, и так будет продолжаться до самой моей смерти. Я не планирую отдыхать на пенсии.

Что бы вы хотели передать своим русскоговорящим фанатам?

Для меня приятным сюрпризом является то, что у меня есть русскоязычные фанаты. Спасибо вам большое за поддержку! С удовольствием побывал бы на кинофестивалях в ваших краях. Или снял бы фильм!

Спасибо вам огромное за предоставленную возможность. И помните, мы следим за вами!

Следите! Лучшее впереди!

Рюхэй Китамура

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх