DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Тьма в книгах. Перечитываем классику

Загадка времени, этой пластичной и жуткой штуки, неприступна. Разнятся шкалы и ощущения: порой время пролетает без оглядки, а порой кажется, что оно остановилось... В повести «Лангольеры» Стивен Кинг исследует разрушительную силу времени — связь прошлого с настоящим, настоящего с будущим.

«Противостояние» — практически апофеоз, квинтэссенция, выжимка из всего творчества Стивена Кинга. Одно из самых объемных, сложных и разноплановых произведений автора. Летопись конца света, поданная через короткие истории персонажей, телерепортажи, радиопередачи, воспоминания свидетелей и газетные вырезки... Евгений Абрамович вспоминает о Капитане Шустрике и его смертоносном шествии по планете.

Ясновидение — дар или проклятие? Великая миссия? Или большое зло? Джонни Смит открывает глаза после четырех с половиной лет в коме. Он просыпается другим – человеком с паранормальными способностями. Его будущее — это боль. В том числе боль выбора... DARKER вспоминает роман Стивена Кинга «Мертвая зона».

У этой болезни необычные симптомы. Сначала выпадают зубы. Затем тускнеют глаза: радужка сливается в одно целое с мутным белком. Дальше — больше. Кожа становится прозрачной, человек словно превращается в студенистое желе. У этой болезни нет названия. Как нет имени и у ее переносчиков. В разных концах вселенной их называют по-разному. На земле они зовутся — томминокеры.

Во второй половине двадцатого века цивилизованный мир жил космической мечтой. Открытие новых горизонтов вызывало одновременно надежду и страх. Оптимизм сочетался с опасениями — не таится ли на безграничных просторах мироздания нечто гораздо более страшное, чем стремительно летящий к Земле астероид. Колин Уилсон в романе «Космические вампиры» сплетает причудливый узор из надежд и фобий…

Исследовательская станция на орбите планеты Солярис встречает доктора Криса Кельвина. Большинство членов экипажа пребывают в апатии и депрессии. Доктор Гибарян недавно покончил с собой. Не самое радужное начало для командировки. Плюс ко всему, станцию населяют самые настоящие призраки... Евгений Абрамович перечитывает многогранный роман Станислава Лема.

Позабытый, позаброшенный космический госпиталь. Предоставленный самому себе, он дрейфует в черноте космоса, и никто бы о нём не вспомнил, кабы полковник Джекс, военный преступник, не нашел там прибежище. К кораблю «Найтингейл» снаряжают отряд, который должен отыскать Джекса, живым или мертвым…

Джексонвилль — маленький городок, живущий размеренной и унылой провинциальной жизнью, которая внезапно прерывается серией жутких преступлений: полиция находит обглоданные трупы горожан. Некоторых жителей преследуют кошмарные галлюцинации и толпы огромных тараканов. Каждый новый день подбрасывает новые растерзанные трупы, и кошмарные события затягивают в свою воронку все большее число обитателей, пока в итоге не накроют весь городок целиком.

С одной стороны, конспирологические теории постоянно преследуют человека. С другой, звание наиболее востребованной нечисти по-прежнему удерживают вампиры. Редактору Даррелу Швейцеру пришло в голову объединить конспирологию и вампиров под обложкой сборника. Представьте мир, в котором властные исторические персоны контролируются вампирами или же сами принадлежат к кровососущему племени.

Антологий «русской готики» сделано пруд пруди. Но из тома в том кочуют одни и те же произведения одних и тех же авторов, в основном классика «золотого века» литературы. «Серебряный век» в большинстве антологий несправедливо представлен беднее. Поэтому всегда приятно, когда составители обращают внимание на вещи менее известные. Дмитрий Квашнин перечитывает антологии «Мистические сумерки» и «Чертовщина».

В антологии «Кровь? Горячая!» хоть и присутствуют вампиры, их нельзя назвать яркими или темообразующими персонажами, да и сами рассказы с их участием не выделяются на фоне остальных историй. Основной массив текстов выглядит весьма достойно, учитывая скользкую и в приличном обществе табуированную тему секса, которую надо было отработать не только читабельно, но и «ужасно».

Чтение сборника рассказов Глена Хиршберга «Два Сэма: истории о призраках» чем-то напоминает посещение заброшенного дома, в котором, по слухам, водятся привидения. Здесь нет места киношным сценам с перемещением предметов, лязганьем цепей, шорохами и расплывчатыми силуэтами. Здесь встречает давящая пустота, гнетущая тишина и щемящая обреченность — идеальная атмосфера для появления призраков.

Зачастую люди живут прошлым. Оно преследует по пятам, забирается в душу холодными цепкими пальцами и уже не отпускает. Одни призраки прошлого остаются бледными тенями воспоминаний, другие же действуют гораздо активнее и увереннее, представляя собой настоящую смертельную опасность. Именно такой призрак бродит по страницам дебютного романа Джо Хилла «Коробка в форме сердца».

Обаяние классических историй о привидениях кроется в архаической стилистике, передающей живой рассказ, напоминающей, что нередко эти истории читались вслух аудитории, для чего манера повествования от первого лица была идеальна. Сборник «Карета-призрак» будто создан для чтения друзьям, в дождливую ночь, в полутьме…

Семнадцатилетняя Нэнси вырывается из лап подвыпившего отчима, который пытался её изнасиловать, и сбегает из дома. Поездка автостопом с двумя парнями, направляющимися на фестиваль, сулит дорожную романтику и новые впечатления. Кража продуктов из магазинчика, бегство от полиции, пылкие выяснения отношений — захватывающие приключения закончились, не успев начаться. Оба попутчика мертвы, а Нэнси попадает в плен к семейке психопатов… Александр Москвин вспоминает кровавую «Полночь» Джона Руссо.

Два неожиданных убийства заставляют Курта Валландера, успевшего похоронить себя как слугу закона, переосмыслить свое место в жестоком мире. Один из убитых — его знакомый, который просил о помощи, но Курт опоздал. Теперь Валландер должен родиться вновь и найти дьявола, который отбирает жизни с улыбкой на лице… Вячеслав Ерлыченков рассказывает о романе «Человек, который улыбался» Хеннинга Манкелля.

При чтении некоторых рассказов Стивена Кинга часто испытываешь лютое негодование: ах, какой мог бы получиться роман или повесть! Зачем такую идею разбазаривать на маленький рассказ! Но, наверное, в том и заключается талант Кинга — знать, когда стоит остановиться… Совсем недавно, к юбилею Мастера, мы уже вспоминали о сборнике «После заката», а теперь представляем свежее мнение Елены Щетининой.

В подземном городе Мидин живут изгои, существа не похожие на людей, отвергнутые ими. Попасть в Мидин можно через старинное кладбище, но ворота таинственного города откроются далеко не каждому… Евгений Абрамович вспоминает роман «Племя тьмы» Клайва Баркера, где помимо фэнтезийной направленности есть всё, что так мило сердцу настоящего любителя сплаттерпанка: маньяки, жуткие чудовища, секс и брутальные сцены насилия.

В меру пугающий, в меру захватывающий, в меру философский... Что будет, если включить в роман ужас, переходящий в омерзение? А если добавить глубокомысленных рассуждений? А если повысить градус эротики от легкой до извращенной? Роман «Проклятая игра» строится по принципу карточного домика, но виртуозная фантазия Клайва Баркера делает хрупкую конструкцию прочнее любой цитадели.

Роман Хеннинга Манкелля «Белая львица» можно условно разделить на две части. В одной части детектив Курт Валландер ведет расследование хладнокровного убийства молодой женщины. Другая часть представления разворачивается в душной ЮАР, где готовится крупномасштабный заговор и покушение на влиятельного политика. Фантазия Манкелля соединяет шведский Истад и столицу ЮАР невидимым мостом, связывая судьбу целого народа с судьбой одного человека.