DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Стивен Кинг

Безликий и шаблонный американский городишко. Тихий омут под угрюмым куполом пепельного неба. Главный герой, рутинную жизнь которого омрачает строительство автострады, что превращает его унылый и сомнительно комфортный «рай» во всамделишный ад... Максим Деккер о «Дорожных работах» Стивена Кинга.

Технологии всегда воспринимались неоднозначно. С одной стороны, без них мы до сих пор бы собирали корешки и запивали их водой из ручья, а с другой – всегда есть опасность, что то, что помогает сегодня, может уничтожить нас завтра. Атомные электростанции подают электричество, но мало кому удалось пережить два атомных взрыва подряд.

Загадка времени, этой пластичной и жуткой штуки, неприступна. Разнятся шкалы и ощущения: порой время пролетает без оглядки, а порой кажется, что оно остановилось... В повести «Лангольеры» Стивен Кинг исследует разрушительную силу времени — связь прошлого с настоящим, настоящего с будущим.

«Противостояние» — практически апофеоз, квинтэссенция, выжимка из всего творчества Стивена Кинга. Одно из самых объемных, сложных и разноплановых произведений автора. Летопись конца света, поданная через короткие истории персонажей, телерепортажи, радиопередачи, воспоминания свидетелей и газетные вырезки... Евгений Абрамович вспоминает о Капитане Шустрике и его смертоносном шествии по планете.

Книг о болезнях много. Очень много. Невероятно много. Самых разных жанров — от философской притчи до так милого нашего сердцу хоррора. Самых разных объемов — от рассказов до антологий и циклов. Одно перечисление названий заняло бы целую статью — а уж если давать каждому произведению хотя бы краткое резюме, то на это потребуется целое приложение к DARKER. Однако каждое из них очень любопытно, необычно, качественно — каждое по-своему — раскрывает тему болезни.

Ясновидение — дар или проклятие? Великая миссия? Или большое зло? Джонни Смит открывает глаза после четырех с половиной лет в коме. Он просыпается другим – человеком с паранормальными способностями. Его будущее — это боль. В том числе боль выбора... DARKER вспоминает роман Стивена Кинга «Мертвая зона».

У этой болезни необычные симптомы. Сначала выпадают зубы. Затем тускнеют глаза: радужка сливается в одно целое с мутным белком. Дальше — больше. Кожа становится прозрачной, человек словно превращается в студенистое желе. У этой болезни нет названия. Как нет имени и у ее переносчиков. В разных концах вселенной их называют по-разному. На земле они зовутся — томминокеры.

В рамках этой статьи мы не будем расписывать реально существующие болезни, не станем останавливаться и на фильмах, имеющих к ужасам опосредованное отношение, и не будем чересчур вдаваться в разнообразные кожные инфекции, а-ля «Лихорадка» Элая Рота. Мы постараемся перечислить те болезни, заразы и глобальные пандемии, которые уродуют не только внешность человека, но и очерняют его душу… или просто превращают в бесформенный кусок мяса, распространяющего инфекцию почище бактериологической бомбы.

Доброй вам ночи, леди и джентльмены! Мы начинаем нашу экскурсию по тем местам, где бал правит вечное ожидание чего-то пугающего. Где длинные коридоры, освещенные бледным мигающим светом, насквозь пропахли отчаянием, болью и страхом. Где те, кто кажется единственным спасителем из этой бездны ужаса, порой тянут на самое дно. Сегодня мы поговорим про самые жуткие больницы из фильмов ужасов.

«Куджо» – это роман, о котором стыдно не знать. Одна из знаковых книг Стивена Кинга, написанная в необычной для него манере, но полюбившаяся очень многим читателям. Глубокая история, в которой нашлось место и любовной драме, и интриге, и леденящему душу ужасу… Смогла ли экранизация повторить этот успех? Рассуждениями на этот счет делится Валерий Лисицкий.

Повесть Стивена Кинга «Секретное окно, секретный сад» повествует об известном писателе Морте Рейни, который проживает в собственном доме, подремывая на кушетке в состоянии творческого кризиса. Стук в дверь. Некий незнакомец, Джон Шутер, обвиняет Морта в краже рассказа и дает три дня, чтобы тот доказал свою невиновность. Тщательный анализ произведения провел Михаил Кажаев.

Стэнли Кубрик принадлежит к числу нетипичных американцев среди режиссеров. Он родился в США, но по своему мировосприятию больше тяготел к европейской культуре. Постановщик не желал заигрывать с «большим кино» и в то же время не проявлял интереса и к независимой ветви американского киноискусства. Типично американские жанры трактовались режиссером в экзистенциальном ключе. Вот и «Сияние», экранизация нового тогда романа Стивена Кинга, заимствует от первоисточника лишь фабулу.

По традиции редакция и авторы кинораздела DARKER совместными усилиями выявили лучшие фильмы ушедшего года и определились с ожиданиями от нового киносезона. На 2017 год мы возлагали большие надежды. Некоторые из них полностью оправдались, некоторые обернулись разочарованием, но взамен завершившийся киносезон сделал нам несколько приятных сюрпризов. Внушает оптимизм и 2018 год, в котором нас ждет целый ряд интересных, а порой и неожиданных релизов.

С каждым годом качество и влияние телепродукции растет, и, хотя хорорры остаются сложным материалом для превращения в многосерийный формат, все чаще зрителей радуют мрачными триллерами и мистическими историями. Помимо телевизионных онлайн-показов, все чаще сериалы транслируются в Интернете, а популярность сериального формата привлекает талантливых авторов. Итак, пришло время традиционно подвести итоги года ушедшего и заглянуть в будущее мира темных сериалов, что и сделала наш эксперт по телеужасам Елена Труш.

16 июля 2017 года не стало Джорджа А. Ромеро, родоначальника и вдохновителя жанра «зомби-хоррор», который сделал фильмы о ходячих мертвецах такими, какими мы знаем их сейчас. Ромеро совершил настоящую революцию в темном кино и открыл дорогу для сотен как последователей, так и подражателей. Как же развивалась карьера иконы хоррора, и откуда берут корни фильмы о ненасытных восставших зомби? Ответы на эти вопросы ищите в статье Феликса Кривенцова.

Зима — готовое топливо для ночных кошмаров. Холод, голод, белое безмолвие, безысходность и никто не узнает, где могилка моя. Вечная мерзлота — один из распространенных постапокалиптических сюжетов, где герои вынуждены бороться с неуязвимым и бессмертным врагом — климатом. Что же тогда говорить о тех книгах, где в белизне зимних дней и темноте зимних ночей бродят непонятные и явно не привечающие людей существа? Мы попробовали составить топ книг, где зимний антураж был бы не просто симпатичными (или жуткими) декорациями, а играл бы очень важную роль в сюжете — или влиял на читателя.

Книжный хоррор не стоит на месте. Все новые и новые авторы выползают из темных подвалов, спускаются с заросших паутиной чердаков, выбираются из глубин мрачных пещер и прорываются через рыхлую кладбищенскую землю, чтобы рассказать свои леденящие душу истории. Отметим же самых любопытных обитателей «страшных» книжных полок из присоединившихся к нам в ушедшем году. Литературные итоги года подвел Феликс Кривенцов.