ГОЛЕМ

русская классика

Молодой доктор вспоминает необычного пациента — нервозного вида мужчину, который, прежде чем начать свой рассказ, попросил его по знаку говорить: «Лейпциг! Международный турнир! Мат в три хода!» Случай этого пациента запомнился доктору на всю жизнь. Вспоминаем рассказ классика русской литературы, написанный в 1908 году.
В одной крестьянской семье поселилась Кикимора. Была она добрая и сильнее всех облюбовала младшую внучку Вареньку — за ночь ее умоет, расчешет, сорочку вымоет да перину взобьет. Да только существо это все одно нечистое, и потому положил старый Панкрат, глава семейства, прогнать Кикимору. Однако дело это оказалось уж больно опасное. DARKER вспоминает русскую классику, написанную в 1829 году.
Двойник, глядящий из зеркала, в глубине своей души всегда враждебен — ведь он против своей воли вынужден принимать образ человека, который на него смотрит. И если человек проявит слабость и уступит ему в соперничестве, двойник и вовсе может поменяться с ним местами, перетянув его в зеркальный мир. DARKER вспоминает русскую классику, датируемую далеким 1902 годом.
Почтенный граф излагает рассказчику волнительную историю своей жизни и любви, — историю, чей финал способен впечатлить даже спустя почти пару веков. DARKER рад представить вашему вниманию малоизвестную классику русской готической прозы — рассказ Николая Мельгунова, написанный в далеком 1834 году.
Двенадцатилетняя Ванда, обрадованная тем, что получила хорошую отметку по труднейшему предмету, вернувшись из гимназии, так разошлась, что, случайно махнула рукой и зацепила чашку Владимира Ивановича, мужа учительницы, у которой жила на квартире. Фарфор, конечно, разбился, и за этот проступок девочка понесла весьма тяжкое наказание… DARKER вновь обращается к классике русской литературы — на этот раз к произведению Фёдора Сологуба из сборника «Тени», впервые опубликованного в 1896 году.
Однажды старый павиан нарвался на укус ядовитой змеи. Умное животное знало, что нужно найти целебной травы. Знало, где она растет. Павиану нужен был спасительный брод, но тот оказался занят людьми. Это властитель Карфагена ехал на таинственную реку Сенегал. Павиан понял, что погибнет, если станет дожидаться конца шествия, и его отравленным ядом сознанием овладело бешенство.
Бродяга, умирающий с голоду на улицах Петербурга, нанимается на работу в Цирк пресыщенных. Вывеска гласит: «Небывало! Невероятно! Раздача пощечин! Истерика и др. аттракционы». Здесь на потеху публике выходят неклоун и недрессированные животные, а у хозяина свои странности…
Петербург конца позапрошлого века. Белая ночь. Призрачно-прозрачные улицы, нечеткие очертания зданий, фонарей и тумб. Кажется, на город опустилась чума, все его население вымерло. Почти нуарная идиллия... Но вот слышатся легкие шаги — по пустынной улице идет женщина в трауре. Что она делает здесь в такое позднее время? Куда идет? Неизвестная классика в DARKER.
Страшная эпидемия обрушилась на образованное в южнополярных областях государство. Заболевание прозвали «противоречием», потому что заразившиеся делали вовсе не то, что им хочется, а ровно наоборот. Люди обезумели. Они устраивали пожары, убивали, насиловали и даже пробовали на вкус человеческое мясо. А прекрасная некогда столица превращалась в чумной город… Задолго до современной волны зомби-хоррора, задолго до «мобилопсихов» и других зараженных, русские классики уже писали на эту тему. Рассказ 1905 года.
Когда большой загородный дом опустел, уехали хозяева, разбежались слуги, а на месте осталась лишь горничная Дуня, туда влез вор. Да не простой вор, а разбойник-душегуб. Стал он пугать и мучить бедную девушку, а потом и вовсе предложил ей выбрать себе смерть: либо от удавки, либо от ножа…

⇧ Наверх