DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


И пришли волки

Кровавый меридиан, или Закатный багрянец на западе / Blood Meridian, Or the Evening Redness in the West (роман)

Автор: Кормак Маккарти

Жанр: реализм, историческая проза, вестерн

Издательство: Азбука

Год издания: 2011 (в оригинале — 1985)

Перевод: И. Егоров

Похожие произведения:

  • Кормак Маккарти «Дорога» (роман)
  • Габриэль Гарсиа Маркес «Сто лет одиночества» (роман)
  • Чарльз Портис «Железная хватка» (роман)
  • вестерны С. Крэйга Залера
  • Что вы знаете о дорогах?

    Что вы знаете о дорогах Кормака Маккарти?

    «Каждый идет своим путем. Но все дороги все равно идут в никуда. Значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти…» Это не Маккарти, а Карлос Кастанеда в «Активной стороне бесконечности». Активная сторона бесконечности… хм, тоже ложится в тему. Но вернемся к дороге, нет, к Дороге с большой буквы.

    Если вы прошли «Дорогу» Маккарти, но еще не переступили его «Кровавый меридиан», будь осторожны. Потому что в «Дороге» была любовь и была надежда. В «Кровавом меридиане» же нет ничего, кроме черноты. Небесных язв. Пустот в человеческих душах.

    «Какой-то ад кромешный», — говорит один из героев романа. Словно говорит о самой книге. «Кровавый меридиан» — это не путь к спасению, это дорога в ад, сквозь ад, к его центру, расколотому ядру.

    «Когда ягнята теряться в горах, […], они плакать. Иногда приходить мама. Иногда волк». В «Кровавом меридиане» волки приходят… всегда.

    Есть ли смысл говорить о сюжете, когда важна только Дорога? Дорога в никуда, по Кастанеде. Ладно, давайте в двух словах: безымянный герой (привычно для Маккарти), малец, в четырнадцать лет сбежавший из дома, идёт своим путём: покрывается шрамами, пылью и кровью, шагает болотистыми низинами, травянистыми лощинами и бесплодными пустынями, под грозовые раскаты, скрип повозок и топот копыт, сквозь пыльный солнечный свет, лунное сияние, плоский горизонт, города, села, руины мира. Большую часть повествования он охотится за скальпами на севере Мексики в рядах отряда наемников, банды Глэнтона. Идет и идет, постепенно утрачивая главенствующую роль в романе, уступая ее судье Холдену, чья мистическая фигура — огромная, бледная, безволосая — останется на сетчатке, когда адская пустыня выжжет все остальное.

    А может, на страницах «Кровавого меридиана» нет никого, кроме этой пустыни? Кроме абсолютной жестокости и бессмысленной жалости. Остальное — лишь тени: тени диких животных, и тени, порожденные ночными кострами, и тени под соломенными шляпами. Только печаль, скорбь и страдание — все то, что, в конце концов, поглотит смерть.

    Читая роман, слишком близко подбираешься к краю миропорядка, к земле, сложенной из костей и страха. И тогда хочется обратить взгляд в другую сторону. Отвернуться от залитых кровью просторов, от болтающихся на ветвях мертвых младенцев, от брошенных в реку щенков, от человекоподобных существ. Чтобы спрятать лицо от ветра безысходности, тихо стонущего над безжизненными просторами, как тот мексиканец, которого пырнули ножом за карточным столом и которому некуда идти.

    Отвернуться и посмотреть на пройденный путь в историческом ракурсе. В основу «Кровавого меридиана» Маккарти положил книгу «Моя исповедь» Сэмюэля Чемберлейна. Малец повторил путь, пройденный (как минимум по страницам хвастливых мемуаров) Чемберлейном. «Кровавый меридиан» реконструирует самые жестокие времена геноцида коренного населения Америки. Времена освоения Дикого Запада. Основные персонажи романа имеют реальные прототипы, а от пейзажей (декораций пути, который Маккарти прошел в семидесятых, чтобы писать о том, что видел своими глазами) захватывает дух. Вот только гиперреалистичная история конкретной страны и времени, рассказанная голосом автора, кажется чем-то абстрактным, и если уж летописью — то летописью темных сторон человеческой души. И эта душа — сплошной кровоподтек.

    Можно попробовать посмотреть на роман как на черный-пречерный вестерн, в котором нет ни одного положительного героя, а намек на доброту полностью выветривается в самом начале, после того как толпа пастухов, накормивших мальца, уходит своей дорогой. Можно раствориться в чарующе-ужасной философии судьи Холдена. Можно… Вот только получится ли? Получится ли поверить хоть во что-то, кроме того, что в мире существует «зло, что может работать само по себе тысячу лет, как машина, за которой не нужно присматривать».

    В отличие от «Дороги» «Кровавый меридиан» абсолютно бесчеловечен. И эта абсолютная бесчеловечность, метафорическая дикость и беспросветность делают роман по-своему уникальным, но не великим. Потому что в Великом Романе есть Человек.

    Разве что видеть истинное величие в отрицании человеком Человека.

    Комментариев: 1 RSS

    Оставьте комментарий!
    • Анон
    • Юзер

    Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

    Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

    (обязательно)

    • 1 Маленький Нюрглинг 20-05-2019 15:52

      Не пугайте нежных фанатов Дороги, потому что сопляк - далеко не главный персонаж. Пусть они дочитают до Судьи.

      Учитываю...