DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


noise

Что мы знаем о японцах? Ну, кроме того, что они склонны принять саке, превратиться в камикадзе и устроить всему живому харакири? Что скорее всего, все вышеперечисленное — не более чем стереотипы и заблуждение, НО… если познакомиться с японской музыкой, то с ужасом начинаешь подозревать, что эти стереотипы не так уж отличаются от истины…

Скажите честно, с чем у вас ассоциируются слова «итальянская музыка»? Опера? Ну, скорее всего, лукавите. Диско? Вот это уже вероятнее. Тем не менее, значительная часть итальянских музыкантов может в ответ хмуро поинтересоваться: а как насчет… индастриэл и нойза разной степени свирепости? В конце концов сама концепция стиля была сформулирована именно там, Луиджи Руссоло не даст соврать. И его соотечественники до сих пор держат марку – их национальная школа остается одной из самых весомых и свирепых в мире.

По некоторым причинам китайская музыка, даже популярная, ускользает от европейского слушателя. Людей пугают странные символы вместо привычной латиницы или кириллицы, странный непонятный язык и немного иная мелодика, временами непонятная или даже режущая слух. Со стороны может показаться, что в Китае нет ничего, кроме вездесущего Джеки Чана и его верного оруженосца Джета Ли, а музыка ограничивается эпичным саундтреком Тао Дуня к фильму «Герой». Разумеется, это не так…

Часто доводится слышать фразу: незаменимых не бывает, но тем не менее временами они встречаются. Дмитрий Васильев, к примеру, незаменимым был – как минимум для любителей индустриальной и, шире, экспериментальной музыки. Он вел подкаст, основал лейбл, издававший уникальные компакт-диски, устраивал концерты невероятных коллективов. Он погиб 7 сентября, его похороны совпали со сдачей этого номера и все это время продолжается поток откликов – от простых людей и музыкантов, отечественных и зарубежных.

Тестирование «слепым методом» — довольно известный в науке прием: допустим, больным выдают экспериментальное лекарство и плацебо, но у кого из них что — участники эксперимента не знают. В этот раз, впервые в практике «Даркера» мы устроили нечто подобное с рецензиями: четырех рецензентов музыкального раздела попросили ознакомиться с новым альбомом, не зная, кто его автор.