DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Дмитрий Николов - автор

Главная тема нынешнего номера DARKER'а – замкнутые пространства и клаустрофобия. И это самый лучший предлог познакомиться с творчеством сербского художника Драгана Бибина – подлинного мастера наполнить первобытным ужасом то самое сокровенное место, которое мы вроде как должны считать своею крепостью.

Русское судно возвращается из владений в Аляске и подбирает чудом уцелевшего в ледяном океане матроса, который рассказывает спасителям очень странную историю. Матрос уверяет, что корабль, на котором он плыл, потерпел крушение в южных морях при весьма пугающих обстоятельствах. Никто не спешит ему верить, кроме капитана, который носит на сердце груз страшной тайны…

Тема майского номера DARKER — проклятия, и почему бы не вспомнить по такому поводу самые известные «проклятые» картины? Некоторые из них выглядят действительно устрашающе и тревожно, иные же, несмотря на невинность сюжетов, причислены к таковым благодаря своей мрачной истории. Впрочем, вокруг каждой из подобных историй наплетено столько всего, что уж и не разобрать, где исторический факт сменяется мистификацией, а мистический опыт оборачивается маркетинговой уловкой. Итак...

Возможно, вы впервые слышите имя художника Здзислава Бексиньского, и всё же вы абсолютно точно хоть раз, но видели в своей новостной ленте его работы! Особенно среди них выделяются городские пейзажи – постапокалиптические и инфернальные, – где по полуразрушенным, опустошённым неведомым катаклизмом кварталам бродят вырожденцы, в которых лишь с трудом можно узнать людей...

Есть творцы, которые, оказав большое влияние на масскульт, превращаются буквально в его маскотов и замирают в общественном сознании где-то посередине между идолом и мемом. А есть те, чьё влияние колоссально, но о них отнюдь не кричат на каждом углу. Об одном из таких вот «серых кардиналов» по имени Эдвард Хоппер читайте ниже!

Две сюжетных линии — мальчишки, попавшего в неприятную ситуацию, и мужчины, запутавшегося в собственном прошлом, — складываются в историю одной искалеченной жизни. Как игра в солдатики связана с оживающими в торговом центре манекенами, а коробка спичек — с заточением в психиатрической лечебнице?