DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Роман Давыдов - автор

Странные вещи творятся в городке Громогорске. В квартире старого учителя оживает радиоприемник, и мертвецы передают приветы живым. Молодому студенту кажется, что бесноватый диджей внушает ему мысли о самоубийстве. Что-то жуткое замышляет каждый житель провинциального городка, и мотивы их скрыты в песнях, что крутятся на жуткой радиостанции... DARKER представляет окончание соавторской повести!

Странные вещи творятся в городке Громогорске. В квартире старого учителя оживает радиоприемник, и мертвецы передают приветы живым. Молодому студенту кажется, что бесноватый диджей внушает ему мысли о самоубийстве. Что-то жуткое замышляет каждый житель провинциального городка, и мотивы их скрыты в песнях, что крутятся на жуткой радиостанции... DARKER представляет продолжение соавторской повести!

Странные вещи творятся в Громогорске. В квартире старого учителя оживает радиоприемник, и мертвецы передают приветы живым. Молодому студенту кажется, что бесноватый диджей внушает ему мысли о самоубийстве. Что-то жуткое замышляет каждый житель провинциального городка, и мотивы их скрыты в песнях, что крутятся на жуткой радиостанции... DARKER представляет начало соавторской повести!

Максим Кабир стал, пожалуй, главной звездой отечественного хоррора во второй половине 2018 года. Вышедший в сентябре роман «Скелеты» был отлично принят читателями, и не успели утихнуть восторженные отзывы, как в декабре Кабир выиграл главный литературный хоррор-конкурс «Чертова дюжина». По случаю этой победы и остальных успехов DARKER с Максимом и побеседовал.

Жизнь писателя Дмитрия Томилова не назвать простой. Вечная нехватка денег, натянутые отношения с соседями, а к навалившемуся творческому кризису добавился кризис в отношениях с женой. Казалось бы, обычная черная полоса, которую нужно просто пережить. Но на деле сложившаяся ситуация требует решительных и радикальных действий.

Темные судьи постепенно становятся неотъемлемой частью «Чертовой дюжины». В 2017 году они уже второй раз не просто создавали особую атмосферу на конкурсе и давали участникам дополнительные отзывы на рассказы, но и существенно влияли на результаты конкурса. Естественно, нельзя было не спросить их мнение по поводу конкурса, конкурсантов и правил. На вопросы отвечают Оксана Андреева, Марина Комарова, Иван Калягин, Сергей Никонов, Владимир Григорьев и, конечно же, Вонни.

Пять лет назад DARKER уже беседовал с Виктором Точиновым о серии малотиражных изданий «Русская жуть». Почему тогда проект оказался заморожен? Как теперь будет проходить его возрождение? Как за пять лет изменилась концепция? Чтобы ответить на накопившиеся за прошедшее время вопросы, мы снова вызвали на интервью главное действующее лицо проекта — Виктора Точинова.

Несмотря на споры о чистоте жанра и концентрации ужасов в отдельно взятых рассказах, Ольга Рэйн стала первым в истории двукратным чемпионом «Чертовой дюжины». В творчестве Ольги определенно есть какая-то магия, противостоять которой вот уже два года подряд не может ни большинство участников, ни даже судей финала. Вызвав Ольгу на интервью второй раз, мы попытаемся копнуть чуть глубже и, возможно, хоть немного узнать, в чем секрет ее успеха.

Победитель четвертой «Чертовой дюжины» Ольга Рэйн довольно быстро пробилась в обойму «основных» авторов отечественного хоррор-сообщества. Можно сказать, что она является живым опровержением нержавеющего «новичкам не пробиться». Роман Давыдов расспросил Ольгу о впечатлениях от прошедшего конкурса, покоренного рассказом «Ю», и многом другом.

Европейский хоррор многолик и разнообразен — континентальная Европа вдохновляет не только «своих» французов, немцев, итальянцев, но и многих других авторов, проживающих в разных частях света. Специально для того, чтобы разобраться, чем нас привлекает и мрачная, и прекрасная Европа, DARKER пригласил на беседу самого европейского из всех исторических и самого исторического из всех европейских современных отечественных хоррор-авторов. Итак, встречайте — Владимир Кузнецов.

Отгремела третья «Чёртова Дюжина», и финал её получился предсказуемым: почти каждый правильно отгадал победителя ещё до того, как была опубликована половина судейских отзывов. Новый чемпион ЧД Алексей Провоторов по случаю победы его рассказа «Костяной» ответил на вопросы DARKER и рассказал не только о себе, но и о своём отношении к такой полемической теме как художественные жанры.

Антология «13 маньяков» станет первой в серии «Самая страшная книга», не относящейся к одноименному ежегоднику. Здесь и составитель не формальный, а самый что ни на есть настоящий; как следствие, и таргет-группы никакой не было... Как к этому отнесутся читатели, полюбившие ежегодную антологию? Будут ли те, кто купит книгу только из-за брендового названия на обложке? Всё это мы скоро узнаем, а пока... DARKER пригласил на беседу всю чёртову дюжину авторов.

Отечественный хоррор не просто шагнул вперёд, он продолжает идти. Уже сейчас мы как страшный сон вспоминаем те времена, когда изданный сборник рассказов ужасов, сделанный усилиями отечественного хоррор-сообщества, был чем-то вроде мифов Древней Греции. На вопросы DARKER отвечает Парфёнов М. С. — человек, без которого мы бы, скорее всего, так и продолжали грезить о выходе на книжный рынок отечественных ужасов. Автор и руководитель проекта «Самая страшная книга», редактор-составитель антологий, писатель расскажет нам не только о дне сегодняшнем, но и о том, что нас ждёт впереди.

Полным ходом идет подготовка «Самой страшной книги 2015». Постепенно заканчивают выносить свои вердикты члены таргет-группы, и все более отчетливо видны очертания новой антологии. В связи с этим DARKER беседует с одними из наиболее активных членов таргет-группы: читателем F, читателем M, читателем X, читателем S. А также с таинственным читателем I, который до этого не сказал ни слова о своем процессе отбора текстов.

Снятый в 1999 году Светланой Басковой «Зеленый слоник» будто был создан специально для того, чтобы стать скандальным, вызывая у зрителей водопад разнообразных эмоций. Наблюдая за действием на экране, остаться равнодушным просто невозможно. Роман Давыдов сумел оценить самый неоднозначный образец отечественного трэш-кинематографа.