DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Mater Suspiriorum

АНОНИМА / ANONYMA (роман)

Автор: Фара Роуз Смит

Жанр: неоготика

Год издания: 2018

Похожие произведения:

  • Роберт Чемберс «Король в желтом» (авторский сборник)
  • Клайв Баркер «Восставший из ада» (повесть)
  • Уника Цюрн «Темная весна» (повесть)
  • Давайте назовем их Богородицами Скорби.

    Томас Де Квинси


    Куколка, кружись, кружись!

    Натаниэль


    Существуют книги преступно прекрасные и столь же преступно недооцененные. Многие ли гуляли по каменным залам Горменгаста? Многие ли прониклись лихорадочной мозговой игрой «Петербурга» Андрея Белого и получили теневую прописку в городе мертвых?

    В 2019 году «АНОНИМА» Фары Роуз Смит попала в список романов, выдвигаемых на соискание премии Брэма Стокера, но не прошла дальше. Это и ясно: роскошная декадентская проза, поток сознания — не мейнстрим. Лотреамон не прошел бы, Тракль — тоже. Понять — легко, принять — сложнее, ибо «АНОНИМА» хороша, как огромное стихотворение в прозе или неснятый фильм Тарсема Сингха.

    Роману можно поставить в укор то же качество, что и его главной героине, девушке без имени. Оба, на первый взгляд, восхитительно несовременны. Оба дышат тьмой и поэзией.

    Очарованный этим диссонансом, на героиню обращает внимание архитектор Николас Безалель, «волшебник дизайна» и «человек-эхо» другой, куда более зловещей личности — оккультиста фон Ауровича. Николас одержим учителем и мечтает поставить на сцене Ноктуария — собственного подземного театра — его пьесу, погубившую не одну женщину и помрачившую не один разум. Николасу нужна идеальная исполнительница, и он создает АНОНИМУ, превращая ее в беллмеровскую куклу, заставляя переводить жуткий Scaearulldytheraeum — книгу, найденную фон Ауровичем в персидских песках.

    АНОНИМА предельно откровенна, и ужас первой части — в добровольном самопожертвовании. Если ритуальный секс творца и музы имеет черты перфоманса, то от хореографического насилия просто мутит. Фара Роуз Смит спрашивает у героини: каково это — быть треснувшей вазой? Что останется, если отдать все?

    Но АНОНИМА не подходит на роль, а желающих занять ее место — много. Ленты на запястьях танцовщицы превращаются в алые завитки на воде, и АНОНИМА нисходит в Послемир.

    Вторая половина романа — галлюцинаторное странствие героини — связана с ее любовью и прошлым. Знакомые фигуры искажаются. На троне нечестивого Судилища уже не Безалель, вокруг — не его поклонницы, а жертвы Артиста Рока…

    «…нагие, бледные, безвольно повисшие — руки окоченели, кости сплавились со стеклом, потрескавшиеся губы шепчут, стонут, кончики пальцев горят от мозолей. Это хуже всего. Им никогда больше не прикоснуться к другому — ни в страсти, ни в боли. Ниже талии только лохмотья плоти — хлопают, как порванный муслин. В стволы мозга впиваются длинные, зазубренные иглы, зловещие, как любой механизм. Назад или вперед не двинуться — осталось лишь вечное парение над паутиной. В минуты скорби головы склоняются и глядят на тонкие нити. Вибрации отдаются в черепах, превращая каждую мысль и боль в биение жуткого пульса».

    Послемир узнаваем, и все же оказывается иным. Сложно понять, кто перед тобой: бывшая соперница, сестра, дочь или собственное отражение, умоляющее о помощи. АНОНИМУ нельзя назвать положительной героиней: она помнит зависть и ненависть. В грезах она видит рыжую девушку, волосы которой запутались в заборе-сетке апокалиптического города. Ветхозаветный или очень женский символ — помните страшилку про больную девочку, чью косу сожгли? Или про ту, что истекла потом кровью?

    Уника Цюрн, возлюбленная и лучшая из кукол Ханса Беллмера: «Ночью ей снится красивое и опасное существо: девушка и одновременно змея, у нее прекрасные длинные волосы. Это существо раздумывает об уничтожении всего мира. А потом ее подвергают операции, во время которой тщательно и осторожно удаляют все органы, при помощи которых она могла бы совершить свою работу разрушения. Удаляют мозг, сердце, кровь и язык. В первую очередь отнимают глаза, но забывают про волосы. Это ошибка, потому что она — слепая, обескровленная, немая — обретает теперь такую силу, что остается только бежать без оглядки».

    Смертный сон АНОНИМЫ полон мутаций, недуга и пыток, а ее прошлое — змей и крыс из кордебалета, да она и сама такая — искаженные и отверженные, жаждущие одобрения, они — ее двойники, осколки, разлетевшиеся под чуждым небосводом. Обесценив себя, сложно к себе вернуться. Девочки нигде нет, но дом за забором знакомый. Что есть Послемир? Детище фон Ауровича или разбитое зеркало самой АНОНИМЫ? Тянутся вдаль черные леса, волнуются океаны слизи, лорд-ангел Менчен, воплощение красоты и ужаса, карает пустых и блеклых.

    Слабая сторона «АНОНИМЫ» — фрагментарность — парадоксальным образом является частью ее магии. Чтобы сложить загробную мозаику, нужно внимание. Интервью Безалеля, открывающее роман, звучит иначе, когда книга прочитана. Фара Роуз Смит ничего не объясняет, просто смотрит на мир глазами АНОНИМЫ и увлекает читателя в путешествие. Остаются вопросы: например, кто такие Ульдреды и какова их связь с Артистами Рока? Намеки можно отыскать в другом романе Смит — «Альманахе пыли» и рассказах из сборника «Одной лишь волей». Впрочем, любители темной прозы и сами — интуитивно — знают ответы. Что случилось с Голубой Дамой, женой и музой фон Ауровича? Стоит только задуматься, и перед мысленным взором встает не уставшая от поклонения Любовь Менделеева, а Дагни Юль с дырой в голове в номере тифлисского Гранд-отеля или Уника — в финале — красная точка на белом фоне. «Мужчины пишут песни о девчонках, вроде меня, а потом убивают их». Черная планета Улдуктир и желтая болезнь, сочащаяся со страниц Scaearulldytheraeum’а найдут отклик в сердцах жителей Каркозы, океан безумия, возможно, напомнит о баркеровской Изабелле. Разбросанные по тексту алхимические символы, игра цвета, детские воспоминания дадут достаточно подсказок, чтобы составить картину.

    Следуя за АНОНИМОЙ, читатель почувствует ее боль, проникнется ее жаждой любви, а читательница, несомненно, многое вспомнит, ибо «девочки, потерянные в море взросления, всегда находят сети и бездны».

    Быть музой, куклой, инструментом и снова отыскать свое имя почти невозможно. Переводчик, медиум, голодный дух отправляется в путешествие сквозь ночь, и дорога эта жуткая и неверная, словно тропа на карте Луны или странствие Данте, только вместо Вергилия вокруг — и внутри АНОНИМЫ — грезят женщины: девочка, мать, старуха, тихие, яростные, безумные. Горе глупцам, чьи чары пробудят их.

    Комментариев: 0 RSS

    Оставьте комментарий!
    • Анон
    • Юзер

    Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

    Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

    (обязательно)