DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

ДО-РЕ-МИ...

Елена Щетинина «Cyclosa mulmeinensis»

«Введите капчу» — возникли бесстрастные строки. Под ними — окошко с мешаниной из букв и цифр, покрытых паутинкой линий и завитков.

Олег вздохнул и начал, щурясь, покорно расшифровывать заветное слово.

Он промахнулся три раза — перепутал О и 0, не разобрал, что С была прописной, и ошибся еще в чем-то, но в чем именно, так и не понял. Капчи были неразборчивые, неумелые, словно нарисованные от руки — не лучший вариант для встречи новых пользователей, да.

Раньше Олег был любителем дальних закоулков Сети, верил в существование Глубинного Интернета, хвастался аккаунтом на Лепре, троллил школьников на Дваче — но ближе к четвертому десятку поскучнел, пополнел, обленился, и сейчас его хватало только на соцсеть, почту, Вики с Лурком, да торренты. Собственно, именно торренты и были отчасти повинны в том, что он уже пять минут пыхтел, проходя процедуру регистрации на forweb.com.

Всего его жесткие диски, в том числе и выносные, были под завязку забиты фильмами, сериалами, архивами книг, музыкой и прочими «завтра-разберу» штуками. Папки «1», «111», «хлам», «разобрать» плодились одна за одной — и система уже кряхтела, не справляясь с задачами.

Неяркий, незаметный баннер в углу новостного портала мелькнул лишь раз — но название сайта было настолько простым, а предложение таким заманчивым, что реклама засела в памяти. Облачное хранилище на пятьдесят гигабайт! Без оплаты, с возможностью копирования и перемещения файлов, с бэкапом и отдельным почтовым ящиком! Да, конечно, бесплатный сыр только в мышеловке, и Олег был прекрасно наслышан о том, что подобные сервера часто располагаются где-то в Китае и есть риск, что его техника будет использоваться для майнинга биткойнов или ддоса сайтов, но… да и хрен с ним, не жалко! Пятьдесят гигабайт, Карл! Пятьдесят!

На четвертый раз капча была пройдена успешно — и ему настойчиво предложили зарегистрировать ящик.

Видимо, здесь было еще не так уж и много пользователей — во всяком случае, прошло первое же предложение oleg@forweb.com. Он удивленно присвистнул — ожидал списка из oleg1985, olegveresov, oleg.veresov и прочих извращений над именем-фамилией-годом рождения. Может, сервер еще в России не шибко известный и всякие Олеги не набежали? Ну, собственно, неважно. Кто успел, тот и съел.

 

Сразу же в ящик упало приветственное письмо от службы поддержки.

Олег даже не стал открывать его — снес в спам. Что нового он там может прочесть? Бла-бла-бла, мы рады, бла-бла-бла. Можете бла-бла-бла, если возникнут вопросы бла-бла-бла. Стандартный набор.

С объемом хранилища не обманули — действительно, пятьдесят гигов, как в аптеке.

Ну что ж, это стоило того. Хотите, милые китайские друзья, ддосьте с моего компа сколько вашей желтенькой душе угодно, разрешаю.

Закачка на сервер шла медленно, поэтому Олег, с тоской посмотрев на еле-еле ползущую строчку загрузки, отправился спать. С утра же он категорически опаздывал на работу, так что времени хватило лишь на то, чтобы, прыгая с одной ногой в брючине и жуя бутерброд, проверить, не падала ли ночью сеть, — и убежать, так и оставив компьютер включенным.

 

***

 

«Доступные вам папки» — чуть мерцало на экране.

— Дизайн-то у Гуглдока сперли, — хмыкнул Олег, обращаясь то ли к разработчикам, то ли к мирно спящему на столе коту, то ли к рыбкам в аквариуме у окна. — Смотрите, прилетит вам, косоглазенькие…

Потянулся к кружке с крепким кофе, отхлебнул и уже умиротворенно произнес:

— Ну, с другой стороны, молодцы... Сразу знаешь, куда и что тыкать.

Вчерашним вечером он скинул сюда самые захламленные папки «12345» и «всякое», в которых часть файлов дублировалась — так что было самое время подразобрать их.

В корзину улетели пять фильмов и десяток альбомов, три сезона «Костей» — когда-то он только лишь после скачивания обнаружил, что половина серий битая и сыпется на пиксели, но рука удалить так и не поднялась — какие-то exe-файлы, видимо, огрызки пиратских программ, да четыре игрушки, которые его система не тянула ни при каких уговорах.

Ну что ж, проверим.

«Доступные вам файлы», расставить «по размеру».

— Так, стоп, — вдруг сказал Олег. Привычка разговаривать вслух с самим собой появилась у него не так давно, после двух лет житья на пару с котом. — Это не мое.

В самом верху списка маячило «Best vide0». Мало того, что Олег совершенно не помнил такого названия у себя, так еще и создан, судя по дате, файл был вчера вечером. Виряк? Или какой-то глюк системы? Презент от службы поддержки? Хм. Ну посмотрим.

Видео открылось спокойно, без истерик антивирусника, лишь чуть зависнув в самом начале. Вероятно, скорость потока и на просмотр файлов на этом сервере была невысока.

— Гык, хоум-видео? — хмыкнул Олег при первых кадрах. — Спасибо, неизвестный доброжелатель.

 

Однако через пару секунд он уже разочарованно вздохнул.

Да, это было любительское видео — но на порно оно не смахивало даже по антуражу.

Судя по всему, камеру держали в руках — слишком уж специфически она подрагивала, выхватывая стены, потолок, углы плохо освещенного помещения. Коридор? Подвал? Технический этаж? Выкрашенные чем-то мутным стены, трубы, уходящие под потолок, вентиляционная решетка — это могло быть что угодно и где угодно.

— Диггеры что ли? — спросил Олег у кота. Тот равнодушно повел ухом.

Изображение резко дернулось, а потом окончательно стабилизировалось. Видимо, камеру наконец-то поставили или положили на твердую поверхность. Неизвестный оператор немного поигрался с фокусом — картинка то мылилась, то шла шумами — но потом поймал нужную четкость. Затем камера стала медленно поворачиваться.

Это действительно было что-то вроде подвала или технического этажа — слишком низкий потолок, чересчур заваленный мусором пол и какой-то странный, совсем слабый источник освещения, который, наверное, был принесен сюда вместе с камерой. Света хватало лишь на то, чтобы относительно четко снять пятачок полтора на полтора метра перед объективом и дать какое-то представление обо всем помещении.

Наконец, камера остановилась.

На экране появился стул, на котором сидел человек.

На лице у человека был блин.

Олег тихонько хмыкнул — знакомый старый прикол, они тоже раньше фотографировались с блинами на лице, проделав дырки для глаз и рта. Зачем? А черт знает, просто забавно.

— А, Пиксель! — он похлопал кота по спине. — Флэшмобчик новый. Был Айсбакет Челлендж, теперь Хотблин Челлендж. Клеим блины на рожу и видяшку снимаем. Приклеишь блин, а, рыжая морда?

Кот недовольно потянулся.

 

Картинка стала приближаться. Лицо человека увеличивалось, пока не заполнило собой весь экран. Олег, ухмыляясь, ждал продолжения. Что это, скример? Сейчас человек вскочит и заорет? Или блин упадет, а под ним окажется мерзкая маска? Ну давай, порази меня!

И тут ухмылка стала медленно сползать.

Губы Олега еще кривились — но в желудке уже скручивался тугой ком ужаса.

Блин на лице человека шевелился.

Это было не тесто, а десятки, сотни опарышей, которые покрывали кожу плотным слоем — и ползали, толкались, пихали друг друга в безумной жажде движения, то и дело срываясь и падая вниз, куда-то за экран, подвисая на ниточках слизи. Они ввинчивались в глубь лица, практически полностью пропадая в плоти — и лишь кончик чуть подрагивал, постепенно исчезая под массой других червей.

Глаза смотрели с мольбой из-под этой живой маски.

Один из опарышей пополз вверх, от подбородка к носу, упорно прокладывая себе путь, расталкивая товарищей.

Олег, как завороженный, следил за ним.

Червяк миновал ноздрю, перекинул жирное тело через переносицу, сделал еще пару рывков — и ткнулся аккурат в левый зрачок — человек дернулся и затряс головой. Опарыши полетели во все стороны вместе с брызгами слизи и кусками… Кусками чего?

Олег растопыренной пятерней ударил по клавише пробела.

Изображение застыло.

Олег трясущейся рукой схватил мышку и, стараясь не смотреть на огромное, во весь экран, лицо, сквозь — объеденную? прожженную? разъеденную? — плоть которого просвечивали мышцы и кости — потащил стрелку к кнопке «Файл».

Удалить файл!

«Удалить файл?» Да/Нет.

— Да! — истерично заорал Олег. Кот в панике метнулся прочь. — Да! ДА! — орал он и жал на кнопку, несмотря на то, что файл уже давно исчез.

Его спина взмокла, лоб покрылся испариной.

Что за дерьмо-то?

Что. Это. Было. За. Дерьмо.

И самое главное — что оно делало у него?

 

В новом почтовом ящике мигнуло входящее сообщение.

Письмо от spdr@forweb.com.

«Добрый день!

Вам не понравился ролик?»

Олег со свистом втянул воздух сквозь зубы.

Не отвечать. Не отвечать. Сложно, конечно, удержаться не ответить кому-то в Интернете — но нужно.

«Удалить письмо?» Да/Нет

«Да» — на этот раз клавиша была нажата беззвучно.

 

Он снова вернулся к хранилищу.

И скрипнул зубами, чуть слышно выматерившись.

Теперь ему были доступны еще два чужих файла. «Superbest vide0» и «Must sEE».

Олег удалил их, даже не открыв. Главное, не показывать виду, что его это задело. Наверное, какой-то тролль развлекается, подкидывая подобную мерзость случайным пользователям. Просто тролль. Подобных роликов много, набрал их и раскидывает. Ну а почта… имя почты считывается по имени хранилища, а вопрос… ну конечно же, нормальный человек удалит это дерьмо сразу же!

Ладно, займемся делом дальше. На каждого тролля нервов не напасешься, не так ли?

 

Следующие полтора часа он провел над разбором файлов. В корзину отправились еще десять дублирующихся фильмов, пачка игр, которые вылетали сразу после начала, видео каких-то артхаусных концертов, папка «От Макса» — коллега по работе навялил шестнадцать гигов туалетных комедий, которые Олег на дух не переносил… За этой монотонной работой уходила нервозность, и инцидент со странным видео уже казался глупой шуткой какого-нибудь малолетнего дебила.

Наконец, тяжелый труд по очистке Авгиевых конюшен папок был окончен.

Олег удовлетворенно выдохнул и откинулся в кресле.

— Ну что, Пиксель? — поманил он кота. — Поработали, можно и пожрать? Пожрем, а?

Кот с готовностью спрыгнул со стола и побежал на кухню.

Олег последовал за ним.

Там он высыпал в кошачью миску предпоследний пакетик с кормом, с грустью поцокал языком в практически пустой холодильник — лишь на полках перекатывалась пара яиц и стоял пакет с молоком на грани скисания, а внизу прикорнули три банки засахарившегося еще год назад варенья.

— Завтра схожу в магазин, — пообещал он коту. — На сегодня хватит, а завтра схожу.

Из яиц и остатков молока он соорудил себе омлет, бухнул в чай ложку варенья.

Вместе с сытостью пришли умиротворение и спокойствие.

— Ну и хрен с этим троллем, — сообщил он вылизывающемуся коту.

 

Сборник лучших матчей Лиги Чемпионов он знал наизусть. И помнил, что первые минуты «Манчестер Юнайтед» — «Реал» не стоят внимания — команды разыгрывались, прощупывали друг друга. Поэтому клацнул на включение видео — и побежал на кухню, вспомнив, что где-то в шкафчике вполне мог заваляться пакет чипсов.

В пакете оказались не чипсы, а кукурузные хлопья, причем просроченные еще три месяца назад, но желудок у него был крепким. Так что, набив рот, Олег поспешил к обратно к компьютеру.

 

Это была ложка с дырками — обычная столовая ложка с дырками, какой снимают пенку или вытаскивают клецки из супа. Только на этот раз ею вынимали глаз.

Веки растягивали распорки — копия таких же, как в старом мерзком «Заводном апельсине»! — и ложка тыкалась прямо в глазное яблоко, стараясь половчее подцепить его.

Был взят очень крупный план — весь экран заполняли глазница и скула, и, когда голова человека дергалась, выхватывались краешки лба и щеки. Нельзя было даже понять, кто это, мужчина или женщина — ресницы слиплись от слез, крови и сукровицы, веки распухли и отекли.

Ложка никак не могла подцепить глаз, соскальзывала, царапая и раздирая слизистую оболочку. Белок был уже весь покрыт паутиной набрякших, на грани лопанья сосудов, — паутиной, в центре которой дрожал, то сжимаясь, то расширяясь, черный зрачок.

Олега чуть не стошнило — но челюсть свело судорогой, и он закашлялся, отплевываясь слюнями и хлопьями, которые внезапно начали драть горло, как наждачка.

Ложка задергалась и стала тыкаться хаотично, больше уминая глаз, чем поддевая его.

 

Олег в ужасе отворачивался в сторону, в панике ища кота — как единственное нормальное существо во всем этом безумии — когда боковым зрением заметил резкое изменение в картинке на экране.

Глаз лопнул, заляпав линзу камеры.

 

***

 

Руки тряслись, зубы клацали о края графина — Олег глотал воду прямо так, даже не взяв чашку.

Что это было? Тролль? Но каким образом? Как он смог добраться до его файлов? Зачем он вообще прицепился к нему?

Вернувшись в комнату, Олег сгреб в охапку кота и прыгнул с ногами в кресло — подлокотники жалобно хрустнули. Кот недовольно ворчал, раздраженный такой бесцеремонностью хозяина.

— Это не мистика, — бормотал Олег, машинально почесывая голову кота. — Это просто какая-то хрень. Это просто какая-то мразь развлекается. Это просто…

Это все объяснимо. Пока он был на работе, его файлы лежали на облаке. Вероятно, у этой твари был доступ к ним. Даже не вероятно — а так оно и есть. Какой-то баг в системе безопасности. Все может быть, если разработка недавняя… Мысли путались, уводя от основной темы. Итак, у этого выродка был доступ к ним… Он просто удалил какие-то его файлы и поместил, переименовав, на их место свои. Вот и все. Проще простого.

Шутник-с.

Кот взвыл и дернул головой. Олег разжал пальцы — сам того не заметив, он начал вместо почесывания драть Пикселю шерсть за ушами.

— Прости, — прошептал он, обняв кота и уткнувшись в него носом. — Прости. Только ты у меня и есть.

 

Итак, что мы имеем? Нужно быть проще. Судя по всему, это обычный долбанутый сталкер. Не тот, что фанатеют по игре и шарашатся по всяким полигонам — а из тех, что выбирают себе жертву и преследуют ее. Странно, обычно сталкерят известных личностей — а что им обычный менеджер среднего звена? Нет, могут преследовать и бывших любовников — но с Ирой он расстался два года назад и достаточно мирно, особенно если учесть, что инициатива исходила от нее. Ну а мелкие интрижки… да ну, вряд ли.

Что нужно сталкеру от Олега? Его реакция. Он уже сглупил, поддался, показал, что ему не нравятся эти видео — теперь сталкер будет ему их подкидывать.

 

Почтовый агент мигнул, что пришло письмо на его основной, рабочий ящик.

От spdr@forweb.com.

Ты прочел мое письмо, почему не ответил?

 

Ну еще этого только не хватало!

В спам. Все, что приходит с этого домена, в спам.

Новый почтовый ящик. Жалко терять старый, да, он уже привык к нему — но придется сделать передресацию, так хотя бы входящие письма не потеряются. Получателям он потом что-нибудь придумает, как-то объяснит, почему сменил… Ох, сколько геморроя из-за этого сраного тролля!

Олег ругнулся, повел было мышку к кнопке отключения — как вдруг замер.

На него с экрана смотрел Макс.

Макс с работы.

Макс-зануда.

Макс, чувства юмора которого хватало только на гыгыканье над тупыми комедиями да подкладывание подушек-пердушек первого апреля.

Безобидный славный Макс.

Это было уже не видео — а картинка. Анимированная гифка. Отправитель знал, что Олег теперь вряд ли откроет файл с видео — но с самозапускающейся гифкой ничего поделать было нельзя.

Макс беззвучно кашлял, выплевывая зубы.

Потом смотрел в камеру — бессильно, моляще, с отчаянием и ужасом.

По его подбородку ползла капля слюны, смешанной с кровью.

Ползла и пенилась.

Картинка дергалась.

Макс беззвучно кашлял, выплевывая зубы.

Потом смотрел в камеру — бессильно, моляще, с отчаянием и ужасом.

По его подбородку ползла капля слюны, смешанной с кровью.

Ползла и пенилась.

Картинка дергалась.

Зацикленная гифка ходила по кругу, раз за разом, раз за разом. Олег с каждым новым циклом съеживался все сильнее и сильнее, втягивая голову в плечи, но не мог оторвать от нее взгляда.

Затем медленно, как сомнамбула, свернул браузер и выключил компьютер.

 

Перед сном Олег прижал входную дверь тумбочкой, а под подушку положил молоток для отбивания мяса.

Заснуть не удалось — его колотила крупная дрожь, в ушах шумело, мочевой пузырь болезненно пульсировал, заставляя то и дело подрываться и бегать в туалет.

А в углу комнаты круглыми желтыми глазами за ним наблюдал кот.

К хозяину он так и не подошел.

 

****

 

Утром Олег опоздал на работу.

Кресло Макса было пусто, компьютер выключен. Ленка, сидевшая за соседним столом, на вопрос о коллеге лишь пожала плечами.

Макс так и не пришел. Телефон тоже не отвечал. Сначала просто стонали долгие гудки, а к обеду механическая девушка равнодушно сообщила: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа».

 

Вечером снова клацнул почтовый агент.

Опять spdr@forweb.com.

Олег раздраженно ударил кулаком по столу — черт, вчера в панике и растерянности забыл внести его в черный список!

Он потянулся было, чтобы исправиться — но рука зависла на полпути. Письмо. Что в нем? Этот тролль был отвратителен и мерзок — но он сумел зацепить Олега. Может быть, это Макс так развлекается? Новый этап, шаг вперед от подушек-пердушек? И сейчас решил извиниться за свой тупой юмор?

Олег не мог удержаться от искушения открыть письмо. От того самого ядовитого искушения, которое нашептывает сделать шаг вперед — когда стоишь на обрыве; или разжать руки — когда держишь хрупкую вещь. Сейчас Олег сделал и шаг вперед — и разжал руки.

Он открыл письмо.

На этот раз вместо файла пришла ссылка.

Был шанс устоять на обрыве — как и шанс удержать хрупкую вещь. Но искушение оказалось сильнее.

Олег сделал еще один шаг — и развел руки в сторону.

Он перешел по ссылке.

Падение с обрыва началось — и осколки полетели во все стороны.

 

Это было видео.

Это была Ленка.

Олег узнал ее по обрывкам синего платья, в котором она обычно — и сегодня тоже — ходила на работу, и по кулону с Козерогом — дешевенькой бижутерии, что они год назад подарили всем женщинам на Восьмое марта. Ленка, одинокая и неприкаянная, неизбалованная вниманием и подарками, была безумно рада даже такой мелочи, и с тех пор нигде не появлялась без этого кулона.

Все остальное же не было похоже на Ленку.

И на человека вообще.

Это была какая-то бесформенная масса, которая шевелилась, мычала, хрипела, билась в судорогах. От нее поднимались густые, видимые даже через камеру миазмы, поверхность — это нельзя было назвать кожей — пузырилась, ходила ходуном, через нее, кажется, что-то проклевывалось, протискивалось, пролезало…

В потеках слизи и складках плоти на Олега беспомощно и с отчаянием взирал налитый кровью глаз.

 

Олег отшатнулся от экрана, судорожно нащупал трубку сотового, набрал номер Ленки.

Где-то там, на видео зазвонил телефон.

 

 

***

 

Олег сидел в углу на корточках, раскачиваясь и поскуливая, грызя кулаки. Кот, выгнув спину, шипел на сошедшего с ума хозяина.

Булькнула аська, минут через пятнадцать клацнуло сообщение в ВКонтакте.

Скулеж перешел в тихий вой.

Олег размазывал по лицу слезы, слюни и сопли, запускал пальцы в волосы и резко дергал, карябал ногтями кожу и щипал мочки ушей. Он никак не мог прийти в себя — разум все больше и больше падал в пучину страха и безумия, и только физическая боль могла хоть как-то отрезвить. Кот выпускал и вновь вбирал когти — готовясь защищаться от того существа, что когда-то было его хозяином.

 

В дверь позвонили.

Вой захлебнулся.

Олег медленно, как под гипнозом, встал и, загребая негнущимися ногами, побрел к двери — не зная зачем, даже не осознавая, что делает.

Прижался к глазку.

Соседка.

Тетя Маша.

На самом деле ее имя было Марина — но она просила называть ее Машей.

Мозг работал вяло — но постепенно возвращался к жизни. Соседка. Тетя Маша. Марина-Маша. Он вспоминал и отмечал факты — и реальность, обычная, банальная реальность дома, квартиры, нормальной жизни, постепенно одолевала вспышку безумного страха.

Марина-Маша. Тетя Маша. Соседка.

И без того полная и крупная, через искажение линзы глазка она казалась какой-то оплывшей, как будто потекшая восковая фигура.

Олег шумно перевел дух: появление этой милой и безобидной женщины, от которой всегда так уютно пахло булочками с корицей и домашними пирожками, отогнало морок страха. Все произошедшее вдруг показалось дурным сном, бредом.

Тетя Маша подняла руку — дряблая кожа колыхалась — и снова нажала на звонок.

— Сейчас, Тетьмаш! — крикнул Олег и завозился с дверью.

Соседка шумно вздохнула.

— Проходите, Тетьмаш! — он распахнул дверь.

Соседка стояла перед ним, ссутулившись и опустив руки.

— Проходите, — уже неуверенно сказал Олег.

Тетя Маша наклонила голову влево, приподняла подбородок, сделала неуловимое движение плечами.

И кожа сползла с нее.

Как кожура с переспелого банана — она соскользнула с едва слышным хлюпаньем, обнажив красную изнанку, красную с желтыми прожилками, чуть пульсирующую и истекающую мясным соком.

И то, что было облачено в эту кожу, что звонило в дверь рукою тети Маши — стояло и смотрело на Олега, слегка наклонив голову, приподняв подбородок. И зябко поводя плечами.

 

***

 

Щуплый мужчина неопределенного возраста, мятое лицо, очочки в тоненькой оправе. Увидишь такого на улице — и не заметишь.

Кроме очочков на нем ничего не было. Мосластые ноги, впалый живот, вяло поникший уд, сутулая спина, кривые плечи — незваный гость был убог и жалок, крив и заморен.

Несколько минут назад он принял душ, смыв с себя кровь, сукровицу и мясо — кожа лоснилась от влаги, пегие волосы на груди и животе сплелись в тугие завитки. Лишь когда он поворачивал голову, за ушами были видны непромытые участки и кусочки чего-то белесовато-серого — жира? мозга?

Пиксель развалился у него на коленях и блаженно урчал.

«Предатель», — горько подумал Олег. Он не мог пошевелиться — не чувствовал ни сантиметра тела. Он сидел в кресле, выпрямившись, положив руки на подлокотники — но, скорее, догадывался о своей позе, чем ощущал ее.

Мужчина медленно и словно нехотя встал — Пиксель переполз ему на шею и разлегся пушистым воротником, — подошел к Олегу и что-то сделал рукой у него за затылком.

В глазах мелькнула белая вспышка, в ушах зашумело.

Мужчина вернулся к столу. Пальцы и ладонь правой руки были в крови. Он сунул их Пикселю — но кот брезгливо отвернулся. Мужчина пожал плечами — кот чуть не упал — и быстро облизал руку.

Онемение начало проходить — сошло со лба, утекло с щек и собралось тугим комом ниже ключиц.

Олег двинул распухшим языком.

— То ы аыте оой эать? — выдавил он из себя.

Мужчина снова пожал плечами. Кот спрыгнул на стол и растянулся там, даже не глядя на бывшего хозяина.

— Ааем вы эо эеете? — язык не слушался его, выходила какая-то нечленораздельная каша.

Мужчина лениво встал, взял чашку, зачерпнул воды из аквариума — и выплеснул ее в лицо Олегу.

Долетело немного — практически вся вода вылилась на грудь и живот. Футболка мгновенно прилипла к телу, резко и ядрено запахло потом. Олег высунул язык и начал судорожно слизывать с губ все капли, до которых мог дотянуться.

— Что вы хотите со мной сделать? — прохрипел он, когда губам вернулась подвижность.

Мужчина снова пожал плечами.

— Зачем вы это делаете?

Мужчина потянулся к Пикселю и начал тетешкать того за ухом. Кот выгнулся и заурчал.

— Кто вы? — сипло повторил Олег. — Ну скажите хоть что-нибудь? Ну пожалуйста! — голос сорвался на истеричный визг.

Мужчина вздохнул, почесал пах и подошел к Олегу. Наклонился, придвинув свое рябое лицо совсем близко к его глазам. А потом открыл рот.

На Олега пахнуло несвежим дыханием — таким, что глаза мгновенно заслезились, а в горле стал тошнотный ком. Он зажмурился — но мужик продолжал стоять и дышать ему в лицо, так что он понял: нужно посмотреть.

Но когда взглянул — зажмурился снова, зажмурился так, что в висках заныло, а под веками загуляли невыносимо яркие пятна.

Среди красновато-черного, покрытого язвами нёба и желтых гнилых зубов дрожал, как упитанный слизень, пенек отрезанного языка.

 

Вдруг что-то закопошилось у него в затылке, в зажмуренных глазах мелькнула белая вспышка — и онемение сползло еще ниже, до груди.

Когда он открыл глаза, мужик снова облизывал окровавленную руку.

— Отпустите меня! — взмолился Олег. — Пожалуйста! Я никогда никому не скажу!

Мужчина равнодушно смотрел на него.

— Ну пожалуйста… — он лихорадочно искал повод. — Ну… можете забрать кота!

Мужик молчал.

— Но почему я…

Мужик молчал.

Зазвонил сотовый. Подгоняемая вибрацией, трубка медленно сползала по лакированной столешнице все ближе и ближе к краю. Мужик бесстрастно смотрел на нее, пощипывая волосы на груди. Наконец потянулся к телефону — и, вместо того чтобы скинуть звонок, включил громкую связь.

— Олег, это Максим Юрьевич, — судя по голосу, шеф был озадачен. — Вовремя ты, конечно, заболел, нечего сказать. И писать-то вечером зачем, позвонить же мог… Ну ладно, сиди, болей спокойно — мы твои отчеты на отдел раскидаем. Только постарайся пораньше выйти, оки?

— Памаааааа…! — сипло выдохнул Олег, но было уже поздно. В трубке запульсировали гудки.

Мужик мерзко усмехнулся, растянув обветренные губы.

— Ты… написал мне на работу? — догадался Олег. — Что я заболел?

Мужик отвернулся и начал чесать кота за ухом.

 

Так прошло три дня. Кажется, три дня — может быть, больше, может, меньше. Может, неделя, может, всего сутки. Олег потерял счет даже минутам — не говоря уже о часах и днях.

Он бессчетное количество раз уже обмочился, а от большего дерьма — в прямом смысле этого слова — его удерживало лишь то, что он практически не ел. Мужик — так и не потрудившийся одеться — иногда впихивал ему в рот что-то безвкусное, слизистое и вязкое, но Олег выталкивал эту мерзкую массу языком обратно. Что-то проскальзывало в горло и попадало в желудок — может быть, за счет этого он еще жил.

Он так ни разу и не встал с этого кресла — парализованный какими-то странными манипуляцими с его затылком — или, судя по окровавленной пятерне мужика, с тем, что в затылке? Удивительно — то есть это было бы удивительно, если бы Олег мог сейчас удивляться, — но мужик ни разу не воспользовался этим его беспомощным состоянием. Олег был готов к чему угодно — насилию, пыткам, издевательствам, испражнениям на голову, отрезанию ушей, — он слишком хорошо помнил те видео. Однако мужик не выказывал никаких намерений повторить что-то подобное.

Он методично заряжал телефон Олега, иногда сбрасывал звонки — видимо, для того, чтобы создать впечатление, что с Олегом все в порядке, просто недосуг. Сидел за компьютером и ноутбуком — одновременно за обоими, что-то печатая, заливая, скачивая и набирая код. Гладил кота, который вальяжно растягивался у него на голых бедрах и довольно тарахтел, окончательно предав бывшего и беспомощного хозяина.

Олег пытался покончить с собой — с силой бился затылком о спинку кресла, надеясь сломать шею — но мужик заботливо подложил туда что-то мягкое. Вонючее. С каждым разом становящееся все более и мягким. Олег боялся подумать, что это — но иногда его воспаленному сознанию казалось, что от мягкого и вонючего исходит чуть уловимый, но такой домашний и уютный запах корицы.

 

А еще мужик вил гнездо.

Он расчистил угол и стаскивал туда тряпки, одежду, подушки — все, что мог найти в комнате. Он спал там, ел там, затаскивал туда ноут и что-то печатал, заливал, скачивал и кодил — огромный голый червяк, монструозный опарыш в очочках.

Это был не бомж, о нет! — он методично мылся три раза в день и, судя, по запаху, олеговым гелем для душа. Но уже через пару часов от гнезда, где он копошился, начинало ощутимо нести тухлятиной.

 

Однажды он побрил Олега.

Намылил щеки, взбил пену и долго-долго водил бритвенным станком по коже.

Олег дергал головой — как мог, буквально на доли сантиметра — в надежде на то, что напорется на бритву, истечет кровью и сдохнет, наконец-то сдохнет! — но без толку. Мужик был аккуратен и внимателен. Олег заслужил от него лишь подзатыльник — да и то понял, что это был подзатыльник, лишь по движению руки.

Затем мужик принес чистую футболку, распорол ее по швам ножницами — и прибил степлером прямо поверх рубашки, что была на Олеге — была в тот самый вечер, когда все началось, да так и осталась на нем. Внимательно и скептически осмотрел, стряхнул какие-то соринки, разгладил складки, одобрительно покачал головой.

А потом пододвинул поближе журнальный столик с ноутбуком.

Во весь экран маячило окошко скайпа. В нем приветливо улыбалась хрупкая брюнетка с короткой стрижкой.

— Ну привет, — мягко сказала девушка. — Дай я на тебя, наконец, посмотрю.

 

***

 

Мужик копошился за спиной Олега, а тот чувствовал, как вязко начинает проходить воздух в рот. Сушатся зубы и пересыхают десны. В экране веб-камеры он видел, как растягиваются его губы, превращаясь в улыбку. Мужик знал, действуя на ощупь — и надежно спрятавшись за спинкой кресла, — в каких именно точках нужно подтянуть кожу, чтобы появилось нужное выражение лица.

Сейчас Олег улыбался. Его глаза моргали, пытаясь хоть что-то сигнализировать девушке по ту сторону экрана — но его рот улыбался.

Строчки скайп-переписки, которую вели пару часов назад, и которые, скосив глаза, он мог читать, приводили Олега в ужас.

FairyQueen: Ну так когда я тебя смогу увидеть?

000диночка: Я же говорил тебе, что… ну… ну…

FairyQueen: Ну?

000диночка: Это сложно объяснить.

FairyQueen: Да ладно. Я что, не понимаю, что ли? Ты думаешь, что урод? Комплексы? Прекрати.

000диночка: Нет. Я не урод.

FairyQueen: Ну вот.

000диночка: То есть не такой урод, как ты думаешь.

FairyQueen: Ну? Не молчи.

000диночка: Я инвалид.

FairyQueen: ……

000диночка: Извини.

FairyQueen: …..

000диночка: Извини. Я пойму, если ты уйдешь в офф.

FairyQueen: Нет, это ты меня извини.

000диночка: Теперь ты понимаешь, почему мы не сможем встретиться?

FairyQueen: Нет. Не понимаю. Я могу приехать к тебе.

000диночка: Думаешь, это хорошая идея?

FairyQueen: Да.

000диночка: Ну как знаешь.

FairyQueen: Давай сначала хотя бы по видео поговорим.

000диночка: Поговорить не получится.

FairyQueen: Почему? Ты что, немой?

000диночка: …..

FairyQueen: Ой.

000диночка: Да, вот такой я бракованный.

FairyQueen: Ты не бракованный. Ты самый лучший.

000диночка: Спасибо.

FairyQueen: Можно, я на тебя хотя бы посмотрю.

000диночка: Хорошо.

 

— Ты милый! — девушка помахала ему рукой. — Ты меня слышишь? Или ты… — она запнулась и с трудом выдавила: — Глухой?

Мир перед глазами заходил туда-сюда — Олег понял, что мотает головой.

— Здорово! — девушка расплылась в улыбке. — Ну вот мы и сможем общаться! Так я к тебе приду, готовься!

Олег часто-часто заморгал, а потом перешел на попытки передать сигнал «СОС» — три раза быстро — три раза медленно — три раза быстро. Пауза. Три раза быстро — три раза медленно — три раза быстро.

— Эй, — девушка насторожилась. — У тебя что-то с глазами… Ты в порядке?

 

Мужик выскользнул из-за спины Олега и ползком подобрался к ноутбуку. Вытянул руку, схватил Олега за кисть — и стал тыкать его пальцем по клавишам.

000диночка: Все в порядке, просто защемление нерва. Бывает, не пугайся.

FairyQueen: Я и не боюсь. Жди меня и я приду. Только очень жди.

 

Окошко скайпа свернулось.

 

***

 

Олег был приманкой еще несколько раз.

Точнее, восемь.

Пять раз это были девушки, три раза — мужчины и юноши.

 

Что с ними делал мужик — Олег не знал. Он слышал лишь звонок в дверь, звук удара — а потом долгие часы стонов, всхлипываний и мольб. Видимо, маньяк что-то проделывал со связками своих жертв — а может, не только со связками — так, что несчастные, как и Олег, становились практически немы, не громче кошачьего мявка.

Когда по квартире начинал ползти терпкий запах парного мяса, Олег понимал, что все закончилось. Обычно минут через десять появлялся свежевымытый мужик — и, сверкая телесами, — опшикивал квартиру туалетным освежителем. Запах свежего мяса лакировался морским бризом. Создавалось ощущение, что в море кто-то сдох. Это тупая шутка приходила на ум Олегу каждый раз — и каждый раз он заставлял себя мысленно смеяться над ней. Иначе было слишком страшно.

Потому что за все это время мужик ни разу не покинул квартиру Олега. Ни разу не выходил ни в магазин, ни на помойку. Ни разу.

Но при этом он что-то ел. Жевал, устраиваясь в своем гнезде, кормил Пикселя, пихал что-то в рот Олегу. И эта еда была не из магазина или помойки, этой еды не было раньше в доме Олега. Эта еда появлялась в доме сама. Приходила сама.

Когда Олег в первый раз подумал об этом, его чуть не вырвало желчью. Едкий ком поднялся вверх по пищеводу, заполнил рот, обжег слизистую — но в тот момент Олег был парализован полностью, и, не найдя выхода, желчь вернулась обратно.

 

***

 

Однажды мужик ушел окончательно.

Олег это понял, потому что тот внезапно появился в поле его зрения одетым. В костюме и начищенных ботинках, с модным портфелем из мягкой кожи — он выглядел весьма презентабельно, смахивал на моложавого профессора или начальника какого-нибудь учреждения.

До этого он перетащил кресло с Олегом — тот еще удивился, откуда в таком заморыше столько сил, — в коридор, напротив входной двери. Набросал каких-то тряпок ему на колени, сунул в руку металлическую трубу от пылесоса, а на голову вытряхнул грязь из пылесосного же мешка. Больно запустив пятерню в волосы, взъерошил их и полил сверху чем-то липким.

А потом отошел полюбоваться на дело своих рук.

И вот теперь он стоял перед Олегом, перекатываясь с пяток на носок, чуть подергивая головой — словно разговаривая сам с собой. Пиксель потянулся было потереться о его ногу — мужик быстро наклонился, поднял кота и посадил себе на плечо.

Развернулся и, не оглядываясь, вышел из квартиры.

 

Хлопнула дверь. Щелкнули замки. Дважды провернулся ключ — в нижнем, и трижды скрипнул в верхнем.

 

***

 

В дверь названивают уже минут десять, барабанят, пинают ногами и громко переговариваются. Обсуждают, так ломать или вызвать подкрепление.

Из зеркала, висящего рядом с дверью, на Олега смотрит мятый, небритый мужчина лет сорока. Его волосы всклокочены, в них повисли лохмы пыли, рыжая кошачья шерсть, куски пенопласта. На коленях — гора грязных тряпок. Руки спрятаны под тряпками — и прямо в лоб Олегу глядит дуло. Рот мужчины оскален в безумной улыбке.

 

Дверь выламывают с грохотом, она повисает на одной петле.

Олег переводит взгляд на гостей.

Часто-часто моргает, пытаясь передать сигнал «СОС».

Они не видят этого, они не следят за его глазами.

Они видят только ухмылку и дуло.

Ухмылку и дуло.

Растянутые в пароксизме губы и трубу от старого пылесоса.

Они что-то кричат — Олег не слышит, да даже если бы и слышал, все равно не мог бы исполнить их требования.

Они кричат и повелительно указывают пальцем.

А у него губы и труба от пылесоса.

Для них — ухмылка и дуло.

 

И когда они, наконец, стреляют в него, он становится по-настоящему счастлив.

 

***

 

Здравствуйте!

Мы рады приветствовать Вас в рядах пользователей ForWeb.com!

Надеемся, что Вы будете довольны работой Вашего хранилища и Вашего почтового ящика. На ForWeb.com к Вашим услугам:

— почтовый ящик, неограниченный по объемуПауки вида Cyclosa mulmeinensis из Сингапура умеют делать свою копию из попавшего в сеть мусора и остатков жертв. Муляж имеет «лапки» и отражает свет подобно своему прототипу, а дуновение ветра может создать впечатление, что он шевелится.

Многие животные используют своеобразные способы маскировки: некоторые смешиваются с окраской окружающего пространства, мимикрируют под других насекомых или элементы среды (ветки или листья, например). Иногда происходит наоборот: животные отвлекают внимание неприятеля ярким хвостом или крыльями.

Однако ни один представитель фауны не создает полноразмерные копии самого себя, чтобы отвлечь (или же все-таки привлечь?) внимание естественного врага.

 

Читайте также о том, как белки обманывают змей запахами, моль летучих мышей звуками, а еще мы писали о том, как осы используют для защиты своего потомства гусениц-зомби. Текст актуального пользовательского соглашения Вы всегда можете найти здесь.

 

Спасибо, что выбрали ForWeb.com

С уважением,

администрация ForWeb.com

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)