ХРАНИЛИЩЕ

«У всех есть странности. Если у тебя нет странностей — ты странный». Так говаривал всем знакомый Безумный Шляпник, который, к слову, сам был той еще специфической личностью.

Когда с голубых экранов на зрителя выливаются тысячи литров крови, несчетное количество отрубленных конечностей и зловещий смех главных злодеев, невольно задумываешься: что если злодеи – не злодеи? Что если не жажда насилия и непреодолимое желание купаться в крови и слышать предсмертные крики своих жертв движут ими?

Когда создатели фильмов настолько углубляются в копания в мозгах своих персонажей, из этого выходит нечто странное, мрачное, непонятное и холодное. Нечто, что вызывает отвращение и сожаление. Одновременно пугает и завораживает.

 

«Алиса» (Alyce, 2011)

Жила-была девочка Алиса. Не совсем девочка, конечно, и не совсем жила: нудная работа от звонка до звонка, надоедливое начальство и полный бардак в личной жизни.

Неудивительно, что ей захотелось отправиться в Страну чудес. Эта Алиса оказалась чуть страннее своего прообраза из известной сказки. Первым в темную нору она отправила белого кролика — столкнула в наркотическом бреду свою подругу с крыши. То, что девушке удалось выжить, вряд ли можно считать чудом, учитывая какое существование ожидало ее впереди. Ее образ плотно поселился в затуманенном мозгу Алисы и стал сопровождать ее в волшебных путешествиях. Только вот проводник в темной глубокой норе ей не нужен. Наркотики, похотливые дилеры, насилие…

Съешь меня… выпей меня… ударь… убей…

Голову с плеч!

Эту Страну чудес заливает кровью, и Алиса из любознательной девочки превращается в ужасающее существо, оставляя позади даже Королеву Червей. Но у нее все прекрасно. Алиса улыбается, разделывая трупы и смахивая с лица капли крови. Нет, ну а что ей сделают?

 

«Невероятная меланхолия» (The Melancholy Fantastic, 2011)

В трудные времена всем необходимо, чтобы рядом был надежный и понимающий друг. Пусть даже воображаемый. Мелани сделала себе такого друга сама. И получилось весьма жутко. Пусть у Мор тело из ткани и набито ватой, зато потрескавшееся фарфоровое личико с огромными пронзительными глазами и назидательный тон умершей матери впечатляют. Карлсон нервно курит в сторонке и боится даже шевельнуть пропеллером, дабы не обратить на себя внимание этой странной парочки.

А вот Дюккену не повезло. Юнец повелся на привлекательную странность, отчужденность и самостоятельность Мелани Кроу, и его лицо стало отличным материалом для нового тряпичного друга. Дюккен, как оказалось, с датского переводится, как «кукла». Ей он и стал.

 

«Уиллард» (Willard, 2003)

Уилларду тоже был нужен друг. Вот только он давно вырос и не любит играть в куклы.

Ему хочется более «живого» общения. И, хоть писк, скрежетание и топоток маленьких лапок до безумия раздражают его больную мать, он все равно водит дружбу с грызунами. С целым полчищем грызунов. Они милы и смышлены, послушны и исполнительны. Быстры и безнаказанны. Идеальное оружие для наказания всех тех, кто когда-либо гнобил или издевался над ним. Но даже у таких малюток есть чувства. И это не только преданность и обожание, но и злость, и ненависть, и жажда власти.

 

«Мэй» (May, 2002)

Мэй родилась «странной». И в том не было ее вины. А вот в том, что с годами странностей у нее прибавлялось — да.

Мэй живет одна, работает в ветеринарной клинике и сама шьет себе одежду. Компанию ей составляет необычная кукла, которую ей подарили в детстве и которую никогда не доставали из-под стеклянного футляра.

У Мэй особенный взгляд на мир. Она подмечает идеальные вещи — видит красоту под своим «странным» углом.

«Так много идеальных частей, и ни одного целого!» — вздыхает она.

Но разве это проблема для того, как так ловко обращается с ниткой, иголкой и ножницами?

Идеальная шея подруги, идеальные руки возлюбленного, стройные ноги знакомой. И частичку себя. Когда вокруг столько людей, так хочется, чтобы кто-то посмотрел, увидел и разглядел именно тебя…

Если не можешь найти свою половинку — ты можешь сделать ее сам.

 

«Хозяйка» (The Landlady, 1998)

А раз поиски все еще продолжаются, то необходимо избавиться от всего, что стоит на пути.

Нынешний муж — совершенно не тот принц, о котором мечтала Мелани. Чтобы претворить в жизнь мечты об идеальной семье, она хладнокровно травит его и смело идет навстречу своему будущему. Кто ищет, тот всегда находит. И вот уже мужчина мечты замаячил на горизонте.

У Мелани отличный план:

— подселить его поближе (это легко, если владеешь мини-гостиницей);

— наблюдать и изучать его привычки;

— избавиться от его нынешней подружки;

— избавиться от всех, кто что-то заподозрил и может помешать;

— стать единственной и незаменимой.

Если же все вышеперечисленное не помогает уйти с любимым в закат, Мелани решается на отчаянный шаг — так велика ее жажда обрести тепло и семейный очаг. У нее даже свадебное платье наготове! И урна с прахом бывшего мужа начищена до блеска.

 

 «Таксидермия» («Taxidermia», 2006)

Лайошка едва успел родиться, а уже не смог оправдать ожидания родителей. Маленький худощавый отпрыск победителей соревнований по поеданию на время – словно бельмо на глазу. Но Лайошка, несмотря ни на что, продолжает ухаживать за своим отцом, который, при нынешнем весе, может лишь отправлять батончики в рот одной рукой, переключать каналы телевизора другой да поносить на чем свет стоит своего сына. Даже своими огромными жирными кошками, которых он откармливает – гордится куда больше, чем Лайошкой.

Лайошка работает таксидермистом, и вся его жизнь протекает посреди чучел, мертвых животных, походов в магазин за едой для отца и безуспешными попытками обратить на себя внимание кассирши из местного супермаркета.

В своем деле он профи. Лайошка не гнушается никакой работы – будь это туша медведя или человеческий эмбрион. Любой трофей будет увековечен для тех, кто мечтает его сохранить. Так же он поступит со своим отцом после его смерти. А затем и с самим собой — идеальное воплощение жуткого пугающего искусства.

 

«Любимые» (The Loved Ones, 2009)

Весна — пора любви, цветения, начала новой жизни и выпускных балов. Бренту стоило трижды подумать, прежде чем отказываться, когда тихая и немного странная однокурсница пригласила его на выпускной.

По хорошим отметкам и кроткому поведению на людях невозможно определить, как человек проводит свободное время. А у Лолы хобби необычное. Она с детства ищет того самого, единственного и неповторимого принца, который сложит все к ее ногам. Даже свою голову.

Главный судья, палач и по совместительству папаша поставляет дочке ребят на кастинг. Девочка взрослеет, и ее аппетиты растут вместе с ней.

Кто будет кричать громче, пока в ступни вколачивают лезвие ножа? Кто сдастся и начнет скулить раньше всех? И у кого будет лучшее фото для альбома на память?

Вот только Лола не предполагала, что у Брента с его склонностями к мазохизму и самоубийству, ловящего кайф, находясь на волосок от смерти, такая огромная жажда жизни? Он будет бороться до последнего. Эту вечеринку Лола запомнит навсегда. И в этот раз ей не стать королевой бала.

 

«Обрезание» (Excision, 2012)

Полин не заботят ни родители, ни одноклассники, ни выборы короля и королевы. Ее воображение будоражат отнюдь не торсы долговязых спортсменов школьной команды, а кровь, мертвые тела, гниение, разложение и расчлененка.

Неудивительно, что девушка видит свое призвание в хирургии. Желание находиться по локоть, а то и глубже, в крови буквально сводит Полин с ума. Ее планы стать врачом мотивируются еще и тем, что младшая сестренка больна муковисцидозом. Темные кровавые мысли Полин обеспечивают ей полное раздолье во снах. Их содержание впору записывать на пленку и предлагать как идеи для клипов Леди Гаги. Только Полин — не мамочка монстров. И сама — отнюдь не монстр. Она — любящая старшая сестра, которая еще просто не научилась аккуратно проводить хирургические операции и не дочитала главу про наркоз. Такой потенциал загублен!

 

«Тони» (Tony, 2009)

В мрачной серой комнатушке мрачного серого района живет мрачный серый Тони. Он никак не может устроиться на работу, да и в жизни у него не получается устроиться. Он очень любит смотреть боевики и шумные компании ему по душе. Тони очень хочет найти друзей. Вот только кандидаты — один хлеще другого. Критерии, казалось бы, проще некуда, но результат всегда одинаков: несостоявшиеся друзья делятся на маленькие кусочки в ванной, заворачиваются в газету, укладываются в пакет и отправляются в плавание в ближайшем канале.

Стоит лишь случится чему-то странному — и общество ищет виновных в таких, как Тони. В тех, кто не вписывается в обыденность. А когда жизнь возвращается в привычное русло — его вновь перестают замечать…

 

«Недоносок» (Buddy Boy, 1999)

Френсису с детства было нелегко. Но он всегда упрямо шел вперед. Его мир полон противоречий: общество не принимает нелюдимого заикающегося паренька, но Френсис находит работу и исправно таскает на своих плечах мать-инвалида на церковные службы, заботится о ней, обеспечивает и терпит нападки с ее стороны. Чтит свою религию… и занимается вуайеризмом. Когда же объект его желаний отвечает ему взаимностью… горизонт его убеждений клонит в сторону… Противоречия захлестывают, и Френсис уже не в состоянии отличить — где реальность, а где картины его воспаленного сознания…

 

«Дурная биология» (Bad Biology, 2008)

Говоря о воспаленном сознании, нельзя не упомянуть Дженнифер и Батца.  Эти двое чуть-чуть опоздали запрыгнуть в уезжающий поезд мартовского номера, но благодаря своим странностям этой парочке тут для них заготовлены вип-места.

Пока все жаждут найти свою половинку, чтобы почувствовать себя важным, нужным, видимым и быть услышанным, Дженнифер и Батц жаждут найти того, кто полностью удовлетворит их совсем нестандартные потребности. Сексуального характера.

Дженнифер буквально не контролирует себя. Она жаждет найти нового партнера, ведь отсутствие удовлетворения буквально выжигает ее изнутри. И тут дело не в нимфомании, хотя, конечно, без нее тут не обошлось, а в физиологии. Дженнифер не думает, что она ошибка природы или результат какой-то мутации… Она создана такой для чего-то…

В детстве с Батцем случилась беда. И никакие попытки устранить последствия не помогли. Осознание неполноценности завели его в такие медикаментозно-наркотические дали, что обратного пути просто не было возможности найти. Помимо физиологических изменений, Батц приобрел и другую странность… У его «друга» появился собственный голос и разум, который сводит с ума. А еще тот частенько любил ходить налево. Отдельно от своего непосредственного хозяина… Когда же Дженн и Батц наконец встретились… Все слилось воедино. Ну, вы понимаете, о чем речь… У этой эпической истории весьма фееричный конец.

 ***

Двенадцать странных, печальных историй, мрачных и болезненных уголков души — все эти ребята вполне могли бы составить какой-нибудь невообразимый ансамбль или клуб по интересам, заняв целое крыло в отделении для душевнобольных.

«Понимать меня необязательно. Обязательно любить и кормить вовремя», — тут и Чеширский Кот приходится к месту.

До полного комплекта этой странной компании не хватает тринадцатого человечка. Но, как говорится, «свято место пусто не бывает». А какие странности проявляются у вас этой весной? smile

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх