ДЕМОН ВНУТРИ

Холодный кельтский сатанизм

Celtic Frost

 

Треш-метал пронесся яркой вспышкой по тяжелой сцене восьмидесятых и так же стремительно исчез в недрах музыкального андеграунда в последующее десятилетие. Принято считать, что этот жанр, при всех своих достоинствах, оказался слишком узок и малопригоден для развития и продолжительной жизни. Но, как известно, из любых правил существуют свои исключения. Швейцарская группа Celtic Frost на протяжении своей противоречивой истории не раз удивляла слушателей. Революционные альбомы, повлиявшие на целое поколение музыкантов, смелые эксперименты, провалы, роспуск, триумфальное возвращение и окончательная смерть - это одна из тех групп, о которых всегда найдется что рассказать.

 Hellhammer

Все началось с Томаса Габриэля Фишера и его нелегкого детства. Родители-хиппи, твердившие своему ребенку о всеобщей любви, но не сумевшие сохранить собственную семью. Мать, после развода оставившая себе сына, но переставшая уделять ему внимание, реальный мир, оказавшийся очень далеким от усвоенных пацифистских идиллий. Странный изгой для недалекого провинциального окружения, ненужный ребенок нашел выход своим эмоциям в увлечении тяжелой музыкой. Сначала как слушатель, затем - как основатель собственной группы. Фишер слушал разных музыкантов: Black Sabbath, Motorhead, актуальные записи британской волны, но окончательно изменили его жизнь купленные пластинки Venom. Самые тяжелые, грязно звучащие и мрачные на тот момент времени, неудобоваримый шум с выкриками о Сатане и вечном аде. Фишер понял, что метал не имеет границ в своей экстремальности и эта сцена способна на все, на воплощение любых его творческих идей и устремлений.

 

1982 год стал годом основания Hellhammer. Примитивные, но невероятно экстремальные для своего времени демо-записи по некоторым данным быстро обрели популярность в металлическом андеграунде. Сам же Фишер заявлял, что группу ненавидели буквально все - критики журналов, в которые музыканты рассылали записи, и слушатели, не впечатленные агрессивной какофонией. Hellhammer исполнял сырой треш-метал под влиянием Venom, с дикими текстами, в которых сатанизм соседствовал с садистскими фантазиями, и хриплым демоническим вокалом Фишера, отказавшегося от традиционного хэви-металлического верещания в микрофон. Агрессия этой музыки выражала ненависть Фишера к окружающему миру, а Сатана стал символом, свободным от устоявшихся ассоциаций и способным, таким образом, стать вместилищем привнесенного музыкантами содержания, их мечтаний и фантазий. Бог, в противоположность, для Фишера уже негативно ассоциировался с обществом, с его матерью, и не мог стать центром притяжения для бунтующего подростка.

 

Чуть позднее к команде присоединился басист Мартин Эрик Эйн - интеллектуал, увлеченный вопросами теологии и оккультизма, сменявший для сцены очки на мрачный грим, человек, ставший вторым лицом в группе. Музыканты добились внимания звукозаписывающих лейблов, казалось бы, вот он шанс, о котором они мечтали. Но Фишер и Эйн почувствовали, что переросли Hellhammer, слишком детский, слишком прямолинейный, нацеленный не столько на творчество, сколько на вызов. Они уходят из группы, фактически распуская ее этим, и создают Celtic Frost с новым составом.

 Celtic Frost

Первые записи Celtic Frost в целом продолжали, на более высоком уровне, линию Hellhammer. Вышедший в 1984 году «Morbid Tales» открывают искаженные стоны вступления «Human», переходящего в скоростную «Into the Crypts of Rays», нашпигованную треш-риффами и яростным вокалом Фишера. В давящих риффах великолепной «Dethroned Emperor» можно наиболее явно услышать зачатки дэт-метала, а проскальзывающее колючее жужжание гитар намекает на блэк, и тут самое время попытаться понять роль группы в формировании этих экстремальных поджанров.

 

Прежде всего, нужно иметь в виду, что в начале восьмидесятых еще не существовало подобной музыки в чистом виде, и, соответственно, сами термины еще не были очерчены сколько-нибудь четко. Скажем, забавен факт участия Hellhammer в компиляции под названием «Death Metal», вместе с Running Wild и Helloween, не имевшими никакого отношения к экстремальной сцене. Начало восьмидесятых было временем зарождения треш-метала, стремившегося привнести в тяжелую музыку жесткие и агрессивные черты, и музыканты, впоследствии сформировавшие каноны дэта и блэка, вдохновлялись именно этими коллективами, просто потому, что ничего более экстремального еще не существовало. Наиболее агрессивные и жестко звучащие треш-металлические группы, таким образом, дали путевку в жизнь более радикальным направлениям тяжелого рока. Slayer в США, Celtic Frost, Bathory и ранние записи немецких трешеров Kreator, Sodom и Destruction в Европе. Подобную музыку можно называть наиболее агрессивной формой треш-метала, дэт-трешем, блэк-трешем, прото-дэтом или прото-блэком, в зависимости от группы. И если музыкальные корни дэт-метала еще можно проследить в более-менее явном виде в творчестве Slayer, Hellhammer и Celtic Frost, через прото-дэт Possessed и первый альбом Death Чака Шульдинера «Scream Bloody Gore», не свободный еще от присутствия треш-метала, то блэк-металлисты в записях вышеназванных коллективов, равно как и непосредственно в наследии Venom, черпали скорее идеологическое, чем музыкальное вдохновение. Сырость звучания, экстатическая прямолинейность, мерзкий вокал и сатанинская эстетика - все это было взято основателями блэк-метала и выведено на новый радикальный уровень.

 

Из вышесказанного понятно, что даже если забыть о новаторстве Venom, Hellhammer и Celtic Frost не были единственными, кто приблизительно в то же время начали играть злобный сырой метал или искажать голос вокалиста. Они опережали на шаг немецкие группы и заходили дальше, чем Slayer, в 83-84-хх годах только начавший избавляться от хэви-металлического веселья, но трудно сказать, насколько сильно современная экстремальная сцена была бы иной, не будь у нее Томаса Фишера и Мартина Эйна. Некоторые критики и фанаты считают Hellhammer и Celtic Frost отцами европейского (а, возможно, и мирового) экстремального метала, среди блэк-металлистов стало чуть ли не хорошим тоном называть эти группы в числе влияний. При этом сам Фишер под разными предлогами всячески старается дистанцироваться от блэк-металлической сцены. Впрочем, при всем уважении, этот человек нередко делает взаимоисключающие заявления.

 

Возвращаясь к «Morbid Tales», следует упомянуть трек «Return to the Eve», на котором можно услышать женский голос - очень нетипичный ход для треш-метал группы, тем более того времени, и «Danse Macabre», начинающуюся с перезвона колокольчиков, под который демонический голос напевает дьявольскую колыбельную, и постепенно все это превращается в какофонию звуков, четыре минуты терзающих уши слушателя. Скрипки, литавры, безумные голоса и придыхания, шумы не совсем понятного происхождения. Оба трека - лучшее доказательство того, что перед нами именно Celtic Frost, а не просто сменивший вывеску Hellhammer, но стоит так же сказать и о текстах. Жиль де Ре, боги Лавкрафта, оккультные и мифологические отсылки, мрачная поэтика агонизирующего мира - очевиден шаг вперед по сравнению с прежними некро-сатанинскими страшилками. Возможно, сейчас подобная лирика выглядит вполне обычной, но музыканты сознательно стремились привнести в нее смысл, создать нечто большее, чем набор эффектно звучащих слов.

 Celtic Frost

В 1985 году выходит альбом «To Mega Therion» - вершина треш-детовой истории группы. Глухое и давящее звучание, оккультные тексты, написанные Эйном (само название альбома отсылает к одному из псевдонимов Алистера Кроули), обложка, выполненная инфернальным сюрреалистом Гансом Рудольфом Гигером, использование, помимо тяжелых гитар, классических инструментов и оперного женского вокала, гулких ритуальных ударных - все это вместе создавало мрачную апокалиптическую атмосферу и действительно впечатляло. Сейчас трудно удивить экспериментами в тяжелой музыке, но в то время даже небольшие элементы симфонизма дали возможность некоторым критикам заговорить об авангардном звучании коллектива.

 

И уж точно никто не мог предположить, насколько смелой окажется следующая работа Celtic Frost. На подробный анализ жанрового многообразия «Into the Pandemonium» 1987 года, пожалуй, хватило бы отдельной статьи. Альбом открывает кавер на американских рокеров Wall of Voodoo «Mexican Radio», и сразу становится ясно, что слушатель имеет дело с чем-то отличным от всего предыдущего творчества музыкантов. На медленной и вязкой «Mesmerized» Фишер использует страдающий вокал, впоследствии ставший типичным для дэт/дум-металлической сцены. «Tristesses De La Lune» - скорбный женский голос под аккомпанемент скрипок декламирует стихотворение Шарля Бодлера, его же английский перевод используется в думовой «Sorrows of the Moon». Исполненная в рок-динамике «I Won't Dance» с экспрессивным женским бэк-вокалом вполне подошла бы The Sisters of Mercy, захоти Эндрю Элдрич записать треш-металлический альбом. Продолжают этот праздник восточные мотивы «Ceress into Oblivion», симфонизм «Oriental Masquerade» и «Rex Irae (Requiem)». Последняя, задолго до Theatre of Tragedy и готик-метала в целом, предложила эклектичное сочетание мужского вокала и классического сопрано. Две части «One in Their Pride» со своим жестким электронным битом и речевыми семплами являются типичным ранним EBM, чем-то вроде Front Line Assembly, Klinik или Front 242, а скрипичные вкрапления заставляют вспомнить британцев Attrition, играющих на стыке индастриала и готики. На альбоме можно услышать и более традиционные для Celtic Frost «Inner Sanctum», «Babylon Fell (Jade Serpent)» и «The Inevitable Factor». Несмотря на стилистическое многообразие, «Into the Pandemonium» воспринимается на удивление цельно, за вычетом разве что слишком радикальных для такой музыки «One in Their Pride». Стоит напомнить, что речь идет о записи 1987 года, для которого альбом звучал по-настоящему уникально, предвосхитив расцвет дэт/дума и симфонического метала девяностых.

Celtic Frost

 

«Into the Pandemonium» собрал хорошие отзывы критиков и фанатов, музыканты отправились сначала в европейское, а потом и северо-американское турне. Пришли настоящий успех и признание, но группа была вымотана творчески и эмоционально, росли трения между участниками. Так же, полным поражением закончилась судебная тяжба с лейблом Noise Records, недовольным экспериментами группы и требовавшим более форматных работ. В итоге, Эйн был уволен, Фишер набрал новый состав, но, погруженный в личное любовное счастье, мало занимался Celtic Frost, передав инициативу новым участникам и менеджеру. Итогом стал выход в 1988 году провального альбома «Cold Lake», на котором звучал слегка притрешеванный глэм-метал. Отвратные вокальные интонации Фишера, подражающего глэм-звездам, сахарные мелодии и зажигательные выкрики со сцены, а так же непременный макияж и соответствующие одежды. Комментируя позже те события, Эйн признался, что сразу понял: это конец. Если группа сможет пережить даже такое, она сможет пережить уже вообще все. Показателен факт, что «Cold Lake» более никогда не переиздавался и не включался в антологии коллектива.

 

Тем не менее, Фишер попытался исправить ситуацию: вернул себе контроль над группой, уволил нового гитариста Оливера Эмберга, по его мнению, виновного в смене музыкального курса, пригласил вернуться Мартина Эйна, и в 1989 году на свет появился «Vanity/Nemesis», сделавший шаг назад в сторону треш-металлического звучания. К сожалению, альбом не избавился целиком от недостатков «Cold Lake», интересные гитарные партии здесь тонут в крикливо-стадионном построении композиций и сомнительном вокале под плейбоя и развратную рок-звезду (образ, типичный для глэм-метала). В целом, альбом, не будучи настолько плохим, как предыдущий, тем не менее не предложил слушателям ничего стоящего внимания, а Фишер позже назвал ошибкой то, что он не распустил Celtic Frost сразу еще в 1988 году. Вообще говоря, сейчас Фишер с печалью говорит о роли неблагоприятных обстоятельств, однако сомнительно, что он настолько уж плыл по течению, безропотно принимая чужие решения. Что угодно могло произойти в студии во время записи «Cold Lake», но очевидно, что никто с пистолетом у виска не заставлял его выходить на сцену и исполнять этот материал, и тем более странным в такой ситуации выглядит частичное сохранение глэм-стилистики на «Vanity/Nemesis». Более вероятным кажется предположение о неудачном эксперименте, до сих пор вызывающем у музыканта стыд и желание максимально дистанцироваться от тех событий.

 

После издания в 1992 году компиляции «Parched with Thirst Am I and Dying», состоящей из раритетов и весьма спорной the best подборки, группа переживает свой первый роспуск. Через какое-то время Фишер, не выдержав творческого воздержания, создает проект Apollyon Sun, экспериментирующий в области индустриального метала. В его рамках выходят пара демок, один EP и лонгплей 2000 года «Sub». К сожалению, Apollyon Sun в целом остался еще одной неудачей Фишера, и говоря об этом подразумевается не только отсутствие должного внимания публики, но и сопровождавшие группу финансовые проблемы и выматывающие разногласия со звукозаписывающим лейблом.

 

Как бы то ни было, но неудача с Apollyon Sun подтолкнула Фишера к попытке воскресить Celtic Frost. В 2001 году Фишер и Эйн начинают работу над новым материалом, и в 2006 выходит альбом «Monotheist», настоящий шедевр, оправдавший столь долгое ожидание. Трудно исчерпывающе описать музыку, представленную на альбоме. Очень приблизительно это что-то вроде смеси пост-блэка и сладж-метала, мрачные, давящие песни, вызывающие сильный эмоциональный отклик. Агрессивные треки вроде «Progeny» сменяются медленной трансовой «Drown in Ashes» с призрачными восточными напевами бэк-вокалистки и трагической «Obscured». Финальный триптих открывается треком «Totengott», мерзкий искаженный голос Эйна скребет душу слушателя: «Он все еще отбрасывает тень на свет моей жизни», продолжается четырнадцатиминутным эпиком «Synagoga Satanae» и заканчивается скорбным симфоническим инструменталом «Winter», оставляющим с чувством полного опустошения.

 Celtic Frost

Тексты альбома повествуют, сквозь религиозный символизм, о разочарованиях и одиночестве, о фатальности мира, как будто контролируемого злобным, одержимым властью божеством. Стоит упомянуть арт-проект Фишера, в рамках которого он представил распятие, созданное из фаллоимитаторов. Посыл этой работы перекликается с тематикой «Monotheist» и адресован человечеству, видящему в своих идолах направляющий фаллос, требующий беспрекословного поклонения. Фишер заявлял, что количество злобы, которое христиане выплеснули на него после арт-акции только доказывает его правоту: христиане любят рассуждать о любви и милосердии, на деле не обладая этими качествами и будучи заинтересованными лишь в утверждении своего божества, фаллического императора, возвышающегося над покоренными землями и народами.

 

После выхода альбома, группа отправилась в свой самый масштабный мировой тур, посетив Европу, северную Америку и Японию, выступив перед пятидесятитысячной аудиторией Wacken Open Air. Но в финале документального фильма «A Dying God» Фишер с большим скепсисом отнесся к возможности хэппи-энда для Celtic Frost - слишком сложные личности участников способны в любой момент взорвать ситуацию, смешав все планы и надежды на будущее. Он явно понимал, о чем говорил, и 2008 год стал годом окончания существования группы. Фишер уходит в силу невозможности преодолеть трения между участниками и создает Triptykon - группу, ориентирующуюся на стилистику Celtic Frost периода «Монотеиста», и в рамках которой на сегодняшний день изданы два лонгплея.

 

В чем кроется причина столь плодотворного возвращения на сцену? Не секрет, что многие метал-музыканты с возрастом обрастают счастливыми семьями, вполне упорядоченными и спокойными жизнями, превращая музыку в просто работу, которую они способны выполнять. Можно долго перечислять коллективы, с течением времени увязшие в самоповторах и неспособности создать по настоящему сильной, цепляющей музыки. Имеет ли право поэт на спокойную жизнь обывателя? Способен ли рок-герой пережить рутину повседневности, неизбежно приходящую вслед за погружением в настоящую, как принять считать, взрослую жизнь? Фишер, похоже, никогда не был в согласии с миром. Несчастливое детство, проблемы и разочарования, преследовавшие его творческую жизнь - не эта ли кровь, говоря языком Ницше, определила силу и искренность его музыки? По его собственным словам, он не выходит на сцену, чтобы делать шоу, он выходит создавать реальность, в которой для него было бы место. Это нелегкая судьба, но она же сделала его классиком металлической музыки, поэтому воздержимся от оценок и примем ситуацию, как она есть - кто знает, чем еще способен удивить этот человек, и какие метаморфозы претерпит его искусство в будущем. 

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх