Симфонии тьмы. Статьи

читать
Что мы называем экстремальной музыкой? Ту, которой легко распугать любых соседей? Тогда многочисленным металлистам придется огорчиться, да и поклонники индастриэл уже вряд ли могу претендовать на первенство: без полюбившейся им музыки давно не обходится ни один фантастический блокбастер. А вот выпускники консерваторий наводить ужас и моральный террор умеют гораздо эффективнее. Это называется «академический авангард». По сути, весь он, для неподготовленного уха делится на музыку скучную, резкую и угнетающую.
читать
Сверхпопулярный у одних, и совершенно не известный у других. Похожий одновременно и на умиротворяющий сон наяву, и на яркий наркотический приход. Обволакивающий, точно туман, и заряжающий изнутри не хуже десяти тысяч вольт. Иногда тягучий, как полет к звездам, а иногда быстрый, словно до предела разогнанный космолет. Весь состоящий из противоречий, но от того лишь еще более притягательный. Безумный, несравненный, психоделический, фантастический и удивительный спейс-рок.
читать
Достаточно было один раз Заппе сказать, что говорить о музыке – все равно что танцевать про архитектуру, и все – шила в мешке больше не утаишь. Как описать словами воздействие музыкального произведения, не впадая ни в пустопорожнюю образность, ни в академический терминологизм? А уж подводить «музыкальные итоги года» – занятие и вовсе для самоуверенных идиотов или Дон Кихотов. Тем не менее, попробуем.
читать
Стефан Джоэл Вайссер, более известный как Z'EV, скончался в конце прошлого года – и, пожалуй, именно его смерть стала потерей года среди авторов темной музыки. Пионер индустриальной музыки, поэт, ученый и мистик – но оставшийся этаким «музыкантом для музыкантов». Уважаемый коллегами, но практически неизвестный широкой публике, он начал играть еще в конце шестидесятых – и продолжал до самой своей смерти. Как сказал о нем один из музыкальных критиков: «Он не просто ломает правила, он меняет их».
читать
Чарли Мэнсон. Он же Чарльз Миллз Мэддокс. Он же Иисус-Сатана. Он же лжепророк, интриган и лидер зловещего культа. И он же — один из худших маньяков, когда-либо известных человечеству. Чарльз… пел. Отчасти депрессивно, отчасти задушевно. И довольно неплохо, надо вам сказать. Как минимум, получше половины российских поп-звезд. А вы говорите — негодяй, убийца…
читать
Тестирование «слепым методом» — довольно известный в науке прием: допустим, больным выдают экспериментальное лекарство и плацебо, но у кого из них что — участники эксперимента не знают. В этот раз, впервые в практике «Даркера» мы устроили нечто подобное с рецензиями: четырех рецензентов музыкального раздела попросили ознакомиться с новым альбомом, не зная, кто его автор.
читать
В этой группе играл племянник первого президента Кении, а пел мексиканский рэпер. Тематикой их песен были проблемы национальных меньшинств, борьба с произволом полиции и другие острые вопросы, а убеждения группы были откровенно левыми, прокоммунистическими. Тем не менее, после выхода первого же демо за право подписать контракт с этими революционерами и бунтарями передрались международные корпорации. Разгадка проста: музыка Rage Against the Machine не имела и не имеет себе равных.
читать
Жанр «Oi!» выковывался между молотом и наковальней, закаляясь с каждым новым ударом судьбы. Вся та злоба, все юношеское бунтарство и пролетарская гордость стали основой для пропитанных праведным гневом песен – гимнов общественной разрозненности. И если сейчас при слове «скинхед» у большинства возникают ассоциации с бритоголовым нацистом в армейских ботинках, то раньше оно означало куда более достойный образ – молодчика и трудягу, желающего бросить вызов социуму без надежды на победу.
читать
Страстные почитатели фантастической литературы присутствуют и среди композиторов, происходящих из неформальной сцены, в числе которых можно упомянуть рокеров, металлистов, создателей темной электронной музыки и даже фолка. В этом отношении Клайв Баркер как вдохновитель заметно уступает Говарду Филлипсу Лавкрафту, но его вклад также прошел проверку временем.
читать
Есть те, кто пишет оды рассветам и закатам. Есть романтики, воспевающие дождливую ночь. Есть идейные продолжатели дела поэтов-классиков. Есть бунтари, обличающие человеческие пороки – от алчности до тщеславия. Есть преданные поклонники женской красоты, каждую вторую песню посвящающие очередным изумрудным глазам, золотистым локонам или обольстительным улыбкам, а каждую первую – телам, разгоряченным страстью. А есть маньяки, чьи кошмарные фантазии воплощены в музыке – и слава Богу, лишь в ней. И Йохан Ван Рой – один из таких.

⇧ Наверх