DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Закон эпохи Корё

Корёдзян / Закон эпохи Корё / Goryeo jang / 고려장 / Burying Old Alive

Южная Корея, 1963

Жанр: драма, ужасы, историческая притча

Режиссер: Ким Ги-ён

Сценарий: Ким Ги-ён

В ролях: Ким Джин-гю, Ли Е-чхун, Чу Джин-нё

Похожие фильмы:

  • «Легенда о Нараяме» (1983)
  • «Остров Ио» (1977)

Когда-то, в темную эпоху королевства Корё, действовал варварский закон Корёдзян, который предписывал отправлять каждого старика, достигшего семидесяти лет, на вершину горы умирать. В одно из мест, где действовал этот жестокий обычай – бедную горную деревушку – приходит вдова с маленьким сыном Гу-рёном, чтобы стать очередной женой местного землевладельца. Вскоре орава его детишек натравливает на новоиспеченного братца ядовитую змею…

Спустя многие годы повзрослевший Гу-рён, спасенный от смерти, но навсегда оставшийся калекой, продолжает жить с матерью в той же захудалой деревне. Отношения с приемным семейством у хромого Гу-рёна все так же не ладятся, ведь все они с детства помнят шаманское пророчество, предрекавшее жестокую смерть десяти братьев от рук приемыша. Тем временем возраст его матери неумолимо подходит к роковой отметке.

Легенда о древних обычаях, следуя которым, престарелых жителей деревни отправляли умирать на гору, в XX веке стала широко известной, благодаря роману Шичиро Фукадзавы, дважды перенесенному на экран такими знаковыми японскими режиссерами как Кэйсукэ Киносита и Сёхэй Имамура. Спустя четыре года после первой экранизации за мрачную историю берется Ким Ги-ён, уже тогда получивший статус корейского Хичкока, благодаря фильму «Служанка», ставшему одним из главных азиатских триллеров прошлого века. Вместе со «Служанкой», картина «Корёдзян» стала частью ретроспективы сохранившихся отреставрированных фильмов Кима Ги-ёна на Берлинале в 1998 году и привлекла не меньший резонанс, ведь ее форма и содержание не уступали лучшим образцам японского кино 60-х, а по визионерской смелости превосходили существующие экранизации «Легенды о Нараяме».

Как и многие японские фильмы о средних веках, «Корёдзян» полностью снят в павильонах, что придало ему некоторую театральность, однако не лишило интересных операторских и монтажных приемов. Грязным монохромом перед нами вырисовывается голодающая деревня, где взрослые и дети дерутся между собой за гнилую картошку («есть досыта стало грешно»), где убийство ради наживы стало нормой, и каждый старается забрать у соседа последнее, чтобы продлить собственное жалкое существование в беспросветной нищете и болезнях. Лейтмотив большинства фильмов Кима Ги-ёна – раскрытие животных инстинктов, присущих каждому человеку – здесь находит наиболее плодотворную почву. Темы бедности, голода, хаоса, вероятно, были особенно колючими для зрителя, ведь в год премьеры фильма прошло всего десять лет с момента окончания Корейской войны. Несмотря на это, послевоенное десятилетие для Южной Кореи было периодом настолько резкого демографического скачка, что в 1962 году милитаристское правительство президента Пака Чон-хи было вынуждено применить политику контроля над рождаемостью. В «Корёдзян», вышедшем как раз в 1963 году, повсеместный голод скашивает массы крестьян, но крепкие традиции продолжают действовать. Семьи избыточны, но жители продолжают плодиться десятками словно крысы.

Здесь вскрывается одно из главных отличий корейской версии этой легенды от японских. Она представляет собой вполне чёткий и яркий, пусть и неутешительный комментарий на социальные и политические события своего времени, который нанизывается на фабулу, в несколько фэнтезийном ключе показывающую настоящую битву архетипов, противопоставляя архаичное и современное, мифологическую традицию и всепобеждающий модерн.

В отличие от японских коллег, Ги-ён не просто снимает притчевую балладу. Как и в «Служанке», он стремится актуализировать даже подобный диковинный сюжет и вставляет в самое начало фильма небольшой эпизод, в котором показана современная конференция по вопросам о контроле над рождаемостью. Заседание проходит в довольно непринужденной и веселой атмосфере, что очень контрастирует с общим настроем всего фильма. И совершенно неожиданным образом азиатский фильм более чем полувековой давности становится весьма актуальным на фоне вездесущих обсуждений пенсионной реформы.

Форма для Ги-ёна – ключевой элемент любого фильма, только посредством которого повествование обретает цельность и вес. Режиссер окунает зрителя в Темные века, откровенно используя каноны немецкого экспрессионизма, что, несомненно, шло вразрез с реализмом, взращиваемым в то десятилетие другими южнокорейскими режиссерами. Отчаяние, гнев и агония выбора, вставшего перед человеком, вынужденным обречь собственную мать на смерть ради выживания, безумие и ярость доведенного до точки. Все это, через грим, декорации, работу со светом и тенью, здесь выплескивается на экран, обнажая мрак, кривость и черноту в восприятии героев. Тут же вновь отчетливо виден исток традиции современного «Гран-Гиньоля», насилие и жестокость на сцене которого порой становятся поистине гротескными. И несмотря на то, что два весомых фрагмента были нещадно вырезаны и навсегда уничтожены цензурой (добрую четверть фильма мы буквально лицезреем черную бездну), «Корёдзян» остается образцом сильного и эффектного корейского кино.

Финальная месть, предсказанная пророчеством, в итоге оказывается целительной, обещая возрождение и новый урожай. После безжалостной резни под раскаты грома, ознаменовавшей конец диких нравов древности, герой собирает вокруг себя стайку детей – будущее поколение – и с улыбкой на устах повторяет ключевую мораль всего фильма: «что посеешь, то и пожнешь».

Спустя более полувека положение дел в южной части корейского полуострова кардинально изменились в лучшую сторону. Старшему поколению возвращение закона Корёдзян точно не грозит (чего не скажешь о Японии, где с пожилыми до сих все очень непросто, хотя свою переиначенную версию «Легенды о Нараяме» они уже сняли). Соответственно и зрителям не грозит излишнее обновление этой истории в виде любимых корейцами ремейков. Впрочем, и сам фильм уже не требует дополнительной апробации, ведь множество элементов авторского стиля Кима Ги-ёна, начиная с сюжетной структуры и заканчивая построением кадра, актуализируют сами себя, вновь и вновь проскальзывая в картинах множества корейских режиссеров из поколения 90-х.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)