DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Дети Крысиной Королевы

С незапамятных веков человечество сопровождают эти серые тени, мелькающие во мраке подвалов, канализационных туннелей, в темных углах складов и амбаров. Несмотря на все попытки избавиться от незваных попутчиков, и по сей день осторожный шорох и назойливый писк нет-нет да напомнят людям о притаившейся рядом параллельной вселенной. Голохвостые усатые твари — живучие, плодовитые, вездесущие, пожиратели припасов и разносчики болезней, — многократно отразились в легендах, слухах и байках, плавно перетекших и в жанр хоррора.

Крысы и мыши давно прописались в мировой демонологии как хтонические твари, воплощающие те или иные «злые» силы. В одном из центров неолитической культуры в Чатал-Хююке (Малая Азия) в могиле жрицы (ок. VI тыс. до н. э.) среди предметов, символизирующих подземный мир и смерть, найдены обильные захоронения мышей. В египетской «Книге мертвых» упоминается богиня с мышиной головой, олицетворяющая преисподнюю и смерть. В зороастризме крыса — одно из созданий «злого» бога Ангро-Манью, паирика (злой женский дух) в образе крысы символизирует чувственность. В сербской легенде мыши и крысы вышли из чрева змеиного чудовища халы, убитого Святым Нестором; у болгар — произошли от черта, лопнувшего в церкви от запаха ладана. Иные апокрифы сообщают, что во время Потопа дьявол превратился в крысу (мышь), проник на борт Ковчега и попытался прогрызть в днище дыру. Поляки Люблинского воеводства также воспринимали крысу как воплощение дьявола, крестясь при виде нее, как при встрече с любой нечистой силой. Крысиные черты имелись и в облике лесного черта («дідько») в поверьях украинцев Покутья. В фольклоре европейских цыган есть Лолмишо — демон в облике чумной красной мыши или крысы, который заражает людей кожными болезнями. А в чилийском фольклоре известен Колоколо — маленькое крысообразное существо, с похожей на свиную мордочкой, несколькими рядами зубов и ярко-красными глазами. Вариации его внешности могут также включать черты петуха, змеи или ящерицы (рептилия с крысиной головой, пернатая змея с крысиными лапами), в чем можно увидеть влияние легенд о василиске — есть версия, где этот демон вылупляется из яйца, снесенного петухом. По ночам колоколо пробираются в дома и высасывают слюну и слизистую глаз у спящих. Жертва нападения просыпается с высокой температурой, за которой следует смерть от иссушения и удушающего кашля.

«Крысиный король», Кристин Реджер.

В средневековом фольклоре известен образ «крысиного короля» — большого клубка из крыс, сросшихся или связавшихся хвостами. «Крысиные короли» считались плохим предзнаменованием, в частности связанным с грядущими эпидемиями. Это имело вполне себе рациональное обоснование: появление «крысиных королей» обычно свидетельствовало об увеличении популяции крыс, что в свою очередь увеличивало и вероятность вспышки заболеваний — например, чумы, переносимой крысиными блохами.

В более поздние времена появился и образ Крысиной Королевы: лондонские тошеры, или «клоачные охотники», зарабатывавшие на жизнь поиском всякого хлама в канализации, верили, что за ними незримо следила Крысиная Королева. Когда ей нравился кто-то из тошеров, она превращалась в привлекательную женщину и начинала с ним заигрывать. Если они хорошо проводили ночь, она дарила ему удачу в работе и он находил много денег и ценностей. Случайный любовник мог даже не догадаться, с кем провел время: хотя у Крысиной Королевы в человеческом виде были свои особенности (звериные глаза, отражающие свет, и когти на пальцах ног), в темноте человек мог их не заметить. Однако если он начинал подозревать, кем она была, и рассказывать об этом, то лишался удачи и мог пасть жертвой какого-нибудь несчастного случая. В том числе и быть съеденным подданными Королевы: среди тошеров ходило немало историй об их товарищах, убитых и «обглоданных до самых костей» прожорливыми тварями.

Впрочем, не везде крысы являлись символами негативных сил. Особенно это верно для Востока, где крыса нередко выступает в роли верного помощника человека, спутницы благожелательных к человеку божеств, таких как японский бог благополучия и процветания Дайкоку и индийский Ганеша, бог мудрости с головой слона. Но и там известны легенды о монструозных или демонических грызунах, таких как тибетские сабдаги, демоны с мышиными и крысиными головами, насылающие на людей и домашний скот чуму и моровую язву.

А в Японии есть предание о монахе Рейго, настоятеле монастыря Мии-дэра. Этот монах своими молитвами помог японскому императору зачать наследника, но попросил взамен, чтобы в Мии-дэра установили пышную постройку для монашеского посвящения. Император поначалу согласился, но после, под давлением настоятелей храма Энряку-дзи, соперника Мии-дэр, нарушил слово. Разгневанный Рейго в знак протеста объявил голодовку, но император так и не выполнил обещания. Уморивший себя голодом Рейго превратился в мстительного духа, сначала умертвившего наследника престола, а потом обернувшегося огромной крысой. Тело ее обладало крепостью камня, а зубы и когти были острыми, как железо. Этот дух, получивший новое имя Тэссо, собрал целые полчища крыс, которые и ворвались в Энряку-дзи. Они заполнили все постройки враждебного храма, грызя стены и двери, проламывая крыши и полы и нападая на монахов. Грызуны сожрали бесценные сутры Энряку-дзи, свитки, книги, монашескую пищу, сгрызли даже драгоценные статуи Будды. Гнев Тэссо стих, лишь когда рядом с Мии-дэра построили святилище, утешившее дух Рейго.

В Европе тоже имеется легенда о крысах и связанном с ними духовном лице, правда здесь оно само пало жертвой крыс-мстителей. Согласно этой легенде, Гаттон II, архиепископ Майнца, был жестоким и эгоистичным правителем. Когда голод поразил Германию, горожане умоляли архиепископа выдать им еды со склада — именно он отвечал за распределение продуктов. В ответ он пригласил их прийти на склад и взять всю еду, которую они могли унести. Но как только горожане оказались внутри склада, Гаттон забаррикадировал двери и поджег его, сказав своим сообщникам, что крики боли сопоставимы с визжанием крыс. В тот вечер архиепископ вернулся в свой особняк, чтобы спокойно пировать. Проснувшись на следующее утро, он обнаружил, что его портрет был съеден крысами. Затем пришло известие, что стая крыс спустилась на местную ферму, а затем на склад и съела все припасы. Выглянув из окна, Гаттон увидел армию крыс, направлявшихся к его замку, и решил укрыться в башне на острове посреди Рейна. Там он уснул, решив, что оказался в безопасности, однако ночью проснулся от мяуканья своего кота. Крысы прыгали в воду, плывя к его островной башне, и прогрызали каменные стены:

Вдруг ворвались неизбежные звери;
Сыплются градом сквозь окна, сквозь двери,‎
Спереди, сзади, с боков, с высоты…
Что тут, епископ, почувствовал ты?
Зубы об камни они навострили,
Грешнику в кости их жадно впустили,
Весь по суставам раздернут был он…
Так был наказан епископ Гаттон.
(Роберт Саути «Суд Божий над епископом»)

Готический рассказ, равно как и все последующие направления хоррора, немало почерпнул из древних мифов и мрачных легенд Средневековья. И образ крыс — демонических, призрачных, крыс-людоедов и крыс-символов — оказался в формирующемся жанре как нельзя кстати. Мало найдется признанных мастеров ужаса, кто хоть раз не ввел бы зловредного грызуна в свои произведения. Так, Эдгар По использовал легенды об узниках подземелий, сожранных крысами, в рассказе «Колодец и маятник», где главный герой использует прожорливость серых тварей, чтобы избавиться от пут. Много позже «крысиную» тему затронул и автор «Дракулы»: в 1910 году вышел рассказ Брэма Стокера «Крысы-могильщики». Хотя главную опасность для героя представляли все-таки люди — обитавшие на парижской свалке опустившиеся бродяги, бывшие солдаты наполеоновской армии, — автор с помощью красочных описаний дал понять, что не зря назвал так рассказ:

— По всей видимости, — сказал комиссар, — женщина упала на собственный кинжал. Крыс здесь полчища — посмотрите, в той куче костей блестят их глаза, а еще заметьте, — я содрогнулся, когда он дотронулся ладонью до скелета, — что времени они не теряли: кости едва успели остыть!

Вскользь затронута эта тема и в произведении, обессмертившем имя Стокера: когда герои романа «Дракула» пытаются найти гроб, в котором обитает граф-вампир, тот, используя свою власть над животными, насылает крыс, от которых удается избавиться лишь благодаря охотничьим собакам. Также Дракула призывает полчища крыс «с такими же красными глазами, как у него», искушая их жизнью и кровью сумасшедшего Ренфилда.

Куда основательней «крысиная» тема раскрыта в творчестве Говарда Филлипса Лавкрафта. В его рассказе «Крысы в стенах» причудливо переплетены средневековые предания, древняя история Британии и собственная мифология Лавкрафта. Главный герой, потомок старинного рода Де ла Поэр, решил восстановить в Британии родовой замок. Среди местных жителей о замке, равно как и о населявшем его семействе, с давних пор ходили жуткие слухи:

Самым невероятным было предание о крысах. Однажды грязные полчища алчных паразитов лавиной вырвались из замка, пожирая на своем пути кур, кошек, собак, поросят, овец. Их ярость утихла после того, как они загрызли и двоих крестьян. Произошло же это якобы через три месяца после упоминавшейся выше трагедии, унесшей последних обитателей замка.

Трагедия, о которой идет речь, произошла за триста лет до описываемых событий: когда в замке была убита вся семья, а единственный выживший Уолтер Де ла Поэр, третий сын барона, сбежал в США. Об истории семьи повествовалось на бумагах, запечатанных в конверте, что передавался от отца к сыну, но главному герою он не достался, сгорев во время Гражданской войны в США. Как бы то ни было, перебравшись в Британию и отреставрировав строение, новый хозяин вступил во владение, но спокойно прожить в замке герою удалось всего несколько дней, затем начали беспокойно вести себя его кошки, да и сам он стал слышать по ночам шуршание в стенах, похожее на крысиную возню. Эти звуки различали только сам герой да его кошки: слуги не слышали крыс, а стоило обратить их внимание на шорохи, как звуки умолкали. Тогда же герою начали сниться кошмары:

С большой высоты я смотрел в полуосвещенный грот, где, по колено в грязи, белобородый демон-свинопас гонял каких-то полуистлевших, дряблых зверей, вид которых вызвал у меня неописуемое отвращение. Затем он остановился, кивнул кому-то головой. Тут же огромная стая крыс скатилась с края пропасти, чтобы пожрать и его, и зверей.

Изучив историю замка и места, на котором он построен, Де ла Поэр пригласил из Лондона археологов. Под замком обнаружились глубочайшие подземелья, где учеными была сделана ужасающая находка: черные ямы, полные распиленных, высосанных костей и вскрытых черепов; забитые костями питекантропов, кельтов, римлян и англичан. С незапамятных времен замок был центром ужасающего каннибальского культа, в который римляне позже привнесли элементы малоазийского культа богини Кибелы (вот где аукнулись жреческие гробницы Чатал-Хююка!). Одним из центральных элементов культа был каннибализм: деградировавших, передвигавшихся на четвереньках на протяжении двадцати поколений людей для ритуалов содержали стадами в загонах и откармливали овощами. Именно объедками этих овощей прокормились бесчисленные крысы, что после трагедии в замке пожрали сначала несчастных дегенератов, а потом вырвались наружу. Знание это оказалось своего рода триггером для главного героя: он впал в безумие, выкрикивая ритуальные фразы своих далеких предков:

Они говорят, что я кричал все это, когда через три часа они нашли меня в темноте, рядом с полусъеденным телом капитана Норриса и моим котом, пытавшимся меня загрызть… они обвиняют меня в немыслимом преступлении, но они должны знать, что это сделал не я. Они должны знать, что это крысы, шаркающие, шмыгающие крысы, чей топот никогда не даст мне заснуть, дьявольские крысы, которые бегают за обшивкой этой комнаты и зовут меня к новым кошмарам, крысы, которых они не слышат, крысы, крысы в стенах.

Исследователи творчества Лавкрафта предполагают, что идея о крысах в монастыре (на месте которого был воздвигнут замок), возможно, была вдохновлена «Легендой о епископе Гаттоне». Другие народные предания, на этот раз «ведьмовского» толка, возможно, использовались в ином рассказе Лавкрафта «Сны в ведьмином доме». Ключевую роль в этом рассказе играет старая ведьма Кеция Мэйсон и ее фамильяр (дух-помощник) по прозвищу Бурый Дженкин. Его Лавкрафт описывает следующим образом:

Зверек покрыт длинной шерстью, по форме сходен с крысой, имеет необыкновенно острые зубы; мордочка его, снизу и по бокам также поросшая шерстью, удивительно напоминает болезненно сморщенное человеческое лицо, а крошечные лапки выглядят как миниатюрная копия человеческих кистей. Говорили также, что мерзкая тварь выполняет обязанности посыльного от старой Кеции Мэйсон к дьяволу, а питается она якобы кровью самой ведьмы, подобно тому как это делают вампиры.

В оригинальных легендах о ведьмах фамильяры чаще всего принимают вид тех или иных животных, в том числе и крыс. Нетрудно отметить и сходство Бурого Дженкина с разной крысовидной нечистью, упомянутой в начале статьи. И еще один интересный факт: в обоих «крысиных» рассказах Лавкрафта появляется Ньярлатотеп, Ползучий Хаос, одна из ключевых фигур Мифов Ктулху. «Крысы в стенах» — первый рассказ Лавкрафта, где упоминается этот бог, причем там автор, судя по всему, еще не отделил его от Азатота:

В центре земли безликий сумасшедший бог Ньярлатотеп завывает в темноте под аккомпанемент двух бесформенных, тупых флейтистов.

В «Снах» Ньярлатотеп является чуть ли не одним из действующих лиц, сопровождая ведьму и Бурого Дженкина в обличье Черного Человека, который есть незапамятная фигура, представитель или посланник скрытых и ужасных сил. Согласно иным теориям, Бурый Дженкин есть ребенок Ньярлатотепа и Кеции Мэйсон, а в его маленькой мордочке угадывается миниатюрная копия лица ведьмы. По другой теории, Бурый Дженкин — слуга высшего порядка у Ньярлатотепа.

Друг и соратник Лавкрафта, «техасский мечтатель» Роберт Говард известен не только как один из создателей жанра фэнтези, но и как один из мастеров хоррора, чьи рассказы стали классикой жанра. Не обошел он и нашу тему: в рассказе «Кладбищенские крысы» он упоминает индейское предание о грызунах, что на самом деле не звери, а демоны-людоеды: в них вселялись духи нечестивых мертвых людей, чьи трупы они грызли. И хотя в рассказе вся мистика получает более-менее рациональное объяснение, тем не менее сама атмосфера произведения буквально пропитана потусторонним ужасом, достигающим апогея в финальной сцене, где обезумевшие от запаха крови крысы живьем сжирают главного злодея, сгорая вместе с ним в подожженном доме.

Самого известного своего героя, Конана из Киммерии, Говард не ставил против прожорливых грызунов, видимо сочтя их слишком мелким, во всех смыслах, противником для могучего варвара. Пробел восполнили его продолжатели: в романе «Конан-островитянин» («Тени ужаса») Конан борется в подземельях с огромными крысами размером с большую кошку или маленькую собаку, в каждой было не меньше нескольких фунтов веса. Один из соавторов данного произведения, Лин Картер, при создании собственной фэнтезийной вселенной, доисторической Лемурии, придумывает лемурийскую крысу, «унзу» — голое белое существо со сверкающими зелеными глазами и длинными ядовитыми клыками.

Еще один рассказ под названием «Кладбищенские крысы» был написан фантастом Генри Каттнером. Здесь старый кладбищенский смотритель регулярно обворовывает мертвых, забирая у них ценные вещи и золотые украшения. Единственный его конкурент — это крысы, которые так и норовят стянуть труп из гроба. Местные легенды намекают, что пируют они не в одиночестве: глубоко под землей обитают некие упыри, способные управлять крысами, являющимися своего рода «связными» между поверхностью и кавернами глубоко под городом, что тела из могил похищаются для ночных подземных пиршеств. В правдивости этих легенд смотритель убеждается, когда в порыве патологической жадности устремляется в неестественно огромную нору, пытаясь отобрать у крыс их добычу.

В рассказе заметно влияние Лавкрафта: действие происходит в Салеме, известном преданиями о ведьмах, упоминаются культы Гекаты и Великой Матери, что заставляет нас вспомнить о «Крысах в стенах» и культе Кибелы. Имеются отсылки и к иному рассказу Лавкрафта, «Модель Пикмана», где также повествуется об упырях, населяющих потайные подземные лазы и пожирающих мертвецов.

Корреляция «крысиной» темы и разного рода преступных замыслов вполне закономерна: с давних пор крысы ассоциировались с грязью, нищетой и всем, что принято именовать «дном общества». Слова «крыса», «крысятничество», «крысить» прочно вошли в уголовный и полицейский жаргон, а сами эти животные часто выступают в роли антуража для разных криминальных историй. Причем крысы нередко служат не только фоном, но и своего рода «субъектом действия», привнося нотку «ужасного» в детективы или криминальные драмы. Такова повесть Джеймса Хедли Чейза «Крысы Баррета» или рассказ Роберта Блоха «Крысы». В первом произведении огромные, «размером с кошку», крысы сначала угрожают одному из главных героев, а потом пожирают банду негодяев. В рассказе Блоха положительных героев нет вообще: два персонажа, пытающихся обмануть и убить друг друга, тоже получают по заслугам. В обоих рассказах грызуны выступают как символ худших моральных черт отрицательных персонажей и одновременно как орудие их наказания и возмездия.

Тем не менее крысы всегда были в литературе ужасов и почетными гостями. Они по-прежнему остаются пособниками вампиров: в романе Роберта Маккаммона «Они жаждут» местный клон Дракулы начинает свою вампирскую карьеру с того, что отвоевывает родовой замок, напуская на него чумных крыс. Однако все чаще крысы выступают уже не только как символ или фон, но и как самостоятельный фактор ужаса, приобретая все более чудовищные очертания. Таковы крысы в «Ночной смене» Стивена Кинга — в этом рассказе несколько работников старого завода, расчищающие подвалы, кишащие крысами, натыкаются на жутких тварей, мутировавших из обычных грызунов. Здесь и крысы с крыльями, как у летучей мыши, и существа размером со свиней и отчасти похожие на них: слепые, безволосые, с мощными передними лапами и неразвитыми задними. Самая огромная крыса, с которой сталкивается главный герой, — размером с годовалого теленка, с грязной серо-розовой кожей, слепая и с почти неразвитыми лапами.

Иные сюжетные линии «Ночной смены» повторились в произведении, ставшем классикой и апофеозом «крысиного хоррора», — трилогии Джеймса Херберта «Крысы». Собственно, «Крысы» — это первая часть трилогии, но две другие книги, «Логово» и «Вторжение», следуют той же сюжетной линии. Здесь нет никакой мистики, цикл подчеркнуто научно-фантастичен, но это не делает его менее жутким, ибо в нем собраны чуть ли не все сюжетные ходы «крысиных ужасов»: грызуны-людоеды, переносчики заразы и, наконец, мутанты. Нашествие огромных черных крыс, появившихся в результате генетического эксперимента, ставит Лондон на грань катастрофы как из-за необычайной величины, прожорливости и агрессивности тварей, так и из-за разносимого ими смертельно опасного заболевания. Трилогия получилась, что называется, «мясистой», щедро описывающей не только злобный нрав самих крыс, но и многие неприглядные стороны человеческой натуры, порой делающие людей ничем не лучше хвостатых мутантов. Трилогия «Крысы» — это сочный и смачный треш: жестокий, мерзкий, кровавый, щедрый на секс и насилие — в третьей части еще и в антураже постапокалиптики. Изюминкой цикла можно считать введенного автором еще в первой книге особого мутанта, выступившего своеобразным аналогом «крысиной королевы».

В окружении человеческих костей лежало самое омерзительное существо, какое он когда-либо видел…Чем-то оно напоминало тех черных, гигантских крыс, но было еще больше. Вытянутая голова, длинное жирное туловище, толстый хвост. На теле твари не было шерсти, за исключением нескольких сероватых клочков. Сквозь белую или серовато-розовую кожу просвечивали темные вены. Они пульсировали, и ритм их движений сливался с пульсированием всего туловища чудовища. Эти непрерывные расслабления и сокращения белесого тела почему-то показались Харрису особенно отвратительными. На память пришел налитый кровью вырванный глаз… Харрис смотрел в слепые глаза без зрачков, в желтые мерцающие щели. Голова твари, принюхиваясь, ходила из стороны в сторону. Похоже, это был единственный доступный для нее способ обнаружить присутствие человека. От твари исходила ужасная, почти ядовитая вонь. Сбоку от большой головы выпячивалась какая-то шишка… Шишка была почти такой же большой, как и сама голова, и она тоже качалась взад-вперед. Харрис поднес фонарик ближе, пригляделся и увидел на шишке... что-то, похожее на рот! Да у этого существа две головы! Харрис понял, что это — матка гигантских крыс, их королева. Ее мозг управлял их поведением, а они кормили ее, защищали насмерть.

В третьей книге появляется схожее существо, названное Гербертом Матушкой-Крысой — еще более огромная и уродливая матка, выкармливающая уродливых детенышей. И именно эти детеныши приводят главного героя к поистине ужасающей догадке:

Величайшей иронией были дети Матушки-Крысы… эти маленькие новорожденные твари напоминали человеческих... ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ!.. зародышей. Да, у них были когти, зачатки чешуйчатых хвостиков, такие же самые, как и у крыс, злобные, косящие глазки и сгорбленные спины. Но черепа их были куда больше похожи на человеческие, а черты напоминали фантастических людей-уродцев. Их руки и ноги уже отличались от лап, присущих представителям животного мира. А мозг, отчетливо просматривающийся сквозь их прозрачные, тонкие черепа и просвечивающую кожу, был слишком большим для крысиного… Уж не было ли человечество создано таким же путем? Может, оно тоже прошло через радиоактивный взрыв, изменивший гены таким образом, что в результате эти твари эволюционировали в ходящих, думающих, умеющих стоять прямо существ? И была еще одна смешная мысль: может быть, человечество эволюционировало вовсе не от обезьян, как полагают теоретики, эти никудышные истолкователи всего и вся? Уж не возникло ли человечество... от несколько иных гадких тварей? И уж не дан ли теперь еще разок ход тому же самому направлению эволюции?

Данный отрывок приводит нас к еще одной вариации «крысиной» темы, востребованной как в хорроре, так и в фэнтези — к «крысолюдам», сочетающим крысиные и человеческие черты, либо людей, способных превращаться в крыс (или наоборот). Имя им поистине легион: раткины, крысы-оборотни из мира Гайи (World of Darkness); Люди-Крысы из «Мира Иеро» Стерлинга Ланье; скавены, крысы-мутанты из мира Warhammer, крысолаки Сапковского, нэдзуми — крысы-оборотни из японской манги, веркрысы из романов Лорел Гамильтон, крысиные оборотни из книжно-игровой серии «Забытые Королевства». Не все они бессмысленно злобны, временами могут даже встречаться симпатичные персонажи, но все же в большинстве своем это опасные и неприятные существа. Под стать им их боги: Крысиный Бог раткинов или Рогатая Крыса скавенов — жестокое божество лжи, подлости, болезней и разложения. В нем можно узреть все те же архетипические черты, что и во всех его предшественницах, будь то Матушка-Крыса Герберта, Крысиная Королева лондонских тошеров или египетская богиня смерти из «Книги мертвых».

Оборотнем поневоле можно счесть Повара-Крысу из цикла «Песнь Льда и Пламени» Джорджа Мартина. В книгах и снятом по их мотивам сериале это персонаж страшной сказки, брат Ночного Дозора, служивший поваром в замке Твердыня Ночи. Однажды в замок прибыл один из тогдашних королей со своим сыном. Повар замка, который за что-то был зол на короля, убил принца и испек из него большой пирог с луком, грибами, морковкой и беконом. Вечером он подал пирог к столу короля, которому так понравился вкус собственного сына, что он попросил добавки. В наказание за нарушение законов гостеприимства боги превратили Повара в чудовищную белую крысу размером с поросенка, вынужденную питаться только собственным потомством и мучимую вечным голодом.

Байки и слухи о крысах — крысах-мутантах в подземках больших городов, крысах-людоедах, крысах — переносчиках опасных заболеваний — ходят по миру и по сей день, порой даже основываясь на реальных событиях. А значит, бесчисленное потомство многоименной Матушки-Крысы имеет все шансы и дальше оставаться одним из популярнейших образов хоррора.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)