DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Тьма в книгах. Статьи

Хоррор исследует темную сторону секса во всех аспектах. Это могут быть и откровенные патологии, как некрофилия; и реальные опасности — как педофилия; и секс с существами из иного мира; и одержимость сексом; и секс как казнь («смерть через сну-сну» не просто же появилась). Елена Щетинина выбрала топ-6 самых знакомых произведений литературы на эту тему.

Произведений о катастрофах — великое множество. Можно даже сказать — катастрофическое множество! Из каждого ее типа — природной ли, техногенной ли — можно составить свой топ с несколькими десятками кандидатов в него. Так что в этом, «общекатастрофическом» топе будут представители самых разных вариантов конца света — или, по меньшей мере, крупных трагических событий. Итак, традиционная тематическая подборка от Елены Щетининой.

Литературные итоги года всегда подводятся с некоторым опасением – ну как оно было-то? не упущено ли что? не забыто ли для прочтения? не было ли оценено небрежно, походя, не заметив что-то очень важное? И чем больше книг – особенно книг спорных, необычных, нестандартных! – вышло в «отчетном» году, тем более страшно. Однако Елена Щетинина превозмогла этот страх и рассказала обо всем лучшем, что случилось в мире темной литературы в 2018 году.

Параллельные миры — излюбленная тема писателей-фантастов. Хоррор-авторы периодически нет-нет да обращали свой взгляд к ним, но делали это не так часто. Проще и действеннее было запустить в нашу жизнь непонятную тварь из неизвестного мира, нежели продумывать более сложную драматургию. Кроме того, на заливных лугах этой темы паслись тучные стада сериалов «Доктор Кто» и «Скользящие» — и тягаться с ними было невыгодно. Но тем не менее топ хоррор-рассказов, действие которых связано с параллельными мирами, составить удалось — и из весьма любопытных произведений.

Имя Г. Ф. Лавкрафта неотделимо от плоти и крови современной хоррор-культуры. Едва ли удастся найти человека даже среди нелюбителей жанровой литературы, который не был бы знаком с произведениями маэстро ужасов. Во всяком случае образ спящего на дне океана Ктулху повсеместно известен и беспощадно эксплуатируется не только поклонниками творчества писателя: изображение Великого Древнего можно встретить порой в крайне неожиданных контекстах. В этом смысле Ктулху уже давно покорил порядочную часть нашего мира. Однако сегодня мы поговорим о не столь популярной, но не менее достойной этого стороне лавкрафтовского наследия — о Цикле Снов.

Зомби пришли в литературу ужасов достаточно поздно (по сравнению с теми же привидениями), но быстро обрели популярность. Тематические антологии множатся буквально на глазах — причем не только зарубежные, но и наши, с зомби среди родных осин. Причин тому можно найти несколько — вплоть до того, что некоторые авторы делают своих живых мертвецов символами СПИДа и пытаются решить сложный вопрос об обществе и его изгоях. Но для читателей все-таки на первом месте стоит качественный текст. Елена Щетинина справилась с непростой задачей — составила топ наиболее достойных рассказов о живых мертвецах!

Хеллоуин — не просто праздник с богатыми историей и традицией. И не типичный пример карнавальной культуры аккурат по Бахтину. Это целый социокультурный пласт, о котором мы — люди, знающие о Хеллоуине только «по верхам», не впитавшие trick or treat вместе с овсяной кашей, — имеем лишь самое общее представление. Так что, увы, нам очень сложно полностью восстановить все те смыслы, которые авторы рассказов, чье действие происходит в Хеллоуин, вкладывали в свои тексты. Но несмотря на эти трудности, Елена Щетинина все-таки собрала достаточно хеллоуинских историй.

Достоевский велик. Достоевский бессмертен, как запальчиво говорил кот Бегемот в свое время. Достоевский подарил нам топор. В литературно-психологическом смысле, сочинив один из лучших криминальных романов на Руси. Первая публикация «Преступления и наказания» приходится на 1866 год… Что изменилось в социальной структуре с тех времен? Почти ничего. Другими словами — роман актуален? Да! Илья Соколов попробовал разобраться в этом явлении чуть подробней.

Британский палеонтолог Дугал Диксон и турецкий иллюстратор Немо Рамджет визуализировали будущее человечества, каждый по-своему, и явили его в своих книгах — «Человек после человека: Антропология будущего» и «Все грядущие дни», соответственно. Они представили, можно заявить, «хоррор-антропологию» — то, что будут представлять собой потомки рода человеческого тысячи и миллионы лет спустя!

Хороших офисных хорроров (или просто произведений, в которых с офисом связано что-то пугающее) не так уж и много. Это и неудивительно. Дедлайны, самодуры-начальники, коллеги-враги — уже этого достаточно, чтобы испортить жизнь и настроение, зачем еще добавлять какую-то хтонь? Однако топ все-таки получился, причем некоторые произведения оказались в нем весьма неожиданно — но заслуженно. Самые достойные образцы офисного хоррора — в статье Елены Щетининой.

Стивен Кинг в 1981 году написал свой первый нон-фикшн — «Пляску смерти», основанную на курсе прочитанных им ранее университетских лекций. В ней будущий Король ужасов препарировал любимый жанр, рассказав об основных архетипах, самых значимых образцах хоррора и не только. С тех пор эта «анатомия ужаса» оказала влияние на многих более поздних авторов, в том числе и на Елену Щетинину, подготовившую ее подробный обзор.

Рассказов, героями которых являются дети и подростки, предостаточно. И это даже если не брать хорошо поживившегося на данной ниве Р. Л. Стайна! Для номера, посвященного теме мальчишечьих ужасов, Елена Щетинина традиционно выбрала семь малоизвестных, но любопытных рассказов, имеющих непосредственное отношение к ним.

Говард Филлипс Лавкрафт — одна из наиболее противоречивых и выдающихся фигур в американской литературе ужасов XX века. Масштабность мира лавкрафтовской прозы потрясает читателей. Страх перед неведомым, неизбежность ужасного, приближение непознанного — основные темы его рассказов. Но не менее интересна и его личность, очерк о которой подготовила Анастасия Ильиных.

С чем у многих ассоциируются книги Владислава Крапивина? Деревянные шпаги, белоснежные паруса «Крузенштерна», нагретая брусчатка Севастополя, воздушные змеи на августовском ветру… Но есть в творчестве Командора и темная сторона. И зло здесь — не школьные хулиганы, завучи и оборотни в погонах, нет, это люди и нелюди куда более страшные, жестокие и могущественные.

…обезьяны, кашалоты и даже зеленый попугай вполне могут оказаться героями какого-нибудь зоохоррора (если вообще уже не оказались). Тема эта обширна, и на ее полях пасутся сотни, если не тысячи тучных текстовых коров. Поэтому пришлось усушиться-утруситься, чтобы получился топ, а не целая книжная полка. Наш постоянный автор Елена Щетинина выбрала семерку самых знаковых зоохорроров из мира литературы.

Произведений, описывающих – или хотя бы упоминающих – ту или иную техногенную катастрофу или, на худой конец, опасность, тысячи. Конечно, сейчас многие из текстов, созданных уже даже и не в XIX веке, выглядят наивными. Чуть глуповатыми. И нередко весьма идиотскими. Однако именно они заложили основы современного технохоррора. Поэтому если какие-то из произведений в нашем топе вас не испугают… вы просто родились слишком поздно.

В истории человечества можно найти немало безумных и ввергающих в шок идей. Но особняком стоит то, что принято называть не иначе как «философский пессимизм». В корне этой концепции лежит очень простая и логичная, но тем не менее крайне непопулярная среди простых обывателей идея: «Жизнь есть то, чего не должно бы быть, — зло, и переход в ничто есть единственное благо жизни». Разные мыслители предлагали по-разному решить эту проблему, но особняком среди них стоит немецкий философ Эдуард фон Гартман.

Романов, повестей и рассказов, созданных на основе сюжетов сказок — великое множество. Антологии интерпретаций классических сказочных сюжетов более любопытны. Во-первых, под их обложкой уже собрано энное количество интересующих нас произведений, во-вторых, в них нередко зовут весьма знаковых авторов, а в третьих — какая-никакая концепция отбора присутствует. Топ таких антологий составила Елена Щетинина.

Гоголь? Серьезно? Мало что ли русской классикой вас в школе пичкали? Так наверняка подумает львиная доля современных читателей. Между тем о Николае Васильевиче с точки зрения weird fiction и хоррора поговорить очень даже стоило бы. А именно о его знаковом двухтомнике «Вечера на хуторе близ Диканьки», изданном в 1831–1832 годах. О бессмертных приемах классика рассказывает Дарья Тоцкая.

Романов и рассказов ужасов, действие которых происходит в праздники, очень много. По предварительной статистике, в качестве даты лидирует (кто бы мог подумать!) Хеллоуин, потом идет Рождество и так, по мелочи, все остальные (особенно локально-национальные) праздники. Есть в этом какое-то извращенное наслаждение — показать «на тебе!» всему этому благолепию, разнаряженным детишкам, богато накрытому столу, подаркам, шуткам и смеху. Елена Щетинина выбрала пятерку страшных праздничных рассказов.