Зона ужаса

Грядущая антология «Пазл» должна стать огромным шагом вперед для всего отечественного хоррор-сообщества. Уже сейчас публикуются первые рецензии, почти каждый день появляются новости, эксклюзивные материалы... DARKER решил дать читателям еще одну возможность заглянуть внутрь пока не вышедшей книги.

На вопросы отвечают сразу все авторы антологии: Сергей Демин, Александр Подольский, Мария Артемьева, Максим Кабир, Максим Маскаль, Сергей Карпов, Дмитрий Тихонов, Парфенов М. С., Александр Матюхин, Михаил Киоса, Алексей Шолохов.

Михаил, первый вопрос вам, как составителю. Как же так вышло, что «Эксмо» вдруг пошло на то, чтобы выпустить хоррор-антологию в серии «MYST»? Да еще и представить внутри нее сразу несколько новых имен, причем не псевдонимов, а именно настоящих имен авторов.

Парфенов: В этой серии имеется определенный читательский «голод», так как основные ее авторы, Демин и Шолохов, просто физически не могут писать со скоростью какой-нибудь Донцовой. Это видно и по отзывам читателей в Интернете, где часто появляются вопросы примерно такого типа: «Прочитал такую-то и такую-то книжку, что еще можно найти почитать такого же плана?»

И серия оказалась в некоей «ловушке», когда спрос есть, а предложить особо нечего. Пробовали, как известно, выдавать авторов за «Варго», пробовали выпускать авторов и под их реальными именами (Атеев, Вершовский) – но того успеха, который давался Демину, а в последнее время и Шолохову («Взгляд висельника» прежде всего) – не было.

Знаю, что Алексей Шолохов сам пытался уже давненько «уломать» издателя на выпуск некоей «ежегодной антологии рассказов», но без успеха. А вот не так давно смог выпустить (под именем Варго) сборник собственных рассказов, который – внезапно! – имел успех у читателей.

Думаю, все эти обстоятельства повлияли на позицию издателя. Я же выходил изначально на «Эксмо» еще с проектом антологии, которая теперь известна как «Самая Страшная Книга». Это, как известно, серьезный, хорошо проработанный проект, уже сейчас он у многих на слуху. Редакция серии им заинтересовалась, но предложенные условия были не самые лучшие. Так, они настаивали на том, чтобы книга вышла именно в серии Варго. А «ССК» – это другой формат. Там мало сплаттерпанка, там «сборная солянка», очень разный хоррор представлен.

И тогда я подумал – а почему не попробовать набрать тексты (тем более, что определенный архив таких рассказов у меня имелся, равно как и крепкие авторы были «на карандаше») специально под MYST? Сделать упор на кровь, мясо, страшенных монстров, безумных маньяков, сделать, получается, именно сплаттерпанк-антологию.

Опять связался с редактором, получил предварительное «добро» и примерный объем текста, который им требовался. Через месяц все было готово. Сборка получилась удачная – рецензент «Эксмо» все рассказы оценил высоко (самый низкий балл по «пятибалке» был «четыре с минусом», у одного рассказа, все остальные – либо твердая «четверка», либо «пять» или «пять с плюсом»).

Ну а указание авторства было изначальным условием. Да и не вышло бы там все эти рассказы «причесать» под одного Варго – сплаттерпанк сплаттерпанком, но видно, что тексты принадлежат перу совершенно разных авторов. В итоге на обложке будет написано «Александр Варго и Апостолы Тьмы», а в самом содержании уже будут все эти «апостолы» указаны поименно.

И это важно. Варго уже у многих на слуху, но одним Варго сыт не будешь. Люди должны узнавать, открывать для себя и новые имена, тем паче, что имена это достойные.

Вопрос ко всем авторам. Как вы оцениваете рассказ (а у кого-то рассказы) вашего авторства, отобранный для антологии? Вы считаете, он достаточного качества, чтобы показать силу русского хоррора?

Артемьева: Силу? Мы-то, женщины, своей слабостью сильны. Нет, правда, не знаю, что сказать. С моими двумя рассказами такая история: Александру Подольскому они не понравились. Оба. «Шрам» он не взял в DARKER. «Шатун», который играл на конкурсе ужасов «Козел отпущения»… будучи там судьей, оценил весьма средне. Дмитрий Витер – напротив, хорошо отозвался, и я даже получила приз симпатий «Крик-клуба» за киношность и блокбастерность «Шатуна». Что, конечно, безумно порадовало. Для сборника я оба рассказа переписала. Так что могу одно сказать: старалась.

Подольский: Полагаю, оценивать подобные вещи должны читатели. Автор сделал свое дело, автор может занимать место в зрительном зале. Скажу лишь, что мои рассказы формату «Чёрной книги» вполне соответствуют – кровь, кишки и жуткая жуть скорее визуальной породы, нежели психологической. Поэтому люди, плевавшиеся в свое время от непонятных детективчиков в серии «MYST», едва ли бросят свиную голову в мой огород.

Парфенов: Я считаю «Бабай» интересным рассказом на интересную тему с достаточно неожиданными сюжетными «твистами». Почти уверен, что большинству читателей он понравится. Это не новый текст, и отзывы на него всегда были хорошие, причем не у каких-то знакомцев, которые всегда все нахваливают, а у людей, оценкам которых я доверяю.

Матюхин: Коварный вопрос. Так нескромно, хороший рассказ. Он не вызывает у меня желания переделать его, переписать или вообще удалить. А это, обычно, показатель. Насчет качества и силы, ну, не знаю. У меня еще мало опыта в жанре, чтобы рассуждать. Я в рассказ верю, а там время покажет.

Шолохов: Нормальный такой рассказ (улыбается). На самом деле не самый мой любимый. Насчет качества судить не мне. Покажет ли он силу русского хоррора? Сомневаюсь. Знаю наверняка, что он покажет просто русский хоррор. Потому как рассказ о наших с вами соседях.

Кабир: Очень сложно оценивать собственное произведение. Могу лишь надеяться, что читать его будет не скучно. А в лучшем случае так же тревожно, как было мне, когда я придумал сюжет рассказа, лёжа в чужой квартире, на кровати, которая почему-то стояла в центре комнаты, а не у стены, как во всех окрещённых домах.

Демин: Вопрос провокационного характера. Мне всегда сложно оценить самого себя, чего бы это ни касалось (будь то даже приготовление яичницы), поскольку здесь всегда будет присутствовать субъективизм. Опять же, как оценивать? «Хорошо-плохо»? По 5-балльной шкале? В общем, не мудрствуя лукаво и без ложной скромности отвечу так: рассказ действительно неплох и достоин того, чтобы занять место в сборнике «Пазл». Тем более, его идея основана на реальном факте, имевшем место в моей жизни (я имею в виду смерть моего деда, ветерана Великой Отечественной войны).

Киоса: Не так просто оценить рассказ в жанре, который для меня, как для автора, является новым. «Паразиты памяти» – мой второй рассказ-ужастик. Когда мне пришла в голову эта идея, я постарался написать так, чтобы в тексте была и атмосфера (ожидание «самого главного ужаса», продвижение главного героя к нему по сюжету) и какие-то чисто визуальные кошмары. Кроме того, мне хотелось создать рассказ, который бы давал читателю что-то помимо пережитого ужаса, некий смысл. Мне кажется, попытка скорее удалась. Что же до демонстрации силы русского хоррора – надеюсь, читателю будет страшно.

Маскаль: Да, думаю, что рассказ вполне на уровне. Возможно, там не так много крови и насилия, как в некоторых других вещах из этого сборника, зато присутствуют такие моменты, которые могут быть только в русском хорроре.

Карпов: Честно говоря, я так и не научился пока адекватно оценивать свои вещи. Судя по каким-то объективным показателям, типа результатов конкурса или отбора в антологию, он довольно неплох, так что как минимум это я гарантировать могу. Но в конечном итоге, разумеется, решать читателям. Буду надеяться, что среди них ну просто сотни фанатов герметического хоррора.

Тихонов: А вот вместо ответа хотелось бы поинтересоваться у интервьюера, как он оценивает этот замечательный вопрос? Считает ли он, что этот вопрос достаточного качества, чтобы показать всю силу русской журналистики? Не кажется ли интервьюеру, что спрашивать авторов об их собственных рассказах – по меньшей мере бессмысленно?

Вы наверняка знакомы с кем-то из авторов-соседей из антологии? Что можете сказать о собравшейся компании?

Артемьева: Да, собраться с Варгами в одном сборнике, безусловно, повод для знакомства.

Могу сказать, что уважаю собратьев по темному перу. Всех. А с кем знакома – в особенности. Даркеровцы – те вообще родные люди! Александр Подольский, М. С. Парфенов, Алексей Шолохов… Ум, трудолюбие, оригинальность мышления, остроумие, справедливость, начитанность… Гуманизм, в конце-то концов! Настоящий, без притворства. Эти качества меня всегда восхищали. И я неизменно наблюдаю их в людях, которые у нас в стране занимаются литературой ужасов. Даже догадываюсь, почему это так. Потому что в этой сфере не распределяют блага. Тут, знаете ли, Мордор и орки, а не светлые эльфы. Откатов не дают, бабло не пилят, теплых местечек не заготовлено. Тут, чтобы местечко стало теплым, надо хорошенько попотрошить трупы, полить кровушкой… Грязная тяжелая работа, за которую еще и презирают зачастую. Короче, здесь, на темной стороне силы, – лучшие. Кинг был прав.

Подольский: Компания хорошая, чего уж там. Знаком практически со всеми авторами, с некоторыми даже лично. Особенно бы отметил Тихонова и Кабира – именно как рассказчиков страшных историй. Многое нравится и у Маскаля, и у Артемьевой… В общем, люди проверенные, не с улицы пришли, читатели DARKER многих знают и любят. Отдельно радует тот факт, что в книжку попали рассказы с конкурса «Чёртова дюжина». Надеюсь, это станет доброй традицией.

Парфенов: Практически со всеми, так или иначе, знаком, ведь я составитель. Так что знаком как минимум по переписке. Из тех же, кого знаю довольно давно... Саша Подольский отличный человек, ответственный, и рассказы у него очень хорошие в сборку вошли. Маша Артемьева прекрасно владеет словом, умеет писать «вкусно», плюс – она действительно «наш» человек, хоррорный. Приятно осознавать, что на дорогу ужасов и мистики она вышла не без моей помощи – хотя как автор опытнее меня в разы, просто я нечаянно помог ей определиться с главным для нее жанром. Дима Тихонов – «русский Рэмси Кэмпбелл», его рассказ я не мог не включить в сборку. Несколько текстов (Кабир, Карпов, Матюхин) попали в поле зрения на даркеровском конкурсе страшных рассказов, с еще одним автором познакомился на другом конкурсе, где попал в жюри. Макса Маскаля знаю примерно сто лет, он мне до сих пор ящик пива должен. С Алексеем Шолоховым (один из двух главных Варго) также весьма хорошие отношения. Но, конечно, «своячества» тут никакого не было, я брал тексты, с которыми был знаком, либо спрашивал о текстах у авторов, в качестве работы которых уверен был на сто процентов. Причем кое-что (и кое-кто) в «Пазл» не попало по разным причинам, но в уме я их держу, помню об этих авторах и текстах. Даст бог, «выстрелит» антология, будем говорить о продолжении.

Матюхин: Мне чрезвычайно стыдно, но ни с кем из авторов я не знаком, а до конкурса даже не подозревал, что у нас в стране много и часто пишут вполне себе неплохой хоррор. Что могу сказать? Компания, надеюсь, подобралась стоящая. Очень приятно в ней оказаться. (улыбается)

Шолохов: Приятная компания. Жаль, что не со всеми знаком лично.

Кабир: Очень жаль, что ни с кем не знаком лично, но с удовольствием читаю и Парфёнова, и Подольского, и Артемьеву, когда их рассказы мне попадаются.

Демин: В реале знаком только с Алексеем Шолоховым. О других авторах имею представление лишь по отдельным произведениям. Хочется надеяться, что выбранные для этого сборника рассказы будут интересны почитателям жанра «хоррор»!

Киоса: Только с одним – Михаилом Парфеновым. Мог бы быть знаком с большим числом авторов, но я в жанре недавно. Так что о собравшейся компании, увы, могу сказать немногое. Рассказ Михаила читал, и мне он весьма понравился. Стильно, атмосферно.

Маскаль: Компания очень хорошая. Очень рад, что все мы смогли собраться под одной обложкой и рассказать друг другу и, конечно, читателям, свои истории.

Карпов: На самом деле, не сказать, что хорошо знаком, так как с отечественным хоррором сам только в процессе изучения. Но, как минимум, знаю тексты с конкурса «Чертова Дюжина», и это отличные рассказы, и если уж говорить о русском хорроре – то да, у них это точно есть. «Таймер», к примеру, просто поразительный рассказ, как будто даже переводной из-за своей классичности и проработанности. Так что да, не сомневаюсь, все эти парни легко могут надрать задницу смелости любого читателя.

Тихонов: Лично довелось познакомиться пока только с Михаилом Парфеновым и Александром Подольским. Об остальных авторах могу судить лишь по текстам – и, судя по всему, компания подбирается крайне интересная. Жутковатая и, наверное, слегка неадекватная, но зато способная на многое.

Интересно, а двум Варго не обидно, что им не удалось записать себе в актив публикацию под своим именем?

Демин: Уф. Этот вопрос, если не ошибусь, я слышу, наверное, раз в сто первый. Ну, во-первых, Шолохов все же открыл серию «Нерв», и произведения, опубликованные в этом сборнике, вполне соответствуют нашей тематике. А во-вторых... мне, если честно, по фигу, я никогда особенно не заморачивался на этот счет.

Вероятно, этот пофигизм не очень хорошее качество в данном случае, но уж какой я есть. Тем более, читатели, которые в курсе дел, всегда знают, кому принадлежит авторство произведений Варго. Бороться за какую-то монополию неохота, я не настолько амбициозен и реально смотрю на свои силы и возможности.

Шолохов: У нас все схвачено (улыбается). Читатели внимательно следят за теми, кто прячется под «Варго». Я думаю, что все всё давно знают.

Сергей, ваш рассказ открывает антологию. Как часто вы пишете рассказы, ведь вас знают по романам в серии «MYST», а вот рассказы вашего авторства такой широкой известности не получили.

Демин: Откровенно говоря, рассказов у меня немного. Но мысль создать свой сборник все чаще посещает меня.

К вам уже прочно прикрепилось имя Главный Варго. Как вам такой титул? Льстит или, быть может, раздражает?

Демин: Не льстит и не раздражает, фиолетово. Главный, наверное, потому, что с меня все началось? Так или иначе, не хотелось бы бодаться из-за званий и регалий, выискивать конкурентов и т. п. У каждого автора свой индивидуальный стиль изложения, методика и прочие нюансы. А главное – свой круг почитателей. А ими нужно дорожить. Кому-то нравятся произведения Шолохова, кому-то мои. Я не собираюсь, брызжа слюной, агитировать за свое творчество и загонять вилами фанатов Алексея в свой «лагерь», нам эти баррикады ни к чему. Даже если останется один человек, которому будут интересны мои книги, я буду писать для него одного.

Александр, мало того, что вы один из двух авторов (если не считать вашего тезку Варго), у которых в антологию войдет сразу два рассказа, так еще и название антологии соответствует названию именно вашего произведения. Как думаете, это издатели так выделили ваш рассказ, или им просто понравилось название?

Подольский: Сомневаюсь, что издатели что-то там выделяли. Лично я вообще не люблю, когда сборники нарекают в честь одного произведения, это в любом случае ведет к некоторой путанице. Но раз уж решили вынести на обложку название одного из рассказов, то «Пазл», пожалуй, оптимальный вариант. Получилась этакая мозаика из рассказов-деталек, ведь само слово подразумевает собирание чего-либо, что для антологии самое то. И моей заслуги тут никакой, просто удачно обозвал рассказ. К слову, писался он на конкурс трэш-хоррора (чем отвязней, тем лучше), поэтому одно время я на полном серьезе подумывал назвать его «Дебил с топором». С таким названием книжку точно смели бы с прилавков.

Как-то вы сами признавались, что в последнее время больше отдаете предпочтение тягучим депрессивным историям, а вот как раз кровавый хоррор занимал вас раньше (видимо, в те времена и были написаны «Пазл» и «Метео»). А если антология, что называется, «выстрелит», то вы готовы вернуться к сплаттерпанку и ему подобным?

Подольский: «Пазл» был написан аж в 2007 году, и, как обычно бывает со всеми старыми текстами, сейчас есть ощущение, что рассказ этот написал кто-то другой. Такой резни-расчлененки я больше никогда не устраивал (разве что в «Забытых чертом» из сборника «Зомби в СССР»). С «Метео» другая история: рассказ один из последних, и уровень жестокости в нем заметно ниже. Но это не значит, что я вообще перестал использовать кровь. Вовсе нет. Хоррор есть хоррор, просто сейчас его экстремальные направления меня не слишком интересуют. Если книга «выстрелит», то как-то перестраиваться или «возвращаться к корням» не придется, формат серии шире, чем может показаться. «Тягучие депрессивные истории», быть может, сюда и не пристроишь, но и крошить всех персонажей в крупу тоже не обязательно.

Мария, каково быть единственной представительницей прекрасного пола, да еще и в антологии, посвященной жесткому кровавому хоррору?

Артемьева: Да восхитительно! Мария и Апостолы тьмы – звучит?! (улыбается)

Чувствую себя то ли этакой альфа-самкой, грозной маткой Чужих… то ли Пятачком, который подпрыгивает и пищит: «Винни, Винни, разреши, я сбегаю за ружьем?!» Ну, еще детство золотое вспоминается, лет до 12 только с мальчишками дружила. С девочками ведь ни из лука пострелять, ни по деревьям не полазить…

А как вообще бывший редактор детских журналов угодил в антологию сплаттерпанк-хоррора? В смысле, откуда к вам пришли идеи для таких жестоких кровавых рассказов?

Артемьева: В антологию? Чудом. Так же, как в номер американского журнала «Чтения», посвященный русской литературе и конкретно ужасам, попал мой рассказ из «Темной стороны Москвы» (серия «Городские легенды»). Мой текст перевели на английский, и я потом отсканировала страницу содержания журнала, послать маме, чтоб она на стенку повесила в рамочке: «Пушкин, Гоголь, Толстой…» И я. И, кстати, еще Анна Старобинец – в отличие от меня, она-то там была совершенно заслуженно.

А я вообще не знала, что пишу сплаттерпанк. Мне уважаемый М. С. Парфенов раскрыл глаза. А идеи? Шатун пришатался как-то во сне… «Шрам» – хирургическое отделение больницы навеяло. Операцию не мне делали, родственнице. Боялись, что очень плохо заживает рана.

Максим, ваша «Грешница» наделала немало шума на конкурсе «Чертова дюжина DARKER» и стала, пожалуй, наиболее неоднозначно принятым произведением-финалистом. Тот вариант рассказа, что войдет в антологию, будет чем-то отличаться от того, который был на «Дюжине»?

Кабир: Главное, что в нём по-прежнему будет та первая строчка, смутившая многих, и «неудовлетворённое пульсирование» тоже.

Читателям DARKER вы хорошо знакомы как активный автор раздела «проза». В каких жанрах вы вообще работаете, и какое место среди них занимает хоррор?

Кабир: Я был воспитан на классической прозе, мои любимые писатели – Лев Николаевич Толстой, Набоков, Бунин, Хемингуэй, Бабель, Мариенгоф. При этом я всегда с огромным удовольствием читал Баркера, Симмонса, Кима Ньюмана и прочих, прочих, прочих. А учитывая, что горячим поклонником кино-хоррора я являюсь вот уже 20 лет, вопрос, в каком жанре я пишу, для меня является решённым. Это, однозначно, «ужасная литература».

Вопрос к еще одному Максиму. Раньше о вас, как о писателе, было относительно много новостей, но сейчас их почти нет. Да и рассказ «Терминатор против Пиковой дамы» совсем не новый. С чем связанно такое затишье?

Маскаль: Действительно, в последнее время пишу очень мало. Просто дело в том, что полтора года назад я стал отцом – родилась чудесная девочка Катя. Поэтому времени на писательство стало меньше. Сейчас читаем с ней «Репку» и «Колобка». Хотя нет, есть еще «Волк и семеро козлят» – вполне себе детский хоррор. Такие дела. Ну ничего, со временем я постараюсь наверстать. Новые идеи для рассказов иногда записываю в блокнот.

Кстати, о рассказе. Помимо «Пазла» он также прошел отбор в «Самую Страшную Книгу». Такая заинтересованность в вашем творчестве подталкивает к созданию новых произведений?

Маскаль: Немного неверная информация. В «Самой Страшной Книге» будет другой рассказ. Но не менее интересный. Заинтересованность подталкивает, конечно, но – сначала «Репка», ужасы чуть-чуть позже.

Сергей, ваш рассказ был представлен на «Чертовой дюжине DARKER» и одержал там свою маленькую победу, получив специальный приз от «КЛУБ-КРИК». А теперь еще и публикация. Отсылая «Вечером они смотрели телик» на конкурс, предполагали, что это мероприятие обернется таким успехом?

Карпов: Нет, не думал даже, это все прямо-таки джек-пот. Думаю, все должно логично продолжиться экранизацией, ну или романом, или чем-нибудь еще в этом духе. Не знаю пока, связана ли такая удача с моим безусловным талантом или просто новичкам везет, так что, конечно, надо пробовать еще.

Вы говорили, что этот рассказ для вас – проба в жанре хоррор. Теперь задумываетесь о том, чтобы продолжить работу в жанре?

Карпов: Да, конечно, хоррор – интереснейший жанр, настоящая площадка для экспериментов и разных вариантов подхода. Есть же эти постоянные споры о том, что легче в литературе – рассмешить или опечалить. Но совсем другое дело – напугать, причем при помощи текста, это-то когда все уже видели пик развития хоррора в кино. Это и так интересная задачка, но тут еще проблема каких-то внутренних ограничений, условий и существующих сюжетов, ну как в детективе, например, и многие из них существуют уже почти весь 20 век – с одной стороны, это усложняет, а с другой - делает все еще интересней. Я хочу сказать, тут есть, с чем поковыряться, это затягивает, и раз попробуешь – точно захочешь еще.

Интересно, а как «русский Рэмси Кэмпбелл» относится к серии «MYST» и Александрам Варго?

Тихонов: Против проектной литературы «русский Рэмси Кэмпбелл» (мистер Кэмпбелл, простите, не я придумал это несуразное сравнение!) совершенно ничего не имеет, но, честно говоря (вот совсем честно), ни одной начатой книги Александра Варго я так до конца и не дочитал. Причин тому много, и важнейшая из них – вторичность. С хоррором – с ним ведь даже тяжелее, чем с юмором: страшная история, рассказанная дважды, перестает цеплять. И замена американских имен и топографических названий на российские делу помочь не может – если я понимаю, что уже читал нечто очень и очень похожее прежде, мне не будет страшно, мне будет скучно. Впрочем, с другой стороны, для неискушенных, скажем так, начинающих поклонников жанра серия может стать своего рода отдушиной на русскоязычном рынке хоррора, практически целиком и полностью занятом бесконечными переизданиями Стивена Кинга. Ну и есть надежда, что в долгосрочной перспективе серия может оказаться стартовой площадкой для более оригинальных, самостоятельных авторов и проектов.

Дмитрий, вы уже говорили о том, что были бы не против написать что-нибудь для проекта «Александр Варго». Эта антология добавляет энтузиазма? Или, хотя бы, добавляет желания чаще писать ужасы?

Тихонов: А еще я говорил, что роман ужасов – это уже само по себе извращение. Страшная история не может быть длинной, идеальная форма для нее – новелла или короткая повесть. Если в проекте «Александр Варго» продолжат публиковать сборники рассказов или начнут экспериментировать с повестями – я всегда за. А писать роман на десяток авторских листов о том, как длинноногая девица скрывается от преследующего ее маньяка/призрака/демона/злого клоуна-людоеда, уже расчленившего всех остальных длинноногих девиц в округе, мне не интересно. По крайней мере, пока. (улыбается)

Михаил, по какому принципу вы выбирали в антологию свой рассказ?

Парфенов: У меня был сложный выбор, так как у меня есть более сплаттерпанковые и, пожалуй, лучше написанные вещи, очень жесткая «Благословенная тишина», например. Но ее я решил отложить на будущее, на случай, если антология будет иметь успех и издатель пожелает получить еще. Плюс все-таки хотелось, чтобы тексты были достаточно разнообразные. Плюс ставил себе задачу, чтобы читалось все «влет», интересно. Поэтому главным критерием были разнообразие тем, интересность текстов и их жесткость. Не хотелось, чтобы вышла слишком «тяжелая» книга для чтения. Думаю, «Бабай», который легко читать, удачно лег в общую канву, а «тяжесть» и разнообразие мы обеспечили присутствием рассказов вроде «Трапезы» или «Таймера».

Сейчас от вас, как от писателя, новостей совсем мало, да и связанны они, как и в этом случае, с новыми публикациями старых рассказов. На фоне вашей занятости в огромном количестве проектов – оно и понятно. Но все же не спросить не могу. Сейчас вы уделяете творчеству какое-то время? И есть ли какие-то планы у писателя Парфенова М. С.?

Парфенов: Творчеству уделяется крайне мало времени и весьма нерегулярно – по понятным и озвученным уже в самом вопросе причинам. Тем не менее, планы творческие имеются, и какая-то работа ведется. Для меня большая главная цель на ближайшую перспективу в этом смысле – выход романа. Без этого говорить о своей писательской карьере, пожалуй, рано. Но уж конечно я постараюсь, чтобы выход моего романа (если он будет написан/дописан) стал большим событием для русского хоррора.

Ну что же, Александр, вот и окупились те 4 балла, которых не хватило для победы в «Чертовой дюжине DARKER». Вопрос немного провокационный. Если выбирать победу в «Дюжине» или эту публикацию – что бы выбрали, будь такая возможность?

Матюхин: Провокация!

На самом деле, я сунулся на конкурс с единственной целью – понять, умею ли писать хоррор. Это очень любимый мною жанр (Кинг и Лаймон наше все!), и грех было не попытаться. Поэтому второе место – это не только неожиданность, но и большая радость. То же самое с публикацией. Как очень приятный бонус. Но решить, что лучше? У меня бы мозг взорвался, если бы такой выбор встал на самом деле.

«Таймер» – ваш первый хоррор, и сразу такой успех. А в каких жанрах работали до этого и как успешно?

Матюхин: Ну, тут классика – пишу фантастику и т. н. современную прозу. Что-то издавалось на бумаге много лет назад (за ранние вещи ужасно стыдно). Из успехов, наверное, могу отметить множество финалов и призовых мест на различных конкурсах, вроде Рваной Грелки, ФантЛаба, Колфана, МиниПрозы и т.д. Вот теперь серьезно подумываю об освоении жанра хоррор.

Михаил, где и как ваш рассказ был замечен составителем?

Киоса: Весной 2013 года я участвовал в небольшом конкурсе рассказов в жанре «хоррор» на одном из форумов. Михаил был в жюри. То был мой первый опыт написания рассказов в данном направлении. Михаилу мой рассказ понравился, и когда он начал составлять сборник, то прислал мне приглашение отправить рассказ ему. К тому времени у меня как раз появились и «Паразиты памяти», так что я выслал Михаилу оба рассказа.

Именно для вас попадание в сплаттерпанк-антологию скорее неожиданность или закономерность?

Киоса: Считать попадание закономерным, написав всего два рассказа в жанре, было бы довольно самоуверенно. Для меня это приятная награда. Я мечтал о попадании в сборник, но отдавал себе отчёт, что делаю только первые шаги по тропе хоррора, хотя в целом, как автор, имею гораздо больший опыт.

Алексей, сначала у вас вышел сборник рассказов, теперь попали в антологию. Что вам нравится писать больше: рассказы или романы?

Шолохов: Мне нравится просто писать. Я рад, когда находится время для рассказа. Точно так же я радуюсь, когда сажусь за новый роман.

А резкое появление в серии новых имен какие эмоции вызывает? Не пугает, например, что окажись в глазах читателя рассказы «Апостолов» сильнее рассказов Варго, то это может подорвать авторитет последнего?

Шолохов: Не думаю. Ведь существование Стивена Кинга не подорвало авторитет Варго в глазах его читателей (улыбается). Читатели полюбят (я в этом не сомневаюсь) «Апостолов», но бросить Варго не смогут. К тому же, что им мешает любить/читать нескольких авторов русского хоррора?

Ну и в конце снова вопрос ко всем. Как вы думаете, насколько успешной будет антология, и как она повлияет на дальнейшее развитие отечественного хоррора?

Артемьева: Мне так представляется, что эта антология – вроде дегустации. Для всех: издателей, авторов, составителя, читателей. Вот мы вышли в торговый зал и предлагаем… Сборник. Плюс новые имена. Много-много кетчупа-кровяки. Вкусняшка? Решать читателю. А пока там что – дружно улыбаемся и… пашем. (улыбается)

Подольский: Боюсь загадывать, но хочется, чтобы книжка нормально продалась. А издатель понял, что у сборников русского хоррора есть коммерческий потенциал. В идеале бы еще вернуть в серию авторов под реальными именами, но это уже мечты. Что касается развития нашего хоррора, то одной книгой ситуацию особо не изменишь. Тут нужна серия успешных проектов, нужны романы, не помешала бы и пара громких бестселлеров. Нужен поток, в конце концов, а то сейчас книги нашего жанра от отечественного производителя днем с огнем не сыщешь. И без поддержки читателей ситуацию не изменить. Если «Пазл», а следом и «Самая Страшная Книга», будут успешными, то мы еще повоюем.

Матюхин: Очень бы хотелось, чтобы антология «разлетелась» как горячие пирожки. Вообще, появление каждой хорошей отечественной хоррор-книги – это большой плюс в развитии жанра. Как минимум, привлекается внимание, появляются читатели, круг начинает расширяться. А это очень важно. Как маленький шажок для решения большой задачи.

Шолохов: Появление антологии русского хоррора, где составителем и авторами являются люди близкие к хоррору, уже успех. А там посмотрим. Повлияет ли антология на дальнейшее развитие русского хоррора? Может быть, но одно можно сказать наверняка: дата выхода «Пазла» будет вписана в историю развития отечественного хоррора.

Кабир: Тонна-другая мурашек на коже читателя, куда важнее будущего, которого, как известно из шлягера Sex Pistols, и нет вовсе.

Демин: Я не читал всех рассказов, но надеюсь, что выход в свет этой книги будет стопроцентно оправдан, а поклонники «хоррора» не пожалеют своего драгоценного времени, потраченного на прочтение данного сборника.

Всем удачи!

Киоса: Знаете, если в антологии рассказы уровнем – как «Бабай» и выше, то, думаю, антология будет успешной. Вот и первые рецензии говорят, что сборник удался, его стоит читать, а жалеть о потраченном времени не придётся. Что же до развития российского хоррора – надеюсь, антология этому поспособствует. Жанр пока не так популярен, как истории о героях с мечами и заклинаниями, но потенциал у «ужастиков» богатый.

Маскаль: Мне кажется, антология вполне может «выстрелить». И это, несомненно, пойдет только на пользу хоррора в России. Когда на прилавках появляются такие книги, когда их начинают читать, то рождается спрос на подробные вещи. И в наших силах этот спрос удовлетворить. Будем стараться.

Карпов: Ох, разумеется, хотелось бы, чтобы книга разошлась с невероятной скоростью и благодаря ей русский хоррор наконец-то расцвел и даже конкурентоспособно вышел бы на мировой рынок. Но если реалистично – это очередной солидный шаг к захвату мира, и если темпы сохранятся – то все будет, думаю, просто зашибись, как минимум.

Тихонов: Если б меня звали Йог-Сотот, Врата и Ключ, и для меня прошлое, настоящее и грядущее были бы едины, то я, безусловно, ответил бы со всей возможной точностью, ничего не скрывая. Но, поскольку в лавкрафтовский пантеон меня не взяли, то придется только пожать плечами. Не стоит загадывать, будущее со всем разберется лучше и правильнее нас.

Парфенов: Есть ощущение, практически уверенность, что «Пазл» выступит успешно. Во-первых, книга не очень большая, но тексты в ней, считаю, действительно классные. Да, какие-то отдельные произведения каким-то отдельным читателям могут не очень понравиться. Так всегда бывает. Но большая часть, львиная доля, думаю, понравится и понравится сильно. Во-вторых, у нас есть «брэндовое» имя на обложке и брэндовая серия, что немаловажно – у MYST уже имеется своя постоянная читательская аудитория, что должно способствовать успеху. Книга не останется незамеченной. А это важно – ведь бывает, что хорошая книга, написанная неизвестным широкому кругу читателей автором и вышедшая вне серии, остается долгое время без внимания... А потом, когда читатель распробует, уже бывает и поздно. В-третьих, оптимизма мне прибавляют рецензии, которые мы получаем уже сейчас, заранее, на книгу. Это рецензии как от издателя (я уже говорил про нее), для «внутреннего пользования», так и от независимых авторов-рецензентов, которым мы предложили прочитать еще не вышедшую книгу и оценить. Там не было требований или просьб нахваливать, нам нужны были именно нормальные «рабочие» рецензии – в том числе и для того, чтобы самим оценить потенциал антологии. И знаете, когда такой уважаемый мной человек, автор, как Андрей Сенников, называет «Пазл», ни много ни мало, «лучшей книгой в серии за все время» – это лично для меня дорогого стоит. В-четвертых, мы стараемся поддерживать антологию пиаром, распространять о ней информацию, готовим читателя к встрече с этой книгой. Исходя из этого, я почти уверен в успехе – насколько можно быть в нем уверенным в наших реалиях.

Для нас крайне важно, что в 2014 году мы зимой «бабахаем» таким вот мощным «дуплетом» – сразу две антологии русского хоррора, причем очень разные, в разных издательствах. Было бы здорово, если бы обе эти книги отлично продавались, но, черт побери, если «выстрелит» хотя бы одна – это уже будет большущим шагом вперед для всей современной отечественной литературы ужасов и мистики. Нам годами твердили, что у нас то «писать не умеют», то «читателям это не интересно». И издавали какое-то непотребство под видом хоррора. А тут сразу ряд молодых авторов может заявить о себе. И мы докажем, что у нас есть и читатели, и авторы, и что ужасы от наших авторов могут иметь успех.

Уверен, что после этого всем нам, пишущим хоррор людям, станет куда как легче дышать в довольно-таки зашоренном, если не сказать, тупоголовом издательском бизнесе.

Показать старые комментарии

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх