ССК 2018

Вряд ли кто-то из наших читателей не слышал о фильме «Изгоняющий дьявола» Уильяма Фридкина. Но многие ли помнят «Колдуна» того же режиссера? Вы наверняка смотрели «Муху» Дэвида Кроненберга. А как насчет «Бешеной» и «Судорог»? Большинство, несомненно, видели обе трилогии Питера Джексона о Средиземье, но есть ли среди юных фанатов ужасов те, кто знаком не то что с киношкой «В плохом вкусе», а хотя бы с «Живой мертвечиной»? Да и у Спилберга в копилке есть не только «Парк Юрского периода», «Индиана Джонс», «Инопланетянин» и «Список Шиндлера», но и «Дуэль», «Шугарлендский экспресс», «Цветы лиловых полей» и прочие «Амистады»…

«Бессонница», «Девочка, которая любила Тома Гордона», «Тело», «Дорожные работы» вышли из-под пера того же Кинга, что виновен в пробуждении Оно и бойне на выпускном, устроенной Кэрри. Но народную любовь Стивену все же принесли клоуны-убийцы, чокнутые девицы с даром телекинеза (и пирокинеза), бешеные сенбернары, «А вот и Джонни!» (хотя тут Кубрик постарался) и ревнивые машины, одержимые злом, нежели невзрачная «История Лиззи».

 Ничто нигде не начинается. Не существует никакого первого мгновения, ни единого слова или места, с которого начинается та или иная история. Всегда можно вернуться к какой-то более ранней легенде и к предшествовавшим ей рассказам, хотя связь между ними истончается, как только голос рассказчика умолкает, ибо каждое новое поколение желает, чтобы легенда была создана именно им. Ничто не привязано к месту. Туда-сюда ходит челнок, факты и фантазии, дела и домыслы сплетаются в узоры, у которых общее только одно: то, что таится внутри них. Та самая филигрань, что со временем превратится в целый мир…

Клайв Баркер «Сотканный мир»

К чему все это вступление? Да к тому, что у Клайва Баркера тоже есть несколько отличных романов и повестей, в большинстве своем прочитанные фанатами, но несправедливо обделенные славой, в отличие от более успешных Пинхедов и Кэндимэнов. Об этих книгах и пойдет речь в настоящей статье. И да, на Западе тот же «Кабал» пользуется гораздо большим успехом и там его вряд ли удастся записать в «непопулярные», но возможностью лишний раз напомнить о творчестве Баркера мы просто не можем не воспользоваться! А начнем, пожалуй, с «Сотканного мира» — тем более что цитата оттуда вынесена в эпиграф.

Пожалуй, каждый мир, живущий на страницах Баркера, — сотканный. Это не грубое полотно ремесленника, но заботливо сплетенные вместе кошмары и грезы, порой не отличимые друг от друга. Благодаря мастерству Баркера и без того хрупкая ткань реальности, какой она представлена в литературе, истончается еще сильнее — и тогда тысячи фантастических образов, минуя прорехи, прокладывают путь к сердцу читателя. Но есть среди этих сотканных миров один особенный — тот, что запрятан в старом выцветшем ковре, на деле равным по величию целой вселенной…

Расписывать сюжет «Сотканного мира» было бы просто преступлением. Тем более что в сухом пересказе он будет казаться очередной вариацией на тему «избранных», «попаданцев» и прочих отвратительных клише. Но у Баркера все не упирается в историю о бравом русском десантнике, в одиночку расправляющимся с Третьим Рейхом, татаро-монгольской ордой и сопливыми новобранцами НАТО. Герои Клайва — куда более многогранные и самобытные личности, а все происходящее в «Сотканном мире» иначе как восхитительной фантасмагорией назвать нельзя. Это не буйство красок «Имаджики» и не скрупулезность «Абарата» — «Сотканный мир» завоевывает читательскую любовь едва ли не той же магией, какой пользуются его персонажи. Баркер будто завлекает доверчивых поклонников в топь, затягивающую с головой, покуда не будет перевернута последняя страница. Это безумная сказка, поведанная темноте безнадежно влюбленным в нее романтиком и, несомненно, заслуживающая вашего внимания.

Еще более умело Баркер пишет откровенные ужасы, но в своем неповторимом стиле. Чаще всего это не столько банальные «страшилки», сколько мрачная романтическая проза, источающая трупный запах и красная от крови, но при этом чарующе притягательная. Взять, к примеру, «Племя тьмы» («Кабал»): главный герой Аарон Бун мучается от кошмаров о чудовищном городе Мидиане, все больше и больше напоминающих сладкие сны о потерянном рае. Как это возможно? Дело в том, что Бун чувствует себя ровней обитателям Мидиана — монстрам всех мастей, скрывающимся от дневного света. Лечащий врач Аарона — коварный Деккер, умело совмещающий работу психиатра и злодеяния серийного убийцы, — убеждает Буна, что во всех преступлениях виновен именно он. Повлиять на впечатлительного юношу, живущего в своих фантазиях, оказывается проще простого. И вот уже Аарон мчится навстречу судьбе, преследуемый полицией и охотниками за головами, не зная, что обрекает себя на участь куда более худшую, чем смерть.

Деккер, спровоцировав стрельбу по несчастному Буну, уже готов праздновать победу. Но он не знает, что Аарон укушен одним из существ, низвергнутых в Мидиан, — и теперь, подобно вампирам и оборотням, Бун сам восстанет в образе монстра. Более того, Аарон уже готов сжиться со своим новым обличьем, но в дело вмешиваются бессмертные человеческие чувства. Возлюбленная Буна — Лори, безраздельно преданная ему, — отправляется за ним под своды Мидиана, в логово жутких созданий, словно выдернутых из Ада, и нет ничего, что заставило бы ее смириться с разлукой.

Вообще, чтобы проникнуться атмосферой «Кабала», достаточно ознакомиться с потрясающим фильмом «Ночной народ», снятом весьма близко к первоисточнику. Там и гуру боди-хоррора Дэвид Кроненберг в роли коварного доктора Деккера, и атмосферные виды кладбищ и подземелий, и, естественно, целая плеяда разномастных жителей Мидиана — от краснокожего Пелокина до луноликого Кински. А уж Лероя Гомма со своими «питомцами», паразитирующими в его теле в виде плотоядных щупалец, вы точно никогда не забудете.

Но ничто не заменит уникального слога Баркера, так что «Племя тьмы» достойно проникнуть в ваши сны и через книжные страницы.

Кстати, о живущих на книжных страницах чудовищах… Вы никогда не думали, что подобно тому, как злобный исполнитель желаний был заключен в драгоценный камень, так и пыточных дел мастер со дна геенны огненной может очутиться в кажущейся обыкновенной книге? И если прочесть ее, то эффект будет сродни штудированию Некрономикона — и тогда пиши пропало…

«Книга Демона или Исчезновение Мистера Б.» — это своеобразный портал в Преисподнюю, откуда выбираются не синюшные лысые садомазохисты, утыканные гвоздями, а самые натуральные демоны, получающие наслаждение от пыток и страданий людишек. И один из них намерен поведать вам свою историю, куда более интересную, чем у сверкающих на солнце вампиров-вегетарианцев или юных волшебников, сражающихся с неназываемым злом. Ладно, насчет последнего мы не уверены, но понаблюдать за приключениями демона в реальном мире, где люди подчас оказываются куда хуже любого обитателя Ада — это увлекательное занятие, обещающее подарить вам целую гамму впечатлений.

Не менее богат на эмоции, штурмующие вас во время прочтения, и «Каньон холодных сердец». Чем-то этот роман напоминает ту самую историю о шкатулке Лемаршана, да и с «Сотканным миром» найдутся параллели: пленница собственных страстей и порочных желаний, румынская красавица Катя Люпи приобретает во владение величественную настенную фреску, состоящую из красочных сцен охоты, пирушек и оргий. По преданиям, где-то по ту сторону изображения находится другой мир, где властвует сама Лилит, царица демонов.

Спустя много лет голливудский красавчик Тодд оказывается в замке Кати Люпи, ныне окруженном суевериями и народной молвой. Там он воочию убеждается, что некоторые легенды правдивы, а непреодолимое искушение доведет и до Преисподней, если вовремя не пересилить свою тягу к запретным плодам.

«Каньон холодных сердец» — это одна из книг, которую смело можно причислять к лучшим творениям Баркера за всю его писательскую карьеру. Эротика, мистика, ужасы и даже трагикомедия — Клайв так умело жонглирует жанрами, что остается лишь удивляться, как он еще не сделал карьеру в шапито? Читателю, нашедшему смелость отправиться в «Каньон холодных сердец», предстоит переживание, сродни катанию на американских горках — и ворох впечатлений по завершении. Эта книга могла бы претендовать на звание «magnum opus» Баркера — не фантазера или сказочника, как в случае «Абарата» или «Имаджики», не ваятеля «Искусства», но признанного маэстро хоррора, — если бы не «Алые Евангелия» («Алые Песнопения»)… а о них мы, пожалуй, поговорим в другой раз — для начала дождемся хотя бы выхода русскоязычного перевода.

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх