DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

КОНКУРС!

Шамиль Идиатуллин (Наиль Измайлов): «Каноничненько – это не про нас»

В феврале года две тысячи двенадцатого (заключительного) в тихом омуте российской литературы заворочалась странная, пугающая фигура – убыр. Незнакомец этот не отличался обаянием, не тискал девиц по углам, подобно Эдварду Каллену, – а зыркал себе стеклянными глазами да пожирал потихоньку людские души. Но как-то так вышло, что история о мальчике (точнее, подростке), вступившем в схватку с настоящим злом, нашла признание и у читателей, и у критиков, номинировалась на несколько премий и прозвучала на книжном рынке звонким весенним аккордом.

Рассуждая об этом романе, нередко вспоминают Стивена Кинга, Нила Геймана, даже Отфрида Пройслера – но на самом деле «Убыр» ни на что не похож и ниоткуда не срисован; это книга, о которой можно говорить только в единственном числе. Ее истинные корни – в древней татарской культуре, в темных тайнах самой земли. Тем неожиданнее было узнать, что вышла она из-под пера Шамиля Идиатуллина – не последнего человека в московском «Коммерсанте», автора ироничного «Татарского удара» (2005) и грустной социальной фантазии «СССР™» (2010). А Наиль Измайлов, тезка главного героя – такая же выдумка, как и Алексей Маврин, недолго прожившее альтер эго Алексея Иванова.

Конечно же, «DARKER» не смог пройти мимо: о самой книге мы писали в прошлом номере, а теперь беседуем с создателем «Убыра» о страхах наших предков, книжных трейлерах и будущем литературы…

Убыр. Оболжка

Думается, на этот вопрос вы отвечали уже не раз и не два, но мы не можем его не задать: почему «Убыр» вышел под псевдонимом? От чего страховалось издательство?

Насколько я понял, в первую очередь издательство пыталось застраховаться от обманутых читательских ожиданий. Идея, насколько я понял, была примерно следующей: есть такой Идиатуллин, пишет многофигурные триллеры с политическим уклоном. И есть книга «Убыр», которая ни разу не про политику, особо сложной не выглядит – по крайней мере, поначалу, – и вообще представляется потенциальным кроссовером, покрывающим чуть ли не все возрастные, социальные и интеллектуальные группы. Так давайте же не будем впихивать этот замечательный текст в узкую идиатуллинскую нишу, а напишем его историю с чистого листа.

Тут еще надо иметь виду два обстоятельства. Мой предыдущий изданный «Азбукой» роман «СССР™» (который как раз социально-производственный триллер, притворившийся политической утопией) мегабестселлером не стал – соответственно, потерять наработанную аудиторию издательство не опасалось. С другой стороны, «Убыра» «Азбука» получила практически одновременно с «Псоглавцами» Алексея Иванова. Который, по моим данным, настаивал на псевдониме, режиме мистификации и истории с чистого листа. Получался красивый шаблон, от которого поди увернись – вот никто и не увернулся.

И я в том числе. В конце концов, мне, при всей любви к своей непростой фамилии, всегда было интересно поглядеть, а что будет, если убрать ее в сторонку. Ну, посмотрел. Оказалось забавно.

Другое дело, что эксперимент не был чистым: издатель с самого начала решил секретность вокруг Измайлова не городить. Продержался псевдоним в лучшем случае несколько недель – но книга к тому времени уже стартовала и зажила как смогла. И слава богу.

Откуда есть пошел «Убыр» – из сборника татарских сказок, из кошмарных снов Наиля Измайлова, из вовремя подвернувшейся метафоры? Какими дорожками автор социальной фантастики пришел к фольклорному хоррору?

Есть убыр пошел из земли, как и было сказано. Пардон. Всё, я собрался.

Да все перечисленное сыграло, а еще сильнее – немотивированный, но вечный и какой-то животный страх за детей, знакомый каждому родителю. «А как они, если со мной чего случится – они ведь ничего не знают, не умеют» – ну и так далее. Фантазия-то дурацкая, расторможенная, вот и начинает играть на эти темы: что может случиться с детками, чего детки не знают, почему не умеют, что им надо сделать, чтобы раз, и научиться – и почему так не бывает да не будет никогда.

В детстве я сказки не очень жаловал, но уже в зрелом возрасте принялся внимательно изучать как часть фольклора и этнографических материалов, которыми увлекся всерьез – и обнаружил, насколько неказистые сюжеты могут быть интересными и страшными. Это для меня, для современного циничного дядьки средних лет. На разнообразных предков, живших в разнообразные времена, сказки нагоняли явно не меньший страх, иначе до нас не дошли бы. И страх этот, стало быть, имеет универсальный характер и без малого вечный срок действия. А вечные ценности игнорировать как минимум глупо.

Бытует мнение, что хорошего хоррора на российском материале не выстроишь – как и демократии (напрашивается вывод, что для нас это одно и то же, но лучше не будем углубляться). На наш взгляд, «Убыр» блестяще это мнение опровергает – такая история могла произойти только в России, только в Татарстане… Каково было заселять привычные городские и сельские пейзажи фольклорной нечистью? Не мешало ли вам этакое скептическое «не верю!»?

Ну, тут бы я поспорил, кабы любил это занятие. Фабула «Убыра» легко привьется к любому региону, коренное население которого не помнит чаяний, желаний и страхов своих предков. А таких регионов что в России, что за ее пределами, скажем так, большинство. В силу совершенно объективных причин.

Мне приятно, конечно, слыть первопроходцем и уникумом, но сюжет «Древняя нечисть в новых условиях» к свежим никак не относится – как и помещение этого сюжета в узнаваемые декорации нашей именно что привычной обыденности. И нечисть у всех народов, если приглядеться, схожая.

Другое дело, что я сочинял историю без оглядки на кого бы то ни было, исходя из нескольких элементарных принципов: она должна происходить здесь и сейчас, с живыми людьми, понятными и родными любому читателю, при этом обязана быть захватывающей и непредсказуемой.

А восклицание «Не верю!» и впрямь штука нужная и вострая. Я старался не давать для него поводов – в первую очередь себе. При желании почти каждому кусочку откровенно сказочной книги можно найти вполне жизненное объяснение – логическое, психологическое или медицинское. Некоторые читатели этим уже занялись – правда, не все определились, кому следует ставить диагноз, герою или автору. Определятся, я уверен.

У романа есть интересная особенность: в зависимости от угла зрения в его авторе подозреваешь то матерого знатока жанра, то нежданного гостя, радующего свежим взглядом на старые приемы. Где истина? Насколько близко вы знакомы с традицией ужасного в литературе? Или, может, вы вдохновлялись кино?

Всякие ужасы я не слишком люблю, но уважаю. Знакомство с жанром у меня повыше среднестатистического, но это просто статистика у нас такая. Стивена Кинга я, понятно, прочитал всего – но хоррор-традиция в его творчестве меня занимала не особо, а любимым до сих пор остается роман «Мертвая зона», освоенный четверть века назад в «Иностранке» и не имеющий к ужасам никакого отношения. С десяток книг, проходящих по разряду классики и полуклассики жанра, я прочитал в юности, когда пошел вал – в числе прочих – и этих изданий. «Знамение» там, «Изгоняющий дьявола» и так далее. Ну, прочитал, очнулся от легкого недоумения и продолжил читать любимую фантастику вперемешку с детективами.

Кинообразование было более плотным – я вообще насчет кино человек увлеченный, хоть и странноватым образом: читать про фильмы люблю больше, чем смотреть их. Но ужасы все-таки слишком заперты внутри канона, который каждые десять лет взламывается каким-нибудь «Криком» или «Пилой», принимает новую форму – и костенеет снова. Вот от этой традиции я, пожалуй, отталкивался – в прямом смысле. Каноничненько – это никак не про нас.

Многие критики отмечают, что «Убыр» написан на стыке жанров. Задумывались ли вы вообще о жанрах, когда работали над романом? Как бы определили его принадлежность вы сами?

Определение жанров – забота критиков, первоочередная и насущная. У меня с этим вечно полная лажа – может, потому, что сидеть внутри жанра, любого, неинтересно. Ни автору, ни читателю. «Убыр» я начинал писать как страшную сказку, и до сих пор считаю это определение, скажем так, корректным. Но и с любым другим определением спорить не буду. Критикам видней, читателям тем более.

Убыр несет в себе богатый символический смысл: при желании его можно навесить эмблемой на многие неприглядные стороны нашей жизни. Что убыр для вас? Случалось ли вам ощущать его взгляд на собственном затылке?

Фольклорный убыр – прожорливая нечисть, которая заменяет колдуну душу. Тут я с фольклором поспорил бы. Для меня убыр – прорва, которая выжирает из человека человеческое. Не из колдуна, а из любого человека. И заметить это может только сама жертва. Обнаружил, что нет в тебе ни любви, ни жалости, только удовольствие от жизни, превосходство и приятная такая легкость во всем организме – привет, поздравляем с пассажиром.

Подозреваем, что убыр, бичура и албасты – не единственное, чем может очаровать непосвященного татарский фольклор. Какие еще открытия поджидали вас во время работы над романом? Какие источники вы посоветовали бы тем, кто вошел во вкус и хочет еще?

Естественно, в исконном татарском фольклоре, как и всяком другом, отряд нечисти огромен – от лешего-щекотуна шурале, прославленного нашим главным поэтом Габдуллой Тукаем, до бабки-проглотки Жялмавыз и всевозможных ия – хозяев воды, хлева, моста и так далее. А я ведь еще и по сокровищам братских народов шарился, в основном тюркских и финно-угорских, где вообще чудеса творятся: по лесу, предусмотрительно обнявшись, шарахаются одноногие чудища, а люди происходят из червей, вывалившихся из сгнившего на небе супермедведя. Так что главной задачей было в определенный момент старательно забыть все это изобилие и сосредоточиться на избранной группе товарищей, которые нам совсем не товарищи.

Базовыми источниками, понятно, являются популярные сборники волшебных сказок, как татарские, собранные Тукаем, Насыри и прекрасными советскими специалистами, так и всесоюзные – их и до, и после знаменитой булатовской «Горы самоцветов», было немало. Но самая хтонь таится все-таки в академических сборниках и монографиях издательства «Наука», а также в многотомных исследованиях местных этнографов, историков и языковедов. Составление полноценного и доступного пособия по фольклору российских народов остается делом будущего. Надеюсь, недалекого.

Ваш роман по-хорошему путает читателя, ставит загадки и скупится на отгадки. Существует ли в вашей голове некое окончательное объяснение событий, произошедших в книге? Что бы вы посоветовали читателям, заблудившимся в этом сумрачном краю?

В тексте «Убыра» есть пара моментов, не имеющих ни прямого объяснения, ни особого значения для сюжета. Все остальные загадки и непонятки снабжены ключами и внимательным читателем вскрываются на раз. Заблудившимся я посоветовал бы, в зависимости от степени интереса и вовлеченности, либо перечитать книжку, либо махнуть на нее рукой и счастливо забыть.

В какой гамме вам видится финал романа – бочка меда с ложкой дегтя, бочка дегтя с надписью «МЁД», сплошной деготь?

Я, как и всякий правоверный, не пью, зато ой как ем, а потому довольно нервно отношусь к экспериментам со съедобным-несъедобным. Потому не могу придумать ничего наглядней картинки, впрямую задействованной в эпилоге: хмурые облака разлетаются в клочья, и над героями распахивается чистое небо, с солнышком и сверкающим намеком на то, что мало добиться победы – важно ее удержать.

Сейчас вы работаете над продолжением «Убыра». Когда впервые задумались о второй книге – во время работы над первой? Или, быть может, вдохновил ее успех? Что это будет – дополнение или принципиально новая история?

Я с самого начала не исключал того, что «Убыр» развернется на две или три части. Даже прикидывал предварительно, про что будут продолжения – формально линейные и выдержанные в том же стиле, но на самом деле совсем другие, про другое, на новом материале и с уклоном в иные жанры. И, пока писал книгу, многие идеи, куски и героев, которые явно не вписывались в, согласитесь, довольно компактную историю, сносил в отдельный файл с пометкой «М.б., для второй части?» Но в итоге идея писать продолжение мне почти разонравилась. Слишком устал. К тому же срок выхода книги все сдвигался и сдвигался, тянулось это полтора года, в течение которых я регулярно перечитывал чистовой и даже сверстанный текст с надфилем в руке. Надоело это страшно.

Издательство все это время намекало на интерес к продолжению, но я искрометно отшучивался и предлагал дожить до выхода книги, убедиться в том, что она хоть кому-то интересна, а потом уже возвращаться к разговору. А сам тем временем писал шпионский триллер [«Варшавский договор» – Ред.], абсолютно непохожий на «Убыра», а похожий, скорее, как раз на мои первые романы (он, кстати, издателя заинтересовал куда меньше, но это совсем другая история).

В любом случае, упражнения в иной области позволили мне прийти в себя. Тем временем «Убыр» вышел, многие читатели вслед за издателем категорически потребовали продолжения – и я вернулся к полузабытому файлу. Подумал и согласился.

Третьей части, посвященной сшибке разных мифологий, я больше не вижу, по крайней мере, в обозримом будущем. Но вторую я, иншАлла, сделаю в разумные сроки. Действие «Убырлы» (название условное) начинается ровно там, где заканчивается действие первой книги. Дети вернулись домой. А дома все совсем не так, как ожидалось. И надо жить дальше – если получится.

Как приняли роман в татарской культурной среде? Каким видите его место и предназначение вы сами?

Приняли роман по-разному, как всегда – потому что «татарская среда» термин примерно столь же однородный и исчерпывающий, как и «русская среда». Большая часть моих соплеменников встречает любые игры на домашнем поле в лучшем случае настороженно – и нередко с гордостью сообщает, что такое вот читать не собирается, потому что это бледное подражание худшим западным или русским образцам, сатанизм и отвлечение от насущных проблем. Реакция прочитавших вполне интернациональная: те, кому книга понравилась, хвалят, те, кому не понравилась, ругают. Нормально, в общем.

Предназначение у книги самое простое – в идеале она должна обеспечить читателю несколько захватывающих часов чтения и несколько интересных часов размышлений по итогам. Мне хотелось бы, конечно, чтобы читателей, соприкоснувшихся с идеальным вариантом, было побольше – но и нынешний уровень понимания меня вполне устраивает, поскольку заметно превышает мои ожидания.

Хотя повествование в романе ведется от лица подростка (а сама книга угодила в короткий список конкурса детско-юношеской литературы «Книгуру»), стилистика его не отличается простотой: синтаксис балансирует между рваным и головоломным, образность бьет ключом, то и дело мелькают словечки и отсылки, с которыми знаком не всякий пятнадцатилетний… На что вы ориентировались, давая книге голос? Как оцениваете результат?

Вот сколько я пишу, столько получаю по башке за усложненность и заковыристость слога. Правда, «Убыру» всё больше, наоборот, примитивность с грубоватостью предъявляют – но это в основном молодые читатели (примерная цитата: «Да, в жизни мы так и говорим – но зачем это в книгу тащить?!»).

Я ориентировался на сына и его приятелей, которым было как раз 14–15, когда книга придумывалась – и подглядывал-подслушивал, конечно. Понятно, что буквально воспроизводить их фасон де парле невозможно – по причинам как цензурного, так и литературного характера. Тем не менее, уверяю тех, кто полагает, что все школьники говорят и мыслят примитивно и скудно: вы ошибаетесь.

Результат мне представляется более-менее аутентичным. Иные мнения принимаю со смирением.

«Убыр» – одна из немногих русскоязычных книг, разжившихся собственным трейлером. Как вам понравилось творение студии «Муха» – признали ли свою книгу? Участвовали ли вы сами в работе над роликом?

С роликом была забавная и затяжная история: «Азбука» решила сделать первые в отечественной книгоистории качественные трейлеры сразу для двух романов, «Псоглавцев» и «Убыра». Я, хоть и сомневался в эффективности такой методики, согласился по возможности принять участие в подготовке, встретился с режиссером и сразу предложил делать мультик. Даже написал вариант сценария. Тут выяснилось, что качественную анимацию при имеющемся бюджете вытянуть вроде как невозможно, так что решили делать оба ролика киношными и в схожей стилистике. Я вздохнул и отошел в сторону – правда, послушно сделал еще несколько вариантов сценария. Ролик «Псоглавцев» меня малость напугал – показался очень правильным, техничным (по построению картинки, постановке света и т. д.), но не захватывающим. А с «Убыром», на наше счастье, все сорвалось – на режиссера упали срочные дела. Кто-то подсказал главреду «Азбуки» уфимскую «Муху» – и это стало огромной удачей. У «Мухи» получился отличный трейлер – и по гамбургскому счету, и особенно с учетом того, в какой спешке и на какие деньги все делалось. Обошлось, кстати, без моего участия – я только на рабочие материалы поглядывал и тихо радовался как результатам, так и тому, что они приблизились к изначальному сценарию.

Не знаю, оправдались ли ожидания издателя, и сыграл ли буктрейлер заметную маркетинговую роль. Но в историю отечественного книгоиздания он вошел точно – и по праву. И я рад, что каким-то боком имею к этому отношение.

Кому бы вы доверили экранизацию «Убыра»? Разрешили бы перенести действие за рубеж (как это произошло с «Впусти меня»), если бы получили предложение от западного продюсера?

Страшный вопрос – во всяком случае, для такого киномана, хоть и неумелого, как я. Мне его задавали как-то на встрече с читателями, и я брякнул про Копполу – просто потому, что накануне сыну «Крестного отца» показывал. На самом деле список прекрасных действующих режиссеров грандиозен и разнообразен – от Иствуда с Фридкиным до Тарантино с обоими Райтами, Джо и Эдгаром, ну или от Джонни То с Чжаном Имоу до Китано с Альфредсоном. Да и в отечественном кино все не так худо, как принято считать. Я не из квасного патриотизма так говорю, и не потому, что любимейший режиссер у меня Данелия. Даже поверхностное знакомство с нашим кино позволяет заметить, что на беспросветном вроде бы фоне бессовестных ремейков и безмозглых комедий появляются не просто нестыдные, но отличные фильмы режиссеров вроде Попогребского и Хлебникова. Забавно, что последний внезапно и отчаянно понравившийся мне фильм посвящен как раз татарской теме – это «Бибинур» Юрия Фетинга.

Что касается переноса действия… С одной стороны, приведенный вами пример очень показателен. Шведский оригинал «Впусти меня» – прекрасная картина, холодно нежная и свирепо трогательная, а американский ремейк, снятый с любовью и пиететом к обоим первоисточникам [фильму Т. Альфредсона и роману Й. А. Линдквиста – Ред.] – никчемная тягомотина. С другой, любая толковая экранизация является произведением не автора литосновы и даже не сценариста, а режиссера и продюсера, и ничего с этим медицинским фактом не поделать. Я, например, очень люблю Богомолова со Стругацкими и очень не люблю фильмы, сделанные по их произведениям Тарковским – но нехотя признаю класс и величие этих фильмов. Соответственно, нет большой разницы, на Запад, в космос или просто в свой сценарий перенесет предполагаемый режиссер-продюсер действие – все равно это будет что-то иное и на книгу не слишком похожее. С третьей, так сказать, стороны, «Убыр» без российского да татарского – это и не «Убыр» совсем, так что не из-за чего и кашу заваривать.

Писатели обычно не любят пророчествовать, и все-таки: что будет в ближайшие годы с российской литературой? А чего с ней точно не будет? И долго ли еще продержится бумажная книга?

В обозримом будущем революционных изменений не произойдет, но эволюция будет довольно заметной. Круг читателей продолжит сужаться, в силу совершенно объективных причин: тридцать лет назад книга была чуть ли не единственным утолителем сенсорного голода, а сегодня таких утолителей куча – сериалы, игры, а главным образом соцсети, – и каждый из этих утолителей усваивается куда легче, чем громоздкий старомодный текст с дополнительными слоями и смыслами. Соответственно, продолжит скукоживаться и круг чтения, вернее, все круги, от трэша до боллитры. Одновременно всякий из этих кругов будет пробовать опереться на новые платформы индустрии развлечений. Многие профессиональные писатели уже переквалифицировались в сценаристы для ТВ и игровых компаний, и это только начало. При этом окончательно никто не умрет – даже самые мусорные проекты и межавторские сериалы разве что сменят тему и перескочат с бумажных носителей на электронные. В немаргинальных сегментах бумажная книга, конечно, останется – разве что вырастет в цене и, надеюсь, в качестве.

Я не согласен с издателями-мейджорами, которые винят в кризисе отрасли и прочих бедах пиратов. При этом я согласен с тем, что появление удобной системы оплаты электронных книг станет революцией. Но этого как раз в ближайшие годы мы вряд ли дождемся.

Традиционный вопрос: что бы вы посоветовали начинающим авторам? Стоит ли овчинка свеч?

Нормальный начинающий автор не слушает советов – и, в любом случае, все внятные советы он знает наизусть: «Можешь не писать – не пиши», «Пиши только о том, что знаешь», «Переписывай готовый текст минимум трижды», ну и так далее. А к чему и насколько прислушиваться, каждый решает сам.

Про овчинку смешно, спасибо. Все зависит от того, чего вы ждете от игры с овчинкой. Если златых гор и полных рек – не будет этого, скорее всего, никогда. Литературный труд не относится к категории высокооплачиваемых, точка. Он выжить-то не особо позволяет.

А вот все остальное – моральное удовлетворение, гордость, слава и величие, а также снисходительная похвала друзей и тотальный игноранс всех остальных, – будет в количествах, это точно.

И напоследок (вместо пожелания нашим читателям): как уберечься от убыра? Что поможет, что спасет?

Не забывайте своих, сторонитесь чужих и держите слово.

Арт книги, созданный студией "МУХА":

Комментариев: 10 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 Александр Подольский 28-09-2012 12:32

    Кстати, жители Москвы! У вас есть возможность пообщаться с автором на встрече 2 октября: http://www.fantlab.ru/blogarticle22317

    Учитываю...
  • 2 Аноним 27-07-2012 05:02

    Тем у кого есть сомнения могу сказать что Убыр ИМХО как минимум на пару голов выше азбуковских "Псоглавцев". Это литература прежде всего литература и потом уже "литература ужасов". Героям сопереживаешь, сюжет затягивает, монстры реально пугают хотя конечно для поклонников всяких там "кровавых пляжей" и прочей варговщины книжка тяжеловата. Жуть нагнетается не громким "буу" с внезапным выскакиванием из шкафа и не литрами кровищи и метрами выдранных кишок, хотя и этого в книге имеется. Кошмарность создается атмосферой и наличием массы интересных локаций. Автор пугает читателя стылым заброшенным полустанком, загаженным вагоном электрички, вонючим свинарником, ночевками в чистом поле и странствиями по лесам и болотам. Разумеется нашлось место и магическим кундштюкам и рассуждениям о культуре и традициях пасующих перед натиском глобализации. Еще отмечу что есть некое сходство с "Каникулами Кроша", "Дениской Кораблевым" и другими подобными творениями советских детских писателей.

    К сожалению в связи с отсутствием в продаже книги в бумажном варианте пришлось пиратствовать да простит меня автор. Рекомендую к прочтению.

    Кстати книга явно напрашивается если не на экранизацию то как минимум на создание компьютерной игры по ее мотивам.

    Учитываю...
  • 3 Аноним 26-07-2012 05:00

    всевозможных ия – хозяев воды, хлева, моста и так далее. А я ведь еще и по сокровищам братских народов шарился, в основном тюркских и финно-угорских, где вообще чудеса творятся: по лесу, предусмотрительно обнявшись, шарахаются одноногие чудища

    Да параллелей масса. В якутском фольклоре ия - духи хранители воды, хлева моста и так далее называются ичи (даже по звучанию похоже).

    А демоны нижнего мира абасы изображаются одноногими и однорукими.

    Отдельный бальзам на душу братских тюрских народов упоминание в тексте романа Тенгри... Каюсь хотел бы изобразить рецензию но не смогу из-за явной своей не объективности. Уж больно весчь понравилась.

    Учитываю...
  • 4 Офисный Акул 25-07-2012 07:31

    Прочитал (каюсь не в бумаге) как только увижу в книжных магазинах куплю неприменно. Впечатления? Я просто шоке если кратко... После таких книг грызешь ногти до локтей от обиды что сам так не смог. Отлично написано афтару творческих узбекоф. Читая точно понял что сам так никогда не смогу. Будучи зрелым человеком написать роман от лица подростка дано не каждому. И читается на одном дыхании... Очень рекомендую...

    Учитываю...
  • 5 Хельгизотпуска 23-07-2012 12:29

    Прочел с интересом. Дядька все правильно делает - под ногами кладезь отечественного фольклора, нагибайся и греби полной горстью. Всяко лучше опостылевших вампиров и вервольфов.

    Учитываю...
  • 6 Мельник 22-07-2012 23:48

    Интересное получилось интервью. Автору "Убыра" успехов и в дальнейшем. Буктрейлер, кстати, действительно смотрится здорово.

    Учитываю...
  • 7 Александр Подольский 20-07-2012 11:19

    Да уж, страшно представить, сколько нечисти скрывается в фольклоре разных народов. Вот она, готовая почва для хоррора - бери и пиши.

    Спасибо за интервью.

    Учитываю...
    • 8 Офисный Акул 25-07-2012 07:33

      Рассея сама по себе сплошной хоррор со всеми вытекающими...

      Учитываю...
  • 9 OldFisben 20-07-2012 10:55

    Интересно, спасибо.

    Рекламы УБЫРа в том же Буквоеде действительно много, книга на самых видных местах лежит.

    Учитываю...
  • 10 suhov1976 20-07-2012 10:28

    Отличное интервью,с очень интересный автором!!!

    Книгу давно уже взял на заметку,теперь то точно прочитаю.

    Учитываю...