Человеческая гавань / Mànniskohamn (роман)

Автор: Йон Айвиде Линдквист

Жанр: мистика

Издательство: Азбука, Азбука-Аттикус

Год: 2011

Похожие произведения: Юхан Теорин «Мертвая зыбь», «Ночной шторм» (романы из цикла «Эланд»), Саймон Магинн «Овцы» (роман).

Андерс, Сесилия и их шестилетняя дочь Майя отправляются зимой по льду на маяк – где Майя бесследно исчезает. Через два года Андерс возвращается на остров, уже один; и призраки прошлого, голоса которых он пытался заглушить алкоголем, начинают звучать в полную силу. Призраки ездят на старом мопеде и нарушают ночную тишину старыми песнями The Smiths; призраки поджигают стоящий на отшибе дом, призраки намекают на страшный договор, в древности связавший рыбаков-островитян и само море, призраки намекают Андерсу, что Майя, может быть, до сих пор жива…

Человеческая гавань. Обложка
Гавань (от нидерл. haven) – естественно или искусственно защищенная от ветра, волн и течений прибрежная часть водного пространства для стоянки, ремонта и зимовки судов. Гаванью называется также часть акватории порта для производства грузо-пассажирских операций.
Большой энциклопедический словарь.

Йон Айвиде Линдквист. На этого человека с ходу прилепили клеймо «шведского Стивена Кинга». Их, этих интернациональных «Стивен Кингов», многовато развелось в последнее время. Есть, например, японский (привет Кодзи Судзуки), имеется и китайский (Цай Цзюнь). Русского вот всё найти пытаемся [последней эту шкуру примеряла Анна Старобинец – Ред.]. Теперь появился шведский. Даже и не знаю, как относятся сами писатели к такому званию. С одной стороны – сравнивают с личностью огромного масштаба, живым классиком литературы. С другой – каждый писатель, прежде всего, стремится быть не «вторым кем бы то ни было», а первым и, что самое важное, самодостаточным.

А Линдквист самодостаточен. Его темы интересны, сюжеты глубоки, а язык красив. Каждая новая книга автора приглашает нас окунуться в новый мир – неспешный, холодный и, естественно, трагичный. Последний переведённый на русский язык роман Линдквиста «Человеческая гавань» переносит нас на крохотный остров Думаре, что «не найдёте ни на одной географической карте, сколько бы ни искали». Андерс и его жена Сесилия пережили страшное горе: их шестилетняя дочь Майя пропала во время совместного похода на маяк. Никаких следов, никаких зацепок и догадок. Ребёнок просто исчез без следа. И вот спустя два года Андерс, успевший к тому времени пережить разрыв с женой, сильно пьющий, так и не смирившийся с потерей Майи, возвращается на остров. Возвращается без видимой цели. Вряд ли это реально – найти дочь спустя такое время. Начать новую жизнь? По представлению Андерса, её не существует. Надо просто продолжать жить, хоть и кажется порой, что это невозможно. Но Андерс знает, что «опустился на самое дно, а теперь надо наверх. Хотя бы попытаться».

И он возвращается. Возвращается к родственникам – Симону и Анне-Грете. Возвращается в несуразный коттедж Смеккет. Возвращается домой, туда, где он знал каждый камень. Возвращается к призракам прошлого…

Неспешный, размеренный и очень красивый язык Линдквиста незаметно, но неумолимо затягивает нас в пучину повествования. Линейного сюжета как такового нет. С одной стороны, можно принять за него историю Андерса с момента возвращения на остров, но это будет не совсем правильно. Сюжет подобно спирали перебрасывает нас из одного времени в другое, перед нашими глазами проплывают многие поколения жителей Думаре: от эпохи древних языческих жертвоприношений, словно сошедших со страниц произведений Лавкрафта, через истории о суровых шведских моряках и контрабандистах – до наших дней. И всё это гармонично складывается в единую историю – историю моря и острова Думаре.

Мир Линдквиста населяют обычные люди, но все они настолько харизматичны, настолько ярко прописаны, что легко можно представить, что они существовали в реальности.

Любопытно, что «Человеческая гавань» посвящена отцу Линдквиста, и идея взаимоотношения «отцов и детей» очень сильно развита в книге – при этом минимум в двух плоскостях: Андерс – Симон и Андерс – Майя. Одной из сильнейших линий в книге становятся взаимоотношения Андерса с Симоном – его дедом не по крови, но по духу. Трудно сказать, списывал ли автор Симона со своего отца, а может, частично и с себя самого (старик, как и сам Линдквист, по сюжету является бывшим фокусником), но его фигура получилась одной из самых интересных и важных. И порой становится непонятно, кто же главный герой: молодой, но потерявший себя Андерс или уже отживший своё, но ещё не сделавший главного выбора в жизни Симон.

Предыдущие романы Линдквиста запросто относили к различным поджанрам литературы ужасов: «Впусти меня» – история о вампирах, «Блаженны мёртвые» – о зомби. И подспудно возникает соблазн записать «Человеческую гавань» в романы о привидениях – а они здесь, безусловно, присутствуют, хоть и в весьма необычном формате. Или к «морским ужасам», хотя уже и с натяжкой. Только вот роман не об этом. Он прежде всего о гавани. Той самой, человеческой, что иногда так нужна каждому из нас.

Йон Айвиде Линдквист – один из перспективнейших «молодых» авторов современности, работающих в жанре мистики, и интерес к нему растет с каждой книгой. Так что, быть может, спустя годы уже какого-нибудь другого писателя назовут «американским Линдквистом», а мы будем плеваться от этих штампов.

Показать старые комментарии

Оставьте комментарий!

Старые комментарии будут перенесены в новую систему в скором времени. Не забудьте подписаться на DARKER - это бесплатно!

⇧ Наверх