Advertisement

DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

«Черноплодь»: «У нас одна корневая система»

Самобытный коллектив «Черноплодь» выпустил два демо — в 2018 и 2020 годах — и полноформатный релиз «Изгора» на независимом лейбле COD. Может показаться, что проект «вынырнул» в мир блэк-метала внезапно и ниоткуда. Никакой предыстории до сих пор не обнародовано, а материал достаточно необычен и кажется отчасти инородным на просторах «тру-блэка».

А предыстория, конечно, есть. Участники коллектива — выходцы из проектов «Шишкин Лес» и «Мироед», известных многим поклонникам андеграундной отечественной тяжелой сцены. Это как две стороны одной медали — медленный атмосферный дум «Шишкина Леса» и быстрый агрессивный грайндкор «Мироеда». Это самые старые и заслуженные, но не единственные музыкальные проекты участников новоявленной «Черноплоди».

Разносторонние музыкальные интересы порождают самые разные эксперименты, и в какой-то момент на свет появился блэк-коллектив с весьма необычным материалом. Попутно женская половина команды образовала вокальный ансамбль «Чернохор», изначально созданный для записи бэк-вокалов в альбомах «Черноплоди», но постепенно оформившийся в самостоятельный проект.

В беседе участвовали Стас (бас-гитара), Александр (гитара), Миша (экстремальный вокал, продакшн), Настя (клавишные, участница «Чернохора»). Что сами музыканты думают и говорят о своих музыкальных упражнениях на чердаке избы в Подпсковье? Это рассказ не только о смешении жанров, но и о доме, природе и семье, из которых выросло творчество «Черноплоди».

Расскажите, как все началось. Некоторые специально едут в старые дома, чтобы придать особую атмосферу звучанию. Вы, насколько мне известно, пришли к этому случайным образом. Это так?

Стас: Да, это случайность. Вся «Черноплодь» — это сплошная спонтанность и случайность. Александр пригласил нас с женой Настей к себе в гости, чтобы провести отпуск в семейном доме в Псковской области, недалеко от города Порохов. Мы с радостью согласились. Все инструменты уже были там, пылились на чердаке. Большой старый дом, вокруг лес, рядом река. У нас было давнее желание поиграть блэк-метал, но туда мы поехали отдыхать по-семейному. Гуляли, помогали по дому, потом пришла идея заняться музыкой — мы же музыканты! Так и завертелось.

А звучание, этот лоу-файный звук, как было найдено?

Стас: Мы просто понимали, что запись можно сделать на что хочешь и как хочешь — в рамках блэка или вне их. Эстетика сырой записи очень распространена.

В общем, весь материал родился спонтанно?

Александр: Материал полностью сочинялся на месте, записывать что-то конкретное мы не планировали, просто знали: если в итоге у нас получится то, что нам понравится, мы это выпустим. Свой первый релиз, демо 2018 года, мы записали вообще на телефон моего младшего брата.

А второй — демо 2020 года?

Стас: На диктофон. В первый раз с телефоном мы делали так: положили его где‑то посередине между колонками и двумя маленькими комбиками, по центру еще добавили синтезатор. Записали, послушали, что получилось. Не понравилось — передвинули, записали еще раз. Перебирали телефоны, сравнивали, у кого лучше пишет. В итоге нашли какую-то точку, место на диване, откуда все было слышно.

Александр: У меня нашелся древний синтезатор Casio, с которого обычно включают аранжировки детскому хору. На нем и играла Настя. С музыкального центра включались электронные ударные, а два комбика использовали под бас и гитару.

Стас: То есть первое демо — полностью живая запись. Уже тогда мы решили, что на вокал позовем Мишу («Шишкин Лес», «Мироед»). На наш вкус, это лучший агрессивный вокал России. И уже тогда я понял, что получается не совсем блэк. Присутствует и пост-панк, и многое другое.

Возвращаясь к теме фолка — она началась с необходимости написать тексты. Я долго думал о том, что это должно быть, и в конце концов задумался о месте, в котором мы находились, — между двух деревень, Страшницы и Черное Захонье. Это Псковская область. Страшницы — деревня в пятнадцать человек, полузаброшенная. Ходят всякие истории, что во времена Ивана Грозного там лютовала опричнина. Черное Захонье — десять домов, из которых два жилые. Между этими деревнями и стоит дом семьи Александра. Перед ним находится небольшое поле, за полем — лес, а дальше река Шелонь. Река протекает мимо Черного Захонья и Страшниц в сторону Порохова. Мне все это безумно понравилось, я начал изучать местность.

Александр: Стас нашел стихи про реку Шелонь, из них мы сделали песню. Стихи с мрачным текстом — будто эта река хранит у себя на дне мертвецов. Мы прочли и сразу подумали: это точно блэк-метал! Так и решили: раз у нас есть эти географические объекты с впечатляющими названиями и мрачной историей, пусть так оно и будет. Вот и появилась тема привязки к месту, а отсюда — фолковые мотивы.

А чьи стихи?

Стас: Просто ноунеймов из интернета, дополненные мной. Например, про мертвецов — это дописал уже я. Коллаж впечатлений от местности.

С вами в этих местах происходило что-то реально странное, потустороннее?

Александр: Заблудились в лесу.

Настя: Кричали на реку.

Стас: Каждый может сказать от себя, что он там чувствовал. Лично мне очень нравится, что дом расположен у леса. Именно там я начал понимать северную природу и восхищаться ею. Раньше такого не было. Мы съездили туда уже три раза, провели три записи и возвели это в традицию.

Теперь вы уже, понятно, ездите туда специально записываться?

Александр: Первостепенен все равно отдых с любимыми людьми в самую сочную пору года. Но, поскольку мы занимаемся музыкой, нам интересно выстраивать свой отдых, пользуясь этим поводом, а не просто так.

Кстати, там же, в лесу у реки Шелонь, мы сделали фотосет во время второй сессии.

А Миша, вокалист, никогда не бывал вместе с вами в этой избе на записи?

Стас: Вокалы мы всегда пишем в городе.

Миша: Мне хватает блэк-метала внутри.

Стас: Мы уже говорили: изначально это семейный подряд, отпуск. Творчество переросло в итоге в традиции, в семейный отдых. В этом есть уникальность и теплота. Мы стараемся сохранить эту атмосферу, насколько можем. Боремся с амбициями, которые растут из лестных отзывов на первые релизы.

Думаю, вы сможете их побороть и не идти записываться в студию.

Стас: Нет, в студию не надо, у нас и так все прекрасно получается. Уже сейчас это не совсем лоу-фай, но мы к этому еще вернемся, когда расскажем о свежем релизе.

Сколько вас всего сейчас в команде?

Стас: Сейчас нас девять: шесть девушек («Чернохор») и трое парней.

Присутствие народного хорового пения в музыке — это привязка к традиционной фолк-культуре или просто для красоты аранжировок?

Александр: Не было целенаправленной идеи делать что-то фолковое, это получилось само собой, естественно — и нам просто понравилось, показалось уместным.

Стас: Фолковая тема в первую очередь произросла из места, где мы начали запись материала. Мы можем много об этом рассказать.

Я послушала релиз, который вышел на COD label, и, по моим ощущениям, блэка на втором демо всего процентов двадцать, там много всего намешано.

Стас: Наши мнения разнятся. Александр говорит: «Я не знаю, что делаете вы, я делаю блэк». На самом деле, конечно, намешано немало, а будет намешано еще больше. И изначально две первые темы, «Страшницы» и «Шелонь», уже не звучат как тот блэк, который привык слушать я сам.

Александр: Делать еще один Burzum никому не надо, это скучно.

Стас: Второе демо — все еще raw-black, но уже с элементами поп-музыки. Басовая линия там — это явная советская эстрада восьмидесятых.

Raw-pop-black?

Стас: Или raw-black-pop.

Миша: Мета-блэк. Импровизации с блэк-металом. Очень много в последнее время музыки, которая является звуковым импринтом. Это касается и raw-black — такая музыка по большей части строится именно на звучании, определенной картине звука.

Стас: Но вкусы у всех разные. Некоторым нужен каноничный материал с бластбитами и козлом, кто-то раскапывает архаику, кто-то слушает только raw, а кто-то любит эксперименты, что-то более развитое типа Liturgy или Imperial Triumphant. Мы же любим не что-то конкретное — мы любим музыку, мы музыканты.

Возвращаясь к теме избы: Александр, откуда у твоей семьи этот дом, сколько ему лет?

Александр: Каждый раз, когда мы пишемся на чердаке, моя мама внизу готовит обед. Это не просто какая-то заброшенная изба, этот дом построил мой отец, называл его родовым поместьем. Отец повидал, что называется, виды и в какой-то момент решил, что в городе ему делать нечего, скопил денег и построил этот дом. Моя мать и мой младший брат живут там постоянно уже лет десять. Это сруб, там стоит русская печка, в хозяйстве две козы, куры, огород. В деревне мы отдыхаем, как любой городской житель на природе: валяемся в траве, пьем парное молоко, кричим на реку. С утра по росе идем купаться голышом — это то, чего в городе не сделаешь. Что еще можно такого сделать, что в городе не получится? Конечно, покричать вволю.

Стас: А мне там приятно помолчать. Просыпаешься, когда все еще спят, и, пока никто тебя не видит, уходишь в лес. Переплываешь реку на солнечную сторону и просто сидишь, молчишь и слушаешь, как дышит природа. Мысли в голове останавливаются. Что мне понравилось в этой местности — не нужно быть специально подготовленным, чтобы не думать ни о чем, просто созерцать.

Сильно чувствуется отличие творческого процесса на природе от записи музыки в городе?

Александр: Разумеется. Там и жизнь другая.

Стас: Конечно.

Вы смогли бы записать подобный альбом в городе?

Александр: Я считаю, что нет.

Стас: И я считаю, что нет. Кстати, вспомнилось, как мы к этому пришли. Весной 2018-го мы с друзьями поехали в Псков. Всю дорогу я слушал по кругу трек группы Dödsfärd «Fields/Landscape», который идеально сочетался с бегущими за окном хвойными чащами, березками, небольшими водоемами и речушками под серым свинцовым небом. Мы провели в Пскове выходные, все время эта песня играла у меня в голове. К концу второго дня, перед отъездом в Питер, эта атмосфера приятной грусти охватила меня целиком. Я уже фантазировал, как вернусь сюда, и вдруг вспомнил, что у Александра в этих краях живет семья и что он как-то звал к себе. Я позвонил ему, поделился своими впечатлениями и состоянием, и он нас пригласил. Природа в этой области уникальная — есть в ней какая-то тоска, грусть ощущается. Особенно когда выходишь из дома и смотришь на поле и дальше в лес — видно, что погода изменится через какое-то время, потому что, например, тучи идут или, наоборот, проясняется.

Александр: Природа северная, но все еще сочная.

Расскажите о творческих планах на будущее.

Стас: Готовим новый альбом, еще более разносторонний и с еще более попсовым звуком (прим.: речь об «Изгоре»). В нем будет еще больше женского пения.

Александр: Собралось больше девушек, появился хормейстер, они что-то готовили и репетировали уже сами, и в этот раз уже мы нередко подстраивались под их идеи, подгоняли под них музыку. Там очень разный материал, мы даже хотели сначала сделать два EP. Raw-black там сочетается с медивал-фолком и данджен-синтом.

А тексты?

Стас: В этот раз творим коллективно: что-то написал я, что-то девушки, что‑то Михаил.

Александр: Один текст написала Ахматова.

Михаил, расскажи подробнее: за что ты отвечаешь в этом проекте и как ты на все это смотришь?

Миша: Экстремальный вокал и сведение. Вокал я записываю в городе, когда мне дают остальной материал.

Александр: Мы приносим ему шипящие записи и говорим: «Сведи нам это».

Стас: У нас все сделано своими руками, от музыки до мастеринга и обложки, чему я очень рад. Новый материал получился серьезным, хочется его реализовать. Миша тут превзошел сам себя в плане сведения, особенно в блэковой части.

Планируете ли вы выступать?

Миша: Скорее всего нет.

Настя: В этом отношении становится понятно, что «Черноплодь» и «Чернохор» — все-таки разные проекты. «Чернохор» — это такой отпочковавшийся росток. Он стал жить самостоятельно, готовится выступать. У нас одна корневая система!

Стас: Да, это поразительно: на наших глазах хор стал действовать самостоятельно. Девушки приходят петь к нам домой с детьми. Вот, например, их пение в «Любаве» записано прямо у нас в коридоре, потому что там отличная акустика. А уже потом поверх записаны инструменты. Они готовятся выступать отдельно, мы в этом никак не участвуем, только поддерживаем. Что касается выступлений полным составом — это реально, но этим надо серьезно заниматься. На данный момент живых выступлений не планируется.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)