DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

ЗАКЛЯТЬЕ. 13-Й ЭТАЖ

Мертвая любовь

Девица Кристина/ Domnişoara Christina (роман)

Автор: Мирча Элиаде

Жанр: готика, хоррор

Издательство: Критерион

Год издания: 2000 (в оригинале — 1935)

Перевод: А. Старостина

Похожие произведения:

  • Александр Амфитеатров «Киммерийская болезнь» (повесть)
  • Иоганн Вольфганг Гете «Коринфская невеста» (поэма)
  • Сэмюэль Тейлор Кольридж «Кристабель» (поэма)

И когда он родился, феи-вещуньи предсказали: «Ты полюбишь мертвую принцессу!» Его мама, как услышала, стала плакать. И тогда другая фея, их было вообще три, сжалилась над ее горем и сказала: «И принцесса тебя тоже полюбит».


В 1936 году «Девица Кристина» увидела свет — и Мирчу Элиаде, лектора Бухарестского университета, отстранили от преподавания, обвинив в распространении порнографии. Слишком уж чувственным показался прогрессивной общественности этот мрачный, тяжелый, как лихорадочный сон, роман. Не будет преувеличением сказать, что и сейчас, вероятно, найдутся блюстители нравственности, им недовольные, ведь мертвая барышня из этой истории в своей жажде любви не остановится ни перед чем, как ее кинговская тезка, а страстью превзойдет всех невест Дракулы вместе взятых. Эротизм, больной, декадентский, словно пришедший со страниц любимых книг девицы Кристины — из «Цветов зла», а может, из «Там, внизу» Гюисманса, — конечно, украшает книгу. Но главное — Мирче Элиаде удалось выписать вампира в силе и славе, в некрофилической мерзости и красоте, «в осени и черном гниении».

Изначально упырь — это дух эпидемии. Сначала он приходит к любимым и заражает их, потом идет дальше — в мир. Возвращения упыря боялись — ему подрезали сухожилия, пробивали колом сердце, связывали руки и ноги. На двери вешали кресты и чеснок, у порога рассыпали зерно, а сам порог делали высоким, чтобы оцепеневший мертвец не смог войти внутрь. Подобные суеверия бытовали в разных частях света с давних времен — мертвые пугали, у них были длинные руки, способные дотянуться до живых. Они вызывали страх, в лучшем случае — боязливое уважение, но никак не страсть. Все изменилось, когда Великая французская революция подстегнула прогресс и науку и породила романтизм. Эпидемии никуда не делись, но сама смерть стала ближе. Филип Арьес в своем исследовании смерти называл этот период, достигший своего пика в XIX веке, «Смерть твоя»: костлявая помолодела и похорошела — чахоточный румянец на щеках любимой девушки в воображении поэта-романтика превращался в метку вампира, а она сама, даже обреченная, была желанна. Еще немного — и живые сами потянутся к мертвым: начнется период медиумизма и столоверчения — из христианского рая или ада загробный мир превратится в место, где родные встретятся, чтобы пребывать в вечности.

Сейчас же вампиры сделались чрезвычайно гламурными, спасибо «Сумеркам» и другим подобным романам — смерть загнана в больницу, опутана проводами, почти лишена сакральности и первозданной жути (конечно, есть истории вроде «30 дней ночи», предлагающие доромантическое прочтение, но их сравнительно мало и все они так или иначе имеют дело с хтоническим ужасом — действие происходит в глуши, связано с древними культами и так далее). Тем интереснее в наши дни читается «Девица Кристина», ведь эта гостья из замогилья только притворяется романтической вампиршей — на деле она самый настоящий упырь. «Ее забрал стригой», то есть дьявол, а земля, как часто бывает с заложными покойниками, не принимает. Всё — живое и мертвое — служит Кристине. Стаи комаров, волнами бьющие в окна, вероятно, отсылка к ее хозяину, присутствием которого пронизана вся усадьба. Атмосфера — вторая огромная удача романа. «Дом стоял как вынутый из небытия или давнего сна — даже сам воздух в нем был выдохшийся, нездешний, остуженный». Кажется, само время остановилось здесь со смертью девицы Кристины, но нет, оно идет — прорастает сквозь половицы могильной травой. Всё гниет. Когда к ее родным приезжает молодой художник Егор, она влюбляется, а медленное угасание графского рода сменяется судорожной пляской смерти. Похоже, в этом проклятом месте свобода воли дана только ей. Остальные члены семьи Моску — просто мухи в паутине, чертовы куклы, в разной степени одержимые. Но не забывает Мирча Элиаде и о добрых покойниках — таков Раду Пражан, знакомый Егора, пытающийся отдать ему давний долг. Связан с землей и другой помощник Егора — профессор Назарие, археолог и, что важнее, поэт. Впрочем, чтобы понять, что с домом Моску неладно, особой чувствительности не требуется: это ощущает даже добряк доктор — материалист до мозга костей. Кажется, пропахшая фиалками усадьба изначально не принадлежит этому миру, а искренняя любовь, хоть и мертвая, сильнее бога и дьявола, и тот, кто отведал плод граната, подобно Персефоне никогда не вернется к живым, даже если выйдет из Аида на солнечный свет.

«Девица Кристина» — классика готического хоррора, книга, обладающая непередаваемой, липкой, давящей, клаустрофобической атмосферой и вместе с тем исполненная поэзии и отравленной, дикой красоты. Она словно бы спрашивает читателя: на что ты готов ради любви? Потерять душу? Отдать душу? Убить душу? Каждый найдет ответ по себе.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)