DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Тьма в книгах. Перечитываем классику

Все начинается с классического Плохого места. Молодожены Розмари и Ги арендуют квартиру в старинном жилом доме, к которому прилипла дурная слава: здесь проживали викторианские людоедки и колдун, уверявший, что вызвал Сатану. Но Розмари не сомневается, что повлияет на дом благотворно… Дмитрий Костюкевич перечитывает культовый роман «Ребенок Розмари» Айры Левина.

О, вы все-таки решились на это дальнее путешествие? Добро пожаловать в Исландию! Местный климат не располагает к праздным развлечениям, но вас, конечно же, интересует совсем другое. Труп нашли в этой комнате, прошу, проходите. Старик лежал прямо здесь, с пробитой головой. Тупое исландское убийство — по-другому и не скажешь…

Корреспондент мелкой газеты берется за журналистское расследование, связанное с жутким, страшным, запутанным и нераскрытым делом, когда за одну ночь целый подъезд дома был вырезан неизвестными убийцами. Все ниточки преступления указывают на то, что резню устроили некие «гномы», то есть обычные дети. Расследование открывает двери в секретные лаборатории, тайны спецслужб, теории заговоров… Евгений Абрамович перечитывает «Черную обезьяну» Захара Прилепина.

Антология «Шок-рок» — некая выжимка, сборная солянка текстов из двух самостоятельных сборников: Shock Rock 1992 г. и Shock Rock II 1994 г. Это усложняет выстраивание драматургии — изъятая из контекста, в антологии-выжимке она попросту рассыпается, поскольку тексты не связаны между собой ни сюжетно, ни даже эмоционально. Приходится помнить лишь об общей концепции: хоррор плюс рок-музыка.

Вот кушетка. Она стоит в кабинете психоаналитика. И лежит на ней, конечно же, психопат. Молодой человек, который тайно ухаживает за дочерью мозгоправа. Человек, который сообщает полиции о будущих убийствах… Дмитрий Костюкевич перечитывает «Кушетку» Роберта Блоха.

Антология «Zарисовка О» — это книга-перевертыш: с одной стороны белая — добрая и жизнеутверждающая, с другой черная — мрачная и безысходная. Это плавание по волнам океана фэнтезийной мистики, хоррора и смежных жанров. Микрорассказы выдержаны в одном ключе, страницы переворачиваются одна за другой — и крепнет восприятие «Zарисовки О» как творения одного демиурга — могущественного чародея, подобного Рэю Брэдбери.

«Обнаженное солнце» — это антология фантастического детектива. Смешение популярных жанров вышло удачным. Главные темы, которые затрагиваются в произведениях: феномен времени, преступное использование открытия, опасная находка. И не надо быть сыщиком, чтобы отыскать на страницах сборника хоррор: рассказы «Муха» Джорджа Ланжелена и «Кто ты?» Джона Кэмпбелла.

«Суд королевской скамьи» Леона Юриса читается с ужасом, шоком и трепетом. Это документ эпохи. Это напоминание о самом кошмарном преступлении в человеческой истории. Неподготовленным или слабонервным читателям лучше читать роман по частям, не весь сразу. Хотя… Авторский язык так хорош — очень хочется проглотить все залпом, что и сделал Евгений Абрамович.

Зло меняет обличия, но не прекращает пытку человечества. Ужасные поступки совершаются разными людьми — отчаявшимися, одинокими, просто плохими, но за их действиями стоит целый мир. Мир, который не пытается помешать, а порой даже откровенно потворствует… Александр Москвин перечитывает «Студию пыток» Луизы Уэлш.

Антология «Дракула» включает тридцать семь рассказов. Вампирская тематика весьма щедра и разнообразна, но складывается впечатление, что Стивен Джонс старался охватить все то, что было написано про Князя Кровососов, хотя бы тематически. Как подборка текстов о вампирах в общем и Дракуле в частности, данная антология — бесценный кладезь идей и сюжетов. А как образец «вампирской» прозы…

«Утеха падали» Дэна Симмонса — это большая и сложная шахматная партия, в которой шахматные фигуры — отдельные люди, кланы высокопоставленных политиков, религиозные структуры, полиция, уличные банды из гетто, огромные корпорации. «Утеха падали» — это многогранное остросюжетное повествование и поднятые автором острые социальные проблемы. А ещё — это кошмарные побоища с толпами зомби…

«Огонь» Анри Барбюса — произведение тяжелое, свирепое и громогласное, как крупнокалиберный снаряд, разорвавшийся в цепи вражеских окопов. Роман повествует о тяжелых буднях простых французских солдат на передовой, о голоде, страхе и потерях. Автор с макушкой макает читателя в грязь и кровь, в холодную окопную жижу.

В повести «Двойник» автор использует мистический элемент — для критики общественного устройства. Исследует чувство незащищенности перед обществом, которое пожирает личные интересы. Мистический элемент легко превращается в элемент психологический: тему доппельгангера можно трактовать как тему расщепления личности… Дмитрий Костюкевич перечитывает классическую донельзя повесть Федора Достоевского.

Действие «Черного става» Владимира Ленского разворачивается в Батурине и Мазеповом Городище. В романе хватает и колоритных типажей, и нечистой силы, и выпитой горилки. Еще близ Черного става блуждает призрак «бедной девушки, потерявшей разум, проклятой отцом и брошенной любовником». Разгульный, живой дух гоголевской традиции в «Черном ставе» приглушается омертвелостью готической прозы…

Апартаменты, в которых никто давно не живет и в которые запрещено заходить любопытным портье. Приезжая американка, получившая в наследство лондонскую квартиру. Странные культисты и непознаваемое зло, ждущее своего часа. Таковы ингредиенты романа Адама Нэвилла «Номер 16», смешанные в коктейле с добавлением уже знакомой невилловской неспешности и щепотки весьма оригинального концепта.

«1984» Джорджа Оруэлла — это роман о свободе личности, о подавлении и отнятии ее системой. Система превращает человека в свой винтик, в жалкое, злобное и запуганное животное с промытыми мозгами. Это делает «1984» одной из самых страшных книг XX века… Евгений Абрамович перечитывает уникальное произведение с множеством смыслов и трактовок, актуальное во все времена.

«Благоволительницы» Джонатана Литтелла — книга страшная. До жути. До дрожи в пальцах и рвотных рефлексов. Это самый чистый вид ужаса. Осознание того, что все это происходило на самом деле. Будни карательных органов нацистской Германии на оккупированных восточных территориях, аресты, массовые казни, расстрельные рвы и «газенвагены». Процесс убийства людей поставлен палачами со всем тщанием и немецкой педантичностью...

Читая «Кровавый меридиан» Кормака Маккарти, слишком близко подбираешься к краю миропорядка, к земле, сложенной из костей и страха. Так что же такое этот гиперреалистичный роман? Черный-пречерный вестерн? Историческая реконструкция времен геноцида коренного населения Америки? Летописью темных сторон человеческой души? Книга Единственного Пути?

День пятнадцатилетнего Тома, работника Лондонского музея естествознания, начался вроде бы неплохо, но закончился хуже не придумаешь. Тома едва не убили, и вот он уже вместе со странной изуродованной девушкой смотрит вслед Лондону, удаляющемуся на полном гусеничном ходу… Татьяна Адаменко перечитывает «Смертные машины» Филипа Рива, вслушиваясь в скрип сюжетных колёс.

Что общего между устройством церковного органа, американским морпехом, сочиняющим хайку, и затерянным в Тихом океане островным государством, куда сбегаются информационные артерии Азии и Америки? Какая ниточка протягивается сквозь шестьдесят лет и опоясывает весь земной шар, связывая судьбы незнакомых людей из разных, порой враждующих, стран?.. Ярослав Землянухин перечитывает «Криптономикон» Нила Стивенсона.