DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

Сначала ты мечтаешь, потом ты умираешь

Эта небольшая статья — попытка напомнить дорогим читателям (причем не только нуара) об одном несправедливо забытом гении, декаденте и творце мрака. В ней также содержится скрытый намек отечественным издателям, которые частят с Хэмметом, Чандлером и другими отцами крутого детектива, забывая о нуаре — декадансе ХХ века и культурно-философском феномене, влияние которого ощущается во всех областях искусства и поныне.

Так кем же был в реальной жизни Корнелл Вулрич — поэт теней и ведущий архитектор нуара?

Литературного Вулрича помнят немногие, но практически все знакомы с воплощением его произведений на экране. Возьмите фильм Альфреда Хичкока «Окно во двор» (1954) — это очень ценная для Голливуда картина, о которой не слышали разве что люди, совершенно далекие от классического кинематографа. А между тем, снят он по рассказу Вулрича «Наверняка это было убийство» (1942). Но стоит отметить, что Хичкок придал комедийно-мелодраматический флер мрачному, клаустрофобическому, наполненному саспенсом повествованию и его фильм признан Американским институтом киноискусства одним из величайших детективов и триллеров в истории. Кстати говоря, эта экранизация Хичкока — далеко не единственный случай обращения кинематографистов к рассказу «Наверняка это было убийство». Существует даже советский фильм 1991 года «Окно напротив» (в других вариантах «Попугай для сыщика»).

Или вспомним режиссеров из Франции, родины термина «нуар». Например, того же Франсуа Трюффо с его кинокартиной «Невеста была в черном» (La mariée était en noir, 1968), снятой по одноименному роману. В послужном списке Трюффо также выделяется «Русалка с “Миссисипи”» (по роману Вулрича «Вальс в темноту»), где перед зрителями предстают ярчайшие звезды старого французского кинематографа Катрин Денёв и Жан-Поль Бельмондо. К «Вальсу в темноту» также обращается режиссер Майкл Кристофер — в 2001 году по мотивам этого романа вышел фильм «Соблазн». В главных ролях были звезды не меньшей величины — Анджелина Джоли и Антонио Бандерас. Существует еще много других адаптаций Вулрича, перечисление которых возможно только в скучном справочном формате.

Мысль и без того ясна: матерые знатоки криминальной прозы, а также кинематографисты хорошо знакомы с творчеством Вулрича.

Биография

Корнелл «Джордж Хопли» Вулрич родился в Нью-Йорке в 1903 году. Его родители развелись несколько лет спустя. Ребенком Вулрич жил со своим отцом, инженером-строителем, в Мексике. В подростковом возрасте он переехал в Нью-Йорк, где делил быт с матерью и дедушкой.

В 1921 году Вулрич поступил в Колумбийский университет. Учеба для него была безотрадной: он посещал занятия, что называется, на автопилоте. 1925 год должен был стать для него выпускным, но вереница произошедших событий привела к тому, что Вулрич покинул колледж раньше намеченного срока. Началось все с временно отправившего его в постель недуга. Всему виной старая брезентовая кроссовка на мягкой подошве. Она натерла Корнеллу пятку до крови, началась инфекция, доктора рекомендовали держать ногу на весу около шести недель.

Этот период жизни дня него был похож на заточение главного героя рассказа «Окно во двор». Но именно на этом этапе жизни, как ни странно, Вулрич сделал первый шаг в мир литературы — он выпустил свой первый, вдохновленный Фицджеральдом роман «Плата за вход», опубликованный в 1926-м. В следующем году второй роман эпохи джаза «Дети Ритца» удостоился литературной премии журнала колледжа, благодаря чему Вулрич получил работу голливудского сценариста.

Молодой Вулрич понимал, что главным препятствием на пути к карьере писателя является его учеба, поэтому добровольно покинул Колумбийский колледж, чтобы посвятить себя литературному мастерству.

В 1928 году Вулрич переезжает в Голливуд и приступает к работе по контракту с известной киностудией. Пребывая в Голливуде, Вулрич погружается в омут беспорядочной и богемной жизни. Он также женился на двадцатилетней Глории Блэктон, дочери Джеймса Стюарта Блэктона — одного из основателей студии Vitagraph. Но этот брак был чем-то вроде прихоти или прикрытия своих половых предпочтений в суровую эпоху. Поэтому он не продержался и четырех месяцев: некий недоброжелатель подкинул Глории дневник Вулрича, где тот в особых подробностях описывает свои гомосексуальные фантазии. С разрывом отношений Вулрич возвращается в Нью-Йорк к своей матери, с которой будет ютиться в комнатушках старых отелей следующие двадцать пять лет жизни. Позднее неудачный брак был расторгнут официально.

Вулрич решает продолжить писательскую карьеру, однако шесть романов «эпохи джаза» за спиной были существенной препоной на пути к образу «серьезного писателя»: ревущие двадцатые остались позади и на дворе царствовали депрессивные и кризисные тридцатые. Не найдя издателя нового романа «Я люблю тебя, Париж», Вулрич отправил машинописный текст в мусорное ведро, а с ним и старого себя. А потом произошел метемпсихоз — появился новый Вулрич: мрачный, пугающий, параноидальный.

Темная реинкарнация Вулрича, идеально совпадающая с эпохой, тут же нашла пристанище — палп-культура предоставила голливудскому изгою и неудачливому писателю благодатную почву для его лихо закрученных трагедий случайностей. Работы Вулрича начали появляться в еженедельнике Detective Fiction и «Черная маска» в 1930-х годах под его собственным именем и под псевдонимами Уильям Айриш и Джордж Хопли.

И хотя писательство приносило Вулричу довольно ощутимый достаток, он кочевал с матерью между несколькими захудалыми гостиничными номерами, в том числе в убогом апарт-отеле «Марсель» в Гарлеме. И практически везде его окружало не самое приятное общество — грабители, путаны, сутенеры и другие представители дна — которое, конечно же, перекочевало из реального окружения на страницы книг литератора. В своей незаконченной автобиографии «Блюз длиною в жизнь» Вулрич писал:

У меня было ощущение западни, сродни ощущениям убогого насекомого, которое поместили в опрокинутый стакан, и оно все пытается вскарабкаться по стенкам, но он не может, и не может, и не может.

В столь простой метафоризации своего мироощущения Вулрич прекрасно изобразил аспид отчаяния, который душит всех персонажей его романов и рассказов.

Хотя Вулрич и прожил несчастливую жизнь, он все же снискал награду, пусть даже чисто финансовую. Плодовитое писательство приносило приличные деньги — это и гонорары от продажи книг в мягкой обложке, и многочисленные отчисления за переиздание, и прибыль от экранизаций и адаптаций для радио его романов и рассказов. И тем не менее Вулрич все так же скитался от одного убогого гостиничного номера к другому.

Смерть матери в 1957 году нанесла по Вулричу сокрушительный удар. Для без того измученного депрессией и алкоголизмом писателя наступил полный жизненный упадок. Он переехал из ветхого гарлемского отеля «Марсель» в более престижные апартаменты, но оставался верен своему затворничеству. Теперь, в свои шестьдесят с лишним лет, с ослабленным зрением, одинокий, психологически измученный чувством вины за свою гомосексуальность, удушенный алкоголизмом, неуверенностью в себе и диабетом в придачу, он пренебрегал собой до такой степени, что позволил инфекции стопы перерасти в гангрену, что привело в начале 1968 года к ампутации ноги.

После ампутации и обращения в католичество Вулрич вернулся в отель «Шератон-Рассел», прикованный к инвалидному креслу. И когда сотрудники отеля провожали Вулрича в вестибюль полюбоваться на проезжающие машины, сморщенный, прикованный к инвалидному креслу старик превращался в своего рода мрачную, ненавидящую себя версию персонажа фильма «Окно во двор».

История Вулрича — это рондо вокруг эдиповского мотива стопы — карьера писателя, которая, по-видимому, началась с периода больничного заточения из-за инфекции на ноге, заканчивается ампутацией и глубоким фрейдистским резонансом, порожденным этой же ампутацией. Его жизнь прекрасно живописует название его незаконченного романа «Сначала ты мечтаешь, потом ты умираешь».

Корнелл Вулрич пережил свою мать всего на десять лет и скончался в 25 сентября 1968 года, вскоре после выхода фильма Трюффо «Невеста была в черном», который он, по-видимому, оценить не смог. Богатство, накопленное Вулричем при жизни, — почти миллион долларов — было использовано вместе с его посмертными гонорарами для создания стипендиального фонда Колумбийского университета. Но знаете, дорогие читатели, в чем ирония? Сам фонд присуждает не стипендию имени Корнелла Вулрича, как можно было бы подумать, на самом деле это стипендиальный фонд имени Клэр Вулрич — матери писателя. А ее Корнелл Вулрич нежно любил и столь же резко презирал. «Такие дела», как говорил Курт Воннегут.

Творчество

Творения Вулрича заслуживают славы и почета среди нынешнего поколения читателей криминальной литературы! Они стали неким аккумулятором самых мрачных нуарных воплощений криминальной и мистической драмы. Можно сказать, творчество Вулрича во многом и сформировало эти самые формы. Сочетая в своих творениях элементы психологического хоррора и криминальной литературы, Вулрич стоит особняком в тройке палп-пистелей второй волны, в которую также входят Джим Томпсон и Дэвид Гудис.

Творения Вулрича справедливо называют «нуаром», или черным письмом из-за аспидно-черной атмосферы страха, смятения и вездесущей угрозы, в которую Вулрич погружает читателя. По словам английского историка и писателя Иэна Усби, «Вулрич привнес ощущение нуара в фильм-нуар».

Вулричем написано множество рассказов, романов и даже сценариев для радиоспектаклей, но самым известным его творением остается «Черная серия», в которую входят романы «Невеста была в черном (1940), «Черный занавес» (1941), «Черное алиби» (1942), «Черный Ангел» (1943), «Черная тропа страха» (в русском любительском переводе — «Одной ночи достаточно», 1944) и «Встречи в черном» (он же — «Встречи во мраке», 1948). По мнению исследователей, именно французские переводы «Черной серии» (Série noire) вдохновил название всего жанра-нуар.

Первый роман «черной серии» — «Невеста была в черном» (1940). По совместительству это и первый роман недавно пришедшего в мир палпа Вулрича. Роман вышел в мягком и твердом переплете, наряду с творениями других писателей времен палп-культуры, которые начали погружаться во мрак примерно в то же время. Вулрич посвятил эту книгу своей пишущей машинке «Ремингтон». Перед нами история женской мести. Героиня овдовела в день свадьбы и клянется отомстить за смерть мужа. Опасная женщина — в образе хозяйки, домработницы, модели — наносит смертельные удары ничего не подозревающим жертвам-мужчинам. В тоже время это образ женщины, опасной для мужчин, поскольку в персонаже Джули, убивающей мужчин самыми хладнокровными способами, соединяются воедино образы девственной невесты и черной вдовы.

Поскольку Вулрич был слишком продуктивен для своего издателя, часть работ ему пришлось печатать у другого издателя под псевдонимом Уильям Айриш. Под ним были выпущены романы «Леди призрак» (1942), «Срок истекает на рассвете» (1944), «Вальс в темноту» (1946), «Я вышла замуж за покойника» (1948) и одиннадцать сборников рассказов. Вулрич также использовал псевдоним Джорджа Хопли для романов «У тысяча глаз» (1945) и «Испуг» (1950).

Знаменитый роман «У ночи тысяча глаз» (Night Has a Thousand Eyes, 1945) был опубликован под псевдонимом Джордж Хопли, и от него буквально веет невыносимым кошмаром. Это история о загадочном затворнике со сверхъестественными способностями, который предсказывает миллионеру неминуемую смерть от челюстей льва, и о безумных усилиях дочери обреченного и полиции, которые пытаются предотвратить неизбежное.

Несмотря на некоторую повторяемость сюжетов, Вулрич умело затягивает читателей в свой мрачный мир благодаря умению описывать чувства, людей, города, эпохи. На фоне этого читатели не замечают сюжетных повторений. В этом и заключается вся прелесть его творений. Но в то же время невозможно сказать, что все произведения Вулрича легки для чтения и понимания. Одна из главных сложностей Вулрича — его паталогическая склонность к стилистическим изворотам.

Нуарный мир Корнелла Вулрича

Вулрича, наравне с Лавкрафтом, по праву считают Эдгаром По XX века. Для того чтобы убедиться в правильности этих утверждений, нам следует обратиться к силам, лежащим в основе мира Вулрича.

Мир, в который нас выбросило, говорит Вулрич, ужасен сам по себе, и единственное, что мы можем сделать, — создать несколько крошечных островков любви и доверия, которые, возможно, на несколько мгновений заставят нас забыть о нем. Всю свою жизнь Вулрич хотел любить и быть любимым; он хотел хоть немного любви, как умирающий в пустыне жаждет всего лишь нескольких капель прохладной воды; но жажда Вулрича так никогда и не осталась утоленной. Любовная неудовлетворенность, вероятно, объясняет, как и почему он так часто и с такой проникновенной силой описывал любовь, ее радости и страдания.

Вполне характерный для Вулрича сюжетный ход — загадочное исчезновение человека, например, одного из супругов, когда оставшийся партнер будет не только не в состоянии найти близкого человека, но и не сможет убедить кого-либо еще в существовании пропавшего. Обратимся к повести «Все как один: нет Элис». По сюжету мистер Джимми Кэннон женился на Элис Браун. Молодожены попадают на гостиничный аншлаг и потому не могут найти подходящего местечка, где могли бы скоротать медовый месяц. После долгих поисков им все же удается снять небольшую кладовку с детской кроваткой. Поэтому Джимми оставляет Элис там, а сам отправляется на ночлег в волонтерскую организацию. И вот проходит ночь, наступает утро, жених возвращается в крошечную кладовую отеля и… не обнаруживает там ни своей невесты, ни детской кроватки — один лишь маляр апатично возит кистью по стене. Джимми совершенно точно помнит и знает, что его супруга зарегистрировалась в этой гостинице, однако ее имя почему-то не значится в регистрационной книге. Дежуривший в тот вечер клерк и посыльный утверждают, что в глаза не видели никакой Элис. Вмешательство полиции только усугубляет положение и без того отчаявшегося Джимми: проповедник говорит полицейским, что накануне у того не было никакой свадьбы, и люди, на которых работала Элис, тоже ее не помнят. И вот, в этом аду параноидального недоверия Джимми должен установить причину, почему весь мир забыл об Элис.

Процесс умирания любви занимал для Вулрича такое же центральное место, как и сама любовь, и он порождается медленной коррозией сомнений, разъедающих хрупкие основы любви и доверия между людьми. В большинстве таких сюжетов прослеживается очень тесная связь между двумя центральными персонажами: любовниками, мужем и женой, отцом и сыном, соседями по комнате. Совершается убийство или что-то подобное, а потом медленно, но неуклонно растущее количество улик заставляет одного из них поверить в виновность другого. Неизвестность аккумулируется из-за медленного раскрытия доказательств, колебаний между доверием и сомнением, а также из нашего собственного незнания истины. Ибо в некоторых из этих историй первый подозреваемый оказывается невиновным, а обличительные улики — всего лишь результат безумного совпадения или подставы; в других историях подозреваемый, действительно, оказывается виновным; а в третьих — ни люди, вовлеченные в дело, ни читатель так никогда и не узнают, за кем истина.

Обратимся к другому сценарию Вулрича, когда жена невинно осужденного пытается найти ключ или упущенные улики, способные доказать невиновность любимого человека. Согласитесь, ситуация и без того отчаянная, но Вулрич усугубляет проблемы героини вмешательством третьей стороны — неумолимо бегущего времени. Речь идет о романе «Черный ангел». Перед нами потрясающий пример саспенса в стиле Вулрича: с характерным для него зловещим мотивом обратного отсчета. В этой истории есть что-то мрачно-романтическое, даже опьяняющее.

Альберта Мюррей, она же Ангельская Мордашка, она же главная героиня, давно подозревает мужа в измене. Здесь есть важный момент, который актуален для мира Вулрича: женщины для него — вершители судеб. Поэтому здесь уместно вспомнить совершенно безбашенную Джин, которая в одиночку спасла своего возлюбленного Джонни от рук преступников в рассказе «Джонни в тисках», великого эмпата Пруденс Робертс из рассказа «Книга-доносчик», которая бросилась на помощь незнакомому человеку, и много других отчаянных до безумства героинь из сборника «Ангелы тьмы: истории о женщинах и терроре». Но вернемся к Альберте. Итак, ее мужа арестовывают за убийство любовницы! Представьте себе ее шок и смятение. Но несмотря на это, в ней по-прежнему теплится уверенность в любви мужа. Читатель чувствует: в их паре роль мудрого супруга уготована именно Альберте, она догадывается о хищной сущности убитой, в отличие от слепца-мужа. Альберта оказалась на месте преступления лицом к лицу с полицией, и единственная подсказка — спичечный коробок с тисненой буквой «М» на обложке. «Черный Ангел» — это своего рода обход паба, когда главная героиня переходит от одного имени в своем списке к другому, чтобы очистить любимого мужчину от обвинений в убийстве. Этот роман напоминает упорядоченный калейдоскоп персонажей, событий и мест, наподобие «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова или «В дороге» Керуака, только, разумеется, в нуарном обрамлении.

Экранизации

С 1942 по 1950 год по работам Вулрича было снято пятнадцать фильмов, в том числе «Леди-призрак» (Роберт Сиодмак, 1944), «Срок истекает на рассвете» (Гарольд Клурман, 1946, по сценарию Клиффорда Одетса: этот роман также был экранизирован в СССР в 1965 году, режиссеры Нелли Ненова, Гено Цулая) и «У ночи тысяча глаз» (Джон Фэрроу, 1948). Почти все они сильно искажали источники, и в них мало что можно найти от подлинного Вулрича.

Среди кинокартин, рассматривающих тему амнезии, адаптации произведений Вулрича занимают значительное место. Это и «Улица удачи» (1942), снятая по роману «Черный занавес», и остросюжетный триллер «Погоня» (1946) по «Черной тропе страха», и уже известный нам «Черный Ангел» (1947), и криминальная драма «Козел отпущения» (1947) по рассказу «Кокаин». В этот же список стоит занести и «Страх в ночи» (1947) по рассказу «Кошмар». Это тот прекрасный случай, когда, как озаглавил одну из своих книг Пол Миэн, встречаются два темных брата кинематографа — ужас и нуар (хотя у Миэна в оригинале книга называется Horror Noir: Where Cinema’s Dark Sisters Meet, но в сознании русскоговорящего человека нуар и ужас — это все-таки братья, а не сестры).

Экранизация Франсуа Трюффо «Невеста была в черном» (La mariée était en noir, 1968) с Жанной Моро в главной роли тоже разделила критиков на два лагеря. Одни забраковали фильм, назвав его «мусором», другие источники отметили в нем мастерскую игру актеров и великолепную режиссуру.

В следующем году Трюффо экранизировал еще один роман Вулрича — «Вальс в темноту». Фильм получил название «Русалка c “Миссисипи”» (1969), а главные роли исполняли Катрин Денёв и Жан-Поль Бельмондо.

Но, конечно же, большую известность снискала экранизация Альфреда Хичкока «Окно во двор» (1954) с Джеймсом Стюартом и Грейс Келли — эдакий праздник вуайеристов. В адаптации Хичкока вуайеризм Джеффриса, которого играет Джеймс Стюарт, оправдывается его профессией — здесь он фотокорреспондент, квартира которого увешана объективами. Хичкок заменил персонажа Сэма на медсестру Стеллу и подругу Джеффриса Лизу Фремонт, которую играет Грейс Келли.

К Вулричу Хичкок обращается также в одном из эпизодов сериала Suspicion: это экранизация расскза Вулрича «Ровно в три часа» (Three O’Clock, необъяснимо переименованная в «Ровно в четыре часа»). Она не только полностью соответствует сюжету оригинала, но и является одним из ярчайших представителей душераздирающего саспенса позднего Хичкока.

Роман «Я вышла замуж за покойника» был экранизирован Ричардом Бенджамином в 1996 году. Фильм получил название «Миссис Уинтерборн». Режиссер превратил типичную (читайте: пугающую и мрачную) историю Вулрича в романтическую комедию с Рики Лейк и Бренданом Фрейзером в главных ролях. Конечно, в мировом кинематографе существуют примеры, когда мрачнейшие истории аккуратно переделывали в комедию с сохранением оригинальных мотивов. Вспомните Стюарта Гордона с его искрометными треш-комедийными экранизациями Лавкрафта? Весело и в то же время не в оскорбление оригиналу. Повторить успехи Гордона Бенджамин, разумеется, не смог.

Заключение

Мы поговорили о Вулриче — великом декаденте, о его духовном самоуничтожении, о его мрачном мире и о жанре, в котором он, пожалуй, и по сей день остается бессменным королем. В статье автор старался соблюдать обзорный характер и абстрагироваться от выводов, которые предполагают ответственность. Но все же позволим себе одну смелость в заключении. Итак, как представить себе жуткий хронотоп Вулрича — вязкий, жаркий, местами просыревший, губительный? Возьмите волшебную лампу, добавьте в нее оттенки «Города грехов» Фрэнка Миллера, атмосферу первых двух игр Max Payne от Remedy, зловещий лоск Роршаха из графического романа «Хранители» Алана Мура, сдобрите чернейшим звучанием музыкального коллектива Bohren und der Club of Gore. Потрясите эту лампу и загляните в нее. Будьте осторожны, ступая в эту тьму.

Комментариев: 2 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Используйте, пожалуйста, нормальные имена и ники.
Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии не анонимно.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 IrinaGreen 24-08-2021 13:15

    Спасибо за статью. Узнала много новых имён.

    Читаю не первую статью этого автора, и все интересные.

    Учитываю...
  • 2 Головатый К 04-03-2021 20:33

    спасибо за отличную статью. о Вулриче почитать всегда приятно. Не так уж он известен сейчас, и материалов о нем немного, а зря. Автор с собственным неповторимым стилем и мрачным мироощущением. Его детективные романы. как мне кажется, больше чем просто детективы. Читал "Женщину призрак", "Встречи во мраке" и "Тысячу глаз ночи". Последний - очень и очень хороший

    Учитываю...