DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

ВЕДЬМА: РЕИНКАРНАЦИЯ

Старые сказки — новые кошмары

Черные сказки (антология)

Составитель: Парфенов М. С.

Жанр: хоррор, мистика, сказка

Издательство: АСТ

Серия: Самая страшная книга

Год издания: 2023

Похожие произведения:

Каждый читающий человек знаком со сказкой: бытовой, волшебной, героической… Во многих из них присутствует элемент ужасного. Пусть он не всегда описан во всех подробностях, но воображение дорисовывает то, что не могут передать книжные строки. В знакомых нам сказках полно злобных и страшных существ — чертей, леших, колдунов и ведьм. Героев разрубают на куски, а потом оживляют с помощью живой и мертвой воды. Смертельная опасность подстерегает детей и взрослых в страшных лесах и чертогах злодеев. Поэтому не стоит удивляться, что множество сказочных сюжетов стали источником вдохновения для авторов темного жанра.

Читая антологию «Черные сказки», вы пощекочете свои нервы и получите удовольствие, угадывая, чем воодушевлялись авторы русского хоррора. Итак, дорогие читатели, готовы ли вы отправиться в путешествие в сказку? Сразу предупреждаем: дорога наполнена жутью и запредельностью!

«Старые сказки» — в этом разделе собраны интерпретации известных сказок. В текстах присутствуют знакомые с детства персонажи, а сюжет изменен так, чтобы напугать уже взрослых любителей сказочных историй.

Рассказ Майка Гелприна «Саранча, скопец, палач» — мрачная интерпретация «Сказки о золотом петушке» Пушкина. В жанре черного фэнтези автор поведает историю восточной царевны Шемахи, попавшей в плен к «северянам». Все атрибуты жанра на месте: колдовство, мифическое существо — птица гамаюн, дворцовые интриги и отсутствие положительных персонажей.

Интересна подача произведения — повествование ведется от лица самой «шемаханской царицы», что добавляет рассказу определенный шарм и воспринимается не только как желание привлечь читателя знакомыми персонажами и сюжетом. Майк Гелприн остроумно обыграл сюжетные перипетии и расширил мир пушкинской поэмы, а также создал запоминающийся образ главной злодейки, которой в оригинале уделяется не так уж и много внимания.

Александр Матюхин в рассказе «На ногах» перенес действие романтической сказки «Русалочка» Андерсена в наше время, в один из безымянных российских приморских городов. Мужчины выходят в море на промысел и иногда встречают самых настоящих русалок. Только встречи эти не сулят ничего хорошего, ведь русалки — существа не из нашего мира. Но герою рассказа повезло — его русалка, хоть и имеет тягу к воде и рыбий хвост, а все же стала его женой.

Поначалу «На ногах» кажется просто сюрреалистичной фантазией на русалочью тему. Атмосфера приморского городка и неадекватное поведение главного персонажа, души не чающего в своей русалке-жене, имеют мало общего с элементами хоррор-произведения. Но постепенно, эпизод за эпизодом разыгрывается страшная история, в которой есть не только крепкая драматическая составляющая. На первый план выходит психология существа из другого мира — по человеческими меркам жестокого и коварного, но по-своему любящего и последовательного в своих действиях. Однако в финале автор сумеет заставить читателя сопереживать представителям обоих видов — людей и русалок. Вместе с тем в произведении достаточно кровавых и жестоких моментов.

Рассказ Владимра Чубукова «Бабушка» — фантасмагория на тему сказки Шарля Перро «Красная Шапочка». Красная Шапочка — кличка героини, которая носит головной убор из кожи индейцев. На читателя обрушивается мир, созданный безудержной фантазией автора. В нем произошел американский Зомбо-Хаос, в котором победили российские бандитские группировки, остановившие индейский беспредел. Падение метеорита изменило облик Земли. Потустороннее стало обыденным, и Красная Шапочка отправилась к бабушке-мутанту, чтобы отнести ей очередную голову, выросшую из тела матери.

Рассказ до предела насыщен событиями и персонажами. Авторский стиль Чубукова узнаваем — его произведения всегда наполнены множеством деталей, поэтому чтение становится увлекательнейшим занятием по разгадыванию отсылок и символов. К примеру, Волк из сказки становится контрбармаглотом Владимиром Волковым — начитанный читатель с удовольствием оценит и литературную отсылку, и нестандартное чувство юмора автора. События рассказа постепенно становятся апокалиптичными по своему масштабу, превращая историю в абсурдистскую космогонию неизвестного до поры до времени народа, от лица которого и ведется повествование. Рассказ очень нестандартен жанрово, что только добавляет удовольствия от прочтения.

«Новые сказки» — раздел, посвященный историям, действие которых происходит в мирах, где царят иные законы и правила, и которые пугают своей иррациональностью. Сказочность здесь страшна и враждебна.

Мир рассказа Дмитрия Тихонова «Странные вещи с вершины горы» похож на мир повести Аркадия и Бориса Стругацких «Пикник на обочине». Лесничий внезапно тяжело заболел, и теперь его дочери Ритке придется подниматься на вершину горы за странными вещами. Вещи появляются один раз в год (их оставляют неизвестные создания) и приносят хороший доход. Но если не доставить очередную партию, то зловещие покупатели могут жутко разозлиться.

В рассказе главенствуют описания. Это касается не только окружающего мира, особенно с того момента, как героиня поднимается на вершину горы. Не менее важны описания столкновения с непознанным — странным и пугающим. Тут и неправильная геометрия предметов, и страшный лес вокруг таинственного места, и иррациональная природа предметов. У рассказа потрясающая атмосфера, но кульминация — встреча с чудовищным сторожем странных вещей — оставляет много вопросов и некоторое разочарование.

Параноидальный рассказ «Птица вещая» Олега Кожина поведает историю героя, который боится наступления срока, отпущенного ему кукушкой. В основе лежит поверье о «кукушкином» пророчестве, при этом автор в одной из сцен сравнивает пернатую пророчицу с древнегреческими богинями судьбы Мойрами. Нетривиальная концепция дополняется подробным психологическим портретом главного героя через описание его детства и окружения. Сцена за сценой перед читателем разворачивается неприглядная картина глубины падения человека, который начинает чувствовать власть над жизнью и смертью.

Мистическая составляющая «Птицы вещей» крепкая и завораживающая. Образ птицеподобного потустороннего существа маячит на краю сознания читателя, но для героя всегда является громким набатом, провозглашающим неотвратимость расплаты за обретенную власть. Произведению несколько не хватило более подробного раскрытия природы мистической птицы.

В рассказе «Никодим» Ярослава Землянухина читатель смотрит на мир славянской мифологии глазами домового, пытающегося спасти человеческое дитя из лап нечистой силы. Здесь встречаются, пожалуй, все главные представители славянской нечисти — от совершенно равнодушных к людям до смертельно опасных для них. Приключения домового, вынужденного покинуть уютное людское жилище, хоть и опасны, но страха или испуга не вызывают. Мир рассказа скорее уютный, а разговоры на старорусском погружают в самую настоящую древнюю славянскую сказку.

Другим примечательным моментом является демонстрация способностей каждого представителя нечистой силы. Финал довольно трогательный и у редкого читателя не вызовет сострадания к доброму домовому. «Никодим» — история в лучших традициях русской литературной сказки, в которой довольно частыми персонажами выступала нечисть всех мастей.

Страшную сказку устами безымянного дурачка из глухого городишки поведает Дмитрий Золов в рассказе «Райская тренькалка». Героя женили, не спросив согласия, на невесте самого Бешеного Жумса, что должен вернуться с каторги, — и начались злоключения. А в руки к герою попала шарманка, играющая простую, но красивую музыку.

«Райская тренькалка» имеет свой собственный неповторимый стиль. Большая часть повествует о жизни главного героя и обрушившихся на него несчастьях. Как водится, дуракам всегда везет, и этот лейтмотив обыгрывается в рассказе довольно умело. Автор будто бы и не собирается пугать или шокировать, но в финале обрушивает на читателя самое настоящее кровавое безумие, что производит потрясающий эффект. А задающая тон произведению мелодия «тренькалки» еще долго будет отзываться эхом в читательском воображении.

«Намощ» Германа Шендерова — филологический хоррор, который может удивить своей нестандартностью. К заведующему филологической кафедрой попадает рукопись заочницы. Поняв, что она поможет ему получить лавры исследователя, заведующий решает обманом присвоить рукопись, но, читая текст ритуальной сказки «Намощ», все больше погружается в пучину безумия.

Центральная сюжетная линия рассказа переплетается с текстом сказки. Эффект «книги в книге», смешение реальности и вымысла погружает самого читателя в иррациональную пучину, из которой он не сможет выбраться до самого финала — только там становится понятным, что за игру устроил с читательским разумом Герман Шендеров. «Намощ» — остроумный, плотный по структуре рассказ с вязкой атмосферой кошмара и архетипическим сказочным сюжетом.

Рассказ «Искры» Сергея Лёвина — хроника столкновения огнеборцев и чудовища Огника, тесно связанного со славянской мифологией. Автор увязывает вместе несколько сюжетных линий со множеством персонажей, а катализатором событий становится масштабный пожар. Паника, действия пожарных частей и властей, трансформация ребенка в сверхъестественное существо, финальное прозрение одного из героев...

Описания борьбы с пожаром иногда затмевают мистическую составляющую. Впрочем, ближе к финалу столкновение с Огником обрастает множеством мелких, но эффектных деталей, а один из сюжетных поворотов придает рассказу апокалиптичности.

«…и все погрузилось в трясину» Романа Смородского — мощный психологический хоррор, в котором главный монстр — человек. Жестокий и бескомпромиссный барин живет на болотах вместе со служанкой и юродивым слугой. Он боится приходящей из топей Хозяйки — страшного существа, которое имеет над ним власть. Проникновенный рассказ, в котором психологичность превалирует над мистикой, а тревожность умело нагнетается в сценах контакта главного героя с неведомым существом. Перед читателем раскрывается биография барина, и нарастающие трагическим крещендо события предстают в новом свете ближе к финалу. Отличное знание человеческой психики, разнообразие приемов по нагнетанию напряжения и превосходное описание героев — вот слагаемые, делающие рассказ одним из лучших в сборнике.

«Три правила Сорок Сорок» Рината Газизова — история похищенного Сороками мальчика, который в конечном итоге возвращается в человеческое общество и, адаптируясь в нем, ворует людские качества. Используя различные лингвистические приемы и добавляя яркие мазки сюрреализма, автор создает существо с коллективным разумом, и чтобы лучше усвоить происходящее, при чтении иногда следует отключать здравый смысл и логику. Перед нами история взросления необычного ребенка. Да, она имеет мистическую подоплеку, но в ней нет пугающих или шокирующих сцен. По большей части это литературный эксперимент.

Действие рассказа «Шоколадное сердце» Яны Демидович происходит в дореволюционной России. Суженый главной героини дарит ей загадочный амулет из Южной Америки. Действие кулона меняет жизнь девушки. Рассказ наполнен потрясающей мистической атмосферой. Над происходящим царит дух исчезнувших с лица земли племен ацтеков, а видения жертвоприношений смешивают две реальности.

Перевоплощение нежной девушки в разъяренную фурию не дает оторваться от чтения ни на минуту. Трагический финал — главное украшение стильного и увлекательного произведения, в котором сплелись любовь и ненависть, запах шоколада и крови.

Русская литературная сказка — вот наиболее точное определение рассказа «Мать-гора» Оксаны Ветловской. XIX век. Инженер, приехавший в район уральской Мать-горы строить железную дорогу, становится участником мистических событий. Рассказ — оммаж на творчество Бажова, создателя известных «Уральских сказов». Здесь все знакомо — локации и время действия, некоторые сюжетные ходы, но самое главное — сказочная мистическая атмосфера, наполненная множеством красок. Художественная детализация выше всяких похвал: герои и окружающий мир живые и выпуклые. Сказочный сюжет вписан в жанр ужасов, и некая мрачность добавляет истории шарма. Очень достойный представитель русского хоррора.

Дмитрий Тихонов в рассказе «Разбойничья мистерия» описывает мытарства оживших марионеток, лишившихся своего Создателя. Примечательно, что все они — новозаветные персонажи, от Иисуса Христа до сотника Лонгина, и каждая обладает своим характером, соответствующим образу из христианской литературы.

Большая часть произведения — путешествие марионеток в поисках логова разбойника, куда дочка злодея забрала Христа. В пути ждут опасности и потери, сопереживать удается каждому из персонажей, даже условно отрицательному Сатане. В диалогах переплетаются христианские мотивы и мышление деревянных игрушек. Финал рушит все ожидания, словно карточный домик. Мрачная, нетривиальная благодаря аллегоричности и философичности история.

Раздел «Черные сказки» вобрал в себе самые натуралистичные, кровавые и страшные рассказы, в которых сказочная реальность — фон для создания пугающих сюжетов.

Посмотреть на избушку на курьих ножках под более мрачным углом предлагает Станислав Пожарский в рассказе «Моровая изба». Действие происходит в вымышленном селе, где существует культ поклонения богине Васняне. Среди годичных праздников есть Явление, во время которого через село проходит моровая изба. Автор объемно описал сельскую жизнь и мировоззрение запуганных и темных местных жителей, которыми управляет служитель культа Мирон.

Томительное ожидание прихода моровой избы вознаграждается раскрытием ее природы, когда внутрь попадает юноша. С этого момента инфернальность и запредельность происходящего начинают зашкаливать. Чтение пробирает до мурашек. Это по-настоящему мощный хоррор, без купюр, поэтому будьте готовы: на страницах «Моровой избы» перед смертью равны все герои.

В рассказе Богдана Гонтаря и Дмитрия Тихонова «О Чугае и царствии небесном» обыгрывается миф о приходе в наш мир Антихриста. У главного героя умерла мать, но он слышит ее голос, дающий указания из подвала. Гротескный, кровавый, местами мерзкий рассказ насквозь пронизан эсхатологическими мотивами, перенесенными в российскую действительность. Христианская мифология в разуме героя переворачивается с ног на голову, а реальность рассыпается в труху. Ужасают не сами мерзкие подробности, а их подоплека, за которой через прорехи рациональности маячит конец мира. Безумие с примесью гротеска и треша нарастает и нарастает, талантливый писательский дуэт удивляет на протяжении всей истории и подкидывает в финале потрясающий сюжетный твист.

Погружение в чертоги разума предлагает Евгений Шиков в рассказе «Куриная голова». Цыганка безуспешно побирается в поисках еды для своих детей и находит куриную голову, которая предлагает ей безумную сделку. Дискомфортное произведение увлекает цыганским колоритом и узнаваемым стилем сказок этого кочевого народа. Фактологический материал собран превосходный: фразы на цыганском, упоминания быта и обычаев. Над историями (к сквозной добавляются еще три, рассказанные цыганкой) витает дух смерти, холодными пальцами касается героини. Разбросанные по тексту прозрачные авторские намеки обретают свое истинное значение только в финале. Жуткое и тягостное впечатление подкрепляется указанием источника вдохновения для рассказа.

Сказки могут быть родником страха, но, как показывает антология «Черные сказки», служат и родником вдохновения. Разные по содержанию и по духу, эти истории неизменно, в большей или меньшей степени, содержат в себе элемент сказочности. Мы вырастаем, но тяга к ирреальному и иррациональному остается в нас до самого конца. Быть может, антология «Черные сказки» поможет отчасти понять наших предков, которых так же, как и нас, притягивало страшное и запредельное…

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)