DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Конец света в кино

Слово «апокалипсис» корнями восходит к последней книге Нового Завета «Откровение Иоанна Богослова», название которой на латыни звучит как Apocalypsis Ioannis. В ней описывается череда катаклизмов и чудес, предшествующих второму пришествию Иисуса Христа. В современном значении «апокалипсис» и «армагеддон» (собственно, последняя битва добра и зла из «Откровения») чаще используются не столько как библейские термины, сколько как синонимы конца света. Апокалиптика как жанр научной фантастики сосредоточивается на описании наступления некоей глобальной катастрофы, после чего цивилизация в таком виде, в каком мы ее знаем, перестает существовать. Хотя жанр зародился в начале XIX века, его расцвет пришелся на период Холодной войны, когда угроза ядерного конфликта казалась особенно высокой.

В то же время большую популярность получил и жанр «постапокалиптики» — там упор делался на выживание в мире, пережившем глобальную катастрофу и являющем собой, как правило, лишь руины цивилизации. Со временем постапокалиптика только набирала популярность: «Безумный Макс», серия Fallout, «Водный мир», X-COM и прочие аналогичные сеттинги до сих пор пользуются любовью по всему миру. И этому имеется вполне логичное объяснение: после периода страха перед вполне реальной угрозой уничтожения из-за идейного противостояния СССР и США коллективное бессознательное требовало живительного оптимизма и веры в то, что человечество выживет несмотря ни на что. Эти требования удовлетворила постапокалиптика.

Но приставка «пост» обозначает то, что будет после. О том же, как люди докатятся до жизни такой, рассказано гораздо меньше. Исправим же эту историческую несправедливость, рассмотрев наиболее яркие, выдающиеся и известные примеры апокалиптичного жанра в кино. Здесь условно можно выделить три основных типа конца света: природные явления, вторжение из другого мира и побочный эффект технологического прогресса.

Природные явления

Для начала обратим взор на фильм Найта М. Шьямалана с говорящим названием «Явление». Это не самая удачная и популярная картина «карамельного гения», но она отлично демонстрирует, что случится с человечеством, стоит только природе по-настоящему прогневаться на неразумных своих детей. По сюжету растения на северо-востоке США начинают выбрасывать в воздух токсин, негативно влияющий на человеческий мозг. У людей атрофируется инстинкт самосохранения, во-первых, а во-вторых, одурманенные растительным ядом, двуногие начинают убивать себя любыми доступными способами. Угроза распространяется поначалу в крупных мегаполисах, затем в городах средней руки, после чего методично проходится по сельской местности. Как подмечает главный герой фильма, преподаватель Эллиот Мур в исполнении Марка Уолберга, целью становятся большие скопления людей, но чем меньше их остается в живых, тем меньше народу нужно, чтобы спровоцировать новый выброс. В конце концов флора начинает реагировать даже на одного человека.

Формально «Явление» сложно отнести к жанру апокалиптики. Само явление в фильме носит локальный характер. Тем не менее концовка остается открытой, намекая, что ничего еще не закончилось, а следовательно, в считаные дни вся цивилизация может быть уничтожена. При этом весьма подробно расписана усиливающаяся паника и планомерное вымирание, от которого не спасает никакое бегство.

К разряду природных явлений относятся и всевозможные пандемии. В условиях бушующего COVID-19 все предыдущие страшные сценарии вымирания уже не кажутся такими уж вымышленными, зато обретают удручающе достоверную актуальность. В этом вопросе эталоном можно считать (простим обязательные паранормальные элементы) экранизацию «Противостояния» Стивена Кинга. Мини-сериал из четырех эпизодов вышел весной 1994 года. В нем показано развитие вируса супергриппа, вырвавшегося из научной лаборатории. Распространяемая от одного к другому, зараза выкосила 99% населения земного шара. Лишь редкие счастливчики с врожденным иммунитетом уцелели. Конечно, только для того, чтобы поделиться на два враждующих лагеря и устроить войну друг с другом, но это уже ближе к финалу. Львиная доля сюжета рассказывает как раз о распространении эпидемии, об ужасающих последствиях, о выживании выживших (простите за тавтологию), чем, собственно, произведение и привлекает. Между прочим, к релизу готовится очередная экранизация данного опуса Короля ужасов, который многие поклонники считают главной книгой в его карьере. Премьера нового сериала запланирована на 17 декабря 2020 года.

Можно также отметить первую экранизацию романа Ричарда Мэтисона «Я — легенда». Действие картины 1964 года «Последний человек на Земле» разворачивается в двух временных линиях: в мире, где главный герой — последний живой человек среди вампиров, больше похожих на зомби, и в череде флешбэков, демонстрирующих, как мир докатился до такого состояния. В отличие от более современной версии с Уиллом Смитом, первая экранизация, как и положено депрессивной апокалиптике, заканчивается поражением человека как вида.

Коль скоро речь зашла о вирусах и болезнях, стоит обратить пристальный взор на зомби. Мода на так называемый зомби-апокалипсис настолько обширна, что тема достойна отдельной статьи. Но все-таки даже флагман поджанра, сериал канала AMC «Ходячие мертвецы», — это чистой воды постапокалиптика. В нынешних условиях мало кому интересно прогнозировать развитие эпидемии — всем подавай анархию в уже зараженном мире. Поэтому, чтобы прочувствовать, каково это — оказаться в эпицентре вспыхнувшего нашествия зомби, нужно обращаться к классике. А именно — к фильмографии человека, создавшего сам поджанр зомби-апокалипсиса, Джорджа Ромеро. Из шести его фильмов о «живых мертвецах» лишь «Земля мертвых» постапокалиптична. Остальные строятся не на жизни после эпидемии, а на творящемся прямо здесь и сейчас бардаке.

В 2004 году небезызвестный Зак Снайдер совместно со сценаристом Джеймсом Ганном снял ремейк «Рассвета мертвецов». Фильм использует идею быстрых зомби, способных не только медленно ковылять, но и проворно бегать за добычей. Впервые «реактивные» зараженные громко заявили о себе в ленте Дэнни Бойла «28 дней спустя», в которой население Великобритании выкосила неизвестная зараза, а инфицированные стали каннибалами. Снайдер и Ганн используют ставший уже классическим (благодаря оригинальной ленте Ромеро) ход: ничего не понимающие герои в самом начале эпидемии запираются в некоем укромном месте и пытаются как-то выжить. Однако в какой-то момент выжившие решают сменить место дислокации на более безопасное, а именно отделенный водой остров. Для этого разрабатывается план прорыва к пристани с последующим захватом лодки. В лучших традициях апокалипсического жанра заканчивается все крайне печально: от оживших мертвецов нигде не удается скрыться.

Но не болезнями едиными чреваты природные катаклизмы. В фильме «2012» матерый мизантроп Роланд Эммерих планомерно дошел от локальных бедствий до катаклизма планетарного масштаба. В его фильме-катастрофе вспышка на Солнце приводит к нагреву ядра Земли, что, в свою очередь, запускает цепочку событий, перекроивших рельеф планеты. О начале бедствия становится известно заранее, поэтому группа ученых при помощи богатых и влиятельных людей создает «Ковчеги», гигантские корабли, способные пережить всемирный потоп. Главный герой, писатель-фантаст, а по совместительству водитель лимузина, пытается спасти свою семью, попутно наблюдая за зрелищным погружением Лос-Анджелеса в Тихий океан и извержениями вулканов по всему миру. Конечно, по итогу часть человечества удалось спасти, но мир таким, каким мы его знали, существовать перестал.

Завершить раздел природных явлений хотелось бы камнями из космоса. В 1998 году Майкл Бэй снял кино с синонимичным названием «Армагеддон», только вот самого конца света в нем так и не наступило. Всех по привычке спас Брюс Уиллис. В тени именитого собрата многими остался незамечен вышедший парой месяцев ранее фильм с аналогичным сюжетом «Столкновение с бездной». Только во втором случае ситуация закончилась не так радостно: род людской, конечно, выжил, но из-за падения первого обломка кометы смыло напрочь часть Европы, Африки и Америки. Маловато для полноценного апокалипсиса, но люди, как уже упоминалось ранее, после Холодной войны не слишком стремились быть уничтоженными даже так эпично, как от столкновения с кометой.

Злонамеренное вторжение

Раз уж обсуждение плавно перешло за границы атмосферы, то можно акцентировать внимание не только на бездушных каменюках, летающих себе в холодном вакууме, а поговорить и о ростках жизни, что затаилась среди звезд. Жизни чужой, непонятной, непредсказуемой, а оттого пугающей и почти наверняка враждебной. А раз так, значит рано или поздно братья по разуму захотят нас в лучшем случае поработить, в худшем — уничтожить. Примерно как в «Войне миров» Герберта Уэллса. Только у английского классика противостояние закончилось хорошо для землян. В дальнейшем подобный исход станет чуть ли не обязательным: все эти «Дни независимости» и прочие «Люди в черном» неизменно делают из homo sapiens победителей. Но так было далеко не всегда.

И тут же на ум приходит первая часть «апокалиптической трилогии» Джона Карпентера, классическая научная фантастика со щепотью боди-хоррора, «Нечто». Группа полярников в Антарктиде натыкается на останки инопланетного организма, способного мимикрировать под любое живое существо, в том числе и под человека. Удивительная способность к размножению и сложность в обнаружении делают сие существо крайне серьезной угрозой для всего человечества. Среди полярников зреет конфликт: они не доверяют друг другу, а кое-кто при этом считает, что ради всеобщего блага лучше, чтоб вообще никто не выбрался из зоны вечной мерзлоты. Собственно, открытый финал с двумя выжившими героями как бы намекает — один из них и есть инопланетянин. Иначе с чего бы режиссер считал ленту «апокалиптичной».

Подмена долгое время являлась в западной (в особенности в американской) культуре одной из важнейших тем. Речь, конечно же, про аллюзию на идеологическое противостояние — коммунистические и социалистические взгляды абсолютно чужды капиталистическому обществу, а для обывателей носители этих идей сродни инопланетянам: внешне выглядят как люди, но движут ими совсем другие, непостижимые идеалы. Как таких не бояться? Развернуто тему затронул писатель-фантаст Джек Финней в романе «Вторжение похитителей тел», написанном в разгар маккартизма и удостоенном сразу четырех экранизаций. Вторжение заключается в атаке внеземной формы жизни, подменяющей людей на их точные, но безэмоциональные копии во время сна. История экранизаций наглядно демонстрирует смену общественных страхов со временем. Первые два фильма — 1956 и 1978 годов — мало того, что называются одинаково, так еще и придерживаются классического финала. Как ответила Стокли в «Факультете» на вопрос, чем заканчиваются все книги об инопланетном вторжении: «Мы проиграли, они победили». Население методично заменяется «стручковыми» клонами. Несмотря на то, что в первой экранизации концовка чуть более открыта, лента 1978 года однозначно отражает страхи общества: мы проиграли, они победили.

А вот уже в картине 1994 года «Похитители тел» концовка гораздо более открытая. Главные герои сбежали от разворачивающих полноценное вторжение инопланетных организмов и даже дают им отпор, мешая распространять влияние по всему миру. Налицо смена идейного посыла, да и в целом к концу XX века противостояние США и СССР свелось на нет в силу развала последнего. Самая поздняя из достойных упоминания экранизаций — «Вторжение» 2007 года с Николь Кидман и Дэниэлом Крэйгом — и вовсе скатилась в унылую попсу. Люди попросту нашли средство от заражения, что напрочь убивает весь авторский замысел.

Но хватит о гостях с далеких орбит. В фантастике еще имеется концепция параллельных измерений и многомерных пространств. Оттуда точно так же внезапно могут нагрянуть с отнюдь не дружеским визитом тамошние жители. Как, к примеру, во франшизе «Кловерфилд», взращенной продюсерским талантом Дж. Дж. Абрамса. Первый фильм «Монстро», равно как и камерный «Кловерфилд, 10», наводил мысли на атаку инопланетян. Даже шутка в свое время ходила: «"Монстро" — фильм о том, как ультраликс и пачка зергиток штурмуют Манхеттен». Но вышедший в 2018 году «Парадокс Кловерфилда» послужил специфическим приквелом, эксперименты которого открыли портал между двумя измерениями, что в итоге и привело к событиям, показанным в предыдущих частях.

Аналогичный зачин встречается и во «Мгле» Фрэнка Дарабонта, снятой по повести Кинга «Туман». Некие эксперименты ученых на секретной научно-исследовательской базе приводят к открытию портала в другой мир. Оттуда лезут непотребные твари и жрут добропорядочных налогоплательщиков. Завязка для очередного апокалипсиса весьма достойная, да и концовка фильма одна из самых печальных в современном кинематографе. Но все-таки на конец света сей локальный инцидент, как и в случае с «28 дней спустя», не очень подходит.

Закончить раздел с вторжениями следует тем же, чем он был начат — «апокалиптический трилогией» Карпентера. А именно ее финалом — вдохновленным творчеством Говарда Филлипса Лавкрафта фильмом ужасов «В пасти безумия». Страховой агент Джон Трент в исполнении Сэма Нила отправляется на поиски писателя Саттера Кейна. Но когда находит, то выясняется ужасная правда: все книги Кейна в той или иной степени правдивы. Он не столько их выдумывает, сколько ему нашептывают их существа из другой реальности. А в последнем романе Кейн описывает приключения Джона Трента, которые завершатся массовым психозом, гибелью человечества как вида и вторжением запредельных монстров в нашу реальность. Протагонист пытается предотвратить распространение романа, но его сажают в психушку. А в финале он выбирается из заточения и бродит по обезлюдевшему городу, осознавая, что помог наступить апокалипсису.

Вершина технического прогресса

Но и человеческий ум не стоит недооценивать. Чтобы стереть цивилизацию в труху, людям необязательно нужна помощь в лице непреодолимых сил, форс-мажоров и кровожадных интервентов. При желании — и боязнь «Холодной войны» это отражает как нельзя лучше — мы справимся и сами: своими силами и собственными технологиями. Так что поговорим о тех достижениях прогресса, которые могут свести род людской в могилу.

Первым делом, в очередной раз упомянем Короля ужасов. В 2016 году на экраны вышла очередная экранизация Стивена Кинга «Мобильник». В ней, равно как и в оригинальном романе, источником зла (а точнее, проводником) стали мобильные телефоны. По сюжету, местный апокалипсис начинается со звонков на сотовый. Те, кто отвечает, сходят с ума и превращаются в кровожадных убийц. Концовка фильма отличается от финала романа (посвященного, между прочим, Ричарду Мэтисону и Джорджу Ромеро, чьи идеи в некотором роде и легли в основу кинговской книги). В фильме, как и положено приличному представителю жанра апокалиптики, концовка не дает шансов на надежду и спасение.

Новые технологии послужили проводником для сил зла и в фильме «Пульс» 2006 года, который, в свою очередь, является ремейком одноименной японской картины 2001-го. Само собой, американская версия чуть более динамичная, в то время как в Стране восходящего солнца больший упор сделали на аллегоричность высказывания на тему людского одиночества в стенах большого города. История рассказывает об открытии абсолютно новых частот связи сверхширокого диапазона. Но вместе с радиоволнами в наш мир стали проникать призраки — то ли существа из иной реальности, то ли души умерших. Каждый, кого коснется такой призрак, погружается в глубокую депрессию и совершенно теряет волю к жизни. Итог зараженного одинаково печален: либо самоубийство, либо развоплощение в черный пепел. От цепких лап призраков нет никакого спасения: они проникают везде, где есть радиосвязь. И только красный скотч может ненадолго задержать их, блокируя часть спектра, необходимую призракам для перемещения. В финале герои бегут из обезлюдевшего города в глушь, где не ловят сигналы телефонов. А бетонные джунгли остаются во власти призрачных существ. Кино хоть и не подталкивает к мысли об исчезновении человечества, но все равно достаточно мрачное и не подразумевает хэппи-энда.

Но цифровые технологии — это современные тенденции. Уже без малого столетие умы творцов одержимы ядерной войной. Но если в подавляющем большинстве случаев такая конфронтация становится удобным (и любимым) фоном для постапокалиптических произведений, то лишь некоторые осмеливаются показать бесповоротно фатальные последствия обмена ударами двух сверхдержав. Одним из таких людей стал английский инженер и писатель Невил Шют. Его роман «На берегу», опубликованный в 1957 году, дважды экранизировали: в 1959 году как полнометражный черно-белый фильм и в 2000-м как двухсерийный телефильм с Армандом Ассанте. Действие в обоих случаях разворачивается буквально через несколько дней после обмена ядерными ударами между коммунистической и капиталистической сверхдержавами. В версии 2000 года в роли «красной угрозы» выступил Китай. Главные герои — члены экипажа атомной подводной лодки американского флота, которые доживают последние дни на побережье Австралии. Облако радиоактивного загрязнения в течение пары месяцев накроет и этот последний оплот человеческой цивилизации на Земле. Персонажи об этом знают и не лелеют надежд на чудесное спасение. Даже когда обнаруживают в радиоэфире повторяющееся сообщение с северных широт, куда, по некоторым расчетам, радиоактивный фон не доберется. Крайне депрессивная история, оставившая след на творчестве последующих поколений, в том числе Кинга и братьев Стругацких.

Однако «На берегу» опускает само начало войны. «Терминатор 3: Восстание машин» в этом плане смотрится куда выигрышнее. Заодно триквел похождений Скайнет затрагивает еще одну излюбленную тему конца света — непосредственно восстание машин. День, когда технологии обернулись против создателя. В «Матрице» аналогичные события тоже служат частью истории, но там они происходили задолго до основного действа. Кроме того, «Терминатор» перечеркивает оптимистическое завершение дилогии Джеймса Кэмерона: избежать Судного дня не удалось, машины неизменно восстают, а цивилизация обречена погибнуть в ядерном пожарище. И задача Джона Коннора не предотвратить восстание машин, а пережить его, дабы потом, на руинах уничтоженного мира, дать отпор коварным железякам. А сам фильм как раз демонстрирует, как засланная из будущего Терминатрикс (Кристанна Локен) зачищает будущих полевых командиров, прежде чем активировать компьютерную систему министерства обороны и инициировать тем самым Скайнет. Ну и дать команду ядерному удару, куда ж без этого. А Джону не остается ничего другого, кроме как отсидеться в бункере и морально приготовиться к объединению остатков человечества.

* * *

Как в свое время говорил Джордж Карлин: «С планетой все будет в порядке, это людям конец». Пока что человеческая фантазия (за исключением разве что сценаристов «Доктора Кто») ограничивается вымиранием людей как вида в случаях конца света. Придумать глобальные кранты можно разными способами. Но делать этого почему-то совершенно не хочется. Может, дело в том, что из-за отсутствия наглядной и ощутимой угрозы в головы не приходит простая мысль, что наш вид не так живуч и всемогущ, как кажется? Роль универсальной глобальной страшилки сейчас занимает не потенциальная война (хотя ядерный потенциал никуда не делся), а глобальное потепление. Особо социально активные норовят приписать вину за климатические изменения деятельности человека, хотя и задолго до воцарения двуногих природа вносила свои коррективы.

Как бы то ни было, сейчас человечество все меньше и меньше боится уничтожения себя любимого. Возможно, это говорит в пользу геополитической стабильности. А может, пропала нужда в образе иррационального противника. Или выросшее в тепличных условиях поколение даже не догадывается, насколько ничтожен человек перед природой. И что вместо гламурного зомби-апокалипсиса, в котором обязательно выживут разрозненные коммуны, что начнут возрождать цивилизацию, люди просто могут вымереть. Все до единого.

А потом планету заселит новый вид.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)