DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

КУКЛА. ЗАРОЖДЕНИЕ ЗЛА

Порнохоррор Андреаса Бетмана в контексте немецкого андеграунда

Истоки андеграундных хорроров

Немецкая школа хоррора дала миру не так уж много ярких имен. В первой половине 1920-х гг. в Германии активно развивался экспрессионизм, фильмы были полны предчувствия социальных потрясений, а сюжеты обращены вглубь темной стороны души героев. Такие мастера, как Роберт Вине и Фридрих Вильгельм Мурнау, сняли шедевры немого кино «Кабинет доктора Калигари» (1920) и «Носферату, симфония ужаса» (1921), пополнившие копилку страшного кино приемами создания атмосферы, визуальными образами зла и безумия.

В период Третьего рейха хоррора как такового в Германии не было. Адольф Гитлер очень ценил искусство классика экспрессионизма Фрица Ланга и мечтал сделать его придворным художником, однако Лангу нацизм был органически чужд. В 1933-м, в год прихода к власти нацистов, режиссер уехал из Германии и вернулся лишь в конце 1950-х, и то ненадолго.

По неслучайному совпадению Третий рейх, как и СССР сталинской поры, не позволял снимать ничего выходящего за рамки господствовавшей идеологии. Тоталитарные вожди услаждали себя и приближенных комедиями и водевилями, где сюжеты максимально далеки от реальности. А вот хорроры наполняют зрителя если не страхом, то чувством тревоги. Не только немецкий киновед Зигфрид Кракауэр, но и массовый зритель мог бы сопоставить условного доктора Калигари с Гитлером. Как и в советском кино 1930-1940-х гг., немецкие фильмы подразделялись на два лагеря: те, которые укрепляли власть нацистов в сознании людей («Штурмовик Бранд» (1933), «Еврей Зюсс» (1940)), и те, где можно расчувствоваться и умилиться, помечтать и сбежать от реальности в мир сказки («Великая любовь» (1942), «Кольберг» (1945)).

В разделенной после войны Германии хоррора также не было, если не считать отдельные фильмы режиссеров «нового немецкого кино». Максимум — криминальное кино, в первую очередь экранизации романов Эдгара Уоллеса. Многие из них частично воскрешали экспрессионистскую атмосферу 1920-х гг., хотя в большей степени на них повлиял американский нуар. По сути работы Альфреда Форера и Харальда Райнля представляли собой аналог грайндхауса США 1960-х гг.: фильмы снимались в короткие сроки и на грошовом бюджете, эксплуатируя запретную тему насилия.

«Новое немецкое кино» было призвано возродить из руин славу немецкой кинематографии. Это действительно произошло в 1970-е гг., однако хоррор в жанровый спектр авторов «новой волны» не вписывался. Разбег тем не менее был большой — от философских притч Вернера Херцога до эстетских мелодрам Райнера Вернера Фассбиндера, от авангарда Александра Клюге до «голубого кино» Розы фон Праунхайма. В эти же годы Кристоф Шлингензиф поставил свой первый полнометражный фильм «Дом смерти леди Флоранс» (1974), который кинокритик Алекс Клотц считает хоррором. Что там за хоррор мог снять Кристоф в 14 лет, вопрос особый, но этот режиссер в принципе не интересовался эстетикой страшного кино, используя шокирующие сцены исключительно для провокации и мистификации. В 1973 году «Нежность волков» выпустил актер Фассбиндера Улли Ломмель. После эмиграции в Штаты он станет известным хоррормейкером, однако в 1970-е Ломмель не проявлял интереса к хоррору, поставив историю о маньяке-педофиле Фрице Хаармане в жанре психопатологической драмы.

Но вот грянули 1980-е. В ФРГ проник «ветер перемен». Дул он, правда, не с востока, как пели Scorpions, а с запада. Зарождение массовой культуры в ФРГ и ее влияние на умы молодых людей удачно запечатлел Экхарт Шмидт в своем шедевре «Поклонница» (1982). Шмидт вполне себе представитель «нового немецкого кино» — он находился под влиянием европейских классиков в лице Микеланджело Антониони и Лукино Висконти, а как издатель журнала сотрудничал и с Райнером Вернером Фассбиндером, и с Вернером Шретером.

В это время Андреас Шнаас ходил смотреть хорроры в кинотеатр «Зеркальное кино». Его не интересовали нацисты и их преступления, и он не чувствовал, как авторы «немецкой новой волны», каиновой печати, лежащей на всей нации из-за преступлений Третьего рейха. Хоррор, прежде замалчивавшийся, должен был рано или поздно прорасти. Почва, удобренная шедеврами экспрессионизма 1920-х, не могла не принести плоды. Тем более к тому времени процесс вестернизации охватил практически все страны. Зомби и маньяки уверенно зашагали по большим и малым экранам, вдохновляя энтузиастов, вроде Шнааса, попробовать снимать самим.

Едва ли будет преувеличением сказать, что в Германии одна из самых строгих цензур среди европейских стран. Немцы вырезали насилие даже из заграничных хорроров, особенно итальянских, что не помешало Андреасу Шнаасу проникнуться большой любовью к таким мастерам жанрового кино Италии, как Джо Д`Амато и Лючио Фульчи. «Федеральное агентство по надзору за СМИ, вредными для молодежи» строго следило за тем, что выходит в прокат. Парадоксально, что хоррор Германии, находясь в глубоком андеграунде, развился в самые шокирующие, часто неприемлемые для большинства людей формы, сопоставимые разве что с извращенной японской эксплуатацией.

Становление «темного» андеграунда

Немецкий хоррор, о появлении которого можно уверенно говорить начиная со второй половины 1980-х, следует разделить на три волны. Первая — это такие режиссеры, как Олаф Иттенбах и Андреас Шнаас (по вкусу можно сюда добавить и неисправимого провокатора Кристофа Шлингензифа), дебютировавшие в конце 1980-х. Йорга Буттгерайта, автора «Некромантика» (1987), отставим в сторонку — он скорее авангардист, чьи художественные высказывания воплотились в шокирующие некрофильские формы. Однако именно Буттгерайт, как ранее Шмидт с «Поклонницей», пробили некую брешь в плотном заслоне немецкой цензуры.

Вторая волна пришлась на 1990-е гг. Среди постановщиков, которые стали известны за пределами страны, можно выделить Уве Болла (пусть хорроры он начал снимать в США и так удачно, что геймеры сразу обложили его петициями), Андреаса Бетмана, Тимо Розе, а также Хейко Фиппера и Яна Райффа. Последние двое — откровенные любители, фильмы которых ведомы далеко не каждому хоррорману. Между тем Ян Райфф был не лишен таланта, жаль, пропал бесследно, сняв два фильма в первой половине 1990-х.

Третья волна пришлась на 2000-е гг. Здесь целая россыпь постановщиков — Марк Роншток и Марсель Вальц, Фрэнк В. Монтаж и Андреас Маршалл. В мейнстриме в это время вышли слэшеры «Бассейн» и «Флэшбек» (оба — 2000). Также началась деятельность радикального анонимного художника Мэриена Дора, чей шокирующий авангард выступил прикрытием для самых садистских фильмов немецкого подполья. Как в свое время о «Некромантике», зрители и критики спорили о «Каннибале» (2005), а в это время Андреас Бетман знай себе снимал порнохоррор, а Марсель Вальц — гламурные сплаттеры с гомосексуальным душком.

Малоизвестный Бетман

Что рядовой киноман знает об Андреасе Бетмане, герое нашей статьи? Едва ли много. Это неудивительно, поскольку, в отличие от Андреаса Шнааса, множества интервью с ним нет. Он то ли игнорирует прессу, как Мэриен Дора, то ли, что вернее, просто неинтересен ей. Известно, что сей деятель подпольного кино родился в 1970 году, как, кстати, и Мэриен Дора. Вроде ровесники, а какие разные! Про Дора монографию написать можно, а Бетман — это во многом единомышленник Рэя Денниса Стеклера, лишь раз мощно заявивший о творческих амбициях. Но об этом позже.

Если периодизация творчества Стеклера довольно проста — вот «нормальное» кино, вот порно ради денег, а потом опять «нормальное» кино, — то Бетман все перемешал, не последовав совету Джеймса Бонда. Андреас Бетман трудился в порно, как папа Карло, — был и в кадре, и за кадром и всегда участвовал в порнографических сценах. В последние годы о нем что-то не слышно. Наверное, на пенсию ушел, ведь у порномейкеров она ранняя, по вредности.

В фильмографии Бетмана есть как собственно порно, которое любопытствующие могут отыскать на порноторрентах, так и чистый хоррор, если можно так выразиться. Но гораздо больше смешений порно и хоррора, да таких смелых, которые не снились его кумиру Хесусу Франко. Интересно, что режиссер также является редактором двух журналов — «X-Rated» и «Art of Horror». Первый, надо думать, посвящен порно, а второй хоррору. Прямо раздвоение личности! Где там доктор Фрейд?

Если говорить серьезно, то Андреас Бетман принадлежит к тем редким (и слава богу) режиссерам, которые испытывали одинаковый интерес к хоррору и эротике. Для него порно было не только легкой возможностью пополнить карман, но усладой души, о чем свидетельствует его собственное участие в порнографических сценах.

Между порно и насилием

История умалчивает, что делал Андреас Бетман до 26 лет, когда он снял «Танец тыквенной головы» (1996). Название красивое, но бог с гневом отвернулся от человека, когда он сказал, что Бетман снял эстетское кино. Перед нами любительский фильм, качество которого разве только немного лучше, чем у скандального дебюта Андреаса Шнааса «Violent Shit» (1989). Дух маньяка вселился в тыкву — это сюжет для треша, но Андреас Бетман юмор не признает в принципе и все снимает серьезно. Если бы режиссер владел саспенсом или умел создавать атмосферу…

Если бы, если бы — хорошо хоть тыква не совокуплялась ни с кем. Уже можно заметить, что Андреас Бетман развратился не сразу, а постепенно, проведя долгие ночи за лицезрением эротических хорроров Джо Д`Амато и Хесуса Франко.

Помня шедевр Экхарта Шмидта о развращающем влиянии западной массовой культуры на немецкую молодежь 1980-х, нельзя не заметить, что режиссер подражает американскому хоррору, особенно популярным во второй половине 1980-х гг. мистическим хоррорам о вселении души маньяка в предметы или других людей. К вашим услугам «Детские игры» (1988) и «Электрошок» (1989), но до этих фильмов Бетману как пешком до луны. Слабая, незрелая поделка любителя, к плюсам которой можно отнести попытку автора создать хоррор с сюжетом, а не с сексом и насилием.

Если соединение хоррора и эротики редко выходило удачным у таких талантливых режиссеров, как Джо Д`Амато, то уж его эпигон тем более не мог придумать ничего хорошего. В 1999 году постановщик создал первый порнофильм (а может, и до этого баловался, да киноманы не уличили?) «Die geheimen Spiele junger Mädchen». В ролях Синди, Жози, Ванесса — все по классике. Если Стеклер почти не приглашал в свои фильмы лиц из кино для взрослых, то Бетман не брезговал — зачем стесняться, если его хорроры и триллеры наполовину такое же порно. Параллельно Андреас выпустил первую часть «Ангела смерти» (1998), одного из своих самых известных фильмов. Нет, это не парафраз «Седьмой печати» — Бетман думал о смерти в низменных тонах, что и подтверждает постер, где изображена полуобнаженная девушка с ножом и в маске скелета.

По сути перед нами еще одно подражание шедевру Ингмара Бергмана «Девичий источник» (1960) и его хоррор-варианту «Последний дом слева» (1972). Если вы думали, что много эротики было в оригинальных «Я плюю на ваши могилы» (1978), то вы просто не видели творение Бетмана. Дрянная съемка полулюбительской камерой и простейший сюжет о насилии и возмездии подан режиссером так, как и следует ждать от любителя — без каких-либо визуально интересных сцен или поворотов сюжета. Единственное, что Бетман сумел придумать, это сумасшествие своего «ангела смерти», в результате чего она становится ярой мужененавистницей и, подобно «черной вдове», убивает всех, с кем вступает в сексуальный контакт. Однако лучше ознакомиться с французским бесцензурным триллером «Трахни меня» (2000), использующим тот же феминистский месседж, чем взирать на убогое творение немецкого подпольщика.

WIP-фильмы режиссера

В 2007 году Андреас Бетман снимает продолжение «Ангел смерти 2», которое фактически является совершенно другой историей. Больший размах постановки, приглашение на роль злодейки музы Хесуса Франко Лины Ромей, а также участие известных актеров немецкого андеграундного хоррора Мануш и Томаса Керсмара несколько вытягивает сиквел из пропасти бездарности. Бетман, по традиции, все делал сам, разве что спецэффекты создал Олаф Иттенбах, работа которого, как всегда, идеальна. Стоит сказать, что многие фильмы Бетмана вытягивают спецэффекты Иттенбаха, который, очевидно, дружит с ним, участвуя чуть ли не в каждой его постановке 2000 — 2010-х гг.

Андреас Бетман — большой любитель эксплуатационного кино, поэтому попытался стилизовать сиквел «Ангела смерти» под WIP — women in prison. Попытаться попытался, но порнографическая душа режиссера все время дает о себе знать. Вместо эротики — небрежно снятые совокупления, а сам сюжет служит лишь оправданием многочисленных софт-порносцен.

Вторая попытка Бетмана снять WIP и вовсе провалилась — его «Тюремный ад: К3» (2009) самое настоящее порно, которое роднят с «нормальным кино» разве что спецэффекты Олафа Иттенбаха и участие приличного актера Томаса Керсмара, который не постеснялся участвовать в совокуплениях.

Режиссер, конечно, видел европейские WIP-фильмы, возможно, смотрел немногочисленные американские образчики. Хоть жанр эксплуатационный, но эротика должна быть красивой, интересной зрителю. Увы, про эстетику Бетман не слышал. Его интересует грубая случка, словно в хлеву, а гигантомания просто поражает — режиссер растягивает чуть ли не на два часа то, что можно уместить в короткометражку. Неудивительно, что, в отличие от неоднозначного Андреаса Шнааса, за Бетманом не бегают толпы поклонников. Графоман и нимфоман, что с него взять.

Хорроры Бетмана

IMDB выделяет двадцать режиссерских работ Андреаса Бетмана. При этом «Ангел смерти» и «Дьявольское отродье» имеют две даты выхода. Возможно, это объясняется разными вариантами одного фильма. По примеру Хесуса Франко, Бетман также делал «приличную» и X-версию одного сюжета, дабы охватить как можно большее число потенциальных зрителей.

«Дьявольское отродье» (1999) — один из ранних хорроров режиссера. По сравнению с «Танцем тыквенной головы» и «Ангелом смерти» он не так ужасен, но и до хорошего далеко. Андреас Бетман знал, что есть такая классика жанра, как трилогия «Зловещие мертвецы» и дилогия «Демоны», и решил снять ремейк (!). До Бетмана ремейк делал Андреас Марфори, и надо сказать, что по сравнению с версией Бетмана его «В когтях зла» (1988) был шедевром.

Кажется, нельзя опозорить классику — всякая грязь отлипает от нее. Но Андреас Бетман старался изо всех сил. Для этих целей он подговорил женщин и демонов (не настоящих, конечно) участвовать в сценах секса и мастурбации. От хоррора тут дешевые муляжи, которые делал сам Андреас. Смотреть его ремейк — все равно что взирать на испражняющегося бабуина. Поклонники классических фильмов Сэма Рейми и Ламберто Бавы сие чудо, должно быть, не видали. Как Бетман ни старался примазаться к хоррору, но дальше порнотрекеров большинство его опусов не ушло.

Помимо грязного порно и глумления над жанрами и сюжетами (но не как у Шлингензифа — Бетман едва ли знает, что такое треш), Андреас испытывает особую любовь к сиквелам, которые он снял почти ко всем своим фильмам. Дилогию образуют две части «Ангела смерти», порно «Вегетарианки» (и до них Бетман добрался), а также «Прерванная жизнь» — самая интересная из них.

«Прерванная жизнь» снята относительно прилично (для Бетмана), особенно сиквел, где появился даже (неслыханное дело!) юмор. Эти фильмы являются триллерами, любовь к которым он разделял со Стеклером и, как и культовый американец, тоже не умел их снимать. «Прерваная жизнь» является парафразом двух классических хорроров — «Психо» и «Техасской резни бензопилой». Также в нем присутствует интересная тема стокгольмского синдрома, которую режиссер не развивает. Мотив психологической близости с маньяком не единожды использовался в мировом кино, достаточно назвать девятнадцатую часть «бондианы» «И целого мира мало» (1999), но Андреас Бетман не по части психологии. Он собаку съел на порносценах в оболочке триллера, для чего позвал сюда звезду анального порно (простите, но факты вещь упрямая) Рене Порнеро. Эта австрийка трудилась в порноиндустрии шесть лет и не могла не приглянуться Андреасу. Маньяка режиссер играл сам (ну а кто еще, ведь ему сама Порнеро минет делает). Снято чуть более прилично, но в целом очередная замаскированная под триллер порнография — неудивительно, что сцены из этого фильма есть на порнохабах.

А вот сиквел вышел удачнее. Оказалось, что Рене Порнеро может не только орально ублажать режиссера и подставлять мужикам свою заднюю часть, но и играть, неплохо изображая свихнувшуюся от общения с маньяком жертву. Сиквел практически лишен порносцен (насколько это возможно для порноманьяка Бетмана), содержит трешевый юмор (проститутка и клиент решают заняться сексом прямо на лестнице заброшенного дома, где обитает маньячка (!)) и приличную операторскую работу со временами необычными ракурсами. Для Андреаса Бетмана «Прерванная жизнь 2» стала явной удачей, и можно было бы на радостях выписать режиссеру индульгенцию и отпустить с миром, если бы в его фильмографии не было «Помогите, я мертва» (2013).

Главный фильм режиссера

Андреас Бетман — не первый порномейкер, который один раз снял отличное кино, выходящее за рамки традиционного хоррора. Таков единственный приличный фильм Арманда Уэстона «Дом ужаса» (1981), мощно дебютировал в приличном кино и Терри М. Уэст, прежде автор гнусного софт-порно, паразитирующего на хорроре. Вот и Бетман снял необычную мистическую ленту, вдохновленную не столько фильмами эротомана Франко, сколько религиозным авангардом Мэриена Дора. Бетман ссылается на проклятый шедевр Доры «Меланхолия ангелов» (2009), заключая практически все действие в одиноко стоящем доме, где еще живы воспоминания о произошедшей здесь когда-то трагедии. Постановщик практически полностью убрал всякую эротику из фильма, если не считать целомудренной для Бетмана сцены секса главной героини со своим парнем (угадайте с двух раз, кто его играет) и попытки изнасилования ее же бандитом в последней трети.

Актриса «Меланхолии ангелов» Маргарет фон Штерн играет девушку-инвалида, студентку факультета психологии, которая изучает трагическую историю заброшенного дома. Когда-то здесь жил фермер, женившийся на азиатке, но нацисты, озабоченные чистотой арийской расы, прознали о его тайне, которую он тщательно скрывал. Жестокое убийство всей его семьи — практически единственная сплаттер-сцена. Автор обращается чуть ли не к концепции Фридриха Ницше о вечном возвращении, изображая дом некоей «черной дырой» — здесь остановилось время, только в пределах дома главная героиня может ходить, а зло, однажды совершившееся, постоянно повторяется. Грабители, проникшие в дом, издеваются над беспомощной жертвой почти так же, как нацисты над семьей фермера. И в чем разница между ними и садистами в мундирах?

Режиссер как бы говорит, что идеология Гитлера не умерла, ибо базис ее — не фашизм Муссолини, а примитивно понятая сентенция Ницше о воле к власти. Известен афоризм немецкого классика: «Падающего подтолкни». Но он же писал иное, обращаясь к нищим: «Никогда не благодарите подающих вам. Пусть они благодарят вас, что вы приняли их милостыню». Нацизм будет повторяться до тех пор, пока в человеческом сознании не исчезнет мысль, что физическая сила — это маскулинность, а власть — возможность делать что угодно и не нести ответственность.

Но, возвращаясь к идеям Ницше, сила это или же слабость? Не заложники ли нацисты и современные разбойники своей животной страсти и желания издеваться над ближним своим? А человек, неспособный ходить за воротами дома, не сильнее ли их духовно, раз может справиться со страхом и бороться за свое человеческое достоинство?

Многослойный, отлично снятый фильм Андреаса Бетмана, с визуальными отсылками не только к Дора, но и к образам Андрея Тарковского, доказывает парадоксальную мысль: Бетман имеет талант создавать необычное кино, жаль только, большую часть карьеры он находился в зависимости от своей страсти к порнографии. И в свете всей его фильмографии сложно не воспринять «Помогите, я мертва» в качестве покаяния режиссера за свое прежнее аморальное творчество. И сложно не простить многогрешного Андреаса за такое философское кино.

Казалось, что вот сейчас режиссер сбросит старую кожу и отныне будет снимать талантливое кино. Но его следующий фильм «Terror Creek» (2014) доказывает, что от порно никуда не деться. И пусть он профессионально снят, примитивный сюжет и зацикленность автора на лесбийских утехах (маньячку опять играет Рене Порнеро) сводят на нет все немногочисленные плюсы.

Самый известный фильм Бетмана

Стоит сказать несколько слов и о самом известном фильме Андреаса Бетмана, его эпосе (идет 2,5 часа!) «Красная Венеция» (2003). Долгое время эта постановка была единственным переведенным на русский язык фильмом режиссера — по ней судили о его кинематографе, который, памятуя «Помогите, я мертва», неоднозначен и не сводится только к порно в антураже хоррора.

«Красная Венеция» является квинтэссенцией тем и сюжетов раннего Бетмана, когда он находился под нехорошим влиянием Хесуса Франко, чье позднее творчество — почти сплошь примитивные эротические зарисовки. В этой работе нашел продолжение сюжет «Ангела смерти» о насилии и мести, присутствуют, конечно, и любимые порносцены режиссера, почти на любой вкус, а также фильм пролагает мостик к будущим экспериментам постановщика в так и не покорившемся ему жанре WIP. А Хесус Франко и Лина Ромей знаменательно присутствуют в эпизоде.

«Красная Венеция» — последний фильм Бетмана, созданный без участия Олафа Иттенбаха. Спецэффекты здесь делал малоизвестный Тим Джонас, и у него, естественно, не вышло ничего хорошего. Где его нашел Бетман, объяснять не надо — в порно, конечно. В дальнейшем Джонас больше не работал в «нормальном» кино.

Состоялся ли Андреас Бетман как режиссер?

Творчество Андреаса Бетмана плоть от плоти немецкого подпольного кино. Существовавшие вдали от цензуры, фильмы этого направления как будто специально эпатировали зрителя. Режиссеры включали в них самые дикие сцены, самое грубое насилие, откровенную эротику и порнографию. Андреас Шнаас, для многих ставший символом этого кино, в 2000-е переродился в умелого трешмейкера, почти отказавшись от навязчивого насилия. Бетман же, имея непреодолимую страсть к порнушке, сублимировал эту тягу посредством «грязного» кино, где перемешаны секс и насилие. У постановщика практически нет фильмов, вообще лишенных порнографии, но парадоксально и Бетман сумел выразить «светлую» часть своей натуры, сняв «Помогите, я мертва», где неожиданно пересеклись такие разные авторы, как Андрей Тарковский и Мэриен Дора. Хочется простить постановщика, смотря его философскую поэму, и хочется требовать строгих мер от немецких властей за такие его фильмы, как дилогия «Ангел смерти» и «Тюремный ад: К3». Удивительно, что все это снял один человек!

Андреас Бетман в гораздо большей степени близок «новому немецкому кино», нежели безобразник Шлингензиф, хоть он косвенно и соприкасался с великими авторами этого направления. «Помогите, я мертва» Бетмана наверняка снискало бы признание в среде эстетов той поры, как романтико-мистическое покаяние режиссера за косвенную вину всей немецкой нации перед пострадавшими народами. Однако и в наше время фильм не затерялся, рифмуясь с необычной картиной Олафа Иттенбаха «Сад любви» (2003), где точно так же применяется концепция «вечного возвращения». Зло неистребимо и будет возвращаться до тех пор, пока человек не уничтожит его в себе. Единственное спасение — это любовь, и этот нехитрый вывод сближает Андреаса Бетмана не только с немецкими романтиками XVIII — XIX вв., писавшими о «тоске по богу», но и с христианством, где бог — это любовь.

Комментариев: 1 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 Eucalypt 20-01-2022 14:44

    Потрясающая статья! Спасибо.

    Учитываю...