DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Виктор Глебов «Истребители чудовищ: Длинные тени»

Предыдущие выпуски сериала читайте в прошлогодних номерах:

1. «Вишневый сад»

2. «Старая церковь»

3. «Часовой»

4. «Каштанка»

5. «Зеленые небеса»


На мои письма ответа не последовало. Может, я сделал что-то не так, может, респондент решил, что не хочет открывать свои тайны. Не знаю. И, самое главное, не представляю, что могу предпринять, чтобы прояснить ситуацию. Мои попытки разузнать о делах, описанных Гулей, принесли кое-какие плоды: да, были происшествия, сопоставимые с ее историями, но разобраться, где правда, а где вымысел и кто что исказил, не представляется возможным. Похоже, мы так и останемся в неведении относительно подлинности путешествия бесстрашных истребителей чудовищ.

Файл № 6: «Длинные тени»

Расшифровка диктофонной записи от 12 декабря 2018 года

Признаться, я думала, мы едем на Рождество. Ну, или на Новый год. Может, даже на оба праздника, которые так любят люди. Почему я так решила? Нет, дело было не в том, что декабрь подбирался к середине, — просто мы отправились в Питер. До сих пор наш джип колесил по российской глубинке. Мы словно избегали больших городов. А теперь вот Феликс заявил, что нас ждут дела в Северной столице. Услышав эту новость, я испытала облегчение. Серьезно. Надоело мотаться по каким-то населенным пунктам без супермаркетов и нормальных гостиниц, а то и вовсе ночевать в палатке или на развалинах. Не то чтобы мне надо было привыкать к этому спартанскому образу жизни — все-таки я гуль, — но к комфорту быстро привыкаешь, а Феликс вытащил меня из вполне благоустроенной квартиры и потащил в это затянувшееся путешествие, финал которого мы представляли хоть и по-разному, но одинаково нечетко. Потому что кто знает, как лягут карты, когда настанет время подбивать баланс, если вы понимаете, о чем я.

В общем, мы приехали в Питер и остановились в однокомнатной квартире, которая принадлежала приятелю Феликса. Не знаю, может, они занимались истреблением нечисти вместе — были коллегами, ну или друганами по интересам. Я в такие вопросы не вникаю. Суть в том, что мы оставили вещички на хате и после обеда (Феликс почти ничего и не съел) погнали в южные районы города. В багажнике лежал внушительный арсенал, так что я догадалась: дело было не в рождественских встречах с друзьями и родственниками, если таковые у Феликса вообще были. У нас реально имелось дело. Вот только почему мы примчались ради него в Питер, если еще несколько дней назад направлялись совсем в другую сторону? Я хочу сказать, нам было не по пути. Совсем. Но что-то заставило моего напарника изменить маршрут и сделать нехилый крюк, чтобы оказаться здесь.

Мы мчали по Московскому проспекту и, судя по тому, что показывал навигатор, вскоре должны были оказаться на месте. Я не расспрашивала Феликса — так уж сложились наши отношения. Да и, собственно, зачем? Я просто помогала ему в его развлечениях, до которых мне не было ни малейшего дела, не считая гастрономического интереса. Но и тут гарантий не давалось. Могло обломиться, а могло и нет. Правда, я оставалась в выигрыше в обоих случаях. Ну, да вы в курсе.

Мы подкатили к улице, пересекавшей Московский проспект под прямым углом. Феликс свернул, проехал метров сто и остановился напротив серого заброшенного дома, возвышавшегося за рядом стриженых тополей. Серьезно, он выглядел настоящей развалюхой, хоть сейчас под снос: выбитые стекла, покосившиеся балконы, потрескавшиеся стены, которые летом наверняка зарастают мхом. Часть здания вообще была снесена, и за ним начиналось кладбище. Старые могилы с наклонившимися крестами и ушедшими в землю надгробиями — обычно такие участки рано или поздно освобождают от прежних обитателей и начинают заполнять новыми. Серый дом был огражден решетчатым забором. И, похоже, его установили задолго до того, как в России начали огораживать многоквартирные дома.

Честно говоря, вся улица выглядела заброшенной. Дома на стороне, где мы припарковались, были заколочены и «светили» черными провалами выбитых окон. Мне показалось, что одно здание смахивало на учебное заведение, но и оно было заперто. Необитаемая улица, отходящая прямо от правительственной трассы, по которой в город приезжают высшие чины.

Самое же удивительное заключалось в том, что серый дом сталинской архитектуры примыкал к точно такому же, но совершенно целому, выходившему фасадом на проспект. Я имею в виду, что они составляли единое целое, и граница пролегала только через угол и арку. Таким образом, комплекс походил на человека, у которого отсохла рука. И не просто отсохла — о ней словно позабыл даже сам несчастный.

Феликс вылез из машины и открыл багажник. Затем достал спортивную сумку, набитую пушками и приборами, которыми его снабжали друзья, такие же ненормальные любители погоняться за нечистью.

— Нам сюда? — спросила я, присоединившись к нему.

Было не холодно, хотя падал снег. Собственно, в Питере главное, чтоб ветра не было. Ветер в Питере унесет твое тепло даже летом.

— Что это за здание? — проговорила я, когда вместо ответа Феликс направился к дому.

— Чего тут только раньше не было, — отозвался он наконец. — Его построили для работников Наркомпищепрома. Конкретно в этом корпусе находилось общежитие. Потом площадь занимал какой-то институт. На заднем дворе полно дополнительных корпусов. Нас они, правда, не интересуют.

Во время разговора мы обходили здание, шагая мимо кладбища. Торец, частично снесенный, красовался дверными проемами, обломанными перекрытиями и облупившейся штукатуркой. Феликс свернул за угол, я последовала за ним.

— Вот они, эти корпуса, — указал Феликс на приземистые домики, видневшиеся за голыми деревьями.

Несколько ворон перелетели на ветки, стряхнув немного снега. Карканье прозвучало резко, словно треск рвущейся холстины.

Феликс осмотрелся и подошел в запертой двери. Достал набор отмычек.

— Развалюха выглядит так, словно может не пережить нашего вторжения, — заметила я. — Уверен, что под нами там ничего не рухнет?

— Не уверен. Так что будь аккуратна.

— Непременно.

Феликс вытащил замок из петель и приоткрыл дверь.

— Вуаля, — пробормотал он.

— Не знала, что ты шпрехаешь по-французски.

— Заходи. Пока нас не заметили.

Я юркнула в полумрак, Феликс вошел следом и плотно прикрыл дверь.

— Состояние аварийное — вот как я бы это назвала.

— Ничего, скоро тут что-нибудь построят. Место хорошее — рядом с метро. Скорее всего, гостиницу. Ну или торговый центр.

Феликс достал два фонаря, один из которых вручил мне.

— Смотри под ноги.

Мы двинулись по лестнице, стараясь держаться поближе к стене и подальше от ненадежных перил. Судя по всему, иногда внутрь все-таки проникали бомжи или наркоманы. Может, и местная молодежь: мусор выглядел вполне современно. Конечно, его могли и закинуть через выбитые стекла, но я что-то сомневалась, что дело ограничивалось этим.

— Две недели назад здесь обнаружили трупы троих бомжей, — сказал Феликс, когда мы поднялись на четвертый этаж.

О, настало время пояснений.

— Со следами ритуала.

— Сатанинского?

Феликс помолчал, прежде чем ответить.

— Не совсем. Довольно необычного. Мне сообщил знакомый полицейский, он был на месте преступления. Прислал фотки. Я тебе покажу.

— Жду не дождусь. Значит, мы поэтому сорвались и примчались сюда? Из-за того, что бомжей порезали необычным способом?

— Именно.

— А с чего ты взял, что тут замешано сверхъестественное?

— Это ты мне скажи. Замешано?

Мы вошли в комнату, в которой виднелись следы пребывания полиции. Пол покрывали темные пятна. На стенах красовались надписи, сделанные черной краской из пульверизатора. Символы, знаки, цифры. Белиберда какая-то.

— Кто нашел тела? — спросила я.

— Управдом.

— С чего ему тут шастать?

— Раз в месяц проверяет состояние. Формальность, конечно, и обычно он просто пишет бумажку, но зимой приходится ходить по этажам.

— Искать замерзших бомжей?

— Угадала.

Я присела над кровавым пятном, втянула ноздрями воздух. Затем опустилась на четвереньки и приникла к самому полу.

— Что ж, поздравляю. Прокатились не зря. Есть следы присутствия.

— Чьи? — быстро спросил Феликс.

— Не могу сказать. Мне не знакома эта сущность. Но она была здесь совсем недавно. Думаю, этой ночью.

— Серьезно?

— Нет, блин, я шучу. Мы же пара гастролирующих комиков. — Я поднялась, отряхнула колени. — Тварь навещала место преступления. Только не спрашивай, зачем.

Феликс поставил сумку на пол.

— Не говори, что мы станем ждать сущность здесь.

— Есть идеи получше?

— Да, вернуться в отель.

— Нет, мы встретим ее. Не бойся, холодно не будет. Я прихватил газовый обогреватель. — Феликс вытащил из сумки портативную теплопушку с баллоном.

— Серьезно? Ты рассчитывал засесть здесь с самого начала? Но с чего вдруг?

— Из-за фотографий.

— Каких еще фотографий?

— Которые мне прислал знакомый из полиции, — Феликс обвел жестом комнату. — Видишь надписи на стенах?

— Да уж, не слепая.

— Знакомые символы?

— Нет, белиберда какая-то.

— К сожалению, нет. Это тайный язык вампиров.

— Серьезно? — я не была уверена, что Феликс не шутит, хотя юмор не его сильная сторона, конечно.

— Абсолютно. Встречалась с ними когда-нибудь?

— Нет. Создания вроде меня стараются держаться друг от друга подальше.

Феликс понимающе кивнул.

— Делите территорию, — сказал он. — Чтоб не сталкиваться на охоте.

— Именно. Благо, людей много — на всех хватит.

Феликс подошел к стене и минуты три внимательно рассматривал черточки и закорючки, пересекавшиеся самыми причудливыми способами.

— Ты понимаешь, что тут написано? — спросила я.

— В общих чертах.

— Ну и?

Феликс оторвался от созерцания стены и подошел к окну.

— Ворон больше, чем обычно, — сказал он.

Я встала рядом.

— Ты прав. Твари что-то чувствуют.

— Вампир вернется, потому что он ждет нас.

— Что ты имеешь в виду?

— Так написано на стене.

— Нельзя ли поконкретнее?

— Вампир обещает появляться здесь каждую ночь, пока не встретит Инквизитора.

— Кого?

— Меня. Не хочу вдаваться в детали. Тем более что тебе их знать совершенно необязательно.

— Ну-ну. Значит, упырь назначил рандеву. А бомжей он убил от голода или чтобы использовать в качестве наживки?

— Полагаю, и то, и другое.

Я понимающе кивнула.

— Зачем ему встречаться с… инквизитором?

Феликс пожал плечами. Мы помолчали.

— Интересно, если вампир меня укусит, я стану такой же, как он?

— Нет. Если тебя это беспокоит.

— Уверен?

— Вполне. Я изучал этих тварей. Очень тщательно.

— Ну что ж, ладно. Предпочитаю есть, а не пить. Как вообще можно насыщаться одной лишь кровью? Это ж… просто вегетарианство какое-то!

— Спросишь ночью у того, кто сюда явится.

— Непременно поинтересуюсь. Слушай, ты какой-то задумчивый и напряженный. Не похоже на тебя.

— Разве?

— Угу. Обычно ты просто сосредоточен, а сейчас… словно ждешь чего-то. Не вампира, нет. А от вампира.

Феликс усмехнулся, но возражать не стал.

— Знаешь что-то о том, кто придет сегодня? — сообразила я. — Вы уже встречались? Поэтому он устроил это свидание? Старые счеты?

— У старых грехов длинные тени.

— Цитируешь Агату Кристи? Не думала, что езжу с любителем детективов.

— А чем мы, по-твоему, занимаемся?

— Ладно, ты мне лучше скажи, откуда вампиру было знать, что придешь именно ты? Вас же таких много, любителей драться с нечистью.

Феликс приблизился к крупным черным закорючкам, нарисованным в центре стены.

— Вот, — сказал он. — Мое имя. Его трудно не заметить, согласись.

— Да уж. Чем ты насолил этому упырю? Вырвал любимый клык? Попортил крылья?

— Нет. Ему кое-что от меня нужно.

— Кровь?

— Вот это. — Феликс достал из-за пазухи тряпицу и протянул мне. — Не урони.

Я аккуратно развернула ткань, и в руках у меня оказалась маленькая золотая птичка, покрытая странными иероглифами, — на первый взгляд, значки напоминали крошечные печеньки с выдавленными рисунками.

— Что это?

— Колибри. Фигурка из храма Вицлипуцли.

— Бога солнца?

— Его самого.

— На кой она вампиру?

— Имя Вицлипуцли означает «колибри юга». Он постоянно боролся с тьмой, но силы бога требовали поддержки. И пополнять их следовало путем жертвоприношений.

— Да-да, слышала. Человеческих.

— Именно. Это позволяло солнцу продержаться очередной пятидесятидвухлетний цикл.

— Извини, но пока не понимаю, зачем вампиру эта побрякушка.

— Эта побрякушка наполнена жертвенной кровью. Не самой, конечно, а ее энергией, полученной в результате священного ритуала. Она должна была взлететь к небесам и доставить Вицлипуцли новые силы для борьбы с тьмой.

— Но, как я понимаю, не взлетела?

— По какой-то причине, нет.

— У тебя она откуда?

— Досталась по наследству. Семейная реликвия. Дед был археологом. Исследовал Южную Америку.

— Неужели?

— Да.

— Ясно. Ну, а все-таки…

— Вампиру нужна эта колибри, — перебил Феликс, зная, что я собираюсь спросить, — потому что она позволит ему появляться на солнце. Он сможет быть как мы. То есть как люди.

— Правильное уточнение. Я ведь не человек.

— Нельзя этого допустить.

— Согласна. Вот только не пойму, зачем ты таскаешь эту штуку с собой.

— Как раз на подобный случай.

— То есть ты надеялся, что вампир попытается заманить тебя в ловушку? И чтобы он старался не зря, прихватил вот это? Я ничего не путаю?

— Нет, все верно.

Феликс забрал у меня фигурку.

— Ты больной?

— Этот вампир знает, у меня колибри или нет. Он чувствует ее. Если я спрячу фигурку, он не явится.

— А тебе, значит, он очень нужен?

— Позарез.

— Что так?

— Он мой сын. И считает, что колибри принадлежит ему по праву.

Ответ Феликса поверг меня в изумление, так что несколько секунд я просто таращилась на него.

— Извини, твой сын?! — наконец выдавила я.

— Угу.

— Вампир?

— Да.

— И как же это, унеси меня ифрит, случилось?!

Феликс бросил на меня недовольный взгляд. Разумеется, вся ситуация была для него, мягко говоря, неприятной. И обсуждать ее он не хотел. Но мы оба знали: лучше, когда я в курсе, что к чему. От этого зависит и жизнь самого Феликса, и зачастую успех операции.

— Давай, выкладывай. Мы ж напарники.

Феликс усмехнулся. Да, прозвучало лицемерно, согласна. И тем не менее он ответил:

— Ладно.

— Не торопись, папочка, — кивнула я. — Не пропускай детали. Я вся внимание.

Феликс немного помолчал, словно собираясь с мыслями. Наверное, так и было. Думаю, нелегко рассказывать о том, почему твой сын — вампир. Особенно если ты собираешься в ближайшее время его прикончить. А, кстати, таков ли был наш план?

— Моя жена была беременна, — начал Феликс. — Ее укусил вампир перед тем, как начались схватки. Меня… не было дома. Я часто отсутствовал по службе. В общем, она родила вампира. Я понял это почти сразу, как вернулся. Жена рассказала, что на нее напал сумасшедший и укусил в шею. Думала, это был наркоман или шизофреник. Она не обратилась в вампира, а вот наш сын… Я осмотрел его, и мне сразу все стало ясно.

— Знаешь, по-моему, ты мне заливаешь. Я смотрела «Блэйда», и то, что ты сейчас плетешь, — один в один сюжет фильма.

Феликс досадливо нахмурился.

— Я не видел это кино, — сказал он.

— Да ладно?

— Хватит спорить!

По тону мне стало ясно, что Феликс не прикалывается. Его история, скорее всего, была правдой.

— Почему ты не прикончил его? Неужели отцовские чувства взяли верх?

— Нет. Я собирался. Он сбежал. Должно быть, понял, к чему идет дело.

— Пардон. Как это «сбежал»? Он же был младенцем.

— Рожденные вампирами растут не так, как люди. Гораздо быстрее. Они стремительно достигают определенного возраста и сохраняют его затем очень долго. Когда мой сын сбежал, он выглядел уже как пятилетний ребенок, хотя с его появления на свет прошла всего неделя.

— И никого это не удивило?

— Разумеется, удивило. Жена была в панике. И то, что он не выносил солнечного света, заставляло ее страдать. Она думала, у ребенка генетическая патология. Собиралась к врачу. Когда он исчез… она не выдержала.

— В каком смысле? Умерла, что ли?

— У нее всегда было больное сердце.

— Понятно.

Мы помолчали. Я обдумывала услышанное.

— А как твой сын узнал про птичку?

— Явился ко мне домой, когда меня не было. Не знаю, чего хотел, но перерыл все. Может, искал сведения обо мне или своей матери. Наверное, вампирам тоже не чужда сентиментальность. Впрочем, без понятия. Думаю, тогда он и нашел записи о колибри. Дед писал исследовательскую работу, отец продолжил его дело, так что у меня сохранился архив.

— Значит, случайно наткнулся?

— Наверняка. Впрочем, кто знает.

— А с чего ты взял, что ему нужна птица? И, если уж на то пошло, что это был он.

— Ден… Денис оставил записку. В ней он четко изложил, чего хочет.

— Вот как. И вы встретились?

— Угу.

— Ты, конечно, попытался его убить?

Феликс нехотя кивнул.

— Что мне оставалось?

— Мог бы кого-нибудь другого попросить. У тебя же полно приятелей.

— Нет.

— Дело чести?

— Не знаю. Скорее ответственности.

— Понятно. Ты тогда уже был… охотился на нечисть?

— Да.

— Знаешь, я все гадала, с чего все началось. Но, похоже, не с рождения сына-упыря, да?

— Угадала. Это случилось раньше.

— И как ты дошел до…

— Тихо! Кажется, у нас гость.

Феликс поднялся и достал из сумки автомат. Я видела, как в гостинице он заряжал магазины какими-то новыми патронами, каких я прежде не видела.

— Что это? Чеснок, святая вода, серебро?

— Фосфорная смесь. От друзей-алхимиков.

Я прислушалась, но не услышала никаких посторонних звуков. Может, Феликс ошибся? С чего он взял, что вампир уже здесь? Я взглянула на часы.

— Еще рано, до полуночи далеко.

— Солнце зашло. Этого достаточно.

— Мог бы и предупредить. Я ведь не эксперт по упырям, знаешь ли.

Феликс подошел и начал снимать печати Малика с моего ошейника. Я насчитала четыре. Ого! Значит, он ждет реальной бойни.

— Может, и мне дашь автомат с волшебными пульками?

— Держи. — Феликс протянул мне пушку.

— Ты уверен, что Денис здесь?

— Не называй его так.

— Ты первый начал.

— Я… случайно.

— Понятно. Так ты уверен…

— Да, я уверен.

— У меня слух потоньше твоего, но…

— Говорю тебе: он здесь, в доме.

Я помолчала. Ни единого постороннего звука.

— Знаешь, я удивлена, что ты не прикончил его в первую вашу встречу. Мне казалось, ты по этой части дока.

— Это потому что он не видел меня. — Голос раздался справа, и я едва успела остановить указательный палец, уже начавший движение, чтобы нажать спусковой крючок.

У стены, откуда донесся звук, никого не было.

— Что такое?

Я обернулась меньше чем за секунду, но и возле окна виднелась только темнота.

— Да, — сказал Феликс, отвечая на мой невысказанный вопрос. — Не видно и не слышно. Ну, только если заговорит.

— Здравствуй, папочка, — сказал вампир у меня за спиной.

На этот раз я не только обернулась, но и пустила очередь. Веером справа налево. Вижу я его или нет, но упырь должен был быть где-то там.

— Мимо, — усмехнулся сынок Феликса с потолка. — Не трать пули. Тебе меня не достать. Кто ты такая вообще? Помощница бравого Истребителя? Что, старость одолевает? Сам уже не справляешься?

— Покажись, — сказал Феликс.

В ответ раздался смех — на этот раз из темного угла слева. Я вижу по ночам как кошка, но вампира там не было. Может, он вообще не входил в комнату, подумала я, и говорил с нами из другого места? Мало ли, на что способны эти твари.

Но мое предположение было немедленно развеяно в прах и дым, потому что буквально из ниоткуда возникла человеческая фигура и метнулась к Феликсу. Я вскинула оружие, но вампир и мой напарник уже сплелись в единый ком из конечностей и покатились прочь от разведенного в центре комнаты костра. Едва они оказались в темноте, нападавший исчез. Но Феликс продолжал бороться, а значит, невидимка на самом деле никуда не делся. Я подбежала к ним, собираясь вцепиться в упыря зубами. Но едва я начала трансформировать пасть, как Феликс разразился ругательствами и ловко поднялся.

— Куда он делся? — проговорила я неразборчиво: челюсть успела вытянуться, во рту появились клыки.

— Не знаю! — Феликс озирался, держа автомат наготове. — Не понимаю, как он это делает. Не просто становится невидим, а словно испаряется. Проклятая тварь!

— Погоди. Давай уточним, ладно? Он стал бесплотным или выпустил тебя?

— Говорю же: растворяется без остатка.

— Он что, призрак?

Смех раздался со стороны двери. Мы с Феликсом дружно развернулись. Меня так и подмывало пальнуть еще разок, но было ясно, что это бессмысленно. Мы оказались совсем не готовы к встрече с потомством Феликса!

— Я убью вас, — пообещал вампир. — И заберу то, что мое. Вы меня не остановите, разве не ясно? Впрочем, если хочешь, беги, шлюха. Ты мне не нужна. Оставь нас с папочкой вдвоем.

— Обойдешься, урод!

Я потянула ноздрями воздух. Мой чуткий нюх должен был уловить запах вампира, присутствие сверхъестественного существа, но, как ни удивительно, я не почуяла ничего.

— Ого, что я вижу, — озадаченно проговорил справа, из темноты, упырь. — Так ты не человек. Ну да, как же я не заметил эту челюсть. Прости, я так невнимателен к дамам. Это из-за того, что давно не виделся с отцом. Кто же ты такая?

— Не твое дело.

— Разумеется. Я так бестактен. — Вампир снова рассмеялся. Происходящее его явно забавляло. — Но объясни, зачем ты помогаешь Инквизитору? Он что, платит тебе? Хотя нет, постой… вижу ошейник. Ну, разумеется. Знакомые штучки. Ты просто пленница заклятья. Хм… Неужели… ты демон?! — Судя по тону, вампир был изумлен. — Инквизиция уже ничем не гнушается, да, папа?

— Покажись и возьми то, что тебе нужно, — проговорил Феликс.

— Я так и сделаю! — голос раздался у нас за спинами и, прежде чем мы развернулись, вампир схватил моего напарника за горло одной рукой и за автомат — другой. Легко вырвал оружие и отшвырнул в сторону. Я не могла стрелять, так как гаденыш прикрывался Феликсом, как живым щитом. Я попыталась обойти их, но упырь двигался очень быстро. Он наблюдал за мной с насмешливой ухмылкой.

— Жаль, на тебе осталась последняя печать, — сказал он. — Тогда, возможно, ты обогнала бы меня.

Свободная рука вампира скользнула в карман куртки Феликса.

— Где же она… — пробормотал кровосос. — Я чувствую, что фигурка у тебя!

— Стреляй! — прохрипел Феликс едва слышно. — Убей… его!

— К сожалению, не могу, — отозвалась я, пытаясь сообразить, что предпринять. Мой напарник явно находился на последнем издыхании: пальцы сдавливали его горло все сильнее, из-под ногтей показалась кровь. Сейчас я отлично чуяла вампира, и, судя по запаху, его переполняла ненависть и злоба. — Это противоречит условиям контракта. Гуль не может убить хозяина.

— Гуль? — продолжая обыск, вампир расхохотался. — Представляю, как ты мечтаешь сожрать моего папашу. Знаешь, я, пожалуй, не стану тебя убивать. Прикончу его и оставлю тебе. То-то пир закатишь! Договорились? — Он вдруг отстранил Феликса на вытянутой руке и чуть приподнял его над полом. — Да куда ты засунул ее, в жопу, что ли?! — заорал вампир, теряя терпение. — Я выпотрошу тебя, как гуся, но найду…

Выпущенная мной автоматная очередь почти прошила его. Гаду понадобилась доля секунды, чтобы метнуться в сторону и исчезнуть в темноте.

Феликс упал, как мешок с картошкой. Я не стала проверять, как он. У меня появилась догадка, и ее нужно было немедленно проверить. Так что я бросилась не к напарнику, а к сумке с оружием. Расстегнув боковой карман, вытащила пару световых гранат.

— Зажмурься, сладкий! — крикнула я, обращаясь к Феликсу. — Сейчас станет светло, как в раю.

Он повернулся, глядя на меня мутными глазами. Заметил гранаты.

— Это… не поможет… — просипел он. — Ну…жен… уль…раф….лет…

— Лучше все-таки закрой, — посоветовала я, выдергивая сразу две чеки.

Гранаты покатились по полу: одна к левой стене, другая — к правой. Ослепительная вспышка, и все залило холодным белым светом. Даже я зажмурилась, чтобы не ослепнуть.

— Сука! — кричал вампир, и его вопль заставил меня широко улыбнуться.

Гаденыш прятался в тенях. Он растворялся в них и появлялся, стоило ему выступить из тьмы. Я лишила его убежища!

Открыв глаза, я увидела вампира, бегущего в сторону окна. Палец нажал спусковой крючок, автомат в моей руке забился, изрыгая алхимические пули. Они входили в спину и бок упыря, как горячий нож в масло. Из дыр брызнула кровь. В белом пульсирующем свете она казалась черной. Вампир схватился за раму, но я выпустила остаток магазина ему прямо между лопаток — как говорится, в яблочко! С такого расстояния это оказалось нетрудно. Тварь сползла на пол и забилась в конвульсиях. Под ней растекалась лужа. Я быстро сменила магазин. Как хотите, дорогой напарник, но это я жрать не стану! Пусть пропадает.

Феликс с трудом поднялся и положил руку на мой автомат, остановив поток пуль, входивший в тело его сына.

— Он готов, — прохрипел он.

— Как скажешь.

Вампир на наших глазах обуглился, растрескался и рассыпался в черную труху.

— Даже трансформироваться не пришлось, — сказала я. — Обошлись твоими пульками. Проще простого.

Феликс смотрел на то, что было... не знаю, можно ли считать кровососа его сыном. Что он чувствовал? Сожаление, горечь, боль?

— Ты молодец, — проговорил он наконец.

Световые гранаты окончательно потухли, и стены с потолком снова погрузились во тьму.

— Он прятался в тенях, — сказала я. — Пришлось выманить говнюка на свет.

— Ясно.

— Теперь можешь уйти на покой и продолжить исследования отца и деда. Я имею в виду птичку.

Феликс покачал головой.

— Нет?

— Нет. У нас еще много работы.

— Ладно, как хочешь. Могу я предложить убраться отсюда, пока к нам на огонек не сбежалась вся полиция города?

— Да, задерживаться не будем.

— А я бы попросил вас не торопиться, — раздался мужской голос со стороны двери.

Мы развернулись, и я увидела человека в куртке до колен, кепке и берцах.

— Морген? — удивленно прохрипел Феликс. — Ты что тут забыл?

— Зашел убедиться, что ты справляешься. — Незнакомец покосился на останки вампира. — Похоже, все пучком?

— Да, мы уже уходим.

— Не так быстро. У меня дело к твоей… напарнице. — С этими словами Морген, или как там его назвал Феликс, осклабился, глядя на меня. — Я не сомневался, что вы примчитесь. Видел фотки, которые прислал тебе приятель из полиции. Прочитал надписи. Знал, что Железный Феликс не устоит перед искушением лично разобраться с сынком. Вот и устроился неподалеку.

— Где, на кладбище? — поинтересовалась я. — Хочешь туда отправиться навсегда?

— Какая самонадеянная псина, — усмехнулся Морген. — Не знает своего места.

Я шагнула вперед, намереваясь порвать уроду горло, но Феликс остановил меня.

— К ноге, собачка, — прокомментировал Морген.

— Ты сказал, тебе что-то нужно от Гульнары, — процедил Феликс.

— Ты ей и имя придумал? — притворился изумленным наш неприятный собеседник. — Я думал, у них только клички бывают. А дело есть. Старые счеты.

— Это была не она.

— Какая разница? Гуль и есть гуль. Они все друг друга стоят. Думаю, ей недолго осталось тебе служить. Так что невелика будет потеря.

— У нас договор. — Я почувствовала, как Феликс напрягся.

Запахло предстоящей дракой. Что ж, я всегда готова. Тем более на мне болталась лишь одна печать. Куда этому хлюпику против нас?

В руке у Моргена появилась длинная палица, утыканная на толстом конце коническими шипами. Он достал ее из-за под полы пальто плавным движением опытного бойца, что мне совсем не понравилось.

— Один гуль сожрал моего брата, — проговорил изменившимся голосом Морген. — Другой за это ответит. И третий, и четвертый. Однажды я доберусь до того, кто…

— Тебя накажут, — глухо проговорил Феликс. — Ты знаешь, как строги бывают…

— Ничего, я это переживу. А вот переживешь ли ты сегодняшнюю ночь? Отойдешь в сторону или станешь защищать своего гуля? Выбор за тобой.

Этот червяк думал, что сумеет прикончить меня. Я не удержалась от снисходительной улыбки.

— Твои действия не санкционированы, — сказал Феликс. — Я настаиваю на том, чтобы ты немедленно ушел. Скоро здесь будет полиция.

Вместо ответа Морген (мне пришло в голову, что это не имя, а прозвище, полученное благодаря булаве-моргенштерну, которую он таскал с собой) крутанул оружие и вдруг с удивительной скоростью ринулся на меня. Я подняла автомат, нацелив ему в живот и, не раздумывая, нажала спусковой крючок. Однако очередь прошла мимо Моргена, который сделал шаг, или даже скачок, в сторону и тут же обрушил на меня утыканную шипами булаву. Я едва успела увернуться — коллега Феликса, или кто он там был, оказался поразительно сноровист. Морген прыгнул ко мне, лицо его исказилось от ярости, оружие взметнулось над головой и ринулось вниз, норовя сокрушить мой позвоночник. Я нырнула вниз, но острые шипы задели спину, вспоров одежду и мышцы. Рана, правда, была неглубокой.

— Прекрати! — крикнул Феликс. — Ты с ума сошел!

— Плевать! — был ему ответ.

Морген развернулся и скакнул на меня, описывая булавой короткую дугу. Я отклонилась, и длинные острия просвистели в сантиметре от лица. Не обладай я молниеносной реакцией, они вошли бы мне в череп. И едва ли Феликсу удалось бы убедить коллегу долбануть меня вторично, чтобы оживить. Я навела автомат на ненормального, одержимого жаждой убийства гулей, но он ударил снизу вверх и выбил пушку из моих рук. Сколько ж надо тренироваться, чтобы научиться так владеть средневековым оружием?!

Морген издал торжествующий вопль и бросился вперед, загоняя меня в угол. Булава свистела, рассекая воздух. И вдруг раздался одинокий выстрел. Морген пошатнулся, споткнулся, на его лице появилось удивленное выражение. Он опустил руки и медленно повернулся к Феликсу. Тот держал пистолет.

— Прости, — сказал он. — Но фанатикам не место среди Инквизиторов. У Истребителя должен быть ясный ум и холодное сердце.

— Тебя… уничтожат! — пробулькал Морген. — Ты чокнулся, если думаешь…

Он опустился на колени и повалился вперед, неловко подвернув под себя руку, державшую моргенштерн.

Феликс убрал пистолет в кобуру под мышкой.

— Быстрее! — сказал он. — Надо валить! Мы и так слишком задержались. Непозволительно долго.

— Да, я уже слышу полицейскую сирену. Прямо как в американских фильмах.

Феликс подхватил сумку, я подобрала автомат, который выбил у меня Морген.

— Костер тушить?

— Некогда. Оставь.

— Может, кинуть в него твоего приятеля?

— Не успеет поджариться. Уходим.

Феликс первым ринулся к выходу.

— Ты расскажешь мне про все эти ваши… ну, как вы там себя называете? — спросила я, когда мы уже сбегали по лестнице.

— Возможно. Когда-нибудь. Кстати, нам придется перейти на нелегальное положение.

— А до этого мы, типа, легально действовали?

— Дело не в полиции. Нас будут искать… другие.

— Твои коллеги?

— Можно и так сказать.

Мы свернули за угол и пробежали мимо кладбища. Сирены выли со стороны Московского проспекта — должно быть, машины стражей правопорядка остановились там.

— Спокойно! — сказал Феликс, перейдя на шаг. — Не привлекаем внимания.

Мы пересекли улицу и сели в джип. Сумку с оружием бросили на заднее сиденье. Я взглянула на тополя, росшие вдоль заброшки, которую мы только что покинули. Луна освещала их так, что на стену ложились четко очерченные тени.

— Что там? — спросил Феликс, трогаясь с места.

— Подумала, что ты был прав: у старых деревьев длинные тени.

— Я не так сказал.

Автомобиль уже мчался вперед. Феликс включил музыку.

— Да? Ну неважно. Знаешь, а я ведь могла быть тем гулем, который съел брата твоего коллеги.

— Маловероятно.

— Но возможно.

Феликс покосился на меня.

— Что ты пытаешься сказать?

— Вдруг ты напрасно его убил?

— Мне пришлось стрелять не из-за того, что он мог расправиться не с тем гулем. Просто…

— Что? Только не заливай про соблюдение договора. Ты променял коллегу на чудовище. Рискнул недовольством… уж не знаю, кто там теперь будет за нами гоняться.

— Ты нужна мне. Пока.

— О, какой прагматизм.

Феликс промолчал. Мы ехали сквозь ночь неизвестно куда. Что ждало нас впереди? Я понятия не имела. Полагаю, мой напарник тоже.


Конец первого сезона.

Продолжение будет публиковаться на странице Виктора Глебова на Author.Today

Комментариев: 1 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 lisa10011989 17-10-2019 15:03

    Спасибо за столь потрясающую серию рассказов!

    Учитываю...