DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Грайндхаус: от бурлеска до Мачете

Что мы знаем о грайндхаусе? В первую очередь, конечно, это слово сейчас ассоциируется с именем режиссера Роберта Родригеса и легендарным Дэнни Трехо, воплощением брутальности с мексиканским колоритом. Иногда еще вспоминают бомжа с дробовиком, воплощенного на экране Рутгером Хауэром. Словом, в наше время грайндхаус так или иначе ассоциируется с определенным типом кинокартин. Кровавых, жестоких, смакующих насилие на экране. Многие и вовсе вполне серьезно считают его отдельным жанром.

На деле же здесь все немного сложнее. Попробуем разобраться?

«Театры», в которые никто не ходил… как бы

Принято считать, что впервые словом «грайндхаус» стали называть так называемые «театры бурлеска», расположенные на 42-й улице славного города Нью-Йорка.

Что такое бурлеск? Очень просто: это один из прародителей современного стриптиза. Существует это явление, кстати, и по сей день. По крайней мере, в крупных городах не составит труда отыскать заведение, предлагающее посетителям насладиться бурлеск-шоу. От современных развлечений для взрослых он отличался тем, что все-таки представлял из себя больше театрализованное представление, нежели просто раздевание под музыку. Танцы были и остаются его важной частью, исполняют их не слишком скромно одетые девушки, но все же, в сравнении со стриптизом, бурлеск куда скромнее и сложнее.

Одним же из самых популярных развлечений (или даже скорее услуг), которое обожали посетители таких заведений, был род эротических танцев bump-and-grind dancing. Именно из-за него и родился на свет термин, вынесенный в заголовок статьи.

Бурлеск бурлеском, но собрались мы здесь не совсем ради этого, не так ли? Как же вышло, что слово, в начале прошлого века неразрывно ассоциировавшееся с полуобнаженными девицами, сейчас наводит на мысль лишь о крови и старом добром ультранасилии?

Очень просто. Эволюция произошла в шестидесятые годы. Бурлеск в то время уже не был столь же популярен, как полвека назад, а охочая до зрелищ публика развлекала себя, посещая кинотеатры. В США того времени существовало огромное количество так называемых «однозальных» кинотеатров, оборудованных… да фактически где попало. В любых помещениях, даже в старых церквях.

Поначалу такие крохотные кинотеатры были настоящей золотой жилой, но именно на 60-е пришелся настоящий бум развития и популяризации телевидения. Да, культ голубого экрана как главного семейного развлечения, не раз высмеянный в тех же «Симпсонах», активно насаждался примерно тогда. Об этой эпохе можно рассказывать много: о «телеужинах», о целой культуре просмотра фильмов, появившейся в США… Но нас больше интересует тот факт, что из-за этого процесса начали страдать те самые однозальные кинотеатры.

Они начали закрываться так же массово, как за несколько лет до того открывались. Один за другим директора этих заведений оказывались без гроша в кармане… пока в какой-то момент не был найден выход. Действительно, заманить публику в кино, показывая то же, что можно увидеть дома, сидя на любимом диване, сложно… А значит, нужно дать толпе то, чего дома не получишь!

Скорее всего, многие уже догадались, что именно предложили зрителям спасающиеся от разорения бизнесмены. Они принялись крутить фильмы… спорного содержания. Низкосортные ужастики, эротические комедии, кровавые боевики и вестерны – словом, все, чем можно было заманить обывателя, заставив его оторваться от телеэкрана. И, по аналогии с «театрами бурлеска», перебивавшиеся подобным заработком кинотеатры стали также зваться грайндхаусами.

Вот так кровавые зрелища стали ассоциироваться с этим словом сильнее, чем эротично трущиеся о клиентов полуголые красотки.

Грайндхаус изначальный

Перечислить все фильмы, более или менее относящиеся к грайндхаусным развлечениям, пожалуй, невозможно. В то время они клепались десятками, если не сотнями, просматривались и тут же забывались. Зачастую кинотеатры-грайндхаусы даже продавали специальные «сдвоенные билеты». И нет, это не талончики на места для поцелуев (хотя для них тоже существовал отдельный тариф), а своеобразный абонемент на просмотр двух фильмов подряд. Связаны ли были эти фильмы сюжетно или хотя бы жанрово, роли не играло, а за вечер можно было, к примеру, посмотреть хоррор и эротическую комедию. Или комедию с сортирными шутками и вестерн. Или… да неважно! Главную роль играло количество, а не качество.

Но все же и в то время среди потоков низкопробных одноразовых лент встречались настоящие бриллианты. К примеру, в 1967 году в грайндхаусах крутили психоделическую драму с элементами хоррора под названием «Трип» (The Trip). Это название иногда переводят как «Поездка», но тут уж можно разве что приложить ладонь к лицу… переводчикам. Да посильнее. Потому что к дорогам и автомобилям «Трип» не имеет ни малейшего отношения.

Повествует же лента о молодом режиссере рекламных роликов, который, переживая из-за разрыва с женой, отчаянно ищет способ отвлечься от своей беды. С этой целью он отправляется в дом некоего хиппи, где под присмотром приятеля принимает ЛСД. И начинается… нет, не кровавая бойня, а самый настоящий кислотный трип, долгий, тягучий, психоделичный. Из-за нескольких сцен наркоманских видений, и правда довольно жутких, в перечне жанров, к которым относят «Трип», появился и хоррор.

На самом же деле от ужасов в этой ленте не так уж много элементов, но ознакомиться с «Трипом» все равно стоит. Во-первых, это настоящая легенда грайндхауса в США, малоизвестная в России, а во-вторых, сценарий для него писал Джек Николсон, для этих целей по-настоящему закинувшийся кислотой в лабораторных условиях, под наблюдением специалистов.

Примерно к той же категории «кислотного кино», повествующего о поколении хиппи, можно отнести и картину «Беспечный ездок» (Easy Rider, 1969), которая также является легендой, но ужасов в ней нет вовсе, так что ограничимся лишь небольшим упоминанием.

В 70-е интерес к грайндхаусам все еще оставался высоким, так что киноделы продолжали радостно клепать фильмы, ориентируясь на прежний принцип «чем больше, тем лучше». С другой стороны, изменились интересы публики. Зрители все еще хотели получать больше, платя при этом меньше, но предпочтение стали отдавать картинам более жестким. Эротические комедии стали понемногу… не уходить в прошлое, конечно, но покидать топы популярных в однозальных кинотеатрах лент. На первое место вышли боевики (которые, в принципе, в топе всегда) и ужасы.

Среди очень характерных картин тех лет можно выделить хоррор-фильм «Эбби» (Abby, 1974). Фильм этот – эдакий «Изгоняющий дьявола» на минималках и про чернокожих. Экранизация романа Уильяма Блэтти вышла всего за год до того, как до экранов добралась «Эбби», так что можно достаточно уверенно утверждать, что Уильям Гердлер решил спаразитировать на успехе своего тезки. Возможно, про «Эбби» никто и не вспомнил бы в наше время, если бы он сделал это квадратно-гнездовым методом. Но режиссер, кроме тупого копирования, добавил от себя несколько элементов, в частности, колорит афроамериканского образа жизни, что выделило его ленту среди множества клонов шедевра.

Кроме того, 70-е отметились развитием эксплуатационного кино как такового. К 1972 году до зрителей добралась картина «Большая клетка для птиц» (The Big Bird Cage), представляющая собой, по большому счету, просто калейдоскоп всего, ради чего люди идут смотреть фильмы категории B: обнаженные красотки, драки, изнасилования, пытки и кровавое возмездие. Кино это, опять же, вторично по отношению к нескольким фильмам сразу, но, с другой стороны, именно в этой картине создатели максимально сосредоточились на своей первоочередной задаче: подарить зрителю максимум эмоций.

Стоит также отметить, что именно в середине 70-х грайндхаус (уже как кинематографическое явление) неожиданно для многих породил совершенно особый вид чудовищ, а именно эксплуатационные фильмы, имеющие конкретную тематику. Так, к примеру, в 1975 году вышел фильм «Ильза – волчица СС» (Ilsa: She Wolf of the SS). И это была первая в истории попытка подойти к тематике нацизма именно с такой стороны. До «Ильзы» никто концлагеря и медицинские эксперименты через призму хоррора разглядеть не пытался. По крайней мере, никто не делал этого так же успешно. Возможно, дело в том, что история Ильзы была еще и густо приправлена своеобразным эротизмом.

Примерно с этой точки начали развитие все похожие поджанры: nazisplotation, nunsplotation (низкосортные ужастики про монашек), blaxplotation (ужасы, ориентированные на чернокожую аудиторию, вроде уже упомянутой «Эбби»). В то время, время расцвета грайндхаусов-кинотеатров, появление подобных поджанров было как нельзя кстати. Ходят слухи, что на легендарной 42-й улице Нью-Йорка, где когда-то концентрировались «театры бурлеска», однозальные кинотеатры даже делили между собой «сферы влияния»: кто-то специализировался на показе эксплуатационного кино про нацистов, кто-то – про зомби, кто-то – про племена людоедов.

Мрачное наследие

Но уже в конце 70-х – начале 80-х ситуация в кинематографе стала меняться.

Разумеется, эксплуатационное кино, которое в тот момент уже начали звать грайндхаусным, никуда не делось. Публика жаждала крови, и она ее получала. Правда, пути получения стали иными.

К примеру, многие западные сайты относят к грайндхаусу легендарную «Суспирию» Дарио Ардженто (Suspiria, 1977), хотя она заметно отличается от стандартных для того времени хорроров и триллеров. Да и сейчас, рассказывая об этом фильме, мы скорее воспользуемся словом «джалло». Этот поджанр также включает в себя обязательные кровавые сцены и эротизм. Впрочем, про «Суспирию» можно сказать, что это итальянская лента, в то время как грайндхаус – явление американское, отсюда и такая сложность.

Это верно, но тогда встает вопрос по поводу трех франшиз, выбранных просто потому, что они ярко представляют процессы, происходящие в тогдашнем кинобизнесе. Речь идет о «Кошмаре на улице Вязов» (A Nightmare on Elm Street, 1984), «Пятнице, 13-е» (Friday the 13th, 1980) и «Хэллоуине» (Halloween, 1978). Все они являются духовными наследниками (в той или иной степени) «Техасской резни бензопилой» (The Texas Chain Saw Massacre, 1974) и, без сомнения, относятся к поджанру слэшеров, но с грайндхаусом в современном его понимании ассоциируются слабо.

Дело в том, что время в некоторой степени изменилось. К середине 80-х публика пресытилась бессмысленными картинами, и им на смену пришли другие, пользующиеся новыми приемами и предлагающие немного другой формат развлечения. Это все еще были эксплуатационные ленты, но уже совсем не те, что прежде.

Грайндхаус как явление дал богатые плоды, заронил семя в плодородную почву и… Нет, не умер, конечно, но стал чем-то, что представляет интерес для киноведов и фанатов. К началу 90-х этот термин уже фактически означал то, что значит сейчас: жесткое развлекательное кино, полное сцен насилия и грубоватого юмора. И никаких эротических комедий и вестернов.

Ренессанс кровавой вакханалии

Шло время. Мальчишки, которые в детстве и юношестве обожали проводить время в грайндхаусах-кинотеатрах, становились мужчинами. И некоторые из них выбирали в качестве профессии кино, привнося в создаваемые ленты частицу того, что они так любили в детстве.

И среди этих выросших мальчишек, разумеется, первым вспоминается Квентин Тарантино. Да, именно так! Одна из его самых известных работ, дилогия «Убить Билла» (2003, 2004), – это самый настоящий грайндхаус. Разумеется, творец привнес в ленту массу собственного, авторского, но суть от этого не изменилась. Именно в истории Черной Мамбы ярче всего видно, на каких фильмах рос сам Тарантино: кровь, немного эротики, восточные единоборства – именно то, что было в репертуаре однозальных кинотеатров!

Однако есть и другая точка зрения. Согласно ей, «Убить Билла» – это хорошее и кровавое кино, но к грайндхаусу имеющее мало отношения. Истинной одой своим детским впечатлениям Тарантино сделал другую ленту, не столь известную, а именно «Смертестойкий» (именно так, а не «Доказательство смерти», по версии адептов надмозга) (Death Proof, 2007). И в чем-то эта точка зрения ближе к истине. «Смертестойкий» повествует о сумасшедшем маньяке-каскадере, рассекающем по проселочным дорогам Штатов на тюнингованном маслкаре. Он отыскивает себе жертв в барах и придорожных магазинчиках, выслеживает их и устраивает смертельные гонки, разнося автомобили оппонентов в щепки. Без великолепных фирменных диалогов, исполненных в неповторимом стиле Тарантино, разумеется, не обошлось. Строго говоря, они занимают примерно половину хронометража… Зато оставшаяся половина – это сплошь рев движков, скрежет металла и хруст костей. А уж если учесть, что убивать маньяк, сыгранный Куртом Расселом, предпочитает молодых и симпатичных девушек… Вот он, грайндхаус! Бессмысленный и беспощадный!

Впрочем, не только Квентин Тарантино увлекается подобными сюжетами. Его знакомый, Роберт Родригес (широкой публике больше знакомый по «Детям шпионов», «Городу грехов» или «Алите: Боевому ангелу»), немало сделал для ценителей парного мясца и бутафорской крови. Кто, к примеру не слышал о дилогии Родригеса «Мачете» и «Мачете убивает» (Machete, 2010 и Machete Kills, 2013)? Разудалые, абсурдные, язвительно глумящиеся над социальными проблемами, эти картины также стали широко известны за пределами хоррор-сообщества. Их очарование строится в том числе и на том, что режиссер даже не пытается быть серьезным. Родригес отчетливо понимает, что эти фильмы – фарс, и… отрывается по полной вместе со зрителями!

Также нелишним будет упомянуть и его работу «Планета страха» (Planet Terror, 2007). С ее сюжетом знакомо не так много людей, как с историей похождений наемника Мачете, но сцены с участием одной из героинь в свое время попросту растащили на мемы и взрывающие почтенную публику в интернете гифки. Да, речь идет именно о той девушке с автоматом вместо ноги.

Кстати, «Смертестойкий» и «Планета страха» нередко демонстрировались и тиражировались на дисках в тандеме, под общим названием «Грайндхаус». Такой вот реверанс в сторону «сдвоенных билетов», не говоря уже об имитации дешевой пленки и нескольких других «пасхалках», спрятанных в обеих лентах в угоду старым фанатам чего пожестче.

Разумеется, не только эта парочка делала работы в похожем стиле. Одной из самых известных относительно недавних грайндхаусных лент можно считать и «Бомжа с дробовиком» (Hobo with a Shotgun, 2007). Эта картина уже куда серьезнее, имеет даже некоторый социальный подтекст, но… по форме она плоть от плоти старых B-rated movies. Жестоко, брутально, кроваво, гротескно и малость бредово – а что еще надо зрителю?

* * *

Жив грайндхаус и поныне. Конечно, мало кто из нового поколения творцов мог застать те самые тесные кинотеатры на один зал и билеты на двойные показы… Атмосфера уходит. Но остается бережно сохраненная старой гвардией суть явления: стремление дать публике запретные, осуждаемые консервативным и лицемерным обществом развлечения.

Комментариев: 2 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 Василий Рузаков 20-12-2019 12:04

    Можно я позанудствую? Сами по себе термины "грайнхаус" и "эскпло", мягко говоря, расплычаты, поэтому написать о них что-то вменяемое сложно, но явления это горааааааздо более старые: специалисты говорят об "эскпло"-фильмах 20-х годов прошлого века, а термин "грайндхаус" употреблялся как минимум в 40-е. Пресловутая 42-ая улица считалась центров кинотеатров-грайндхаусов этак с конца 50-х. Современные фильмы по понятным причинам не стоит относить к грайндхаусу - разве что с стилизации под него, как одноименный проект Тарантино-Родригеса - да и экспло как такового в кино уже нет.

    Учитываю...
    • 2 Лисицкий 25-12-2019 14:55

      Василий Рузаков, добрый деньsmile

      Не стану спорить, тема на самом деле многогранная и расплывчатая. Статья - это результат небольшого расследования, которое я провёл, рыская по англоязычным и русскоязычным сайтам, относящимся к теме.

      По поводу современных фильмов я бы сказал, что тут скорее значение термина изменилось со временем.

      Учитываю...