DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Лики Тьмы

Насекомые похожи на нас. У них есть конечности, «руки» и «ноги». Они дышат воздухом, едят еду, заводят детей, проводят время с себе подобными, рождаются и умирают. Как и мы, они — живые. Насекомые не похожи на нас. Их глаза без зрачков ничего нам понятного не выражают. Как часто в хоррорах объектом страха становится существо, у которого, по нашим меркам, что-то не так с глазами: или их нет совсем, или их очень много? Глаза мухи разделены на равные части без «композиционного центра» (то есть без зрачка), они слишком большие, они горят красным или зеленым огнем. Тому, у кого такие глаза, ни в коем случае нельзя доверять. И мы не доверяем.

Каждого из нас хотя бы раз в жизни называли козлом. И это вовсе не значит, что мы, глядя после этого в зеркало, видели в нем Козлочеловека. Скорее наоборот… Это говорит о том, что мы не имеем ни малейшего представления об этом звере. И поэтому по ошибке считаем его неопасным, безобидным, в чем-то даже смешным… Так кто же этот зверь на самом деле, откуда он взялся и в чем его беда? DARKER поможет вам создать верный образ полумифического существа и, может быть, спасет жизнь в случае встречи с кровожадным монстром.

Слово «жуть» ассоциируется у современного человека с чем угодно, но только не с домовыми, водяными или лешими. Услышав названия этих существ, мы обычно вспоминаем старые сказки или мультики про их проказы и совершенно не испытываем страх. А все потому, что мы не имеем представления о том, кто они такие на самом деле. Но их восприятие кардинально меняется, когда мифы приобретают осязаемые черты. Едва мы видим свидетельства существования сверхъестественных созданий, сразу понимаем, что эти истории — жуткая и малоприятная реальность. Эта статья о лешем с Шахмаловой горы — очередное тому подтверждение.

Числа обозначают объекты действительности и события, помогают не запутаться в бесконечности дней. И часто становятся для людей не только обозначающими, но и предупреждающими символами. Они могут предрекать опасность, напоминать об осторожности или пророчить неминуемые беды в будущем. В этом случае их называют роковыми — или числами судьбы. О них и рассказывает Анна Мирославская.

Зависимость для подвластного ей человека — это то, что приносит удовольствие и разрушает жизнь одновременно. Поначалу, с непривычки, она вызывает прилив радости, выступает источником счастья. А со временем — превращается в невыносимую обузу, но уже не может быть отвергнута. Так она становится пагубной страстью, в которой странным образом сочетаются эйфория и смерть…

Многие стремятся проводить отпуск у моря. Или в крайнем случае отправляются на озера. Ведь водная гладь озера так притягательна и таинственна, а еще в ней не водится опасных рыб. Однако истории Америки известны случаи, когда безобидная озерная вода по непонятным причинам уносила человеческие жизни. Легенда о леди Озера из штата Вашингтон — как раз об этом.

Любовь – прекрасное и желанное чувство, которое дарит массу приятных эмоций, новых впечатлений и ощущение глубокой духовной близости. Влюбленные люди ведут себя по-особому: часто растворяются в партнере и забывают о том, что происходит вокруг. Поэтому иногда их бывает сложно узнать… Об отношениях с призраками рассказала Анна Мирославская.

Любая катастрофа — это неожиданность, несущая разрушения и потери. Почти всегда ее сопровождает выброс огромной энергии. Механическая часть уничтожает и портит материю, а непогашенная психическая — еще долго растекается по миру. В результате в местах слияния и прорыва, в эпицентре появляются пограничные существа — призраки. Некоторые из них стараются напомнить об ошибках. Другие никак не вспомнят о собственной смерти. Третьи желают забрать кого-нибудь с собой…

Какой персонаж ассоциируется с новогодними праздниками? Ответ «Дед Мороз/Санта-Клаус/Крампус/Гринч» был бы очевидным. Об этих персонажах написано огромное количество статей и сказок всех мастей, снята масса фильмов. Но внимания заслуживает и другой персонаж — известный, но немного недооцененный. Речь, конечно же, о Снегурочке. Справедливость постарался восстановить Айк Варданян.

Время — то, чего так часто не хватает… Его нельзя купить в магазине, отыскать или произвести. Единственное, что возможно — это преобразовать, реструктурировать или изменить его. То же и с пространством. Именно эти параметры формируют наше «здесь и сейчас» — реальности актуального и потенциального бытия, — все то, что происходит с нами и что нам видится. Эти же категории становятся причинами провалов, пересечений, склеивания, смещения и перемешивания существующих параллельно миров. О природе подобных явлений рассказывает Анна Мирославская.

В районе Хеллоуина улицы городов заполняют живые мертвецы, мило улыбающиеся прохожим. Встреча с одним из них в это время не способна вызвать ничего, кроме смеха. Но что делать, если на вашем товарище вовсе не зомби-грим? Стоит во всем разобраться. Возможно, его можно еще вернуть. Анна Мирославская как раз во всем разобралась и рассказала о разновидностях живых мертвецов — драуграх, нахцерерах и, конечно, вендиго.

С появлением электричества и распространением уличного освещения человек получил возможность допоздна находиться на улице, ничего не боясь. Теперь мало кого можно удивить поздними прогулками, а отправляясь вечером на свидание, мы думаем о прическах, макияже, одежде… Но только не о крюках! А вот несколько десятилетий назад все было иначе. DARKER рассказывает о Кэриле Чессмане, прототипе знаменитого Кэндимэна.

Время от времени из какого-нибудь уголка мира нет-нет да прилетит новость об очередной офисной стрельбе. Это продолжает происходить снова и снова, а причины – всегда разные. То неразделенная любовь нападавшего, то какие-то обличающие публикации… Но что, если причина офисного кошмара кроется во вмешательстве потусторонних сущностей? Миру известны и такие истории. Одна из самых популярных офисных легенд — о Розенхаймском полтергейсте.

Сложно представить себе жизнь современного человека без фотоаппарата, мобильного телефона и селфи. Кто-то в стремлении заполучить завидный кадр порой фотографируется в невообразимых местах и позах, но особой популярностью уверенно пользуются селфи с зеркалами. Однако далеко не все любители селфи думают о тех сущностях, которые скрываются за «водной гладью» зеркал. Одной из самых популярных «зеркальных» историй является легенда о кровавой Мэри.

Если дома появляется собака, то это — повод для радости. Но что, если вы не заводили животное? Будьте осторожны! Возможно, это Черный Шак или кто-то из его «братьев». Об адских гончих и их разновидностях, встречающихся в фольклоре множества народов мира, рассказывает Анна Мирославская.

Искусство, и в частности литература, знает немало примеров, в которых научно-фантастический элемент сочетается с фэнтезийным, когда имеющий явную научную природу вымышленный элемент для героев произведения облекается в магическо-волшебную форму. Одной из самых перспективных в этом плане для хоррора тем выглядит ядерный огонь. О страхе ядерного огня рассказал Вячеслав Бабышев.

Дракула, кровавая Эржбета Батори и волки-оборотни — пожалуй, все, что навскидку назовет рядовой любитель хоррора, вспоминая Карпаты. На самом деле это лишь скудный плевок на фоне практически бесконечного разнообразия монстров и нечисти, да и просто страшных и необычных обрядов и мифов этой местности. Более основательно об ужасах Карпат рассказывает Дарья Тоцкая.

DARKER. На сегодняшний день в одном этом слове сосредоточено: 85 номеров, более 4500 материалов, 18 редакторов, сотни авторов, десятки тысяч читателей… 7 лет! С каждым годом цифры выглядят все внушительнее, журнал становится все крепче, а хоррора в Рунете появляется все больше. В честь своего очередного дня рождения DARKER подготовил блиц-опрос семерки особо активных авторов, работающих на нивах всех разделов нашего журнала.

Чума — далеко не единственная болезнь, которая выкашивала людей тысячами, а то и миллионами. Спустя столетия ее ужасы приедались, чумные бубоны становились зловещим, но известным симптомом, человек помирал в установленные сроки, а жизнь шла далее своим чередом. А вот эпидемии новых, неизвестных, непонятных — и от этого еще более пугающих — болезней, вводили врачей в состояние шока, а людей — в мистический экстаз. Каждая новая хворь считалась знамением, вестником Апокалипсиса и началом отсчета до конца света.

Многие представляют тибетскую религию как нечто аморфное, вареное и напрочь лишенное какой бы то ни было мистико-фрейдистской агрессии. Между тем это представление, мягко говоря, некорректно. Генераторы тибетских мифов — то есть многочисленные ламы и прочие служители культа, отрешенные от нашего бренного, тленного и грешного мира, — были большущими выдумщиками по части ужасов и монстров. Более того, тибетская хоррор-традиция оказала немалое влияние на весь нынешний пласт хоррор-культуры.