DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

ПАРАНОРМАЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ. ПОМЕСТЬЕ ПРИЗРАКОВ

Темная поэзия. Выпуск 3 (2023)

Николай Гумилев «Лес»


В том лесу белесоватые стволы

Выступали неожиданно из мглы,


Из земли за корнем корень выходил,

Точно руки обитателей могил.


Под покровом ярко-огненной листвы

Великаны жили, карлики и львы,


И следы в песке видали рыбаки

Шестипалой человеческой руки.


Никогда сюда тропа не завела

Пэра Франции иль Круглого Стола,


И разбойник не гнездился здесь в кустах,

И пещерки не выкапывал монах.


Только раз отсюда в вечер грозовой

Вышла женщина с кошачьей головой,


Но в короне из литого серебра,

И вздыхала и стонала до утра,


И скончалась тихой смертью на заре

Перед тем как дал причастье ей кюрэ.


Это было, это было в те года,

От которых не осталось и следа,


Это было, это было в той стране,

О которой не загрезишь и во сне.


Я придумал это, глядя на твои

Косы, кольца огневеющей змеи,


На твои зеленоватые глаза,

Как персидская больная бирюза.


Может быть, тот лес — душа твоя,

Может быть, тот лес — любовь моя,


Или может быть, когда умрем,

Мы в тот лес направимся вдвоем.


Екатерина Тихая «Вампир»


Вампир, ты пьешь кровавый мёд

Из лепестков чужих страданий,

И разум твой покрыл налёт

Вовек несбыточных мечтаний.


Фальшивых слов елейный яд −

В них тайный умысел заложен,

Заставит дьявольский обряд

Покинуть гробовое ложе.


Пустых зеркал немая гладь

Не явит контур отраженья.

Из белых лилий твоя стать,

Её не тронет дух гниенья.


Паришь под пологом ночей,

У тьмы веков в унылом плене,

Покуда отсветы лучей

Тебя не прогоняют в тени,


Там жаждешь в тайне ото всех

Покончить с тягостным мученьем,

Но сладость низменных утех

Смягчит порыв; и с упоеньем


Ты снова пьешь кровавый мёд,

Наивных жертв ласкаешь души,

И праздный в сумраке полёт

Сомненья давние заглушит.


Екатерина Тихая «Некромант»


Над мраморной плитой склонился силуэт

В тени осенних древ, могучих и усталых,

Их листья исполняли прощальный менуэт

И предавались снам в недвижности опалых.


Мелодией небес над вечностью могил

Звенят колокола, и тени ползут к храму.

Мой ангел, без тебя свет белый мне не мил,

Рок сказку превратил в болезненную драму.


Ужель навеки спишь? Но эфемерны сны...

Твоя погибель − дым, который я развею,

Откроешь вновь глаза, и все цветы весны

Увидишь в чудный миг в награду чародею.


Нелегкий это труд − попрать закон судьбы,

Что правит вечный бал, где все мы кружим в танце...

Услышит лишь Луна печальные мольбы,

Взор бледный устремив сквозь облака в багрянце.


На камень ледяной стекают слезы свеч,

Кинжал легко язвит раскрытую ладонь,

Прощения мне нет, не удалось сберечь

Возлюбленной души пылающий огонь.


Способна возвратить тебя живая кровь, −

То жертва для богов подземного чертога,

Я с нею отдаю всю силу, всю любовь,

Испейте ж, силы тьмы, всю кровь до дна из рога!


Зарницы меч сверкнул, пронзая небеса,

На миг заполонил все инфернальный свет,

Жизнь в мертвое вдохнет свирепая гроза, −

На шее дорогой тут дрогнул амулет...


И чувствую: следит за мной упорный взгляд,

Хоть дышишь, но сродни фарфоровой ты кукле,

Не красит никого угрюмой смерти яд,

Бледна, и лишь глаза, сияют, словно угли.


Я бархатной руки коснуться не посмел,

Молчит живая вновь в зловещей тишине,

И на лице ее, что белое, как мел,

Улыбка слабая мелькнула при луне.


Не хочешь рассказать, что снилось тебе там,

В туманной стороне, под пеленой забвенья?

Гуляла в тишине по золотым садам?

Ласкали ли твой слух святые песнопенья?


Промолвила в ответ, как ветер прошептал:

"Напрасно, черный маг, нарушил ты завет,

Ушедших не вернуть, твой тайный ритуал

Призвал из бездны тьмы меня на белый свет.


Невинная душа той девы молодой

(К ней коготь тянет свой коварная химера)

Навек в других мирах, где обрела покой,

Над ней не властны мы, − созданья Люцифера.


Заносчивость тебя ведёт дорогой в ад,

Душа твоя черна и руки все в крови,

В безумии провел магический обряд,

Но позабыл о том, что смерть сильней любви"


В ответ успел колдун лишь имя прошептать,

На мраморной плите что золотом играет,

И замертво упал на каменную гладь.

Отныне и навек их смерть соединяет.


Екатерина Тихая «Ночной сонет»


Ночи бледной долгий час идёт,

Ламп погасших меркнут в лужах блики,

Давит тишины тоскливой гнёт,

Тени проходящие безлики.


Солнце село в омут пустоты,

Льдом покрылось в смерти неизбежной.

Луч прощальный, осветив мечты,

Сгинул в недрах темноты безбрежной.


Я ищу напрасно свет во мгле,

Звёзд не видно, и влекут печали

Не к полету, а к сырой земле.


На вопрос мой: «Есть ли кто во тьме?»

Только тени тихо отвечали:

«С бездной мы всегда наедине.»


Кассий Курганов «Рыцарь»


Он идёт. Скрипят его колена

И проржавлена броня насквозь

Он спасёт её из злого плена.

Из забрала белым блещет кость.


Щит – труха, и меч сломался,

Боевая лошадь умерла.

Он всю жизнь к принцессе мчался,

Да и в смерти к ней ведёт тропа.


Он не знает, что прошли столетья.

И что нет ни замка, ни его.

Он бредёт, забыв про всё на свете,

Не найдя покоя своего.


Кассий Курганов «Череп»


Красавица! Позволь с тобой поговорить!

Тобой уже любуюсь я давно!

С богатым жемчугом могу тебя сравнить!

Молчишь? Ах, ладно. Всё равно


Когда-нибудь добьюсь ответа.

Ведь каждый день к тебе я прихожу.

Удобно ли? Не принести ли света?

Что в мире происходит? Расскажу


Тебе про звёзды и скитанья,

Про тайны, что развеются как дым…

Как жаль, прекрасное созданье,

Что говорю я с черепом твоим…


Кассий Курганов «Коса»


Острым клином взмывает всё выше,

Грозен костлявой широкий замах.

Робкие стоны мольбы не услышит –

Косит она урожай свой впотьмах.


Вот, поступая грозной пятою,

Жатву свою начала она вновь.

За кем пришла? За тобой иль за мною?

Плевать ей на чувства, плевать на любовь.


Сердце её вновь умоется кровью.

Вот бы присела на миг отдохнуть.

Нет! Надевая вуаль свою вдовью,

Вновь коса Смерти найдёт себе путь!


Александр Бауман «Плохие дела»

(Памяти Максима Решетникова)


Жёлтые иглы кухонной лампы,

Нож требует крови. Быстрее, скорей.

Сугробы укрыли её одеялом,

Среди монотонных, снежных полей.


Сегодня мой выход.

Ночь – время для пыток.

Мне ветки кивают,

Спускаю курок.


Не стоит гулять

Тёмным вечером в парке,

Увы, не усвоишь

Ты это, сынок.


Каждая полночь – минимум двое.

Снова кричишь, а я просто смотрю.

Лезвие входит тебе в подреберье.

Давай-ка, дружок, громче вой на луну.


В моей хате труп

Я вдыхаю миазмы.

И это не травит,

А только бодрит.


Твоя мать сказала,

Что я ненормальный.

Я вырезал рак ей

Под сотню молитв.


Новая ночь –

Это вонь у канала.

И каждый удар –

В сердце всполох огня.


Тебе подарю, сука,

Вечные сутки.

Здесь, парень,

Творятся плохие дела.


Диана Чайковская «Я»


вся во швах, заплатках и лоскутках,

но жива, дышу вопреки всему,

хоть не та, что раньше, совсем не та,

из кусочков собрана, солнца, мук.


на двух светах сразу - и веселюсь:

то смеюсь, то плачу по десять раз,

то бешу кого-то и жутко злю,

то хочу по максимуму добра.


как мне дальше, что мне, плясать и выть?

подскажите, доктор, ведь вам видней,

ибо я латаю, латаю швы,

а они становятся всё длинней.


Диана Чайковская «Паучье-ведьминское»


тку, сплетая нити, сшивая боль:

вот борьба кровавая за борьбой,

вот сгорает в рёбрах моя любовь,

вот лежу распятая под стрельбой.


подари мне, Боже, скорей покой,

чтоб дышалось сладко, совсем легко,

чтоб смеялась, делая из шелков

полотно с ручьями, травой, венком.


триста раз устала ткать боль и страх,

от такой вот пряжи не жди добра

- жжёт она до жути, глубоких ран

(а сожгла бы лучше весь этот мрак).


мне бы встретить утро и осознать,

что дорога дальняя нетрудна,

позабыты старые времена

и что я кому-то ещё нужна.


Алина Сысоева «Быть мужем Кровавой Мэри»


Под звуки Requiem Сальери

Мне клятва так легко даётся.

Стать мужем для Кровавой Мэри,

Чтоб слышать, как она смеётся!


Стасидии пусты и хладны,

Ведь в храм закрыты ночью двери.

От поцелуя сводит гланды:

"О, моя крошка, моя Мэри!"


На ней роскошный белый саван,

В пшеничных локонах — мелисса,

Букет цветущих белых таволг,

Я счастьем весь насквозь пронизан!


Простит меня пусть Коррадини,

По праву этой ночью — первый,

Вуаль снимая из фатина,

"Лишу цветка" я мою Мэри!


Есть нож и аконит в фужерах,

От страха сердце сладко бьётся.

Когда ты муж Кровавой Мэри,

Жить каждый миг с трудом даётся!


Надежда Корс «Мама»


Мне ночью снился сон о том,

Как доктор безумный резал ножом

Лицо. И делал улыбку мне,

Что носил Гуинплен в известном романе.


Прекрасна была, искусна работа,

Но горестно так и совсем не до хохота,

А доктор ушел, оставив одну

Меня, ползать по прóклятой жизни дну.


Я вижу, как кто-то из мрачного ила

Руки тянет ко мне как из пасти могилы,

Ползет и становится вокруг меня -

Мертвые дети и думают, мама им - я.


Их сердечки не бьются, кожа словно туман,

Ведут хоровод и крýгом меня смыкают капкан,

Так жалобно просят и песню поют,

Что мама я им, но жизнь не дарю.


А буря разносит их скорбную песню,

И треплет мне белое платье невесты,

Кровь струями льется из рваной улыбки,

И в плаче их тонут объяснений попытки.


Поганая нечисть и мужу проклятье,

Не дать жизни мертвым — им я не матерь,

И тонкие ручки пускают подол мой,

Ползут ребятишки в глубь ила домой.


Глаза ото сна раскрываю я в страхе,

Дрожу, словно смертник, голова чья на плахе

Касаюсь лица — ни крови, ни ран там,

Лишь губы шептают - "Вы не мои и не мама я вам".


Давно что мертво — жизнь не подарит,

Брось к черту попытки, пусть время состарит

Твою оболочку, не тронув черную душу,

Нерожденных детей плачь ее пусть задушит.


Роман Дремичев «Озеро»


Мрачное озеро в долине Теней,

Одиночество спит на его берегах,

Темные воды не знают сетей,

И демоны дремлют в подводных склепах.


Око небес — Золотая Луна -

Словно застыло над черной водой.

Среди камышей плывет тишина,

Ничто не нарушит тысячелетний покой.


Легкий туман залег в траве на холме,

Ветер качает смрад древних могил,

Время застыло навек в пустоте,

И Тени Смерти скользят во мраке глубин.


Анна Шайдурова


Стою я за гранью света.

Мертвец без любви, без мыслей.

Остались полеты где-то

В пурпурной, лучистой выси.


Остались полеты… Жаль мне

Видений простых, безбрежных.

Я ей говорю: «Отстали

От счастья с тобой, конечно…»


Она мне: «Давай догоним!»

В ответ ей молчанье было.

Она отвернулась, вспомнив,

Что сердце мое остыло…


Анна Шайдурова


Кто-то в сером пальто

Ко мне вселился в душу.

Я издаю не крик, лишь стон…

Не ясно ни коту, ни мужу,


Что же вдруг произошло…

И объяснить я им не в силах.

Он завладел моей душой

И будто ниткой рот зашил он…


Он говорит, что делать мне.

И это сонмы злодеяний.

И вот уже я в тишине

Иду исполнить указанье…


О, если б только я могла

Прогнать, жестокого, его…

Но силы неравны и мгла

Моей рукой рождает зло…


Илья Ченцов «Снежки»


Уже все ждали Рождества —

Снег начал таять вдруг.

«Не обошлось без колдовства!» —

Все говорят вокруг.


«Что, слякоть вам не ко двору?» —

Студентов юных рать

Кричит и рано поутру

Бежит в снежки играть.


А позже, вечером, и к нам

Пришли девчонки две.

Пришли как будто по делам,

Но с ветром в голове.


«Пойдем скорей в снежки играть,

Погода — высший класс!

Пойдем скорей в снежки играть!» —

Они позвали нас.


И мы пошли — чего сидеть

В дому, нос ковырять?

В жару, известно, и медведь

Выходит погулять.


Снежки летали, как шрапнель,

Горел румянец щек...

Устали мы, но наши belles

Кричат: «Ещё, ещё!»


Когда же стало холодать,

Часа примерно в три,

Домой девчонок провожать

В общагу мы пошли.


Но сколько не стучали в дверь,

Нам не открыл вахтёр,

За дверью он храпел, как зверь,

А дверь саму запёр.


Дрожа, ведем подруг назад,

С надеждою, что их

Вахтёр, едва продрав глаза,

Пропустит, как своих.


Но сколько не стучали в дверь,

Нам не открыл вахтёр,

За дверью он храпел, как зверь,

А дверь саму запёр.


Наутро снова снег пошел

И началась метель.

И наши трупы он замел,

Весь белый, как постель.


И с той поры, чуть средь зимы

Вдруг оттепель опять,

Встаем у общежитья мы,

Зовём в снежки играть.


Но не выходит к нам никто,

Ответа нет на зов —

В общагу дверь для мертвецов

Закрыта на засов.


Глеб Богомолов «Эхо теней»


В подвале доносится шорох,

Из леса смотрят глаза.

Речи в пустых коридорах,

На поле блеснула коса.


Я слышу их хрипы, их голос,

Я прячусь от них в горах.

В прежней судьбе откололась

Гордыня, остался лишь страх.


И ночь открывает все тайны,

И смотрит луна в меня.

Туда, в закоулки сознания

Не проникает свет дня.


Только это рождает чудовищ,

Что ночью уснуть не дают.

Или всё же за дверью не совы

Шумят и в сумерках ждут?


Дарья Равина «Бессонница»


Ночь долбит клювом ворота и крыши.

Я её слышу.

Да, я её слышу...

Крыльями бьёт и прерывисто дышит,

Шторы колышет.


Прячусь в подушках. И так час за часом.

Вот же зараза.

Какая зараза...

Смотрит в окно немигающим глазом –

Лунным топазом.


Скрип по стеклу. Не прогнать эту клушу,

Чёрную тушу,

Голодную тушу...

Дай только повод – когтями задушит,

Выклюет душу.


Но не добравшись – растает бесследно

Перед рассветом,

Лишь перед рассветом...

Солнечный луч прорастёт первоцветом

Во сне заветном.

Комментариев: 4 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 Infernal Mari 21-03-2023 00:26

    Понравилось многообразие стилей темной поэзии: от «классического» Н. Гумилева до современных талантов.

    Браво!

    Такая рубрика — маст-хэв для журнала.

    Учитываю...
  • 3 Максим Городецкий 20-03-2023 13:02

    Сперва глаз цепляется за оформление, а потом за наполнение. Отличный сборник! Выражаю большую благодарность авторам и составителю лично. Такая работа проделана!

    Учитываю...
  • 4 Ольга Морган 20-03-2023 08:42

    Хочу сказать спасибо всем поэтам, которые предоставили нам свои прекрасные стихотворения! Ждем новых работ и от постоянных, и от новых авторов.

    Учитываю...