DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

НЕ ГОВОРИ НИКОМУ

91PA: с ностальгией по настоящему, трушному рок-н-роллу

Продолжаем полномасштабную экспансию на Калужскую область, а именно в музыкальную составляющую оной. В сегодняшнем выпуске рубрики «Почти до смерти замучила вопросами» Йона Берг беседует с Дмитрием Дмитриевым из коллектива 91PA о почти рыцарском подходе к творчеству и жизни в целом.

Сейчас почему-то принято считать, что рок-н-ролл в его классическом понимании — это что-то, что навсегда ушло вместе с эпохой, его породившей. Грустно вздыхая, кто-то крутит старые пластинки, кто-то — кассеты, кто-то более «молодой и продвинутый» выискивает что-то в Сети.

А меж тем где-то совсем рядом (не нужны ни машина времени, ни даже заграничный паспорт) живет, здравствует и творит коллектив, от чьей музыки не только сводит олдскулы, но и возникает непреодолимое желание жахнуть о барную стойку бутылку из-под виски и с этим нехитрым оружием отправиться крошить тарантиновскую нечисть.

Успенские Хутора, деревня в Жуковском районе Калужской области, мало похожа на Бетел, некогда принимавший легендарный Вудсток, однако именно отсюда берет свое начало группа 91PA (протактиний), образовавшаяся в 1996 году, пережившая распад и второе рождение в 2020 году уже в формате дуэта баса и ударных. Множество стилей, «от диско и регги до хардкора и блэка, объединенных своим собственным саундом» (так написано в VK-паблике проекта), с сочным вокалом и, спасибопожалуйста, лирикой на родном нашем русском языке. Что прекрасно. Потому что этим песням хочется уметь подпевать — возможно, даже немного подвывать. И, разумеется, понимать без помощи переводчика, о чем в них поется.

С расшаркиваниями закончили, давайте же перейдем к любимому — пыткам.

Дмитрий, это будет самый банальный вопрос на свете, но расскажите, что сподвигло вас и первый состав 91PA заняться творчеством? Как вообще был собран коллектив?

91РА придумали вообще в октябре 1996 года. 91PA — это протактиний, самое ядовитое и простое вещество на планете Земля. Расшифровывается с греческого как «первый луч».

Так вот, тогда существовали группа «Каунт» из города Видного и группа «Угол отражения». Из «Угла отражения» были я и Карл, барабанщик пришел из «Каунта», плюс второй басист и вокал. Образовалась 91PA. За полгода сделали программу, и первый концерт прошел в старом «Р-клубе», который на улице Талалихина был, 30 апреля 1997 года. Творчество было навеяно Sepultura, Kraftwerk. У нас даже есть где-то кавер на Kraftwerk, на песенку «Space Lab» 1978 года.

Изначально у 91PA был интересный состав: бас-драйв, бас, вокал и барабаны. В течение 5-6 лет у нас были и клавиши, два раза девчонка и пацан играли, и диджей. Записаны у нас два альбома, в 1997 и 1998, один клип — «Падает снег». В 2002 году хотели выпускать еще один альбом. Но произошли пять или шесть смен состава, барабанщиков, народ приходил, уходил. Мне надоело все это дело собирать, и в 2005 году оно все расстроилось. В 2007 году была еще одна попытка воссоединения, пара-тройка репетиций, но опять же, дальше этого не зашло, и все потихоньку застопорилось. Я десять лет писал в стол, в 2013 году вышла одна песенка, называлась «Яд». В итоге собрался опять музыку поиграть в 2016 году. Как-то так.

Вдогонку к предыдущему вопросу: почему было решено возродить группу спустя так много времени?

Значит, в 2016 году меня пригласили поиграть на бас-гитаре, ну и получилось так, что я начал все это дело вспоминать. Вспоминал-вспоминал и вспомнил, восстановил всю свою технику и уже не решился снова бросать это дело, потому что — ну а че, да и, в принципе, занятий других на тот момент не было.

Я познакомился с молодыми пацанами, которые репетировали в гаражах в Обнинске, ну, и замутили группу, и опять понеслось. Представь, дядька такой взрослый — и играет с двадцатилетними. Группу назвали TRAH-T.B.DOHH, нашли девочку, которая у нас полгода пела (потом она ушла). То есть все это было спонтанно и от нечего делать, а потом уже я понял, что надо записать качественно те треки, которым уже по 20-25 лет.

Наверняка вас часто спрашивают (и успели порядком надоесть), но почему «протактиний»?

В махровые времена, когда не было компьютеров, я любил почитать советскую энциклопедию. В частности, мне было интересно копаться в таблице Менделеева и читать про разные химические элементы. Протактиний — это 91-й атомный номер, актиноидная группа, серебристо-серый металл, в три раза тяжелее свинца. Такой митольный металл, радиоактивный да еще и ядовитый.

Ну и мало кто знает, но мне очень нравится число девять, хе-хе.

Сейчас 91PA — это дуэт. Почему вы играете именно в таком составе? Что побудило вас отказаться от классической концепции группы, где есть гитара, возможно, клавишные?

Пробовались кучи гитаристов, но они не понимали, что будут играть в процессе. То есть такая сугубая техника игры на бас-гитаре, не имеющая аналогов, кроме, пожалуй, Royal Blood. Не видел больше никого, кто играл бы что-то схожее. (Я памятник себе воздвиг нерукотворный, ха-ха.)

В принципе, плотности звука, которую делаю я сам, учитывая раскладку по частотам звучания гитары, вполне достаточно. Есть возможность использования клавиш, допустим, поливокса какого-нибудь, но просто нет человека, который мог бы играть. Мне надоело, так скажем, руководить всякими непонятными людьми, не осознающими, что им на самом деле нужно. Я знаю, чего хочу, и знаю, куда иду. Мне так проще.

Почему тексты для песен вы пишете на русском? Это личное предпочтение? Или, может, вам хотелось бы, чтобы слушатель понимал, о чем вы поете?

Потому что не знаю другого языка. Я пытался писать на английском, у меня есть песенка, написанная в 1998 году, «Happy Death», «Счастливая смерть». И все, хватит. Человек должен писать на родном языке.

Как бы вы оценили текущее состояние музыкальной индустрии в нашей стране? Есть какие-либо перспективы? Могли бы вы выделить кого-то среди современных исполнителей?

Текущее состояние музыкальной индустрии в нашей стране — никакое. Его нет. У нас есть попса. В той же Европе или Америке на тяжелой музыке делают деньги. Это миллиардный оборот. Рок-н-ролл, хард-рок, весь этот метал, всякий этот сатанизм (даже если его и исключить из темы), вся эта индустрия тяжелой музыки — это миллиардный капитал. У нас в России подобного вообще нет. У нас есть канал «Культура», который никто не смотрит и по которому транслируют Моцарта и Вивальди, но кто их понимает? Но в России нет канала, по которому показывали бы тяжелую музыку, который специализировался бы на этом, рассказывал бы, что были такие-то группы, так-то это все начиналось, так это зарождалось, вот, пожалуйста, история такая-то, человек такой-то, вот он первый раз сыграл то-то. Нас не обучают этому в институтах. Понимаете, когда-то музыкальной грамоте учили, хотя пианино было далеко не у всех. Потом начали появляться другие инструменты — саксофон, например, завелась ударная установка, придумали электрогитару, клавиши, всю электронику, всякие примочки. Но на этом же надо уметь играть, это же нужно уметь преподавать. На фортепиано вы же учитесь играть, так и этому нужно учить. А у нас что? Подворотня, все дела. И самое главное: люди, которые слушают тяжелую музыку, играют ее и понимают, очень спокойны, потому что они свою черную энергетику оставляют в ней. У нас в стране должны понять, что народу нужно выплескивать свою отрицательную энергию, и лучше пусть это будет на концерте, нежели люди будут бить морды на какой-нибудь демонстрации на Болотной площади.

Что, на ваш взгляд, полезнее для группы или артиста: сольные концерты или участие в крупных фестивалях? И раз уж мы затронули тему фестивалей — как считаете, есть ли у Metal over Russia шанс на дальнейшее существование в свете последних событий?

У крупных фестивалей в принципе нет никаких шансов, пока культурная политика Российской Федерации не повернется в сторону подворотен и гаражей. Вот взять любой город — в каждом гаражном кооперативе есть ребята, которые что-то там долбят, жужжат. Это же просто многомиллионное население, которое болтается по всяким темным углам и пьет пиво хрен знает где. Пока страна не будет поддерживать эту индустрию и зарабатывать на этом деле деньги, у нас ничего не изменится.

Музыканту, конечно, хорошо выступать на фестах. Чем больше фестивалей человек может «окучить», тем больше поклонников у него будет. На сольные концерты в клубах никто, кроме посетителей этих заведений, не ходит, и музыка там нужна для фона. На фестивали люди ходят специально, чтобы послушать новую хреновину и потусоваться с музыкантами. Это самое офигенное.

На Западе немножко другая система: в середине тридцатых годов придумали музыкальные автоматы, чтобы не приглашать в кабаки музыкантов. В эти автоматы загружалось порядка ста пластинок, а человек за условные пять центов мог поставить любую песенку. И чтобы ассортимент этих песен был разнообразнее, продюсеры начали искать коллективы или отдельных исполнителей по всей стране. Так нашли и Элвиса Пресли, и Чака Берри.

А в России такого нет. Нет продюсеров, которые ездили бы по фестивалям и искали чуваков, которых могли бы записать. У нас сами музыканты все записывают и пытаются толкнуть эту «шляпу», так сказать, на радио. А на радио сидят попсовики, которым на хрен не нужно кого-то раскручивать.

Что служит для вас вдохновением при написании композиций? Личные переживания?

Есть, например, у меня «Черная песня». Я написал ее, направляясь в Питер на концерт. В электричке. Санкт-Петербург мне не нравится, очень такой странный город, с черной плоской энергетикой. Так вот, сама идея песни возникла по пути туда, а уже на обратной дороге композиция окончательно сформировалась у меня в башке, я ее написал, а приехав домой, уже закончил. Не знаю, как это получилось.

На все воля Божья.

Есть ли музыкальные коллективы, про которые можно было бы сказать, что они оказали влияние на ваше творчество?

Когда я был маленьким, у моего отца была магнитофонная катушка. По его словам, он купил ее у ГУМа за три рубля. Это были Creedence Clearwater Revival, пластинка 1970 года, Cosmo’s Factory. И вот со скольких лет я себя помню, плясал под нее.

Ну, и Пугачева. Можете смеяться, но на ранних этапах ее творчества, до восьмидесятых годов и начала сотрудничества с Раймондом Паулсом, она играла с группой «Рецитал» — офигенная тема. Вообще Пугачева — каверщица. Даже «Арлекино» — это кавер на песню 1964 года авторства Эмила Димитрова, болгарского эстрадного певца и композитора.

Кто еще? Конечно, Depeche Mode: альбом «Violator», «101» (концертник 1989 года), «Personal Jesus» и так далее.

Ну и, конечно, рок-н-ролл и, как ни странно, электронщина: Kraftwerk, Technotronic, The KLF. Все это смешалось и в мозг мне всунулось. А потом были еще Sepultura где-то, наверное, в 1992-1993 годах. WASP и Accept, хотя в них я тогда не врубался особо. А вот Sepultura, в частности, альбом «Chaos A.D.», — да, это вещь.

Отойдем ненадолго от темы музыки. В сообществе 91PA в ВК сказано, что вы еще и поэт. Считаете ли вы, что изучение творчества российских классиков в школе необходимо и своевременно, когда некоторые и во взрослом возрасте не способны проникнуться подобного рода литературой и понять ее?

Ну, школа, она для того и нужна, чтобы открывать в человеке определенный талант. Почему преподается сразу так много разных предметов? Я считаю, что именно поэтому. Человек с детства тянется к каким-то штукам: кому-то больше нравится химия, кому-то биология или история, а кому-то — литература. Это тот период, когда мать с отцом, бабка с дедом или даже знакомые уже не могут дать должную базу знаний. А школа для того и существует, чтобы образовывать человека. Чем больше знаний, тем меньше человек в дальнейшем будет искать каких-то непонятных тем для своей жизни, тем меньше сделает ошибок. Так что, несомненно, образование очень важно. С другой стороны, поймет ли ребенок то или иное литературное произведение в этом возрасте — спорный момент. Все должно быть дозировано и применимо к возрасту человека. Допустим, о том же романе «Война и мир» можно рассказать, можно показать фильм параллельно с изучением истории России того периода. Кого заинтересует эта тема, тот и сам дойдет до того, чтобы прочесть произведение. Но ставить за него, извините, тройки и двойки, если ученик тупо не в состоянии осилить, я считаю, не нужно.

Как вы считаете, способна ли музыка приносить доход в нашей стране? Я говорю не о коммерческой жвачке для масс, а о серьезных музыкальных жанрах, от рок-н-ролла до метала.

Да, музыка способна приносить доход в нашей стране, если, опять же, будет запрос со стороны государства на поднятие всего этого культурного пласта. Нужно понимать, что тяжелая музыка, хард-рок, рок-н-ролл, блюз и т. п. — это направления в искусстве, это и есть искусство. Это точно такая же хреновина, как в классике, скажем, Бах или тот же Стравинский. Точно на такую же ступеньку можно поставить, допустим, саксофониста Алексея Козлова, который создал группу «Арсенал» в семидесятые, Жана Татляна с его вокалом, Николая Сличенко («Цыганская песня»). Если говорить о шансоне, то Марка Бернеса с его «Журавлями», Леонида Утесова. У них джазовая школа, а весь метал основан на джазе и на блюзе.

Ребята, я же говорю: сколько людей сидит по гаражам и что-то там пиликает. Это можно и нужно поставить на нормальную ногу, с хорошим конкретным ходом, который принесет хорошие бабки.

Вы выступаете уже очень давно. Чувствуете ли волнение, выходя на сцену? Какие эмоции обычно испытываете перед началом выступления?

Да, конечно, каждый раз волнуюсь и думаю: «Народ поймет ли и как это вообще будет протекать?» Но главная фишка в том, что, попытайся выдернуть кого-нибудь на свое место из зала, он будет упираться ногами-руками, головой, цепляться ногтями за паркет клуба или траву на поле: «Не-е-е, я туда не пойду». И, как правило, если ты не супергений, то о тебе через тридцать минут в лучшем случае забудут: «Ну был там какой-то урод, а че он там делал?» — «Да хрен его, я вообще не помню, пойду пивка попью». Вот такое отношение.

Поэтому, ребята, самовыражайтесь. Самое главное — это удовольствие, полученный от выступления кайф. Кайфуйте и будьте здоровы.

Потенциальный слушатель 91PA — какой он? Расскажите, какие люди чаще всего приходят на ваши выступления?

Сложно дать однозначный ответ на этот вопрос. Публика разная. Я, например, играл акустику для поэтов. Как оказалось, на такого рода сборищах бас и вокал звучат необычно и интересно. Люди даже не знали, что так можно сыграть, и у них просто челюсти поотвисали, как, впрочем, и у меня. Я пишу о таких же чуваках, как те, что меня окружают, и разных жизненных ситуациях. Для людей. Только народ пугает, с каким ором это все я пытаюсь донести, эмоции кипят.

Наверняка за все время концертной деятельности у вас насобиралась куча забавных историй? Расскажите про самый курьезный случай.

Ну, наверное, самый курьезный случай был в городе Видное. Нас пригласили туда поиграть в девяносто восьмом или девяносто девятом году на 23 февраля. Выступили, значит. У нас была песня, называлась «Клоун», а еще две здоровых надувных бейсбольных биты, по полтора метра каждая. И в третьем куплете, по задумке, я ставил басуху, брал биту и начинал дубасить вокалиста, а вокалист в образе клоуна-неудачника, ну, такого, как в фильме «Оно», — эдакий Рональд Макдональд, но резавший детей. Ужас, да. Ну так вот, я его, значит, бил бейсбольной битой, и получилось так, что мы пошли в зал и одну биту кинули народу. И народ разнес ею два ряда сидений. Оп — и все. Больше нас в Видное не пускали.

Если бы вы не занимались музыкой, то что могло бы стать вашим призванием?

Не знаю, был бы дальнобойщиком.

Считаете ли вы себя суеверным человеком? Есть ли какой-нибудь талисман, который всегда берете с собой на выступления? Например, счастливая футболка или, может, более мелкий и незаметный предмет?

Про талисман говорить не буду, футболки счастливой нет. Что касается мелкого и незаметного — в правом кармане всегда должны быть медиаторы, штук десять.

На свете существует, наверное, 1001 шутка про басистов. Почему вы выбрали именно этот инструмент?

Бас я, так скажем, не выбирал. Мне тупо дали в руки «Урал» в первой моей группе. Скажем так, я плохо умел играть на гитаре, а когда мы все собирались, это было в девяностом или девяносто первом году, нам тогда было по пятнадцать-шестнадцать лет, то двое умели нормально играть на гитарах, один — на барабанах, а я че-то и на гитаре не умел играть, а клавиш не было. Было пианино, но тут такое. Поэтому я взял бас-гитару и сам научился на ней играть. Собственно, «Урал» был моей первой бас-гитарой. Все очень просто. Изначально я выбрал легкий путь, а потом взял и гитарную технику зафигачил на бас, хы-хы.

Мы сейчас живем в той эпохе, когда человек может на сцене прославлять сатану, а после концерта идти на занятия по йоге (камень размером со Стоунхендж в огород Нергала из Behemoth). Считаете ли вы, что рок-н-ролл обязательно идет в сцепке с sex & drugs?

Ну, секс-то да, а наркотики — это уж как вам хочется. Я считаю, что все драгсы в сравнении с адреналином, который вырабатывается при прослушивании тяжелой музыки, — это пыль.

Когда я в первый раз послушал Baby Metal, есть такая японская группа, особенно песню «Gimme Chocolate», впечатлений у меня были полные штаны, даже полные трусы, полное все, слюни стекали до пола. Я прыгал до потолка, у меня до сих пор в квартире в Москве вмятины, а все от того, какой охрененной музыки я был лишен, не знал об этом коллективе. Вот о чем я говорю. Вот такая эмоция должна быть. Она круче всего, круче любой наркотической дряни, когда мурашки бегут по всему телу от какого-то офигенного музыкального оборота и у тебя улыбка растекается по всей роже. Так что вот так. Музыка лучше алкоголя, даже, пожалуй, лучше секса, потому что, как правило, последний потом в голову отдает, если вы понимаете, о чем я.

Небольшой косплей на рекрутера из HH. Вы видите перспективы для 91PA лет через десять-двадцать?

А почему бы и нет? Человек уже тридцать лет в музыке — и вдруг с какого-то перепугу не станет дальше продолжать играть? Вы там, что ли, совсем дубу дали, да? Вы вот тридцать лет умели дышать — и вот, оба-на, на тридцать первый год вы дышать не будете, ну вот расхочется просто. Ну как это вообще? Или, не знаю, вы все это время воду пили, а теперь резко решили, что нет, воду мы больше пить не будем, мы будем только есть сухари, все. Так, что ли?

Я это все к чему. Не будет 91PA — будет еще что-то. Хотя 91PA будет, я так думаю, пока я не помру.

И самый последний вопрос. Вы оказали неоценимую поддержку проекту Aether в рамках выступления 12 августа, согласившись выступить не только на открытии концерта, но и отыграть вместе с «Эфиром» в качестве бас-гитариста. Что сподвигло вас на этот акт невиданной щедрости?

Никакой щедрости в том, что я сотрудничаю с Aether, нет. Я считаю музыку, которую играет Егор, интересной. Почему бы и не поиграть вместе? Я кайфую от музыки, мне интересно. Вот почему люди по утрам бегают? Потому что у них молочная кислота в организме вырабатывается, такая же кислота вырабатывается в моем организме при игре. Все.

Я обещала последний вопрос? Простите. Теперь точно все. Пожалуйста, скажите что-нибудь напоследок для читателей DARKER.

Хотите хорошо слушать музыку — послушайте, с чего эта музыка началась, поройтесь в Википедии, посмотрите старые клипы шестидесятых-семидесятых. «Ой-й-й, мы это не будем, зачем нам это надо?» Зачем? Чтобы охрененно разбираться во всем, нужны знания. Что вот это вот у нас 2х2, а это — 3х3. Нельзя просто так включить музыку и слушать все подряд, не имея бэкграунда, так не получится. Сначала нужно пройти обряд посвящения, изучить матчасть, а потом уже слушать, опираясь на предшествовавшие опыт и впечатления.

Публичная страничка проекта в VK

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)