DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Лавкрафт и Гудини: из склепа суеверий

За Говардом Филлипсом Лавкрафтом закрепилось прозвище «затворник из Провиденса». Хотя писатель тяготел к уединению, откровенным изгоем его сложно назвать. Лавкрафт вел переписку с сотнями адресатов, активно творил в соавторстве, редактировал чужие рукописи. Среди тех, с кем судьба свела создателя мифов Ктулху, был и знаменитый иллюзионист Гарри Гудини.

Погребенный с фараонами

Журнал Weird Tales, где были опубликованы многие произведения Лавкрафта, часто испытывал финансовые трудности. Его основатель Джейкоб Хеннебергер неустанно искал способы повысить продажи. В 1924 году ему удалось привлечь к сотрудничеству иллюзиониста Гарри Гудини. Фокусник согласился вести колонку (она появилась в трех номерах) и подкинуть идеи для нескольких рассказов. К тому моменту Гудини выпустил уже несколько книг о секретах своих трюков и разоблачении знаменитых шарлатанов. Сам он не отличался грамотностью и литературным талантом, поэтому активно использовал услуги писателей-призраков.

Сотрудничество с Weird Tales Гудини выстроил по тому же принципу. В мартовском номере за 1924 год вышел его рассказ The Spirit Fakers of Hermannstadt, а в апрельском — The Spirit Lover. Обе истории преподносились как основанные на реальных событиях и были написаны неизвестным автором (литературовед Сунанд Джоши приписывает их Уолтеру Гибсону, в соавторстве с которым не раз работал Гудини). Сочинить третий рассказ Хеннебергер поручил Лавкрафту. От писателя требовалось преподнести сюжет с похищением бедуинами и побегом из склепа фараонов как реальную историю. Лавкрафта задание слегка позабавило: задумка Гудини казалась ему достойной барона Мюнхгаузена, а сам иллюзионист — отъявленным эгоистом. Тем не менее писатель с энтузиазмом взялся за работу. Хеннебергер пообещал указать его в качестве соавтора и разрешил не сдерживать полет воображения. В посланиях друзьям Лавкрафт утверждал, что напишет «нечто довольно адское».

Рассказ «Погребенный с фараонами» начинается вполне в реалистическом ключе. Цветистое описание чудес Египта настраивает на приключенческий лад, но, когда герой, «исполнитель невероятных трюков в манере Гарри Гудини», сброшен похитителями в пропасть, разворачивается типичный лавкрафтианский кошмар:

Будь проклято то зрелище, во сне ли оно было, наяву ли, в котором мне явился предельный, абсолютный ужас, неведомый Бог Мертвых, облизывающийся в предвкушении поживы в своем огромном жутком логове и получающий богомерзкие лакомства из рук бездушных тварей, которые не имеют права на существование.

Жуткие видения, которые зачаровывают персонажа своей неописуемой отвратительностью, приводят к хлесткой шокирующей концовке. Чтобы не полностью раздавить героя созерцанием космического ужаса, как это обычно происходит в рассказах Лавкрафта, писатель объясняет произошедшее сном, иначе восход солнца не застал бы меня живым в песках Гизы под сардоническим ликом Великого Сфинкса, розовеющим в рассветных лучах.

Иллюстрация Ника Гакера к рассказу «Погребенный с фараонами»

Рассказ писался в спешке и предсвадебном волнении. Закончив работу, Лавкрафт отправился в Нью-Йорк, где ему предстояло жениться на своей невесте Соне Грин. По рассеянности писатель оставил чистовой вариант на вокзале Провиденса. Лавкрафту потеря доставила немало хлопот, зато благодаря ей исследователи его творчества узнали изначальное заглавие рассказа. В рубрике потерь и находок Providence Journal было размещено объявление с просьбой нашедшему вернуть рукопись под названием «Под пирамидами». К счастью, у Лавкрафта остался черновик. Несколько вечеров писателю вместе с новоиспеченной супругой пришлось потратить на перепечатку текста — медовый месяц начался очень напряженно и выматывающе.

Рассказ вышел в Weird Tales под именем Гудини. Хеннебергер посчитал, что раз история написана от первого лица, то и автор должен быть указан только один. За рассказ писателю причитался гонорар в 100 долларов — прежде столь крупных выплат Лавкрафт не получал. Гудини остался очень доволен сотрудничеством. Он передал соавтору свои контакты и рассчитывал работать с ним впредь. Лавкрафт обращался к иллюзионисту с просьбой посодействовать в трудоустройстве. Гудини свел писателя с несколькими издателями, но у них подходящих вакансий не нашлось.

Рак суеверий

Гудини не только удивлял публику невероятными трюками. Он еще и вел ожесточенную борьбу с шарлатанами. На рубеже XIX–XX веков произошел всплеск популярности оккультизма и спиритизма. Медиумы, прикрываясь псевдонаучными теориями, утверждали, что исследуют мир духов и умеют общаться с мертвыми. Гудини с легкостью повторял «духовные чудеса» со спиритических сеансов. Из-за громких разоблачений он даже рассорился с писателем Артуром Конан Дойлом, который настолько проникся новым учением, что был готов защищать даже самых отъявленных шарлатанов.

Гудини вел борьбу с мошенниками не только действиями, но и публикациями. Он написал несколько книг и статей, вскрывающих механизмы спиритических чудес. Однако проблема лежала не только в шарлатанах и доверчивой публике. Помимо спиритизма процветали гадания, астрология и прочие сомнительные явления. Корни проблемы лежали в древних заблуждениях, так и не изжитых рациональной эпохой. Гудини решил копнуть вглубь.

Во время гастролей по США он лично встретился с Лавкрафтом. Иллюзионист заказал писателю статью об астрологии, за которую заплатил 75 долларов. Будучи несколько в своей колее (у меня была собственная кампания на эту тему в 1914 году), я скорее наслаждался поиском данных — хотя это было ужасно трудоемко и заставляло меня работать непрерывно до наступления ночи без сна. Если это не уничтожит всех звездных шарлатанов в стране, я буду глубоко разочарован! — впечатлениями о совместной работе Лавкрафт поделился в письме Уилфреду Талману. Там же он упоминает и новое задание — статью о колдовстве. При личной встрече иллюзионист подарил писателю свою книгу «Волшебник среди духов» с дарственной надписью: Моему другу Говарду Лавкрафту с наилучшими пожеланиями, Гудини. Мой разум — это ключ, который освобождает меня.

Впоследствии у них возник еще один совместный проект. Лавкрафт охотно взялся за работу, хотя поспешность «шустрого волшебника» (так он в шутку назвал Гудини в переписке с одним из друзей) его настораживала. Гудини решил написать книгу The Cancer of Superstition — «Рак суеверий» (литературовед Глеб Елисеев также предлагает вариант перевода «Язва суеверий»). Для работы помимо Лавкрафта он привлек Клиффорда Мартина Эдди-младшего — еще одного автора сверхъестественных историй. Гудини изложил общее видение книги. Лавкрафт должен был разработать структуру глав и выполнить редактуру, а основной текст предстояло написать Эдди-младшему.

Закончены были только три главы — первые две Гудини даже успел прочесть и одобрить, 31 октября 1926 года он внезапно умер. Лавкрафт и Эдди-младший решили не прерывать работу. Литераторы обратились за поддержкой к вдове иллюзиониста, но ее «Рак суеверий» не заинтересовал. Издатели тоже не проявили энтузиазма. Громкое имя Гудини могло бы сделать из книги бестселлер, но в труде двух дилетантов перспективы никто не увидел. Лавкрафт и Эдди-младший забросили рукопись, переключившись на художественную литературу. Впрочем, Сунанд Джоши отмечает, что их работа носила преимущественно компилятивный характер и академической ценности не представляла.

Фрагменты рукописи Август Дерлет опубликовал в сборнике The Dark Brotherhood and Other Pieces (1966). Остальной текст считался утраченным, но в 2016 году рукопись появилась на аукционе Potter & Potter. 31 страница хранилась у вдовы иллюзиониста. После ее смерти рукопись вместе с другими документами не раз меняла владельцев, которые особо не вникали в содержание бумаг. На аукционе лот ушел за 28 000 долларов. Рукопись состоит из трех глав: «Происхождение суеверия», «Развитие суеверий» и «Ошибка суеверий». Соавторы считают суеверия «врожденной склонностью», возникшей в давшие времена, когда примитивные народы еще не знали законов природы. Древние пережитки сохранились до наших дней из-за «умственной лени» тех, кто отвергает современную науку. Хотя выставленный на аукционе лот позиционировался как рукопись Лавкрафта и Гудини, историки литературы Дуглас Андерсон и Сунанд Джоши полагают, что большая часть текста написана Эдди-младшим.

Жизнь после смерти

В жизни сотрудничество Лавкрафта и Гудини продлилось недолго, зато необычный творческий тандем легендарного мага и загадочного писателя воспалил воображения творцов современной массовой культуры. Убежденных материалистов авторы фантастических романов и комиксов превращают в борцов со сверхъестественными монстрами. Гудини обретает реальные магические способности, а Лавкрафт погружается в настоящие оккультные тайны.

До русскоязычного читателя добрался только триллер Томаса Уилера «Арканум». В этой книге Лавкрафт вместе с Гудини, Конан Дойлом и колдуньей Мари Лаво расследует похищение зловещей реликвии. Затворник из Провиденса представлен здесь загадочным вундеркиндом, слабым юношей, пребывающим на границе безумия:

Знание, к которому запрещено прикасаться, о котором запрещено даже думать, было для Г. Ф. Лавкрафта и едой, и питьем, единственной причиной его существования. Больше ничего значения не имело, и, уж конечно, никакая там дружба или преданность.

В графическом романе Necronauts Гордона Рэнни с иллюстрациями Фрейзера Ирвинга Гудини Лавкрафт и Конан Дойл тоже образуют команду по противостоянию сверхъестественным силам, только на этот раз к ним примыкает предтеча современной уфологии Чарльз Форт. Накануне Хеллоуина 1926-го года фокусник, изучая границы между жизнью и смертью, пробуждает демонов. Утихомирить разбушевавшиеся силы зла получится только усилиями всей команды. Графический роман Edge of the Unknown Джонса Винсона с иллюстрациями Марко Роблина погружает Гудини, Конан Дойла и Лавкрафта в атмосферу нуара. Чтобы расследовать серию ритуальных убийств, им понадобится не только применять познания в оккультных практиках, но и орудовать кулаками.

Впрочем, далеко не везде Лавкрафт выглядит чудаковатым дополнением в популярной линии мэшапов Гудини и Конан Дойла. В романе Рона Уилкерса скептически настроенный фокусник собирается изучить дом с привидениями. Лавкрафта он приглашает написать хронику исследования. Сумеречные силы захватывают энтузиастов, а значит, разуму предстоит отбросить сомнения, но сохранить ясность мысли, чтобы выбраться из ловушки живым. Рон Уилкерс сначала написал сценарий, но не сумел запустить его в производство. Чтобы идея не пропала, материал пришлось переработать в книгу. Я был очарован отношениями между этими двумя людьми, абсолютными символами своей эпохи, — пишет автор на своем официальном сайте.

В романе Брюса Стерлинга Pirate Utopia иллюзионист Гудини и ставший его рекламным агентом Лавкрафт предстают в необычном амплуа сотрудников американских спецслужб. Они прибывают в государство победившего футуризма, возникшее на территории Италии. Под прикрытием гастролей шпионы собираются узнать о прорывных технологиях и рассказать потенциальным союзникам о Манхэттенском проекте — бомбе, которая положит конец всем войнам. Объясняя причины столь необычной трактовки образа Лавкрафта, в одном из интервью Брюс Стерлинг отметил:

Лавкрафт действительно работал на Гудини, а Гудини работал на Секретную службу США, так что вполне правдоподобно представить Лавкрафта причастным к шпионскому сообществу <…> Я легко могу представить Лавкрафта специалистом по психологическим операциям, потому что он очень эрудирован и удивительно обаятелен. Люди говорят о нем как об эмоциональном сухаре, но они никогда не читали его писем и не понимали, как много людей нашли поддержку в его ободряющих речах.

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)