DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Алексей Мальцев: отдельное спасибо автору за раздвоение личности

Алексей Васильевич Мальцев — пермский литератор, автор двух десятков поэтических и прозаических книг, член российского Союза писателей, практикующий врач. Его последние опубликованные в издательствах «Эксмо» и «РуДа» произведения — психологический триллер «Шиза», детективы «Тайна речного тумана» и «Страшно только в первый раз», сборник экстремальной прозы «Марсианка», историко-приключенческий роман «Роковой клад», боевик «Резюме по факсу». Самый свежий роман «Это не моя жизнь» (2020) ломает привычные жанровые рамки, являя собой сплав триллера, мистики, детектива, научной фантастики и социальной прозы.

В предыдущих номерах DARKER’а публиковались рецензии на романы Алексея Васильевича, а теперь писатель любезно согласился дать нам интервью и поделиться с читателями фрагментом одной из своих последних работ. DARKER побеседовал с писателем о темной стороне прозы, тяжелых случаях шизофрении и его творческих планах.

Алексей Васильевич, вы наиболее известны как автор триллеров и детективов. Однако за последние два года жанровые рамки ваших произведений существенно раздвинулись. Я имею в виду роман «Это не моя жизнь» и сборник экстремальной прозы «Марсианка». Как бы вы сами охарактеризовали свое новейшее творчество? Фантастика, триллер, хоррор?

Для писателя очень важно, чтобы рядом был издатель, который понимает его творчество, не ставит каких-то жанровых рамок, не предписывает соблюдать требования формата. Два года назад я нашел такого издателя, благодаря чему, как вы сказали, жанровые рамки моих произведений «расширились». Это директор московского издательства «РуДа» Александр Князьков. Благодаря знакомству с этим интересным и неординарным человеком увидели свет не только мои фантастические романы, сборник прозы «Марсианка», но и, к примеру, исторический боевик «Роковой клад». Что мне ближе всего? Не скрою, очень люблю триллер и детектив. Хоть психологический, хоть фантастический. Однако динамичный, леденящий душу сюжет — это не самоцель, а способ донести до читателя какую-то сверхфилософию. Например, книга «Это не моя жизнь» — не просто захватывающая фантастическая история о путешествии во времени и пространстве, но и роман о моем поколении, которое, грубо говоря, первую половину жизни зубрило постулаты марксизма-ленинизма, а потом оказалось выброшенным в дикую стихию рынка.

На книжной ярмарке, 2018 г.

С чего все начиналось, и как за долгие годы в литературе проходила ваша творческая эволюция?

Вы будете удивлены, но начиналось все с поэзии. Она и сейчас живет во мне — пусть редко, но поэтические сборники выходят. И стихи звучат в эфире в исполнении известного телеведущего канала «Ностальгия» Владимира Глазунова. В 1999 году в Питере на Всероссийской конференции по единственной поэтической книжке «Меж августом и сентябрем» меня приняли в Союз писателей России. После чего я решил, что больше не стану обивать пороги спонсоров в поисках денег на следующие свои стихотворные сборники, — надоело унижаться. Собрал всю детективную прозу, которая у меня имелась на тот момент, и поехал в Москву, прямо в издательство «Эксмо». Так в 2001 году вышел мой первый детектив «Вакцина против мафии». Потом — один за другим «Нож и ствол», «Алмазный король», «Алмаз в воровской короне», «Инстинкт росомахи». После чего случился досадный перерыв в десять лет. Дело в том, что я совершил ошибку — очередную свою рукопись предложил не в «Эксмо», а в Пермское книжное издательство — тогда как раз стартовал конкурс «Пермский детектив». Рукопись «победила», и роман увидел свет (иронический детектив, кстати, как у Дарьи Донцовой, — «Щука в гипсе»), но в Москве я, увы, надолго «выпал из обоймы». Восстановиться, если можно так выразиться, удалось только в 2016 году, когда вышел психологический триллер «Шиза», о котором на сайте DARKER уже есть прекрасная публикация «В когтях шизофрении». Рекордным на книги стал для меня прошлый, 2019-й год — в издательствах «Эксмо» и «РуДа» появились шесть книг! В феврале этого года в «РуДе» увидел свет роман «Это не моя жизнь».

Какие ваши главные страхи нашли отражение в романах, повестях и рассказах?

Вопрос интересный. Первое… Возможно, это не страх, но состояние, не похожее ни на одно другое — когда имеешь дело с раздвоением личности. И в литературе, и в жизни. На профессиональном языке это называется диссоциативным расстройством идентичности или расстройством множественной личности. Кстати, в жизни данный «феномен» встречается намного реже, нежели в литературе и кинематографе, достаточно вспомнить фильмы «Сплит», «Стекло», «Убежище», «Бойцовский клуб», «Первобытный страх» и другие. Он не укладывается в наши типичные стереотипы поведения и восприятия, после него остается необъяснимый шлейф. Я наградил этим «качеством» одного из главных героев романа «Шиза». Одна из читательниц написала на форуме после прочтения этого триллера: «Отдельное спасибо автору именно за раздвоение личности», поскольку только после него остается какой-то необъяснимый душевный «неуют», призрачный дискомфорт, легкое дыхание потустороннего.

И второе — страх встретиться с самим собой. Нечто подобное я пережил однажды во сне, в тот же день написал стихотворение:

…однажды повстречал себя во сне я

доперестроечного, на висках — без снега,

И, как ни странно, не сошел с ума.[/url]

Этот «страх», если можно так выразиться, я «воплощаю» в своем новом фантастическом триллере «Мышеловка для бабочек».

Вы отметили несколько фильмов о диссоциативном расстройстве идентичности. А какие литературные произведения других авторов звучат, так сказать, «на одной ноте» с вашим романом «Шиза»?

Честно признаюсь, роман «Шиза» написан под впечатлением книги американского писателя Денниса Лихейна «Остров проклятых» и поставленного впоследствии Мартином Скорсезе одноименного фильма с Леонардо Ди Каприо в главной роли. На мой взгляд, это один из самых сильных психологических триллеров в литературе вообще. Можно вспомнить еще романы Стивена Кинга «Темная половина» и «Мизери». Это — классика жанра, я считаю.

Роман «Шиза» правдив? Тяжелые случаи шизофрении, подобные описанному вами в романе, имеют место в реальной врачебной практике?

Насчет правдивости — скорее, нет. Любое мое произведение — это всегда конструкция, не имеющая никаких параллелей с действительностью. Единственный роман — «Сердечные нити», который основан на реальном фактическом материале и посвящен известному кардиохирургу Сергею Суханову, безвременно ушедшему от нас пять лет назад, увы, так и не был напечатан. Тяжелые случаи шизофрении, описанные не только в «Шизе», но и вообще в художественной литературе — скорее интересные и захватывающие истории, нежели случаи из практики. Они… художественно переработаны, приукрашены, насыщены щекотливыми деталями, проще говоря — сконструированы. Не стоит забывать про такие приемы, как [i]экшен и саспенс — то есть динамику и напряжение, заставляющих читателя неотрывно следить за сюжетом. Кстати, в романе «Шиза» главный злодей — Бережков — оказывается в финале искусным имитатором, талантливым актером, если хотите, а жутковатое нагромождение симптомов, которое он не без успеха демонстрирует перед коллегой, первоначально выстроилось в цепочку у него в голове. Не более! Практика, увы, далека от литературы, на несколько порядков скучнее, однообразней, напоминает скорее рутину и имеет крайне мало общего с тем, о чем мы читаем в романах или видим на экране.

Место действия ваших романов — Пермь. Там и вы, и ваши персонажи — как рыбы в воде. Декорации оказывают влияние на атмосферу и сюжетные повороты?

Пожалуй, наиболее органично пермские реалии «вписываются» в сюжет романа «Это не моя жизнь». Пожар в «Хромой лошади», катастрофа «Боинга» и «взбесившийся автобус», протаранивший когда-то на Комсомольском проспекте моего города множество машин, выступают в этом фантастическом триллере не как художественный интерьер сюжета, не как дополнение к происходящему, а как самостоятельные персонажи.

Чего ждать от вас читателям DARKER’а в ближайшем будущем?

Как я уже сказал, летом выходит новый роман «Мышеловка для бабочек». Он увидит свет в московском издательстве «РуДа». Не вдаваясь в подробности сюжета, скажу, что… отправляясь в прошлое для восстановления справедливости, следует быть очень осторожным. Одна журналистка, к примеру, попыталась спасти свою подругу, не представляя, чем рискует, чем ее поступок может обернуться… Не успела оглянуться — а на пятки уже наступает приближающийся апокалипсис. За прибором для перемещения во времени из будущего внезапно пожаловал тот, кто сегодня пока «белый и пушистый» и ни о чем «таком» не помышляет... Чем закончится эта встреча с самим собой — непонятно. Все отчаянно зависает на волоске… Лишь взвешенные решения гениального изобретателя могут спасти город, страну, планету. Вывод: когда спонтанное путешествие запускает непредсказуемую цепную реакцию, то для кого-то Мышеловка обязательно захлопнется.

Немного сумбурно? Да! Но для того, чтобы расставить все точки над «i», необходимо прочитать книгу — только и всего.

Какой из рассказов сборника «Марсианка» лучше всего раскрывает Алексея Мальцева как автора темных жанров?

На мой взгляд, ближе всего к «темному и непознанному» находится главная повесть «По ту и эту сторону греха», в ней есть и дьяволица в лице женщины-вамп Ядвиги, и число 666… Отчасти к мистической конструкции можно отнести и рассказ «Змеиная кровь». Рок, фатум, трагическая предначертанность — все это присутствует. Хотя, составляя рукопись «Марсианки», я не думал о мистике, честно признаюсь.

Поделитесь с нашими читателями небольшим фрагментом?

Почему бы и нет?

По ту и эту сторону греха
…На улице мело: мартовский снег налипал на лице подобно латексной маске, мешая сосредоточиться. Меняя время от времени направление, Варенец неожиданно оказался возле гостиницы «Урал». Тотчас вспомнил приснившийся ночной разговор по телефону, подумал «Почему бы нет?» и направился к входу.
Девушка за стеклом чем-то напомнила ему Людочку, второй номер Реестра. То ли периодическими наклонами головы, то ли еще чем. Всколыхнув память доктора подобно широкому покрывалу двуспальной кровати, она щелкнула пару раз по клавиатуре наманикюренным пальчиком:
— Из шестьсот шестого номера женщина сегодня утром экстренно съехала, хотя было оплачено до вечера.
«Кто бы сомневался», — усмехнулся Варенец про себя, вслух озвучив все несколько иначе:
— Опишите ее, пожалуйста, какая она из себя?
Смутившись, копия второго номера наморщила лобик:
— Очень серьезная круглолицая блондинка, высокая, ей явно за тридцать.
Варенец тупо оглядывал холл гостиницы, сидевшего на диване охранника, на самом деле пытаясь вспомнить овал лица Ядвиги. Пока все совпадало, и от этого почему-то становилось страшно. Вдруг поймал себя на том, что даже приблизительно не может представить возраст своей Госпожи. Ей могло быть и тридцать, и сорок…
— Родинок на лице не припомните?
— Вы что, в полиции работаете? — насторожилась девушка. — Тогда предъявите удостоверение!
В расстроенных чувствах доктор вышел на крыльцо.
У тебя жена в коме, дочери след простыл, а ты мечешься за какой-то мифической госпожой… Ох и крепко же тебя она пришпилила в свое время, доктор! Мертвой хваткой вцепилась в причинное место. Позвонила во сне, а ты наяву захотел увидеться. Если это не паранойя, тогда что?
— Вы не торопитесь?
Доктор вздрогнул и оглянулся на неожиданно прозвучавший голос. Рядом с ним стоял охранник гостиницы и курил.
— Тороплюсь, но пока не знаю — куда и зачем, — честно признался он незнакомцу.
— Я случайно подслушал ваш разговор на ресепшене… Можно при желании посмотреть запись с видеокамеры, я примерно помню, когда женщина покинула гостиницу. Та, которую вы ищете.
— Сколько это будет стоить?
Желтоватые веки охранника подобно выцветшим наволочкам с трудом натянулись на подушки выпученных глаз.
Через несколько минут Варенец сидел перед монитором и сканировал один за другим женские силуэты на предмет соответствия телу своей мятежной любовницы.
Пока ее не увидел.
Ошибки быть не могло: отойдя от стойки, Ядвига сняла темные очки и взглянула в объектив камеры так, как могла только она, как бы говоря: Да, ты не ошибся, Артишок, это действительно я, твоя Госпожа.
К мизинцам его ног в этот момент садист-невидимка подключил токи Бернара запредельной силы, волны схлестнулись в ближайшей точке пересечения, вызвав нестерпимую вибрацию. Тело вспомнило все!!!
Выходя на ватных ногах из гостиницы, Арсений щипал себя сквозь карманы, то и дело морщась от боли.
Как сон мог стать явью?! Или явь сном? Он совсем запутался!
Только бы не свалиться здесь же, на мраморных плитах!
И это жуткое ощущение, что за наваждением упустил что-то малозаметное, но… главное.
Что-то мелькнуло, попалось на глаза. Потом ускользнуло.
Только где мелькнуло-то? На мониторе? Во сне? Наяву? И когда?
Пронизывающий ветер ударил в грудь, намекая, что надо бы вернуться в гостиницу, что сделано не все… Он уже собрался повернуть, но в этот момент его подрезал огромный черный «порше». Из-за опустившегося стекла взглянули бездонные глаза госпожи:
— Привет, Артишок, — прозвучало скорей в мозгу, чем в ушах. — Ты все правильно понял. Падай на сиденье. Я тебя, как Снежная Королева Кая, увезу в неизвестном направлении.
— Куда? — будучи полупьяным, поинтересовался доктор.
— В тундру, конечно. Ты что, песни «Самоцветов» забыл?
Обходя капот джипа, увидел номер «о666гр». Сколько надо заплатить, чтобы получить такой?! В голове ощущалась странная пустота. Кроме одной, всепоглощающей мысли «Мы наконец-то снова рядом!». Остальные — то ли выдуло ветром, который в тот момент усилился до предела, то ли они сами тактично покинули мозг, чтобы не противоречить главной.
— Сколько утекло воды, Артишок!
— Много, моя Госпожа. Вы… ты позвонила мне во сне?
— Я тоже была во сне. Звонки из одного сна в другой — не такая уж редкость.
Точно не зная, кто за него столь эмоционально произносит слова, Варенец потянулся к Ядвиге, чтобы ее чмокнуть в щеку, но женщина отстранилась:
— Зачем размениваться по мелочам, Артишок?! Мы сегодня схлестнемся по-крупному! Обещаю, мало не покажется!
— И то верно, — согласился он, пристегиваясь, чувствуя, как мощный движок, набирая обороты, вдавливает его затылок в подголовник.
Снежная круговерть за стеклами джипа распалялась с каждой минутой все больше. «Почти как в сказке Андерсена, — подумал Варенец, глядя на то, как ветер срывает с прохожих шапки. — Только все по-современному: вместо кареты — машина, Герда с кучей переломов и без сознания прикована к постели, ее саму надо спасать. Никто не спасет Кая, кроме его самого! Ты попал, доктор!»
Осталось предположить, что будет вместо осколка кривого зеркала в глазу.
— Ты повзрослел, Артишок? — грустно спросила она. — Не будешь, надеюсь, задавать глупых вопросов?
— Так точно, моя Госпожа. Постараюсь не задавать. Я очень рад…
— Сейчас заедем, подпишем договор, продашься мне в рабство окончательно. С потрохами. Возможно, успеем сегодня посвящение провести. Все будет по-взрослому, обещаю!
Это ему не снится! Посвящение… Боже… Боже…
Варенец перестал различать дорогу, все перед глазами закружилось. Колеса джипа оторвались от земли, и они с Ядвигой взмыли вверх. Последнее, что он увидел перед тем, как отключиться, — число на дисплее: 13-е марта, пятница…

Что пожелаете читателям журнала в этом непростом году?

В этом году важно открыть в себе какой-нибудь талант, который бы позволил вам работать удаленно. А талант — я уверен — есть у каждого. У читателей журнала DARKER — уж точно.

Еще — держаться друзей, не забывать о взаимовыручке и, разумеется, читать интересную литературу. Тогда нам никакой коронавирус не страшен.

Комментариев: 1 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 asmoderon 06-07-2020 13:42

    Спасибо за интервью! Не так давно прочла "Шизу" - проглотила за один вечер с большим удовольствием smile Про "Марсианку" до настоящего времени даже не знала. Буду читать.

    Учитываю...