Advertisement

DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики

Елена Усачёва: «Моя задача — вывести подростка из ада…»

Детская писательница Елена Усачёва — автор популярных детских ужастиков, выходивших в сериях «Страшилки», «Большая книга ужасов», «Большая страшная книга». На страницах ее произведений оживают статуи, сбываются проклятия, а жуткие герои страшилок объединяются в сборную команду. О своем творчестве, природе детских страхов и скрытых смыслах страшных историй Елена Усачёва рассказала в интервью журналу DARKER.

Начать хотелось бы с банального, но важного вопроса, который постоянно задают авторам ужасов, как детских, так и взрослых. Почему вы решили писать именно детские ужастики?

Каждый писатель обращается к тем проблемам, которые его больше всего волнуют. В детстве я очень много боялась. И страхи эти были не только рациональные. Посмотрела я фильма «Собака Баскервилей» — и стала бояться эту жуткую собаку. Потом посмотрела «Всадника без головы» и мне стало казаться, что этот страшный всадник прямо на коне придет за мной. При этом я особо не задумывалась, каким образом он вместе с конем протиснется в квартиру. Когда я стала писать книги, я отталкивалась именно от этого детского чувства страха. Современный ребенок может бояться, что к нему в окно, например, заберется какой-нибудь вампир. И надо показать ему, что такой страх — это нормально и что с этим страхом можно справиться.

В вашем творческом багаже помимо ужастиков есть, например, подростковые произведения о любви. Как вам удается переключаться между двумя столь непохожими жанрами?

Жанры, возможно и разные, но в их основе лежат одни и те же проблемы, поэтому переключаться особо и не приходится. Подросткам, столкнувшимся как со страхами, так и с первой любовью, не с кем это обсудить, не с кем поделиться своими переживаниями. Современные подростки вообще брошены. Это может показаться странным. Вроде бы они постоянно под опекой, постоянно на связи, но в глубине души они брошены. Такие книги помогают им лучше понять свои переживания, увидеть, что они не одиноки в своих проблемах, что есть много других детей, которые тоже чего-то боятся или тоже страдают от первой влюбленности.

Ваши первые книги вышли вначале нулевых — с тех пор прошло уже двадцать лет, произошла смена поколений. Чем, по-вашему мнению, подростки из того времени, когда рассказывали страшилки, отличаются от современных тинейджеров, читающих крипипасту в интернете?

Действительно, современные подростки очень изменились по сравнению со своими сверстниками двадцатилетней давности. Но это касается не только подростков. Вспомните хотя бы, что когда-то для наших родителей выезд за границу казался чем-то практически невозможным. Когда-то и мобильный телефон воспринимался как настоящее чудо, а сейчас это вовсе не чудо, а обычный элемент повседневной жизни. Главное отличие в том, что произошло расширение границ. Раньше поговорить по телефону с Америкой казалось чем-то невероятным. Сейчас в этом нет ничего удивительного. Вместе с изменением технологий, изменением образа жизни меняются и сюжеты. Вот раньше, например, были истории про то, как школьник получает двойку и пытается украсть классный журнал, чтобы ее исправить. А сейчас в школах журналы уже электронные. Теперь такому двоечнику придется взламывать школьный сервер. Что касается страшилок, то, как я замечаю, современные дети страшилок не рассказывают. Ведь что такое, по сути, страшилка? Это способ троллинга, а у современных детей есть много других способов троллинга, порой более жестоких, чем страшилки.

Есть извечная проблема отцов и детей, того, что взрослые не всегда понимают своих отпрысков. А как вам удается оставаться на одной волне с подрастающим поколением, улавливать их страхи, мечты и проблемы?

Изменения произошли очень заметные, но на самом деле изменился только антураж. Многое осталось неизменным. Современные дети точно так же боятся, влюбляются, мечтают, страдают. Жизнь подростка, что тогда, что сейчас — это ад. Сплошные запреты. То нельзя, это нельзя, так не делай. Моя задача — вывести подростка из этого ада, показать ему через страшные истории, что другие сталкиваются с точно такими же проблемами и находят способ с ними справиться.

Касательно самих детских страшилок. А вы любили в детстве рассказывать страшные истории? Или сами слушать их? Были ли истории, которые вам особенно нравились?

В детстве я очень часто бывала в пионерских лагерях. Я уже говорила, что много боялась, поэтому сама страшилок не рассказывала, зато всегда была благодарной слушательницей, готовой пугаться. А уж если есть человек, готовый пугаться, всегда найдутся и те, кто захочет его напугать. Мое детство пришлось на те годы, когда помимо всем известных страшилок, рассказывали еще более старые истории про немцев, которые прячутся в бункерах со времен войны. Были даже истории про немцев-вампиров, пьющих кровь из детей.

Во многих ваших произведениях есть отсылки к тем самым страшилкам из детства — герои или рассказывают их друг другу или просто вспоминают о них. Почему вы используете такой прием? Может быть, это своеобразная дань традиции или способ нагнетания атмосферы?

Тут, конечно, присутствует и то, и другое. И свои впечатления от услышанных в детстве страшилок, и желание усилить страшную атмосферу. Не стоит забывать, что в детских страшилках всегда присутствует воспитательный момент. Вот на чем строится классический сюжет страшной истории? Главному герою говорят: «Не делай то-то и то-то», а он идет и делает, а потом попадает из-за этого во всякие неприятности.

Вы получили педагогическое образование и некоторое время работали педагогом. Помогает ли вам этот опыт в литературном творчестве?

Я часто говорю, что все писатели делятся на две категории. Одни все полностью придумывают, а другие подсматривают из жизни. Я отношусь ко вторым. Я работала и в школе, и в лагере, и везде я почерпнула немало идей. У меня есть книжка «Когда статуя оживает», в ней очень много от моего опыта работы в лагере. Там и сама легенда об ожившей статуе, которую реально рассказывали в том лагере, и многие случаи из жизни детей, которые происходили на самом деле.

У вас опубликовано более трех десятков книг, а с какой из них вы порекомендовали бы начать тем, кто впервые знакомится с вашим творчеством?

Не могу сказать чего-то конкретного, потому что вкусы у всех читателей разные. Вот скажу я, что очень удачной считаю книгу «Сборная команда жути», но она очень веселая и рассчитана на детей лет десяти. Ребенок постарше может прочитать и сказать, что это совсем несерьезно. Посоветую «Ведьмино испытание» — страшную книгу для ребят постарше, так более младших читателей она может слишком напугать. Так что посоветую просто читать. Говорят, что читатели страшилок не читают другую литературу. Но это не так. Мои читатели, начиная со страшилок, переходили на Верна, Стивенсона, но не забывали и о страшилках.

Есть ли какие-то авторы, на которых вы ориентировались, когда писали свои первые книги, или которые до сих пор для вас остаются ориентирами?

Ну как же можно обойтись без ориентиров? Наверное, все писатели на ранних этапах кому-то подражают, на кого-то оглядываются. Главное, не скатиться в подражательство, а создавать что-то свое. Меня всегда поражала философская глубина фантастики братьев Стругацких. Очень многое для себя почерпнула из ранних произведений Сергея Лукьяненко — в них он часто обращается к образам детей и подростков. С большим интересом следила за творчеством Вадима Панова. Из детских авторов восхищаюсь Эдуардом Веркиным — он умеет придумывать невероятные идеи и прекрасно их воплощать.

Следите ли вы за творчеством других авторов, которые работают в жанре детских ужастиков, например, ваших коллег по серии «Большая книга ужасов»? Как вы оцениваете состояние этого направления в России? На кого посоветовали бы обратить внимание?

Не могу сказать, что как-то особенно слежу за этой сферой. Просто читаю тех, кто мне интересен. Уже упоминала Эдуарда Веркина — его книги всегда фантастически увлекательны. Еще Валерий Роньшин пишет очень необычные страшилки. Некоторыми из них я откровенно восхищаюсь. Читаю их и понимаю, что сама бы так написать не смогла. К сожалению, ужастиков у нас издается очень мало. То же самое касается и историй о первой любви. Эти сегменты рынка у нас не развиты. Издательская политика ориентируется на крупные города. При тираже в две-три тысячи экземпляров книга попадает только в магазины Москвы и Питера. Может быть, дойдет до Уфы или даже Владивостока, но дальше до провинции эти книги не доберутся.

А не могут ли исправить эту ситуацию электронные книги? Да и сфера аудиокниг в последнее время развивается довольно активно…

Аудиокниги и электронные книги ситуацию сильно не изменят. Подростки до двенадцати-тринадцати лет — а именно это мои читатели — читают бумажные книги. Школа их именно на это ориентирует. Да и сарафанное радио, которое тоже имеет очень большое значение, скорее, принесет бумажную книгу, а не компьютерный файл. Телефон или компьютер у современных детей больше ассоциируется с Ютубом, Инстаграмом и ТикТоком, где, в основном, видео и картинки. Книгу в таком формате они не готовы воспринимать.

Сейчас в хорроре и детском, и взрослом наметился явный тренд на использование фольклорных образов. У вас в последних книгах тоже фигурируют существа из легенд разных народов. Чем вас привлекают такие образы? И насколько сложно этот образ из глубокой старины сделать понятным и страшным для современного читателя?

Мне, действительно, очень нравятся всякие необычные фольклорные персонажи. В книге «Считаю до трех» у меня есть лембои — нечистая сила из заонежских преданий, а сюжет следующей моей книги будет замешан на карельском фольклоре. Мне вообще очень нравится, когда в книге действие происходит не в каком-то абстрактном городе, а когда есть конкретная географическая привязка. Я сама очень люблю бывать в местах, о которых пишу. Такие образы привлекают меня тем, что мне всегда интересно искать что-то новое. Помните, как в советском фильме «После дождичка в четверг» Кощея Бессмертного сыграл Олег Табаков? Мы привыкли, что этот персонаж мрачный и похож на скелет, а там он толстый и веселый. Это было очень ново и неожиданно. Сейчас такое уже не сработает. Если взять самых популярных персонажей — Кощея, Бабу-Ягу, Белобога, Чернобога, то они какими уже только не были: и толстыми, и худыми, и высокими, и низкими. Здесь уже невозможно найти чего-то нового, а значит, надо обращаться к народным легендам, в них можно найти очень много интересных и незатасканных персонажей.

Какой, по-вашему мнению, должна быть хорошая страшная история? Есть ли какие-то компоненты, без которых не приготовить по-настоящему пугающего литературного зелья?

В литературе каждый автор идет своим путем, поэтому какие тут могут быть универсальные советы? Пожалуй, единственное, что могу порекомендовать — это через любые сюжеты, через любые придумки выходить на универсальные страхи: брошенности, одиночества, предательства.

Вы очень часто проводите встречи с читателями. Случалось ли вам сталкиваться с тем, что родители не одобряют, что ребенок читает ужастики (даже если они соответствуют возрасту)? Что бы вы посоветовали таким родителям?

Да, случалось такое и не раз! На выступлении в одной провинциальной библиотеке одна пожилая женщина, узнав, о чем я собираюсь говорить с ребятами, сказала: «Нам такое не надо!» И увела своих детей. Хотя ребята очень хотели послушать и про вампиров, и про страшилки, и про мистику. Что таким родителям можно посоветовать? Конечно, не судить книгу, не прочитав ее, не строить свое мнение на стереотипах и предубеждениях.


В оформлении интервью использовано фото //formasloff.ru.

Комментариев: 8 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

  • 1 Аноним 20-09-2021 13:33

    Заголовок такой кликбейтный, словно автор психиатр, работающий с малолетними преступниками, не меньше))

    Учитываю...
  • 2 sfboy 20-09-2021 04:24

    Для автора, чей первый литературный опыт пришёлся на сказки, написанные в соавторстве с Киром Булычёвым, очень странно упомянуть Стругацких, Лукьяненко, Веркина и ни словом не обмолвиться о мэтре детской фантастики.

    Учитываю...
    • 3 Алексей 20-09-2021 11:58

      sfboy, в принципе никогда не понимал восторга от творчества Игоря Всеволодовича Можейко, зачем-то взявшего затейливый псевдоним "Кир Булычев".

      Моё детство как раз пришлось на восьмидесятые годы, и читал я очень много. Стругацких прочитал всех в возрасте десяти-двенадцати лет. С огромным интересом. Правда, с тех пор к ним ни разу не возвращался.

      А вот произведения " мэтра детской фантастики" сразу навевали зевоту. Пытался их читать в том же возрасте, моментально тянуло в сон.

      Может, потому что писались они для детской аудитории по заказу партии и правительства, а фальшь и ложь дети чувствуют особенно хорошо.

      Фильм про Алису Селезневу смотрели всем двором, но отнюдь не из-за сюжетов светлого коммунистического будущего.

      Если бы Наталья Гусева слышала все пошлые анекдоты, рассказанные нами про её героиню, и все наши подростковые мечты, то от стыда сбежала бы в монастырь.

      Учитываю...
      • 4 1010011010 20-09-2021 12:34

        Алексей, а истории о Великом Гусляре читали?

        Учитываю...
        • 5 Алексей 20-09-2021 22:31

          1010011010, говорю же - честно пытался.)))

          Не зашло.

          Учитываю...
          • 6 Eucalypt 20-09-2021 23:42

            Алексей, ну, на вкус и цвет... Мне рассказы о Гусляре в школьную пору доставили много и смеха, и удовольствия. Откровенно детских там не много, и с Алисой пересечение небольшое. Как-то фальши и лжи в них не прочувствовал. Просто наслаждался. В том числе сатирой.

            Учитываю...
          • 7 Алексей 20-09-2021 23:54

            Eucalypt, на вкус и цвет, как говорится...

            Один из моих школьных друзей, наоборот, обожал Булычева. Зато Стругацких не понимал и не любил.

            Впрочем, я действительно больше читал про похождения Алисы. Возможно, просто толком не вник в истории про гусляра.

            Учитываю...
          • 8 Eucalypt 21-09-2021 11:24

            Алексей, я настаивать, конечно, не буду, сам много лет не перечитывал. Но истории про городок Великий Гусляр очень захватывали. С одной стороны, сеттингом - разная фантастическая дичь творится в небольшом советском городке, собранном из знакомых элементов и примет. Юмор как раз больше сатирический, с приколами про быт. Сейчас понял, что по настроению он скорее похож на «Понедельник начинается в субботу». Есть там пара рассказов, которые Булычёв передрал у Брэдберри. Но есть и отличный, например, про то, как дети смотрят «Чапаева» в кинотеатре — «Когда Чапаев не утонул».

            Учитываю...