DARKER

онлайн журнал ужасов и мистики


Дмитрий Костюкевич: «“Чертова дюжина” — конкурс, который нравится моей маме»

Одна из важных традиций январского DARKER — это интервью с победителем завершившейся в декабре «Чертовой дюжины». Впечатления от конкурса, история создания, пожелания, все дела… В этом же году случай выдался особый: впервые в истории конкурса победил член редакции нашего журнала — литературный редактор Дмитрий Костюкевич. Именно он, автор «Шуги», — главный герой этого материала.

Первый вопрос — самый банальный и, возможно, самый бесящий. Но тем не менее: что чувствуешь, став победителем ЧД? Уложилась ли эта мысль в голове с тех пор, как узнал о результатах?

Мысль уложилась, но особого мироощущения не пришло. Это просто чертовски приятно — победить в таком конкурсе, как «Чертова дюжина». И мне по-прежнему радостно осознавать себя победителем, видеть себя в замечательной компании триумфаторов прошлых лет, но вспоминаю об этом все реже и реже. Спасибо, что напомнили!

Ты участвовал в ЧД далеко не впервые и за годы существования конкурса приходил на него с целым мешком рассказов. Но выиграла именно «Шуга». Считаешь ли ее своим самым сильным текстом на ЧД или был бы больше рад победе других?

Как сказал после поздравлений Леха Жарков: «Дядя, мне кажется, все равно был круче». Согласен. «Дядя» — это мой рассказ «Ненастоящий дядя», который в 2017 году занял четвертое место. Выиграть с ним было бы идеально, но я не буду врать внукам по поводу названия победившего рассказа (уловили тонкую отсылку к интервью Макса Кабира после победы в «Чертовой дюжине 2018»?) — мне очень правится «Шуга», да и звучит забавнее: «Шугашугашугашуга…»

В этом году ты, как обычно, участвовал с тремя рассказами. «Переход» дошел до второго тура, а соавторский с Евгением Абрамовичем «Дорогой Геннадий Модестович» — до третьего. Насколько оправдались ожидания? Ставил ли ты вообще какие-то конкретные цели на этом конкурсе?

Ни разу не думал о победе, разве что в шутку. Честное-пречестное! И цели победить не ставил, ни в один из заходов. Попасть в финал, забраться в пятерку — предел желаний. Столько людей, вкусов и мнений, такая своенравная рулетка. Ух!

Когда объявили, что все тринадцать финалистов «Чертовой дюжины 2019» будут вне конкурса рассматриваться на включение в антологию «Самая страшная книга 2021», отпала и цель «попасть в пятерку». Я — а кто нет? — осторожно поглядывал в сторону финала. Читал и голосовал.

Ожидания, в принципе, оправдались. Правда, приятно удивил «Дорогой Геннадий Модестович» — мы с Женей Абрамовичем были уверены, что коллективная мораль воспротивится рассказу еще на ранних этапах. Не изменил трепетно-ностальгического отношения к рассказу «Переход», который сделал именно таким, каким и хотел, и чем-то он мне нравится даже больше «Шуги». Но я понимаю, почему «Переход» тут, а «Шуга» там. Я видел «Шугу» в финале, но до последнего судейского отзыва (они появлялись со звуком «дзинь») не верил в то, что возьму золото. Всё ждал: сейчас, вот прямо сейчас появится разгромный отзыв, и… хорошо, если зацеплюсь за тройку.

«Шуга» с ходу поражает читателя знанием матчасти. Даже если этот читатель прожженный технарь, все равно — детали и тонкости работы гидрологов нельзя не оценить. Расскажи, откуда взялся столь глубокий интерес к достаточно непростой теме? Как проходила подготовительная работа?

Ох, сейчас разойдусь…

К любой новой теме (особенно исторической, узкоспециализированной) стараюсь подходить с глубоким интересом и дотошной пытливостью, иначе может выйти кривовато, поверхностно, «авось и этого хватит». Лучше наглотаться воды-информации так, чтобы откашливалась… Многое — большинство — не пригодится в рассказе, но зато я буду уверен в своих силах во время нырка.

Глубина всегда пленительна. Будь то глубина космоса или глубина океана. Несколько лет в моем ноутбуке висела пустая папка «Водолазы_хоррор». Иногда я натыкался на нее взглядом, туманно думал о водолазном костюме Леонардо да Винчи, о костюме для погружения, к которому под воду тянутся два шланга, для дыхания и отвода углекислого газа, о глубоководном скафандре с тяжелыми башмаками… выныривал и возвращался к делам насущным. А потом, год-два назад, увидел в ленте небольшую статью о гидрологах, прочитал — и скопировал в папку. Теперь я знал, что буду писать о «нырках» полярной станции; утвердился в мысли, что рассказу быть, но не спешил. Информация покажет, и к ее сбору я вскоре приступил.

Обычно подготовка (работа с информацией) проходит банально, хватит трех слов: собрал, прочитал, отфильтровал. Декорации тоже скучны: диван, рабочий стол, на ходу, ничего не видя вокруг. Никаких приключений. Но не в этот раз. На этапе «собрал» случился небольшой квест, на прохождение которого понадобилась неделя и три читательских билета. В библиотеках я не был с института — и вот угораздило. Читая книги о полярниках и посты группы ААНИИ (Арктического и антарктического научно-исследовательского института), несколько раз встречал цитаты из одной советской книги, которой не было в Сети. Она нашлась в электронном каталоге Брестской областной библиотеки имени Горького. Я забрал сына из садика, и мы пошли в библиотеку. Бродили из зала в зал, пока не выяснилось, что на время ремонта архив переехал в Минск. Нас отправили в Центральную городскую библиотеку имени Пушкина, но и там книги не оказалось. Посоветовали обратиться в детское отделение. В тот день мы не успевали прокатиться по третьему адресу. Через неделю спросил у сына: «Ну что, найдем книгу?» Я готов был бросить поиски, информации хватало с лихвой, но сын ответил: «Конечно!» И мы ее нашли. И она о-очень пригодилась. И еще пригодится. Библиотекарь попросила вернуть книгу через неделю, я прочитал ее за три дня, сделал выписки, потом сфотографировал каждую страницу и перебросил в папку «Роман_Северный полюс_хоррор» (когда-нибудь, когда-нибудь!). После всех «скитаний» я в шутку подумал: «Исходя из трудозатрат, с “Шугой” можно потягаться и за пьедестал». А еще: «Будет о чем рассказать».

Возвращаясь к рассказу «Переход»… Здесь помогла визуальная подготовка. Я гулял с сыном по району, в котором вырос. Фотографировал, подмечал, записывал. Показал Саньке на окна второго этажа кирпичной пятиэтажки и рассказал о странном коридоре, соединяющем два подъезда, — таким макаром мы с дворовыми друзьями уходили от погонь. Этот обычный коридор малосемейки, переход между подъездами, до сих пор кажется мне некой аномалией, не совсем обычным местом (вот только Плохим или Хорошим?). Я прочитал порядочно статей о странной архитектуре, но не изменил мнения. У прошлого свои капризы.

Став финалистом, «Шуга» получила массу отзывов, в том числе весьма развернутых и конструктивно-критических. Что из прочитанного о собственном рассказе показалось тебе наиболее полезным?

Та критика, которая пересеклась с внутренними ощущениями, сомнениями, что возникли еще до конкурса. Это касается некоторых финальных разъяснений. Я рад, когда встречаю читателя, готового принять чистую метафизику текста, которому не надо объяснять то или это, достаточно намеков и догадок, но не всегда плыву в этом тумане до конца. Иногда разгоняю шугу руками.

Как многократный участник ЧД, расскажи об ощущениях от захода-2019. Насколько изменился уровень рассказов? Как, по-твоему, на конкурсе отразилась смена координатора?

Сложно судить, но общий уровень полуфинальных текстов показался высоким. Не было такого, чтобы боролся с желанием пролистать какой-нибудь рассказ, твердо понимая, что ухабы и рытвины стиля не позволят взять его дальше, как бы там ни извернулся сюжет. Изменения в правилах, похоже, работают — качественные тексты меньше выбрасывает за борт первого тура (правда, могу судить только по своей подсудной группе и отзывам других участников). Но у текстов, выходящих за некий «шаблон», философских, экспериментальных по форме и содержанию, по-прежнему, как мне кажется, нет особых шансов забраться высоко — и скоро их попросту перестанут присылать на конкурс.

Ощущения от захода положительные, за вычетом обычных для конкурсов нарциссических словопозывов. Этого не избежать. Некоторые даже любят и поощряют пляски на столах. Я же сторонник дружеской атмосферы, иногда — приятного молчания. Так что каждому свое.

Объявление итогов я проспал. Ясности с тем, когда «огласят весь список», не было. Поэтому лег спать, встал ночью, вышел в комнату с самым маленьким метражом в квартире, захватил с собой телефон, увидел сообщения мамы, друзей, знакомых — и понял, что победил.

Отсюда небольшое пожелание: может, вернуть старую традицию, привитую Романом Давыдовым? Озвучить на странице конкурса время, например, восемнадцать ноль-ноль по Москве, к которому подтянулись бы все желающие с пивом и фисташками, попкорном и колой — кому что ближе, и с драматическими паузами объявить имена тех, кто проходит во второй тур, в полуфинал и т. д.

Чего, на твой взгляд, не хватило на этой ЧД? Возникало ли желание что-то добавить или, наоборот, убрать?

Иногда, читая отдельных критиков, испытывал желание прикрыть глаза рукой. Ну, или просто не читать — что я и делал.

А хватило — всего, и накала, и эмоций, и отличных произведений. Еще раз спасибо всем участникам, организаторам, судьям!

Много ли рассказов-участников прочитал в ходе конкурса? Удалось ли кому-то тебя напугать? Успел одобрить что-нибудь в литчасть DARKER к номерам 2020 года?

Прочитал все, к чему обязывали правила, и еще несколько рассказов по знакомым фамилиям после конкурса — на большее не хватило времени. Порадовали (для меня синоним «напугали») многие рассказы. И в литчасть присмотрел: устав от моих ответов, читатель вернется на главную страницу январского выпуска и увидит ниже два рассказа с минувшего конкурса: «Перфетто!» Евгения Абрамовича и «Имя» Владимира Чубукова, вернее, три — включая мою «Шугу». Еще один рассказ уже успел спрятаться в архив номеров, под ссылку DARKER №12 декабрь 2019, это «Черная ночь за окном» Александра Дедова, другой отложен на март текущего года, третий… и даже не думайте меня останавливать!

До ЧД-2019 было еще шесть «сезонов» и в каждом — свой победитель. А есть у тебя среди них свой любимый, и если есть, то почему он?

Это Макс Кабир. В силу симпатий к другу, любви к рассказу «И наступила…» — хотя, как и Макс, я бы заменил его на «Черви», которые эталонны.

Давай посмотрим на результаты конкурса. Насколько закономерным тебе кажется распределение мест? Есть ощущение, что какие-либо из текстов оказались не там, где должны были? Кого из вылетевших на более ранних стадиях, по-твоему, больше всего не хватило в финале?

Так проголосовали судьи, все закономерно. Остальное — изгибы моего восприятия.

Мне очень понравился «Многоколенчатый», по общему послевкусию — больше всех; надеялся, что рассказ заберется повыше. Удивился, не увидев в числе финалистов рассказ «Варина вера» — отличная история (я бы с удовольствием взял рассказ в литчасть DARKER, но уверен, что в скором времени он найдет себе местечко под твердой обложкой). Остальные тексты из моего полуфинального топ-5 прошли дальше.

Как писатель со стажем, имеющий за плечами немало достижений, как ты оцениваешь эту свою победу? Иными словами, если бы на ЧД раздавали статуэтки, насколько видное место ты бы ей отвел в своем зале славы?

Самое лучшее место на самой видной полке — на уровне глаз. И любовался бы этой статуэткой — думаю, это был бы какой-нибудь корень, растущий без земли снизу вверх, — пока ее не заслонило бы нагромождение книг.

В наступившем году тебе впервые предстоит следить за ходом ЧД из судейского кресла. Чем это для тебя будет — почетной миссией или вынужденным пропуском «сезона»?

Первой мыслью, когда понял, что в следующем году не смогу отправить на «Чертову дюжину» новые рассказы (я все-таки рискну — вдруг примут), было: «Зато будет время заняться романами». Проверю эту наглую уверенность на практике, скоро, очень скоро, вот только допишу это, доделаю то…

Скажу так: это будет почетный пропуск «сезона». Макс Кабир высидел, и я попробую сдюжить. Новые впечатления, галстук, сигара, белая зависть к тем, кто на дистанции, измаявшимся, счастливым.

И если победит Кабир, попробую взять «золото» в 2021-м — и будем меняться, как два российских президента.

В статусе судьи — самое оно раздавать советы новичкам. Какое напутствие участникам ЧД-2020, по твоему мнению, сможет привести к победе?

Дам много советов.

Первый: пишите рассказы.

Второй: участвуйте в конкурсе.

Третий: не думайте о победе. Не думайте о победе. Не думайте о победе. Нет, серьезно. Это не так уж и трудно — не думать о белом медведе сложнее.

Главное – пишите, растите, и всё придет, не победы – так новые знакомства. Даже «проигравшие» рассказы могут понравиться и запомниться читателям. Например, на «Чертовой дюжине 2018» мой рассказ «Потерявшиеся в Мохабине» приглянулся Александре Давыдовой и попал в замечательный альманах «Мю Цефея» (надеюсь, журнал взял лишь временную паузу), и мы с Александрой продолжили сотрудничество.

И еще. Найдите того, кто будет искренне за вас болеть.

Мне повезло в этом вопросе. Потому что «Чертова дюжина» — это конкурс, который нравится моей маме, и спасибо ему за это. Мама не читает рассказы участников (даже мои не всегда: «ну его, этот ваш хоррор»), она читает новости и комментарии, переживает за сына. Каждый год грозится устроить жару в обсуждениях, вступиться, если будут обижать, а я дрожащим голосом упрашиваю держать себя в руках. Ей нравится следить за событиями конкурса, и в отличие от меня она не проспала объявление итогов.

Мам, спасибо большое!

Комментариев: 0 RSS

Оставьте комментарий!
  • Анон
  • Юзер

Войдите на сайт, если Вы уже зарегистрированы, или пройдите регистрацию-подписку на "DARKER", чтобы оставлять комментарии без модерации.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)